5-11

Не сводя взгляда с моих глаз, Эван подцепил пальцами кружевной край белья. А я отстранённо порадовалась, что додумалась надеть в театр своё лучшее бельё, прихваченное ещё из дома. В тот момент я сама не понимала, зачем. А тут, гляди-ка, пригодилось.

Кружевной лоскуток скользнул по ноге и бесшумно упал на пол. Я же осталась совершенно обнажённая под мужским взглядом. Из одежды на мне оставались разве что прозрачные чулки, но их Эван почему-то снимать не торопился.

Поднявшись на колени, он окинул меня восхищённым взглядом. Я же разглядывала его. Взъерошенного, со сбитым дыханием и лёгкой испариной на лбу, одетого в одни брюки… Которые вполне недвусмысленно топорщились в районе паха.

— Эван, — выдохнула я, — если ты хочешь, мы можем…

Мотнув головой, он снова навис надо мной и глубоко поцеловал, проникнув языком в мой рот. В то же время его пальцы снова пришли в движение. Только движения эти стали намного более смелыми. Теперь Эван вырисовывал узоры на внутренней стороне бедра. С каждым движением подбираясь всё ближе к самому сокровенному.

— Безумно хочу, — выдохнул он, с трудом оторвавшись от меня. — И мы обязательно наверстаем… в другой раз. Сегодня — поцелуи.

Его губы растянулись в демонической улыбке, а я со стоном откинулась обратно на подушки. Я уже и сама жалела, что согласилась. Хотя, конечно, в тот момент, когда давала согласие, я не могла подумать, что Эван будет таким… таким…

— А-ах! — выдохнула я, когда пальцы мужчины коснулись того самого места. И в тот же момент его губы собственнически накрыли мою грудь. Втягивая, целуя. Присваивая.

— Расслабься, — прошептал он. — Я ведь обещал, что не причиню тебе вреда.

Но об этом я уже не думала! Происходящее казалось мне до безумия несправедливым. О каких поцелуях речь, когда я уже на всё готова?!

В голове всплыло воспоминание о фантомной боли с Джейкобом, но я лишь отмахнулась. Всё это показалось таким далёким. Ненастоящим. Настоящее — вот оно. Здесь. С Эваном.

Мужские пальцы снова скользнули вниз, проведя по складочкам. Я протестующе застонала и подалась бёдрами вперёд. Он тихо рассмеялся и надавил ладонью мне на живот, укладывая обратно. А потом…

Потом он начал спускаться поцелуями вниз. От груди, вдоль живота. Поцеловал выступающие косточки. Лизнул ложбинку пупка. И скользнул ниже. На секунду замер. И коснулся языком заветного бугорка.

Я выгнулась дугой! С губ сорвался стон, и я попыталась отползти.

Разумеется, мне не позволили. Эван удержал за бёдра и прижал моё тело обратно к матрасу.

— Перестань, — выдохнула я, приподнявшись на локтях. — Это… неправильно.

Он широко улыбнулся. И снова лизнул бугорок, вызывая во мне совершенно невообразимые чувства. После чего скользнул языком ниже. Раздвигая влажные складочки и проникая внутрь. И снова вернулся обратно.

— Эва-а-ан, — выдохнула я и упала на подушки. У меня просто в голове не укладывалось, что можно целовать… там. И что эти поцелуи способны дарить настолько невероятные ощущения.

Эван не останавливался. Его язык дразнил, ласкал и терзал. Кажется, я сходила с ума. Моё тело металось по кровати, не в силах найти себе место. Я закрывала глаза от слишком яркого света. Сжимала бёдра. Царапала матрас. И кричала от нестерпимого наслаждения.

Финал случился неожиданно. Сперва наступила пауза, сопровождаемая только нарастающим шумом в ушах. А потом меня накрыло. Резко и всю сразу. Ладони онемели. Пальцы на ногах подогнулись. Меня выгнуло и затрясло в сладких судорогах.

Отпустив мои бёдра, Эван подтянулся вверх и сжал меня в крепких объятиях. Ничего не говорил. Только прижимал к себе и вдыхал мой запах.

Наконец, я затихла. Сознание захватила невероятная сонливость. Не хотелось ни говорить, ни шевелиться. Медленно выдохнув, я с трудом разлепила веки и взглянула на Эвана совершенно осоловевшими глазами.

— Это… что такое сейчас было? — шёпотом спросила я.

Он с нежностью улыбнулся и погладил меня по щеке.

— Это мы только что убедились, что твой бывший — полный идиот.

Почему-то этот ответ меня удовлетворил. Согласно кивнув, я прикрыла глаза и придвинулась ближе к Эвану. Сильнее всего на свете мне хотелось спать. И я не собиралась отказывать себе в этом удовольствии.