Глава 2

Какой же этот мужик огромный. И страшный… Чего стоит один только его взгляд, пронизывающий до самых косточек. – А вы… Вы кто? – Роман Сергеевич. Но для тебя здесь и сейчас просто Рома. Недавно у меня работаешь? – Я только… У меня собеседование… – шумно сглатываю, увидев, как его рука ложится на ремень брюк. Рубашку этот Роман уже снял, и светит теперь голым торсом. А я… Неприлично его разглядываю. Нет бы, убежать, закричать, позвать на помощь – ведь намерения этого мужика прозрачны и ясны. Но я словно загипнотизированная рассматриваю его накаченное тело, несмотря на то, что он пугает меня до жути. – Как тебя зовут? – Ма-матильда. – Мама Тильда? Оригинально. Но сорян – не возбуждает. Будешь сегодня матрёшкой. – А матрёшка вас значит возбуждает? Я не знаю, откуда во мне взялась эта отчаянная дерзость… Роман удивленно вскидывает брови и приказывает: – Раздевайся, матрешка, я покажу тебе, от чего у меня встает колом. Ох, боже… Вот значит, как в этом клубе проводятся собеседования. Не соврал Вадим, когда назвал это роскошное место вертепом. – Я ухожу, – встаю с дивана и, покачнувшись, падаю прямо в руки похотливого Романа. Слишком долго я сидела на одном месте, ноги затекли в новых туфлях и подвели меня… – Куда?! – рявкает. – Раздевайся, кому сказал. Я в изоляторе неделю проторчал. Бабу хочу. А ты вполне сгодишься скоротать вечерок, – проводит горячими пальцами по моей шее вниз, к груди. Внутри все обмирает от услышанных слов: изолятор, сидел, бабу хочу… Так он что, преступник? Боже, боже… Вот это я попала! Вляпалась ещё похуже, чем моя сестрица! Наткнулась на какого-то, прости Господи, зека, который четко и ясно дал понять, что никуда я отсюда не выйду, пока он не получит свое. – Да ты не переживай, я чистый, – трактует он мое поведение по своему, – в СИЗО есть душ. Перед тем как выпустили, помылся, потому что знал, что мои подчинённые не оставят меня сегодня без подарка. Я – подарок?! Боже, это ещё хуже, чем выклянчивание Вадиком секса из жалости. Меня просто лишат девственности силой и все. Сомневаюсь, что этому Роману кто-то когда-то отказывал. Как же его фамилия? Лед… Ледовской, вспомнила! Может, зареветь? Но что-то мне подсказывает, этот мужик только разозлится, если увидит слезы. Но что же делать? Роман задирает платье и щиплет меня за ягодицу. Я взвизгиваю и получаю увесистый шлепок по попе. – У меня уже стоит, – сообщает он, хватает мою руку и кладет себе на половой орган. Ай, мамочки, а размерчик-то ого-го. Пора отсюда делать ноги! – Давай, матрешка, не тупи. Ублажи меня, как следует, – елозит моей рукой по ширинке. – Роман, а вы здесь хозяин? – тяну время разговорами в надежде, что придет Инна и объяснит наглецу, что я пришла устраиваться к ним на работу. А не то, что он подумал… – И что? – морщится и хватает меня за грудь. – Дело в том, что я… Хочу работать у вас! – ничего более удачного мне в голову не пришло, к сожалению. Мозг словно расплавился по неведомой мне причине. От распаленных взглядов Ледовского, мечущихся по моей фигуре, меня бросает в крупную дрожь. Колени медленно, но верно превращаются в желе. Во рту пересыхает, будто двое суток я держалась вдали от всех жидкостей. Что вообще происходит со мной? – Достаточно болтовни, поговорим после, – хам толкает меня на диван и разводит коленями мои ноги. Клацает пряжка ремня. Вжикает молния. Ой-ой!! Из трусов выпрыгивает здоровенный толстый ствол и наводит на меня прицел. Вот тут-то мне по-настоящему становится страшно. Он всерьез намерен в меня войти, и чихать он хотел на то, что я невинная еще. Уж лучше бы на аукцион девственниц сходила, честное слово, чем вот так… лежать под каким-то преступником и умолять меня не трогать. Хотя я почему-то молчу. Мыслей много, а слова исчезли, будто кто-то ластиком подтер мой словарный запас. Идиотка, скажи, что ты от Вадика, он же с понятиями, этот Роман. Но это не точно. Судя по его состоянию, он сейчас способен думать только об одном: как нанизать меня на свой огроменный член. – Будет тебе работа, матрешка. Ты чистая, кстати? Анализы когда сдавала? А, ладно, сегодня с резинкой трахнемся, но потом принесешь санкнижку. Мужик тянется через меня к столу и берет что-то из ящика. Его детородный орган находится почти у моего лица. Господи боже… Какой страшный… И из дырочки жемчужная капелька свисает, как роса на огурце. – Что смотришь? Пососать его хочешь? – Роман обхватывает член пальцами и оттягивает кожицу. Я округляю глаза и трясу головой так интенсивно, что шея хрустит. – Никогда в рот не брала, что ли? Да не звезди. Попробуй, тебе понравится, – мужчина мажет бордовой головкой по моим губам, и у меня внутри все переворачивается от новых острых ощущений. Головка такая бархатистая и нежная… Таращу на него влажные глаза. Нет, он не сделает со мной ничего такого… не посмеет. – Роман, вы меня с кем-то перепутали, я девушка – Вадима, – выпаливаю на одном дыхании. – Да мне плевать, – огорошивает наглец, раскатывая по своему стволу презерватив. Зачехлился! Вот теперь точно мне конец! И где же заявленные понятия у этого мужлана?! А нет их. Я только что сказала ему, что являюсь девушкой его брата, а ему пофиг. – Раздвигай ноги шире, матрёшка. Буду долбить тебя долго и яростно. Выдержишь? Да выдержишь, – тут же сам себе отвечает…