Глава 3. Аня

— Сильно болит, Яр? — зажмуриваюсь, когда он внимательно исследует расплывшееся лицо, повернув к себе зеркало заднего вида.

— Нормально, — тихо отвечает и откидывается на спинку кресла.

Я, придвинувшись, касаюсь горячих ссадин кончиками пальцев и участливо прохожусь по линии плеча.

Затем мы оба задумчиво смотрим в лобовое стекло. Видеть на улицах Ленска ярко-оранжевый «Танк» так же странно, как всем телом остро чувствовать, что Майк Авдеев где-то рядом.

Довольное лицо Виты Яичкиной и не очень довольное, плюс еще и с расквашенным носом, Арктики — все, что я успеваю заметить в салоне джипа до того, как его колеса со всей дури окатывают нас мутной дождевой водой. Сентябрь в этом году на редкость пасмурный и гадкий.

— Придурок, — зло усмехается Тайга и ребром ладони бахает по рычагу, запускающему дворники.

Я еле заметно грустно улыбаюсь. Все-таки мы… отлично друг другу подходим. Действительно, придурок!..

— Извини. Надо было ему сказать. Я должна была…

— Ничего ты ему не должна, — успокаивает. — Он сам уехал. Кинул всех. Тебя, меня, «Родину». Всех.

— А ты бы не уехал?

— Не уехал ведь.

Я борюсь с собой, чтобы не высказать правду. То, что Тайга не согласился на свой трансфер, скорее горькая случайность. Его мама тяжело болела, и он просто не мог покинуть наш город.

— Получилось неправильно, — настаиваю.

— Вам давно пора положить конец идиотизму, который вы развели с собственными родаками, Кис. Что за бред? Делать вид, что вы с Авдеевым встречаетесь, чтобы до вас не докапывались. Как вам вообще в голову такое пришло?..

— Тебе не понять, ты не знаешь наших родителей.

— Да куда мне… — резко стартует с места.

Отвернувшись к окну, кусаю губы от обиды.

Ярик — довольно закрытый человек и, даже спустя месяц близкого общения, разгадать Загорского мне не под силу. Это странно, потому что Майка я знаю с детства как свои пять пальцев и могу с точностью до секунды предвидеть реакцию на любую свою выходку.

С Тайгой сложнее…

Все, что я знаю: у него больше нет матери, живет с отцом, и совсем недавно с ними поселилась дальняя родственница. Наслышана о том, что эта девушка невзрачная и предпочитает учебу обычным развлечениям.

— В общем, забей, — голос Яра становится мягким, а его рука трогает мое плечо. — Я сам все решу, у меня к тебе только одна просьба: с Авдеевым ты не видишься.

— Вряд ли получится, — виновато вздыхаю, поворачиваясь. — У нас сегодня семейная встреча…

— Хреново!..

— Прости…

— Ладно, — все еще злится. — Хотя бы просто держи с ним дистанцию.

***

— Всем добрый вечер, — громко здороваюсь, едва закрыв за собой дверь.

Мне навстречу пулей вылетает девятилетняя Маргаритка — младшая сестра Авдеева и моя лучшая подружка из категории «шесть плюс».

— Аня! — кричит она, деловито поправляя рыжие волосы. — Миха приехал!

— Знаю, — устало ей улыбаюсь, стягивая туфли.

Разминаю забитые ступни и разглядываю синяки на лодыжках — результат падения на последней тренировке.

— Конечно, Аня знает, что Миша приехал, — в коридоре показывается Астра — мама Авдеева. — Ты ведь была сегодня на игре? Привет, дорогая.

— Здравствуйте, — мы обмениваемся вежливыми поцелуями в щеки. — Да, конечно, на игре я была. «Родина» снова прежняя. Кстати, красивая помада…

— А у тебя классные джинсы, Анют. Хочу такие же.

— Я скину вам ссылку.

— Не надо, — смеется Астра, кокетливо поправляя аккуратно уложенные волосы. Тоже рыжие, как и у дочки. — Джинсы-то я по твоей ссылке куплю, а вот талии такой, как у тебя, у меня не имеется. Будет ожидание и реальность.

Я посмеиваюсь и, достав расческу, привожу в порядок свои светлые длинные волосы, а затем подкрашиваю губы бежево-коричневым тинтом.

— Я, кстати, думала, вы с Мишей вместе сегодня к нам приедете.

— У меня была тренировка.

— Твои бальные танцы?

— Угу… — отворачиваюсь, забирая сумку.

— Умничка наша, Анюта. Ну… беги в гостиную. Я сегодня там накрыла. Миша папе про Америку рассказывает, давно бы уже к тебе выбежал.

— Не сомневаюсь, — ворчу себе под нос, направляясь на звуки мужских и женских голосов. — Всем привет!

Мою натянутую улыбку никто не замечает. Здесь, как всегда, бедлам, потому что если собирается вся наша дружная компания, то порядка не жди.

— Дочь, ты что-то долго. Мы тебя заждались.

— Танцы, пап.

Я стараюсь смотреть на всех, кроме виновника нашей сегодняшней встречи, сидящего на диване. Отвечаю теплой улыбкой отцу, быстро киваю маме и ласково проезжаюсь пальцами по макушке трехлетнего Савелия — самого младшего из Авдеевых.

— Втиснешься к Мише? — спрашивает Астра, передавая мне чистую тарелку и занимая противоположный от старшего сына угол дивана.

— С удовольствием. Спасибо.

Опустив сумку на пол, раздумываю, как бы с минимальными потерями втиснуться между Майком и его мамой. Авдеев, почуяв мои метания, замолкает на полуслове и с интересом наблюдает, что я буду делать дальше.

Сжав зубы, прохожу мимо. Мои ноги касаются здоровенных коленей, а когда я сажусь, наши бедра плотно прижимаются друг к другу. И все бы ничего, но Арктика по-хозяйски меня обнимает и, глубоко вдохнув запах моих волос, хрипит над ухом:

— Привет, малышка. Я что-то соскучился.

Моя душа трещит по швам от шквала самых разных эмоций.

— Привет, — сглатываю сдавливающий горло ком и облизываю пересохшие губы.

«Держи с ним дистанцию!» Легко сказать…