Глава 22. Таисия

К этому позднему ночному часу она могла бы быть помолвлена. И могла к осени выйти замуж, если бы вчера согласилась. И сейчас, наверное, ей положено было бы быть в постели со своим женихом, радоваться тому, как сильно она влюблена и как сильно любят ее.

А в реальности Таисия Вознесенская все также одна. Сидит на темном крыльце в одиночестве и для нее ничего не изменилось.

Чертов Джей, как оказалось, спланировал этот отпуск до мельчайших подробностей с одной-единственной целью. Собственной.

- Но зачем ты увез меня на полярный остров ради этого? - недоумевала Таисия.

- Хотел сделать все оригинально. Хоть одной твоей подружке делали предложение в заполярье? Хоть одну катали на ледоколе?

Даже запасы в Амдерме, которые они вроде бы случайно купили, ждали их там с самого начала, потому что Джей связался с продуктовым магазином заранее и оставил задаток.

Он хотел жениться на ней, потому что любил ее. Женщину, которая вообще не любила его самого. Этого нельзя было не почувствовать. Таисия не скрывала, что не готова хоть с кем бы то ни были связывать свою жизнь. Джей не мог не знать, что она откажет ему. И все равно не отказался от этой идеи.

- А все он виноват! - Джей пнул стул, и тот пролетел через всю комнату, затормозив у дальней стены.

И Таисия знала, что он имеет в виду вовсе не мебель.

Федор Радов перебежал ему дорогу, как считал Джей. Как будто до встречи с ним Таисия была без ума от Джея.

Она не стала говорить, что этот год был просто удобен ей тем, что она получала то, что хочет, когда была достаточно свободна для вечера с ним. Не стала напоминать о том, что летала к сыну на свадьбу без Джея и это не было случайностью. Что точно также она полетит на Кипр сама, когда Вера родит первенца. Ее внука. Потому что Джей - лишний рядом с ней.

Джей отмахнулся от ее разумных доводов о том, что очень скоро ему наскучит спать с бабушкой. Как и того, что глупо зваться для чужих внуков дедушкой, когда у него даже собственных детей нет.

Отмахнулся и от ее слов о том, что ему нужна настоящая семья, а сама Таисия не готова заново проходить все круги ада, чтобы построить ее заново.

Они говорили долго. Он даже достал бархатную коробочку, словно пытаясь доказать серьезность своих намерений. Кольцо он тоже купил на ее деньги, в этот момент думала Таисия, как и вертолет, как и билеты на ледокол. Она хотела бы не акцентировать свое внимание на этих фактах, но не могла. Хорошо, что смогла промолчать, проблем хватало и без денег.

Из спальни, когда разговор зашел в тупик, Таисия просто бегом помчалась во двор, на свежий воздух, потому что голова шла кругом. Хотелось засунуть голову в сугроб, потому что мозги кипели.

Она практически споткнулась о вытянутые ноги Радова, который сидел на крыльце. Он же дал ей сигарету из пачки «Арктика». Самое жуткое курево в ее жизни, которое Таисия, тем не менее, с наслаждением выкурила, пытаясь унять дрожь в пальцах.

Столько мечтала о любви, а сама поступила, как настоящая стерва. Водила за нос мальчика, вот значит, какого мнения о ней Радов. И теперь понятно, почему он чурался ее все эти два дня от нее, как черт от ладана. Он-то знал, что она без пяти минут чужая жена.

Знал, да ведь тоже не сдержался там, на кухне. Так что не надо валить все на нее.

Он вернулся с коньяком. Спасибо, пощадил ее и не стал поить водкой или местным самогоном.

Протянул даже блюдце с нарезанными дольками лимона.

- А лимоны у вас откуда? - удивилась Таисия.

- Оттуда же, откуда и все остальное. С ледокола.

Прочирикали часы на руке Радова.

- Мне надо снять показания.

- Можно я с вами? - подскочила Таисия.

- На площадку? Вам будет скучно.

- Вряд ли. У меня коньяк.

- Этого-то я и боюсь. Ладно, идемте. Одну вас тут с коньяком тоже не оставишь.

И она пошла следом за ним. В полной темноте, потому что фонарик был только у него, держа бутылку коньяка в одной руке и тарелочку с лимонами в другой.

На метеоплощадке Таисия запрокинула голову в небо.

- Сколько звезд, с ума сойти…

- Я же просил, не мешать, - послышался строгий голос Радова.

- Молчу-молчу.

Он передвигался от прибора к прибору, как охранник музея. Натянул шапку-ушанку на стеклянный шар, и Тая не сдержалась, хмыкнула в темноте.

- Пока, почтальон Печкин, - хихикнув, попрощалась с гелиографом Таисия.

- Вас шатает.

- Вам кажется.

- Держитесь за меня, еще упадете. Хватит с меня одного гипса на станции.

- Паша тоже выпил?

- Паша чинил крышу. И упал.

- Я на крышу точно не полезу, так что не о чем переживать.

- Да вам бы и на земле за ногами уследить.

Радов завел Таю в теплое помещение, включил свет.

- Садитесь в кресло. Я пока буду отправлять показания.

- Это телетайп?

- Да.

- Да здравствуют создатели телетайпа, - сказала Тая и сделала глоток из бутылки. - Что?

Сидевший за столом Радов моргнул. Отвел глаза в сторону.

- Вы шапку потеряли, - сказал он.

Тая посмотрела на рассыпавшиеся по плечам волосы. Да, действительно, шапки на ней уже не было. Наверное, упала, когда на звезды смотрела.

- Какие признаки у цинги?

Радов хмуро глянул на нее.

- У вас нет цинги.

- А вдруг у вас будет? А мне совестно, что я оставила вас без лимона.

- Цинга нам не страшна. Лимоны тоже не в дефиците. Помолчите, пожалуйста. Вы не даете мне сосредоточиться.

- Да я вам, в принципе, не даю, - пробормотала Тая.

Радов закатил глаза, но стойко продолжил работать. Когда закончил с телетайпом, вызвал Амдерму по рации. Стал диктовать цифры, сверяясь с записями. Тая не слушала и не вникала. Просто смотрела на самого Радова во все глаза, в теплом свете торшера на столе. Он кивал и хмурился, ведя руками по датчикам и кнопкам. Иногда озадаченно глядел на нее, но рация тут же окликала его и он говорил: «Да-да, я тут».

Тая скользила взглядом по длинным пальцам, которыми он вел по исписанным бумагам или таблицам. И заворожено глядела на его губы, совершенно не понимая при этом, что именно он говорил.

Она видела выправку и силу, которые не видела раньше. Видела в нем больше, чем могла бы объяснить словами. Только дорогущий тибетский мастиф был доказательством того, что шестое чувство не лжет, как и Джей. Пес предано лежал возле стола на полу возле хозяина.

Радов назвал его Муфасой. Скорей всего, из-за присущей этой породе львиной гривы вокруг головы и на шее, как сказал Джей.

«Не рассчитывай, что он и тебе скажет правду, кто он, Тая!» - крикнул ей вслед Джей, когда она уходила. Как будто она не знала этого.

- Что вы моего пса гипнотизируете?

Тая посмотрела на Радова. Он закончил работать и теперь сидел за столом, всем телом развернувшись к ней. Одна рука на столе, а голова немного наклонена. Сейчас она легко могла представить его в костюме от «Армани», с бриллиантовыми запонками на манжетах рубашки. Гладковыбритого, с красивой прической светло-русых волос и неизменной язвительной улыбкой на тонких губах. С таким выражением лица блефуют, когда заключают дорогостоящие контракты. С такой улыбкой можно довести собеседника до белого каления и выиграть дело.

Кем он был? Адвокатом? Олигархом? Политиком?

- Тая?

Она моргнула и наваждение исчезло. Но ощущение дежавю - нет.

- Кто ты? - прошептала она. - Ведь я тебя когда-то знала…

- Ты пьяна.

Таисия качнула головой, и при свете торшера впервые глянула на початую бутылку, которую принес Радов. Хотела сказать, что не так много выпила, но наткнулась на золотые буквы на этикетке.

«Хеннеси ХО».

Этого коньяка точно не могло быть в продуктовом магазине в поселке на 400 человек. Она перевела глаза на Радова, но его лицо было непроницаемым. Дорогая собака, марочный коньяк… Пойман с поличным, но все равно не сдастся сам.

На его лице играли желваки. Взгляд был острым, как бритва.

- Ты не расскажешь, кто ты? - прошептала Тая. - Так ведь?

Радов посмотрел в окно. Таисия снова увидела горбинку на его носу. Эта деталь придавала его профилю хищный вид. Как она раньше не видела этого? Как могла принимать его за рядового госслужащего?

Когда Радов снова посмотрел на нее, Тае захотелось съежиться в своем кресле от его пронизанного равнодушием взгляда.

- Нет, не расскажу.

- Почему?

- А кто ты такая, Таисия Вознесенская, чтобы я отчитывался перед тобой? Очередной мальчик на побегушках? Если думаешь, что сможешь вертеть мной, как захочешь, а после вышвырнуть на улицу, как этого использованного Джея, то ты крупно ошибаешься.

- Я… - Таисия облизнула губы и не сдержала улыбки. - Еще ни разу не называла тебе своей фамилии, Федор.

Он вдруг тоже улыбнулся, снова мельком глянув в окно.

- Я знал твоего мужа, Тая. Твоего первого мужа, вроде бы. Если только ты не выходила замуж еще раз после Бестужева. Мужчин вокруг тебя, похоже, хватает.

- Не выходила. Я и развелась-то только четыре года назад. А ты эти четыре года провел здесь.

- Пять.

- Даже так?… Федор, ты никогда не уедешь отсюда?

- Никогда. И ты зря надеешься на то, что сумеешь заставить меня изменить свое решение чулочками или своими трусиками.

- Ты забрал мои любимые.

- Вернешься и купишь себе новые, - пожал он плечами.

- А если останусь?

- Не надо, Тая, - он рассеяно провел пальцами по кромке стола. - Эта жизнь не для тебя. А у меня - не будет другой.

- Ты закончил?

- Работать? На сегодня да. Теперь у меня есть три часа, чтобы поспать.

- И так всегда?

- И так всегда, - кивнул Радов.

Тая протянула ему коньяк. Радов покачал головой.

- Я по-прежнему на работе.

- Самый самоотверженный метеоролог севера. Тебе уже выдали медаль, Федор?

- Нарываешься, Таисия?

Она стянула через голову свитер.

- У меня другие планы.

- Что ты делаешь, - произнес он, но вопросительные интонации куда-то подевались.

- Собираюсь с тобой попрощаться, - Таисия отшвырнула бюстгальтер в сторону. - Ты был прав, когда говорил, что я получаю то, что хочу. И сейчас я хочу тебя.

Она ловко стянула с себя штаны.

Из одежды на ней остались только черные кружевные чулки.