Глава 10

– Спасибо, Роман Сергеевич, но мне не нужна ваша помощь, – мотаю головой. Даже подумать страшно, что он попросит взамен! Наверняка они с братцем одного поля ягода. Вадик хотел склонить меня к занятиям проституцией, и Ледовской от него недалеко ушел. В памяти ещё свежа наша первая встреча, когда Роман безо всяких экивоков засунул в меня член. Хватит с меня! Найду другое место работы, но унижать себя не позволю. – Перестань ломаться, – Роман хватает меня за запястье и притягивает к себе. Кладет руку на мое бедро, а потом медленно проводит ладонью по ягодице. – Отпустите меня, немедленно, – начинаю паниковать. – Что? Не нравлюсь? Я мужик простой, трахаюсь без извращений. – Пожалуйста, пустите… Мне нужно работать. Горячая ладонь ложится на ягодицу под платьем. А потом его пальцы проскальзывают в перешеек трусов и останавливаются на половых губах. Замираю от ужаса, а потом, почувствовав скольжение, пытаюсь  оттолкнуть от себя Ледовского. – Блядь… – выдыхает Роман. – Какая у тебя там нежная кожа, Тильда. – Роман Сергеевич… – упираюсь руками в его монументальную грудь. По спине бегут испуганные мурашки. Вверх-вниз, снизу-вверх, – синхронно, вместе с его пальцами. Нет-нет, мне это не нравится. Не может нравиться! Он же грязно ко мне пристает и… Колени превращаются в холодец. Совсем меня не держат. Упаду, распластаюсь, опозорюсь, как обычно. – Мне нужно работать! – пытаюсь найти предлог для побега. Ноги моей больше в его кабинете не будет! – Работать… Да… – отвечает рассеянно, не убирая рук от моей промежности. Я приседаю, чтобы помешать его пальцам хозяйничать в моих трусах. – Будешь моей? – Роман кладет ладонь на мой затылок и пристально смотрит мне в глаза. Мурашки оживают, и теперь лихорадочно метаются не только по спине, но и по всему телу. Да что мне ему ответить? Конечно, я не хочу быть его… Ведь я его боюсь. В моем представлении сексуальные отношения не могут быть основаны на страхе. Только на любви. – Ответь, матрёшка! – нажав на затылок, говорит мне прямо в губы, и я начинаю отчаянно вибрировать. – Мне нужно подумать! – выпаливаю первое, что пришло в голову. Лишь бы отстал, отпустил, убрал руки из моего нижнего белья. – Хорошо, думай. До завтра. Роман резко отпускает меня, и я едва удерживаюсь на ногах. Расплавилась, будто кусок сыра в микроволновке. Это я от страха, что он позволит себе… всякое. – Иди, работай, – приказывает властно. Я киваю и выметаюсь из кабинета, как можно быстрее, пока не передумал, не окрикнул меня. Его возбуждение было таким же сильным, как и вчера. Я невольно почувствовала это. В коридоре сталкиваюсь лицом к лицу с Инной. – Ну, и где тебя носит, новенькая? – спрашивает она, окинув меня презрительным взглядом. Да, я взъерошенная после взбучки,  устроенной хозяином заведения. – Я у Романа Сергеевича была. – Оно и видно, – фыркает. – Так ты что, с обоими братьями спишь? Дерут тебя в два ствола или ещё нет? – Что?! – мои уши загораются от услышанного. Нет, я так больше не могу! Это слишком вредно для моей нежной психики. Я никогда не сталкивалась с подобными вещами: клубы, наркота, продажа тела, следствие, бандитизм… Я далека от всего этого и не хочу приближаться к такой неправильной жизни даже на километр. Я отсюда ухожу. Без возврата. – Да пошла ты! – бросаю Инне и убегаю. Она издевательски смеётся мне вслед и стучит в дверь Ледовского. Что она хочет от хозяина? А если… Если она тоже спит с двумя братьями? Мне ревниво. Нет! Знать обоих не хочу. Ни Меньшова, ни Ледовского. Оба хороши. Отмыться бы от этой грязи, в которую меня окунул Вадик! Ненавижу его, ненавижу! Он хотел сделать меня проституткой. Я не видела, что там происходит в зале, наверняка тошнотворные оргии. Окна, половинки… Моя фантазия не сильна в таких вещах – не могу даже представить! Меньшов меня обманул, не рассказал всей правды и сыграл на моей наивности. Он всегда надо мной подшучивает. Но сегодняшняя ситуация меньше всего похожа на шутку. Как же гадко… Вылетаю из клуба и ловлю такси. Сегодня звёзды явно на моей стороне, потому что через минуту возле меня останавливается машина с шашечками. Всю дорогу вытираю горячие слезы. Я и есть дура – правильно Роман заметил. Да пропади он пропадом, этот Риткин кредит! Пусть она сама отдувается, как хочет. Я сменю номер, сменю место проживания – никто меня не найдет. Расплачиваюсь с водителем почти последними деньгами. Есть ещё заначка на черный день, но там немного. Поднимаюсь в квартиру, переодеваюсь в спортивный костюм и собираю вещи. Все равно за аренду нечем платить. Через два дня придет хозяйка, и все равно меня выгонит. Так что уйду сама. Сейчас. Первое время поживу у сокурсницы, а потом что-нибудь придумаю. Натянув на голову капюшон, иду по темной улице. К счастью, ко мне никто не проявляет интереса, и уже через сорок минут я звоню в дверь Ани. – Тилька? – зевает заспанная девушка, появившись на пороге. На ней симпатичная белая пижамка с мишками. – Пустишь переночевать, Ань? – Проходи, конечно. Ночь на дворе. У меня парень ночует, поэтому постелю тебе на кухне, ты не против? – Конечно, нет. – Утром расскажешь, что случилось, а сейчас – баиньки. Ложусь на надувной матрас и смотрю в потолок. Как Вадик мог со мной так поступить? Я же ему верила. Да, я чувствовала, что он относится ко мне по-простому. Короче говоря, не любит. Поэтому я и не торопилась дарить ему свою девственность. Не удивлюсь, если Меньшов похвалился своим дружкам, что переспит со мной. В универе кажется уже все знают, что я ещё нетронутая, и это является предметом скользких шуточек и насмешек. На кухне пахнет едой, кажется, кто-то забыл помыть посуду. Усну ли? Закрываю глаза, они щиплют, словно в них насыпали морской соли. Наревелась сегодня, но кто мне виноват? Но я ни секунды не сомневаюсь в том, что поступила правильно. В клубе "Горячий лед" ничего хорошего меня не ждёт.