Глава 17. Радов

- Ой, а у вас тут градусники на земле валяются!

Радов настолько резко выпрямился, что затылком приложился о перекладину психрометрической будки.

- Что? - моргнул он, потирая затылок. - Не трогайте, Таисия! Они не валяются!

- Разве? - удивилась Тая.

Радов слетел со ступенек будки. Увидел в ее руках термометры.

- Это специальные термометры, которые считывают показания с почвы. Видите, здесь вспаханный грунт? - он указал на квадрат голой земли, который Светка регулярно пропалывала. - Это специальный участок без растительного покрова. Дайте их сюда!

- Держите, ради бога, - не менее раздражено ответила она, возвращая ему термометры. - Я просто хотела помочь.

Радов прикусил язык, чтобы не ответить, что вчера она ему уже достаточно помогла. Пока Радов раскладывал на грунте термометры, Муфаса, виляя хвостом, приблизился к Таисии, и та потрепала его по загривку.

- Какой огромный у вас пес, Федор, - задумчиво сказала она.

Радов снова решил ничего не отвечать.Вопросов она не задавала, а поддерживать светскую беседу ни к чему. Этой женщине только дай волю. Слово за слово и его руки снова окажутся у нее в трусиках. Если только на ней сегодня есть трусики.

Ну вот! Опять он не о том думает.

Радов отряхнул руки и выпрямился. Сегодня ярко светило солнце, и хотя было прохладно, погода была тихая и довольно-таки теплая. Таисии удивительно шла ее шапочка с меховой оторочкой. Радов даже испытал укол сожаления, что не видит сейчас ее волос, собранных под одеждой и отчасти понял чувства мусульманских мужей, которым им одним было позволено наслаждаться видом волос своей жены.

- Вы что-то хотели, Таисия? - спросил он, кашлянув. - У меня много дел. Некогда вас развлекать.

Он не хотел, чтобы это прозвучало так грубо. Или хотел? Но сказанного в любом случае не воротишь.

- Вы снова со мной на «вы»? - спросила она, приподняв одну бровь.

- А смысл переходить на «ты», Таисия? Вы когда уезжаете? Завтра?

Таисия не ответила.

- Покажите мне свою площадку, - тихо сказала она. - Обидно будет уехать и не узнать, как работают метеорологи.

- Лучше вам попросить об этом Светку или Пашу.

Она одарила его долгим взглядом.

- Все с вами ясно, Радов, - кивнула она, развернулась, чтобы уйти.

Но Радов вдруг понял, что держит ее за руку, пресекая попытку уйти.

- Что вы делаете? - тихо спросила Таисия. - Сначала выгоняете, потом хватаете меня за руку. Нельзя ли определиться?

Разумное замечание.

- Прежде всего, прошу прощения за грубость, - так же тихо сказал он. - Просто из меня получится довольно унылый экскурсовод, но если вы готовы вытерпеть самую скучную в жизни лекцию…

Таисия широко улыбнулась, и Радов почувствовал, как в груди потеплело.

- Думаю, вы себя недооцениваете. Вы же так сильно увлечены вот этим всем, - она обвела руками метеоплощадку. - Вы всегда мечтали стать метеорологом?

- Нет.

- Нет и все?

- Давайте я лучше расскажу вам про… ну, например, гигрограф. Вы знали, что в нем до сих пор используют человеческий волос?

- В наш век технологий?

- Именно так. Только натуральный женский волос лучше всего остального реагирует на изменение влажности. Подходят только волосы натуральных блондинок. Вот ваши в Росгидромете бы забраковали.

Таисия рассмеялась.

- И слава богу! Значит, где-то в мире живет блондинка, чей волосок живет и работает здесь, отдельно от нее, на полярном круге?

- Наверное, - хмыкнул Радов, - их, знаете ли, не подписывают.

- А пишут: «В изготовление этого гигрографа ни одна блондинка не пострадала»?

- Не пишут, - хохотнул Радов. - Да и волосы не силой отбирают.

- А как?

- Не знаю, честно говоря, - снова улыбнулся он. - Никогда не интересовался, как проходит отбор подходящих для гигрометра волосков.

- А здесь почему висит шапка-ушанка? - спросила Таисия, когда Радов повел ее к следующему прибору. - Кто ее носит?

- Ее носит гелиограф, - Радов указал на прибор на вершине столба.

- Этот стеклянный глобус?

Радов рассмеялся.

- Именно он. Гелиограф работает как лупа, только более мощная. Сегодня солнечно, и я снял с него шапку, которая защищает его от дождей и туманов. Пора работать, раз солнце в небе.

- Разве нельзя придумать что-то другое, кроме старой шапки ушанки? Козырек? Крышу?

- Все это мешало бы показаниям. Он должен регистрировать продолжительность солнечного сияния в течение дня и вокруг не должно быть преград, которые мешали бы солнечным лучам.

Таисия запрокинула голову и посмотрела на прозрачный шар, приставив к глазам руку.

- Бедняга.

- Почему? - удивился Радов.

- Ему, наверное, очень скучно во время полярной ночи.

Вместе с Таисией они заново обошли обе психрометрические будки, осадкомер, гололедный станок, при взгляде на который Таисия сказала: «Серьезно? Это же два столба и посредине проволока». Радов объяснил, почему термометров на почве обязательно должно быть три штуки и рассказал, как высчитывает осадки. Показал флюгер Вильда и, глянув на часы, понял, что время пролетело незаметно. Пора было снова снимать показания, о чем он и сказал Таисии.

- Как часто вы это делаете?

- Каждые три часа.

- Невзирая на погоду и время суток?

- Да.

- А если проспите?

- Я сплю чутко, как пилот, и точно знаю, когда вставать.

- А если заболеете?

- Я не болею. Но вообще, мы работаем посменно. В одиночку это выдержать нереально.

- Но вот уже второй день вы дежурите самостоятельно, - заметила Таисия.

Легкий ветерок трепал выбившиеся из-под шапки волосы. Она смотрела на него с прищуром, и Радову в такие моменты казалось, что она видит его насквозь.

- Я не могу подвергать опасности Свету, - только и ответил он.

Пусть не думает, что он прячется от нее на метеоплощадке. Еще чего. Но даже если это так, он никогда в этом не признается.

- Доброе утро, - поздоровался Джей.

Как всегда вовремя. Радов отшатнулся от Таисии, мужчины обменялись рукопожатиями.

- Я успел на экскурсию? - спросил Джей.

- К сожалению, нет, - ответила Тая, - и нам лучше уйти, чтобы не отвлекать человека от работы.

- Совершенно верно, - согласился Радов, подхватил планшет и пошел в очередной раз снимать показания.

Дело было привычным, руки заняты работой, голова - свободна. Краем глаза Радов видел, как из дома вышел Паша, приблизился к туристам.

- Я проведу их по острову, - крикнул он и махнул рукой в сторону реки за холмом.

- Держись в стороне от побережья, - ответил Радов.

Паша кивнул, о чем-то спросил Джея и вместе они направились вперед, а Таисия держалась позади. Радов предпочел бы сам сводить ее на эту экскурсию, но, как он правильно сказал, - а смысл?

Закончив на площадке под открытым воздухом, Радов зафиксировал показания приборов под крышей, потом, кликнул Муфасу, и прежде, чем отправить данные, зашел в дом попить воды. Быстро вошел в столовую и чуть не оглох от визга и едва не ослеп от увиденного.

- Федор Михайлович! - взвизгнула Светка.

- Света, это что, черт подери, такое?! - громыхнул Радов.

Девушка уже юркнула за диван, пряча лицо в ладонях. Еще бы. Только что, поставив голую ногу на диван, она натягивала чулки. Самые настоящие черные чулки!

Радов мог дать голову на отсечение, что без вмешательства Таисии здесь не обошлось. Не у оленеводов же одолжила Светка этот предмет женского гардероба.

- Я не думала, что вы так скоро вернетесь, простите, - пролепетала Света.

- Живо оденься! Взяли моду ходить полуголыми, - рявкнул Радов. - Почему не у себя? Почему здесь надо было это делать?

- Не утерпела, простите.

- Я буду в рубке, - предупредил он ее. - Когда выйду, на глаза не попадайся.

- Хорошо, - пискнула Света.

А Радов пошел в рубку отправлять данные. Чулки, матерь божья, на полярном острове. Такое могло прийти в голову только одной женщине, которая здесь же умудрилась разгуливать без трусиков. Только Светке-то чулки на кой черт понадобились?

Все привычное течение жизни пошло под откос с появлением этой женщины. Еще сутки, только сутки нужно продержаться. Завтра за ними прибудет баржа с Амдермы и прощай, не вспоминай.

Закончив шифровку и отправку данных, Радов остался сидеть за столом. Запустил руки в волосы, а потом в бороду. Вот ведь, оброс, как снежный человек.

- Света! - крикнул он, выйдя в коридор. - Я иду и надеюсь, что ты прекратила дурить и теперь будешь одета.

- Я одета, Федор Михайлович, - появилась пунцовая Света. - Пожалуйста, давайте больше не будем. Мне так неловко.

- Мне тоже. Договорились и забыли. Света, ты занята сейчас?

- Нет, обед я уже сварила, а что? Заменить вас на площадке? Там так солнечно сегодня, - она глянула в окно.

- Замени. Но время еще есть. Успеешь меня подстричь?

- Конечно! Давно пора, Федор Михайлович, я же вам еще когда предлагала? Садитесь тут, тут свет лучше. Сейчас за ножницами сбегаю.

Когда с прической было покончено, Радов отправил Свету снимать показания, а сам заперся в спальне и критически оглядел бороду. Дед Мороз, да и только. Достал элетрическую бритву, выставил нужные миллиметры и прошелся по подбородку. Полностью сбривать смысла нет, все равно отрастет буквально на глазах. Зачем же он вообще взялся за станок? Об этом Радов предпочитал не думать. Сам решил, сам сделал. После сходил в душ, переоделся и как раз вернулась Светка, отчиталась о проделанной работе. Еще сказала, что одна доска в деревянных сходнях во дворе вот-вот проломится.

Все-таки женский взгляд куда острее мужского в некоторых деталях. Радов оделся и вышел во двор, нашел доску, оторвал старую, нашел и прибил новую.

Снова выросла над душой Светка.

- Чего топчишься раздетая? - рявкнул Радов. - Иди в дом.

- Да что-то не идут, - ответила Света. - Обед не знаю, накрывать или нет?

Радов глянул на часы и ругнулся. Туристы давно должны были вернуться.

- Запрись в доме и никуда не выходи. Я собаку возьму и рацию. Если они первые придут, дай знать. Все поняла?

- Да.

- Муфаса, ко мне!

Отправил безрукого окрестности показывать. Все надо делать самому, черт возьми!