Глава 23. Планы, которые рушатся

Фадей благосклонно слушал нежный голос хорошенькой девушки. Особенно было приятно стоять рядом, потому что девичьи платья были сегодня откровенны и притягательны, за эту прихоть сестры молодой человек был ей особенно благодарен.

Смотришь сверху вниз, согласно качаешь головой, а сам любуешься холмистыми красотами чуть не до пояса в обзоре. Храбрая и не стеснительная малышка, понятно, что в ней Леша нашел. Только неясно зачем тогда он вчера конкуренцию по Вере составлял, с такой-то милашкой в паре.

- И тут она мне говорит: «найдите сами, вы же видите, я делом занимаюсь».

Хм. Это она о Вере? Фадей недоуменно нахмурил брови. Ничего себе Веру с утра допекли, если она, обычно вся солнечно улыбающаяся, так рявкнула в ответ на простую просьбу показать куда идти.

- У нее трудный день, - предположил парень, - не обижайся, обычно она не такая.

- Ну ладно, - покладисто согласилась девушка, - Мне она тоже очень нравится. Наверное, замучили ее, а тут и я со своими вопросами . Ой, а чего она с моим женихом заигрывает? Посмотри! Ой, как стыдно…

На оленьих глазах появились капли слез, ресницы быстро заморгали, сбрасывая влагу. Ева явно не хотела, чтобы окружающие увидели ее слабость. Она гордо выпрямилась и отчеканила.

- Какой бы ни был трудный день, а так бесстыдно себя вести приличной девушке нельзя.

Фадей оглянулся и обнаружил, что Вера действительно слишком близко стоит к Алексею. Что-то берет из его рук и заливисто, соблазнительно смеется, закинув голову. Чтобы тот в полном объеме мог наблюдать сверху за очень привлекательно округленными прелестными …кхм..

- Да, не очень красиво получается, - смущенно подтвердил он, впервые подумав, что не так уж достойно себя ведет Вера, как он обычно думал. Откровенно соблазняет чужого жениха на чужой свадьбе. А жаль. Он впервые в жизни действительно серьезно начал посматривать на девушку.

- Мне так неприятно это видеть, - в глазах Евы появилась боль и загнанное выражение, - что же делать? Я совсем не умею вести себя с хищницами.

Тут Вера развернулась и, кивнув прощально Алексею, пошла дальше, приложив телефон к уху и что-то отвечая.

- Ну вот и решилось, - облегченно выдохнул Фадей, -  нам просто показалось.

- Ох, вспомнишь еще мои слова, - Ева легко пальчиком стряхнула заплутавшую в длинных ресницах слезинку, - не такая она, как ты о ней думаешь. Совсем не такая.

Кивнула и пошла к Алексею, стараясь держать спину и улыбаться.

«Какая храбрая и умная малышка, - подумал Фадей, - не стала бежать и затевать скандал, и вчера сидела тихо. Умеет держать себя в руках. Из таких получаются отличные жены».

И оценивающе еще раз полюбовался ладной фигуркой невесты Алексея. Умно парень себе пару подобрал.

Алексей в это время тоже смотрел вслед, но другой девушке, с тоской и восхищением, когда его ласково погладили по предплечью. Ева. Он выдохнул. Как сообщить Еве, что с ней расстаешься на празднике, куда сам ее привез…

- Я скучала.

- Мы же недавно расстались.

- Как будто ты не знаешь, какая я становлюсь беспомощная, когда тебя нет рядом. Вот камешек в туфельку, по-моему, попал, вытряхнешь?

Он наклонился, сняв маленькую туфельку и вытряхивая, пока Ева опиралась на его спину. С первого дня ее работы в компании как-то сложилась, что все Еве помогали. То бумаги передать, то списки доформировать. И она искренне и эмоционально была благодарна. Однажды так жарко и восторженно целовала щеку Алексея за какую-то малость, уже и не помнится за что - то ли стол подвинул, то ли бумаги поднял, но она вдруг повернула голову и поцеловала по-серьезному своими детски припухшими губами.

Леша нахмурился. Ева так легко и естественно вошла в его жизнь, что он даже не успел сообразить, как к ней относится. И теперь понимал, что чувствует к ней… ничего. Вообще ничего.

- Ева, - решительно сказал он, - эти дни показали, что я к тебе…

На его губы лег пальчик с аккуратным красным ноготком.

- Не стоит о нас на чужой свадьбе, даже думать не хочу. Давай просто расслабимся.

Она обвила его шею руками, привстав на цыпочки, и весело заглядывая в глаза, - Знаю, что ты от меня без ума и все такое, но все-таки на свадьбе главное  - счастье молодых. Хотя по секрету тебе скажу – Я сама жить без тебя не могу…

Она взмахнула ресницами, полюбовалась его оторопелым лицом. Мужчины такие дурачки. Любят красивые слова о верности и единственности. Охотники и добытчики, сами они иногда смотрят на сторону, тут главное потерпеть, не дать им принять скоропалительных решений, заронить правильные слова в душу.

Мама Евы так пятерых любовниц пересидела. И получила в наследство две большие квартиры, когда муж умер от инфаркта, хотя именно она чуть что хваталась за сердце и жалобно закатывала глаза.  Зависимых не бросают, слабым девушкам помогают, это вшито в мужской ДНК – защищать слабых самочек.

А те, кто в избы горящие забегают, чтобы коней поймать, такие женщины сами почти "мужики", они только в древности нужны были, чтобы на них потом вместо сгоревшего коня и пахали.

Евина мама всегда говорила: «В колхозе больше всех работала лошадь, но председателем так и не стала».  Руководствуясь маминой мудростью, Ева прекрасно закончила институт, защитив диплом, который написал для нее однокурсник. Отлично устроилась на работу, сочинив вместе с родительницей несколько дополнительных строк в резюме, сейчас же не все при приеме проверяют трудовую книжку, многие и без нее работают. А сейчас Ева лучшего парня отхватила, всем на зависть.

На сегодня у нее был разработан грандиозный план. Леша будет напоен и утащен в номер. До сих пор он ухитрялся избежать любовной страсти, уважая ее как девушку и постоянно работая. Эта работа отбивала у молодого человека все желание. Ева читала о похожих проблемах у многих бизнесменов. Но, в конце концов, теперь они на отдыхе, он познакомил ее с родителями, можно расслабиться и поставить окончательную точку.

Она приподняла плечи, чтобы грудь показалась откровеннее и привлекательнее. Леша мазнул взглядом и отвернулся. Стеснительный. Вот только на эту грубую организаторшу засматривался, сучка прямо пляски кобелей вокруг себя устроила. Работала бы лучше, а она только по комнатам ходит и распоряжения отдает, как королевишна. Вот у кого работа – золотое дно, для дурочек, ходи и улыбайся, пока за тебя все сделают.

Официант мимо пронес поднос с шампанским, и Леша взял с него два бокала.

Его лоб был почему-то нахмурен. Что-то опять случилось по бизнесу, хорошо хоть не рассказывает. Был у нее парень, который замучил ее скучными историями с работы. Ееле отвязалась, когда с бизнесом напряжение пошло, и он даже не обратил внимание, когда она ушла.

Она взяла бокал и, глядя Леше в глаза, провела язычком по краешку, показывая мокрый красный кончик.

- Ева, - сказал он. У входа заиграла музыка, и народ начал расступаться широким полукругом. К замку подъезжала невеста. – Ева... мы расстаемся. Я люблю другую девушку, извини. Не хочу врать и изображать влюбленного… на ее глазах. Скажи, что я могу сделать, чтобы хоть как-то загладить вину.

Бокал выпал из ее пальцев, некрасиво расплескиваясь по подолу и со звоном покатившись под ногами.

Они стояли отдельным островком в смеющейся, скандирующей «Лора» толпе, не обращая ни на кого внимание. Глаза в глаза.

- Но… Ты обещал…

- Я говорил, что ты мне нравишься. Пригласил на праздник к друзьям. Виновен. Я ошибался, сам себя обманывал.

Она мигнула совершенно сухими глазами. И мягко сказала:

- Ты мужчина всей моей жизни. И даже с раненым сердцем я буду тебя любить и надеяться. Ты как хочешь, а я точку не ставлю. 

В это время к замку приближалась карета, запряженная двумя белыми жеребцами. На облучке сидел один бравый кучер, на запятках второй.

Присмотревшись, Вера, стоявшая в первой линии встречающих, всего лишь на шаг позади родителей невесты, узнала в бравых молодцах, одетых в кители в позументах, двух своих знакомых эльфов.

Первый ей даже подмигнул, чем вызвал внезапный неконтролируемый смешок. Хорошо, что в толпе и приветственных криках ее смешливого фырканья никто не заметил.

Когда эльф подал руку невесте, и та поднялась с сиденья, Вера похолодела.

Упрямая Лора надела то самое платье, которое втайне купила вторым, с кружевной, почти прозрачной тканью на косточках, изображающих корсет. На первый взгляд почти все прилично, но по сути - буквально на грани приличия, что нисколько не подобало скромной невесте.

Вера кивнула стоящему наготове Ване, и тот гоголем подскочил к карете.

Под аплодисменты и возгласы восхищения, на сей раз совершенно естественные, Ваня никого не подговаривал, красавица невеста сделала шаг изящной ножкой, и Вера похолодела второй раз.

Лоре было мало кружевных вставок на голое тело. Она поступила еще кардинальнее, чем дизайнер, выдавший этот комбидресс с юбкой за свадебное платье.

Подол юбочки был … обрезан. А внизу невеста натянула что-то типа балетной пачки, которая, как и все балетные пачки, скорее держала ровный горизонт, чем прикрывала хоть что-то.

Гости первого фланга замерли, а Иван, ловким уверенным движением накинул на невесту фату.

Сверкающая паутинка, сотканная из несчетного количества ниточек со стразами, укрыла невесту волшебно-прозрачной мерцающей звездчатой кисеей сзади и двумя длинными вставками впереди.

Длинная фата из-за полупрозрачности ничего не укрывала полностью, но совершенно скрадывала излишнюю откровенность, придавая наряду изысканность томительной загадки, манящую таинственность угадываемых, но не полностью открытых контуров.

Вот тут встречающие ахнули по-настоящему восторженно. И невеста, затормозив и на секунду насупившись и чуть не скинув фату… вдруг обнаружила, что накидка полупрозрачна, хороша, великолепно мерцает и вызывает восторги публики. Лора... расслабилась, благосклонно кивнув Ивану.

Переглянувшись с рядом стоящей Зоей, Вера выдохнула. Они не раз сталкивались с упрямством невест. Что только не встречали за свою практику. И «вавилоны» в четыре ряда из роз на голове, и черные «готические» наряды с кровавыми пятнами по подолу. Но «обнаженка» была хуже всего, превращая свадьбу анекдот, полный смешков и шуток над невестой за ее спиной.

Девушки хотели выглядет сексуально и маняще, а получалось просто пошло. Не предназначено традицией белое платье невесты для сексуальных экспериментов на публике.

Тосты начинали звучать двусмысленно, женихи злились и на невест, и на гостей, дело могло закончится и внезапно разгоревшейся дракой. В итоге ситуацию Вера решила наиболее простым способом из возможных.

Она приобрела за бешенные деньги волшебную чудо-накидку, которую пускали в ход именно в таких случаях. Редко, но метко. Превращая откровенные одежды в мистические наряды, где вся отрытость становилась лишь намеком.

А дальше, перед вечерними танцами Зоя пускала в ход все свое красноречие, и уже тихо переодевала красавиц в приличные, официально купленные основные платья.

Счастливый Альберт Вениаминович облегченно обнял великолепную красавицу-дочь, а гости поспешили разместиться на рядах стульев, где часть приглашенных уже чинно сидела в ожидании торжественного прохода родителя и дитя.

Заиграла музыка, тонко и пронзительно вела мелодию скрипка. И пара «родитель-ребенок» двинулась по проходу с красной дорожкой.

Внезапный вопль: «Папа, а как же я?» чуть не сбил Дюжевых с мерного шага.

На дорожку выскочила растрепанная Вася, которую явно пытались удержать, но разве удержишь ветер.

Вася подскочила к родным и схватила отца за свободную руку, отряхнула смятый подол и подняла подбородочек.

- Пошли! - скомандовала она.

Под музыку и веселые смешки троица медленно пошла к широко улыбающемуся жениху. Ряд друзей жениха тихо и весело препирался кому ведут вторую невесту.

Наконец Лору вручили Гоше. А Вася цепко ухватилась одной рукой за Фадея, второй за Артема.

И гордо разбавила своим розовым платьицем темно-синий строгий мужской ряд.

Подруги невесты, сообща представлявшие нечто невнятное цвета слоновой кости, заслонились яркими букетиками. Невеста и жених влюбленными глазами поедали друг друга.

- Ты у меня волшебная искусительная фея, - сказал Гоша хриплым от волнения голосом.

- А ты – мой маг и чародей на всю жизнь, - смахивая слезинки радости частым взмахом ресниц, ответила Лора.

И они развернулись к статной даме, с огромной папкой в руках.

«Надо же, - подумала Вера, разглядывая из бокового прохода представительницу местной префектуры, - во всех городах и странах они похожи как капли воды, эти дамы, соединяющие сердца.»

Вот все священники, которых она видела, отличались. Разный рост, вес, веселость, и, конечно, их всех отличала церковная принадлежность и внешние атрибуты. Была в них... личность. А вот государственные дамы, все как на подбор, или в костюмах а-ля Шанель или в ровных статуэтных длинных платьях, высоких прическах и с монументальными лицами.

Памятники, а не женщины.

- Я сообщил Еве, что у меня здесь есть любимая девушка, и я не могу поддерживать с ней иллюзию пары, - тихо сказали за ее спиной.

Вера вздрогнула. Ну как так можно подкрадываться.

- Ты не вовремя, - прошептала она в ответ, в пол уха слушая как вещает о счастье и брачных обязательствах представительница власти, - Давай потом поговорим.

- Я всегда невовремя, - возразил Алексей, - я вообще не силен в общении, и совсем не понимаю женщин. Но я дал тебе слово. Вот, сообщаю, что сдержал. (3303c)

- Спасибо. Но зря.

- Я знаю, что ты опять меня будешь манить, потом бросишь. Я сделал одну ошибку, но ты уже столько раз меня наказала, что почти уничтожила. Мучаешь, отталкиваешь, а потом опять зовешь и издеваешься. Но в этот раз я решил не идти на поводу. Я просто буду с тобой, хочешь ты этого или нет.

И он застыл рядом.