Глава 6. Арктика

г. Ленск

Первая серия сезона. Молодежная хоккейная лига

— Продули, — слышатся разочарованные стоны наших болельщиков с трибун.

Уходить со льда первым становится чем-то вроде традиции.

Коленный сустав скрипит.

Твою ж…

Сдернув шлем, одним движением сбиваю пот со лба и замечаю Виту, которая отходит от стены.

— Ты мне обещал не нагружать колено… — она забирает у меня каску.

— Я не нагружал. Не реви.

— Скажи это своему мениску…

— Скажу.

— Зачем ты сунулся в тот замес, Миш? Добровольский бы сам справился.

— Было несправедливо.

— В Америке ты не сильно искал справедливости… — замечает Вита, едва поспевая за мной.

— Мы не в Америке, Вит, — обрубаю. — С этими пацанами я лук из супа выковыривал. Смотреть, как кого-то из них пиздят по башке, не собираюсь.

В раздевалке пусто, но это ненадолго. Запуливаю краги в свой ящик.

— Заедешь ко мне вечером? — спрашивает Вита, опуская шлем на скамью.

— Не сегодня, — мотаю головой. — Встретимся в клубе, завтра.

— Хорошо… — Вита, мотнув темными волосами, направляется к выходу. — Никаких тренировок, это я тебе как твой реабилитолог говорю. Полный покой.

— Зачем тогда зовешь?..

Она легко смеется.

— Отдыхай, Авдеев.

— Отдохнешь тут, — ворчу. — Как же…

Вынув телефон из кармана джинсовки, читаю сообщение от Насти Левкович, которая не так давно сама себя выдвинула на роль руководителя моего фан-клуба. Оказывается, пока я ломал клюшки об даллаский лед, и такой здесь, в Ленске, появился.

Фан-клуб Майка Авдеева.

Охренеть не встать.

«Миша, привет. Выйди сегодня, пожалуйста, из входа «В». У нас для тебя сюрприз».

«ОК», — отвечаю быстро.

Сев на скамейку, пялюсь в бетонный пол.

Зажмуриваюсь и снова убираю набежавший на лицо пот.

«Без поражений не было бы побед…» — так скажет только человек, который никогда в жизни не выигрывал хотя бы в игровом автомате.

Поражение — начало конца, и привыкать к такому явно не стоит. Привычка проигрывать — дерьмо собачье. Знаю, плавали.

— Загорский! — через пару минут орет Стасик, как мы его между собой называем, или Станислав Николаевич Болотов — наш главный тренер. Сунув руки в карманы брюк, он стоит по центру раздевалки. — У тебя какие-то проблемы со зрением?..

— Нет, — рявкает Загорский.

— Тогда че ты эту шайбу туда-сюда елозишь?

— Он боится ее Арктике отдавать, — ржут пацаны. — Вдруг уведет?..

— По себе судит… — с горькой усмешкой произносит Кавказ.

— Че ты сказал? — Яр злится.

— Захлопнись, — Стасик тонет в собственном гневе. А что ему еще остается?

Продуть рядовому, задрипанному клубу — это не уровень «Родины». Вернее, не уровень «Родины» годовалой давности. Сейчас все поменялось.

Следующие полчаса выслушиваю трехэтажный мат, в том числе в свою сторону, и иду в душ, где быстро моюсь и растираю полотенцем больное колено.

Переживаю, естественно.

В этом плане в Далласе было попроще. Отвечать только за себя — всегда проще, а я пиздец как люблю сложности.

В Далласе было спокойнее.

Солнечнее.

Пьянее.

Блядь…

Но есть ощущение, что только сейчас жизнь Михаила Авдеева сняли со стоп-крана. Осталось заиграть и взять кубок в Молодежке. Все в наших руках.

У раздевалки замечаю Андрееву с айфоном.

— Привет. С ногой все нормально? — обеспокоенно спрашивает.

Будто ей не все равно.

«Ты мне противен. Так бывает», — сказала она мне тогда. Хотел бы я, чтобы это было взаимно…

Аня за год повзрослела.

Я рассматриваю крошечный пупок, выглядывающий из-под короткого, но объемного розового свитера. Стройная талия красиво скрывается под поясом широких джинсов и из-за этого кажется еще тоньше.

— Майк…

— Хватит меня так называть, — прошу и, подхватив вещи, иду к входу «В». — Поехали уже, Андрюш…

— Я сегодня не с тобой, — кусает губы.

Эстетика — второе имя Ани Андреевой. Она все делает оргазмически вкусно — поправляет ли волосы, сжимает ли ремень сумки на плечике, округляет ли большие глаза.

— В смысле не со мной? — зависаю на светлом лице.

— Да. У меня, в общем… свидание.

Она непримиримо стискивает свои остренькие белоснежные зубы, и я тоже скалюсь. Вызверяюсь.

— Свидание? — ухмыляюсь, поглядывая на дверь в раздевалку. — Это что-то между знакомством и… сексом? Напомни…

— При-ду-рок! — смеется Анечка.

Я зачем-то представляю их с Яром в постели. В момент, когда на Ане в моем воображении не остается одежды, лбом врезаюсь в дверь.

Ну нахуя?..

— Осторожнее, — хмурится она.

На улице по-осеннему тепло. Натягиваю кепку.

— Миш, — машет рукой Настя.

— Тебя ждут, — кивает Аня, кисло здороваясь с Левкович. Они раньше вместе ходили на бальные танцы, но потом Андрееву понесло в другие степи. — До вечера, Миш. Я приеду, чтобы позаниматься.

Меня отвлекают девчонки-болельщицы. Человек десять-пятнадцать, но шума много. По-моему, вот кому похуй: выиграл я или проиграл…

Через десять минут, как дебил, стою с хоккейным баулом и миллионом разноцветных воздушных шаров, пока Анечка, мило переговариваясь с Тайгой, уезжает с ним на свидание.

Оглянувшись, понимаю, что уже не один.

— Мы за тебя брат, — мрачно заверяет Кавказ, хлопая меня по плечу. — Это не по понятиям.

— Что именно?..

— Загорский ведь в курсе, что у тебя к Андреевой?.. Это все еще с малолетки знают, — вступает Алтай. — Короче, мы Яра не поддерживаем. Команда на твоей стороне, Миха.

— Вау. Я польщен, — глазами ищу на стоянке свой «Танк» в фирменных цветах «Родины». — Но вы это… осадите лучше. Мы уж сами как-нибудь разберемся.

— Встречаться с любимой девушкой лучшего друга — не по-пацански.

Качаю головой и, ослабив ладонь, отпускаю гребаные шары в синее небо. Кучка из фанаток взрывается восторженными криками.

— Она мне не любимая, — говорю напоследок, чтобы расставить точки над «i» в команде. — А он — не лучший друг… До завтра!