Глава 21. Загадки во сне и наяву

Иштарим.

День выдался на редкость противоречивым, казалось, что тетушка Судьбы решила встряхнуть привычный мир Иштарима. Проснулся мужчина в благостном настроении и вновь с мокрыми трусами. Последним открытием мужчина был совершенно обескуражен. Во-первых, поллюций у него и в подростковом возрасте не было. Во-вторых, раньше, если и снились эротические сны, то было это довольно мутно, хоть и волнующе, но не настолько реалистично, как уже несколько дней кряду.

В-третьих, начинало беспокоить регулярность этих дивных сновидений и то, что каждый раз мужчина не видел лиц, но прекрасно все чувствовал.

Из примечательного Иштарим отметил, что во сне у женщины вновь был хвост и привычно присутствовал третий участник любовной игры, мужчина. Он ласкал их женщину на глазах Иштарима, и во сне Иш помогал, направлял. Никакого отторжения, даже сейчас при воспоминаниях. Наоборот, и тогда, и сейчас сильнейшим огнем опалило желание. В своих грезах он наблюдал, контролировал, стремился помочь второму партнеру удовлетворить все потаенные желания их необычной женщины. Еще Иштарим припомнил, как шептал в ее сладкие губы заветное для себя слово: “Жена”.

Мужчина одновременно и хотел жениться и побаивался этого. Было что-то устрашающее в том, чтобы впустить кого-то в свою жизнь слишком близко. А во сне их двое: одну он звал женой, второго — мужем. Жесть. Иш потер переносицу:

— Приснится же такое!

Иш приподнялся на локтях и вновь посмотрел на свои трусы, пятно никуда не делось, а внушительный бугор пора отправлять под душ, охлаждать излишние порывы. Вспомнилось, как буквально несколько минут назад смотрел на оргазм своей женщины и сам испытал полноценное удовольствие. Как ласкал бусины ее сосков языком. Он и сейчас четко помнил свои ощущения от ее нежной плоти во рту, как не хотелось выпускать изо рта эти розовые вершинки. Сам в это время вбивался в ее плоть, жадно, с силой, получая ни с чем несравнимый кайф. Смотрел ей в лицо, ловил жаркие стоны и сладостные выдохи. Он чувствовал, видел, как ей хорошо. Ноги его женщины крепко обхватывали Иша за талию и, если он замедлялся, она пятками нетерпеливо подгоняла его по ягодицам. Но мужчина специально замедлялся, любовался реакцией и вновь резко со всей страстью врывался в ее тело. Пот скатывался по вискам и спине, впервые ему так хорошо с женщиной, Иш хотел заклеймить ее и не отпускать никогда. Затуманенный, синий взгляд напротив. На миг эти потрясающие синие глаза показались знакомыми, но ощущение быстро смазалось, исчезло.

Иштарим чувствовал живую тесноту ее лона, которая сжимается и трепещет, не хочет выпускать его член. Влажный жар обволакивал, манил вернуться и дарил невыносимо прекрасное удовольствие. Знакомая незнакомка во сне невероятно возбуждала: своим запахом, стонами и прикосновениями. Приходилось невероятными усилиями сдерживаться, чтобы не кончить в нее еще до того, как синеглазка сама дойдет до пика.

Ее кожа всегда, в каждом сне пахла очень вкусно, маняще. И даже там, в грезах, он гадал и не мог определиться какой, особенный шоколадный напиток подойдет их девочке. А может не напиток, а плитка из его любимого сорта какао бобов с щепоткой пажитника, с орехами и апельсином? Какой орех ей подойдет? А то, что их партнеру понравится горький шоколад с имбирем и медом, Иш не сомневался.

На работе выдался суматошный день, к нему постоянно шли с проблемами, а ближе к концу дня служба доставки сообщила, что его груз задержался на таможне и поэтому приедет с опозданием на сутки.

В какой-то момент, Иштарим заметил, что присматривается к женщинам, ищет схожий силуэт и запах, пытается понять, не прячется ли под юбкой хвост. И ладно, что он разглядывает женщин, они смущаются и улыбаются в ответ, но ведь точно также Иш сканирует и мужчин. Муж это тебе не зерна перебрать, хотелось бы знать кто из знакомых забрался в подсознание и снится.

Вечером Иштарим решил принести из дома для обжарки свои последние запасы бобов, а поспешив забежать за чашечкой кофе, лишился последнего ценного сырья.

Иш, остановился. Нужно было выдохнуть. Весь день он как белка в колесе, куда-то торопится, решает постоянно падающие из ниоткуда проблемы. Вот девушку облил и кажется локтем толкнул. Шоколадный Барон замер, на мгновение прикрыл глаза, заставляя себя успокоиться, незнакомка в первый миг показалась чем-то неуловимым знакома, но это ощущение быстро прошло. Тут же расхотелось бежать на работу и решать всякие сложности. Нужна передышка. За что он любил свой остров, так за неторопливость жизни. Здесь, в Шоколи, ритм другой, стремительный и бурный. Теперь понятно, почему Оруг так мечтал скинуть на кого-нибудь свой ресторан и уехать туда, где тихий городок, лес и заботливые медсестры.

Оставив, симпатичную, кудрявую особу, пострадавшую от его спешки, он вошел в кафе и, заказав напитки, набрал на луре своего заместителя. Как только тот ответил, Иш спокойно и уверенно сообщил взмыленному парню, что сегодня на работу не вернется. Пусть отменяет все намеченные планы, а сам пойдет на кухню и выпьет чашечку шоколада, повар рецепт знает.

Шокированный помощник даже ответить ничего не успел, как шеф отключился.

Место присмотренное им в закутке с небольшим столиком и двумя стульями, оказалось занятым, но его спутница сообщила, что таких уютных уголков здесь несколько.

Чем-то ему нравилась эта девушка. Наблюдая за ней, Иштарим для себя отметил неспешность и эдакую тягучую плавность движений, легкость походки и самое интересное, у нее была закрытая одежда. В такую-то жару. Оценил ее наряд и понял, что испортил Тин дорогую вещь, еще и удар локтем пришелся в грудь. Даже неловко стало. Однако девушка не сердилась и не обиделась, легкая, загадочная улыбка блуждала по ее лицу. Будто она знает что-то, что не известно ему.

Рядом с этой кудрявой девчонкой, очень юной и свежей, замученный работой хозяин ресторана почувствовал безмятежность и покой. Смешная и маленькая девушка поглядывала на него искоса с любопытством, но помалкивала. И это ему тоже нравилось в ней.

Только вот, спокойствие Иштариму и не снилось. Раздавшийся звонок, не позволил даже кофе глотнуть. Его мужчина пил редко, в основном как средство от головной боли.

— Слушаю, — ответил Иш своему доверенному лицу с островов.

Голограмма Сеншея высветилась и девушка представившаяся как Тин, с любопытством разглядывала плотного мужчину с седыми висками и цепкими глазами.

— Иштарим, прости, что отвлекаю от свидания, но я по работе. Отключи голограмму.

— Извини, — покаялся перед девушкой Шоколадный Барон и переключил связь.

Теперь собеседника будет слышать только он.

— Хорошо, — услышал Иш голос в своем ухе, но покидать уютное, уединенное место не спешил. — Ты же сейчас на материке? На меня вышли как раз оттуда. Им нужен спец высшего класса. Ты слышал, что у Айшера выкрали семейную реликвию?

— Алмазный гарнитур? Шепнули уже.

Иш глянул на девушку, которая уделила все внимание обеду и кошке с большим бантом на затылке. Он не беспокоился, что Тин станет известна какая-то тайна, ведь мужчина полагал, что она ничего не поймет. Сидит спокойно с котом играет, на него внимания не обращает. Вежливая девушка, дает ему время и пространство обсудить дела.

— Так вот, — продолжил Сеншей, — камни там не простые, всем об этом известно, а какой именно сюрприз они прячут, род Зайер держит в строжайшем секрете. Тот, кому нужна инфа, очень хорошо заплатил. Я уже отправил к тебе человека, встреть его, и я бы попросил вас сработать на пару. Твои и его навыки вместе неоценимы, а проблемы с рестораном сами к тому времени решатся, не без помощи твоего помощника, — собеседник усмехнулся.

Иштарима никогда не беспокоило, что наставник знает о нем порой больше, чем сам Иш. Шоколадный Барон, так звали Иштарима на его землях, хотел сказать “нет”, но по мере обдумывания задания, азарт разгорался в крови.

— Им нужна только копия информации или оригинал тоже.

— Копии вполне хватит. Знаешь, Иш, весь теневой мир буквально лихорадит этим гарнитуром. Никто не знает где он, кто украл и в чьих он руках. Есть сведения, что камушки не покидали пределы поместья Зайер. Но так же я точно знаю, что сам Айшер заплатил баснословную сумму, чтобы отыскали его семейную ценность.

— Я в деле.

— Я рад, у парня вся нужная информация есть, завтра в шесть утра он будет у тебя. Так что не увлекайся девушкой, не оставляй у себя.

— Не суй свой нос…

Иштарим отключился под хриплый смех Сеншея. Есть у Иштарима тайное и темное прошлое. Еще будучи подростком он поругался с отцом и ушел из дома. В то время молодой человек не хотел ответственности, в которую постоянно тыкали носом. Мальчишка отказывался быть хозяином поместья, гигантских плантаций, ему хотелось воли. Внутренний бунтарь рвался на свободу. Тогда-то он и попал в руки Сеншея. Мужчина подобрал его на дороге, бредущего в никуда. Показал свой борцовский клуб, как тренируются его парни и предложил пройти обучение.

Сеш, как звали наставника все ребята, никогда не был добропорядочным гражданином, детский клуб для юных чемпионов был лишь прикрытием. На своей базе он обучал сирот и беспризорников воровству. Но не тому воровству, где нужно незаметно залезть в карман зазевавшегося прохожего, иному. Они учились перепрограммировать или быстро отключать домашних роботов-охранников, незаметными тенями проникать в дома богатейших людей, обходить охранки и ловушки, учились прятаться от оборотней, обходить защиту гномов. Чаще всего приходилось красть разного рода документы, реже ценности. У Иштарима Сеш обнаружил дар чувствовать и вскрывать ловушки и охранки. Роботы уже через пару минут проникались к нему доверием словно к хозяину, а как парень незаметно подбирался к ним несмотря на все сенсоры, даже Сеш не знал.

В конце первой недели пребывания в клубе наставника Иштарим связался с отцом. Парень сообщил, что с ним все в порядке и он находится в школе боевых искусств, хочет пройти там обучение. Отец в свою очередь переговорил с Сеншеем и дал добро. Три года Иш учился и занимался теневым воровством, потом вернулся к отцу, но связь со школой не терял и изредка участвовал в операциях. Постепенно Иштарим проникся идеями отца. Может, повзрослел, может на него так повлияла школа, но вернувшись, он больше не перечил отцу, а взялся за семейное дело с большим энтузиазмом.

Иштарим в задумчивости отключил лур и посмотрел на девушку, которая доедала свой ужин на пару с кошкой и совершенно не обращала на него внимания. Темнело, аромат цветов усилился.

— Замечательный здесь парк, — вслух восхитился мужчина.

Он привык к просторам своего острова. С его белоснежного балкона открывается чудесный вид на несколько гектаров засаженных шоколадными деревьями, кое-где проглядывают домики с соломенными крышами, в которых живут те, кто собирает плоды какао, сушат и отправляют на дальнейшую переработку. С этого же балкона мужчина любил смотреть, как солнце чертит сияющую дорожку на темнеющей глади воды, как небо смешивает краски, показывая все новые, не повторяющиеся оттенки и цвета. Поистине ошеломляющее зрелище, за которым никогда не надоедает наблюдать.

Но и этот парк, своей романтичной атмосферой, ухоженностью Иштариму очень понравился. А недавно он узнал, что дядя Оруг выделяет часть средств на содержание этого парка.

— Милая, Тин, мне приятно было с Вами познакомиться и еще раз прошу извинить меня за нападение, пусть случайное, но из-за меня Вы пострадали как физически, так и материально. Я хочу возместить Вам ущерб. Нет-нет, не отказывайтесь, прошу, — девушка перед ним нахмурила брови и явно хотела отказать. — Я видимо эгоист больше, чем думал и, мечтая встретиться с Вами вновь, ищу как это сделать самым быстрым способом.

— Подкупом? — уже весело спросила эта егоза.

Она ему нравилась, понятная, улыбчивая, без тех закидонов, которые его бесили в женщинах. Она не искушена, юна и обаятельна. Была бы Тин постарше на пяток лет, он не боялся бы ее напугать, а постарался узнать женщину получше в кратчайшие сроки. Запросил бы на нее досье. И все это с дальним прицелом на более близкие отношения. На эту кудряшку он соберет информацию, но позже, как только разберется с наследием Айшера.

— Именно, — он улыбался широко и искренне.

— Тогда я согласна. Как именно Вы планируете искупить свою вину? Имейте в виду, я оставляю за собой право отказаться от несоизмеримого с ущербом подкупа.

— Новое свидание. Самое настоящее.