Эпилог
Несколько лет спустя.
Ночка у меня сегодня выдалась на редкость веселая. Моя лессуна, любимица Шаа готовилась явить миру своих котят. Интересно, что в повседневной жизни она у меня очень самостоятельная, но как только приходило время рожать, то есть окатиться, так нет более ручного животного. Это ее вторые роды. Первые были несколько лет назад тогда родилось два лессунчика, смешных и страшненьких одновременно. Лысые, мокрые, ярко-розовые, они казались совершенно неприспособленными к жизни.
Я даже побоялась, что не выживут, хотя сердечки этих крошек бились быстро-быстро. Первое впечатление о новорожденных детенышах моей верной подруги оказалось обманчивым, совсем скоро они присосались к мамке, не оторвать и Шаа милостиво отпустила меня отдыхать, переключив все внимание на деток, вылизывая их и мурча им свои кошачьи песенки. Вот и теперь мы с лессуной уже приготовили лежбище для самого комфортного разрешения беременности, а у самой живот тянет и тоже не ясно то ли это тренировочные схватки, то ли сынуля решился посмотреть новый мир. Живот у меня и первый раз был ого-го, а в этот и того больше.
Семь лет назад родились наши дочки, двойняшки. Вылитые папки. Лина точная копия Роя, только волосы однозначно как у Иштарима и цветом, и структурой, а Луна внешняя копия Иштарима, но стальными глазами и характером пошла в Эллроя. Что девочки взяли от меня? Так, сущую мелочь: милые хвостики с пушистыми кончиками, цвет кожи и все особенности моей расы. Мои мужчины обожают дочек и балуют их.
Ох, очередная схватка судорогой прошлась по животу и пояснице. Не особо больно, но настораживает. Одной рукой я поглаживала то живот, то поясницу, а другой Шаушку, ведь ей больнее. Не зря кошке хотелось, чтобы я рядом была во время ее родов. Сначала в ее корзинку постелили свежее покрывало, лессуна величественно взошла и жалобно мяукнула. Больно, бедненькая. И я принялась почти безостановочно гладить ее, успокаивая. Она громко урчала и подставляла то шевелящиеся бока, то голову. Я зевала, все-таки три часа ночи, но подбадривала кису как могла. Когда у меня были роды кошка также не отходила от меня и мурлыкала мне успокаивающие песенки. А после и нянькой была бесценной.
Из задумчивости меня вывело громкое мяв и потуга лессуны, я принялась шептать ей что-то ласковое и бессвязное и вот на третьей потуге родился грязно-белый мокрый, шебуршащийся комочек, который Шаа принялась немедленно вылизывать. Ее старшие котята, уже своих деток завели. Я знала это со слов дела Октора, так как маленьким лессунчикам, когда они достаточно подросли дали выбрать хозяев и остались они на островах Алессы.
Мы остров навещаем несколько раз в год, когда хочется много внимания, общения и отдыха от суеты большого города. И на виллу на острова Иштарима ездим, по необходимости, ведь за плантациями шоколадных деревьев нужно присматривать.
Кофейные зерна посаженные в медовый месяц дали плоды и непростые. Каждый, кто пил наш кофе значительно поправлял здоровье и через короткое время находил в себе магические способности. Теперь все мы маги и выращиваем совершенно особый кофе, правда тайно и поим бодрящим напитком далеко не всех.
Почему-то этот остров никогда не имел постоянного названия. Местные с давних времен называют его по имени нынешнего хозяина острова, легко заменяя имя отца сыном, когда приходит время. На официальных картах этот остров обозначен как Норшир, это второе имя Иштарима, которое передается по линии отца.
Еще один громкий мяв ознаменовал рождение еще одного котенка, на этот раз розоватого. Первый уже перестал казаться мне грязным и как только окончательно высохнет, точно станет белоснежным. В папочку. Шаа не изменяет своему Шуру и как только мы приезжаем на остров Алессы, то все, лессуна для мира пропала, весь ее мир — это ее кот. Соседи говорят, что и Шур верен своей избраннице и часто подолгу сидит на облюбованном большом плоском камне на пляже, глядя на водную гладь. Я порой вижу, что и Шаа вдали от белого котика тоже скучает, но она ни разу не жаловалась и спокойно покидала с нами острова.
Лессуна переключилась на котят, я же осторожно погладила живот кошки, прощупывая, не будет ли еще котенка, но нет. И в этот раз двое. Лессуны не котятся часто и помногу как кошки. Все-таки разные виды. Пока сидела рядом на полу спина разболелась, и ноги затекли. Еле поднялась, меня милостиво отпустили.
Посмотрела на часы — шесть утра и сильно удивилась, так как казалось совсем мало времени прошло с начала схваток у моей питомице. Думала, пойти в кроватку, но спать как уже несколько раз бывало, совершенно не хотелось. Да и мужья на сутки оставили меня. Рой уехал к оборотням, какие-то дела решать, а Иш на плантацию, там тоже что-то срочное и безотлагательное. Оба обещали к вечеру вернуться. Рожать мне примерно через неделю, так что легко отпустила обоих.
Рой, мой татуированный блондинчик, частично оборотень, но оборачиваться не умеет. Кто его родители узнать не удалось. Но есть предположение, что это одна пара погибшая во время резни между оборотнями. Девушка была человеком, а оборотень погиб защищая только что родившую пару. Новорожденного кто-то отдал в руки бездомного. Больше родни не нашлось.
Однако это не помешало Эллрою вести дела с оборотнями. Эти дикие нелюди решили, что они не хуже тех, кто живет на континенте и роботы им тоже будут весьма полезны в хозяйстве. Рой, кроме конструирования и программирования роботов, финансовой аналитики, пошел учиться на художника-портретиста и теперь множество моих и дочкиных изображений развешаны во всех наших домах. Есть и такие картины с моим участием, которые предназначены только для спальни и куда детям ход закрыт.
На кухне заварила чай и села в удобное кресло полазать в путях, почитаю что-нибудь, отвлекусь, может и сон навеет. Живот несильно потягивало, но беспокойства не было. Около восьми утра захотелось спать и я уже поднялась в спальню, предварительно заглянув к дочкам. Лина сбросила одеяло и звездой лежала мимо подушки, а Луна наоборот завернута как в кокон, мирно сопит носиком в стену. Поправила одеяла своим красавицам и, закрыв двери, подошла к нашей спальне, как меня остановил звонок в дверь. Удивившись и испугавшись, что ранний гость разбудит девочек, у них каникулы, пусть поспят, поспешила открыть дверь.
За порогом стоял отец. Я так удивилась, что не сразу сообразила впустить гостя.
С папой мы не виделись со дня свадьбы. Хотя не совсем так, все-таки в одном городе живем и даже в одном ресторане обедаем. Однажды я видела его в зале Тирении. В тот день я переоделась Астином и прикидывалась официантом. У студентов вновь сессия, а я диплом писала и была относительно свободна, вот и уговорила Иша переодеться. Самое интересное, меня помнили, несколько ребят так и остались работать в Тирении. Кири, увидев меня, опешила, но взяла себя в руки и прошла мимо, сухо кивнув. Я знаю, что она замужем за поваром, все же он смог обаять девушку. Я рада за них.
Папа сидел в зале, почти полностью седой, он, тем не менее, излучал мощь и власть. Поменялась с одним из парней работающих в зале столиками, чтобы оказаться к родителю поближе. Папа снова не узнал меня, так же как и в первую встречу в образе Астина, когда я подслушивала чужие разговоры. Еще разок видела его шедшего куда-то с охраной за спиной. Я была через улицу и обозначать себя не стала, только взглядом проводила и вздохнула. И вот сегодня он пришел ко мне домой. С миром ли?
Узнать не успела. Как только немного отошла от ступора и пропустила дорогого гостя в гостиную, как по ногам потекло.
— Что случилось, дочь? — обеспокоился отец тем, что я резко остановилась и лицо мое обозначило множество эмоций и мыслей.
Удивления, легкого беспокойства, а как же мужья и прочее. Тут же вспомнилась встреча с ведьмой примерно месяц назад. Она напророчила мне крепкого и счастливого сынишку, пообещала легкие и стремительные роды.
Я, как обычно, гуляла в парке, нагуливая аппетит, девочки играли в мяч на специальной площадке, где за детьми присматривал общественный робот. Скоро Рой и Иш пойдут с работы и мы все вместе пойдем поужинать.
Ее я узнала сразу, как и ведьма меня.
— Ну здравствуй, девонька!
— Здравствуйте!
Старушка нисколько не изменилась, все такая же сгорбленная, худенькая, седая и с клюкой. Мы присели за столики под навесом кафе и нам тут же принесли чай и две чашки. Мы с дочками частенько в этом кафе чай с вкусностями пьем и нас хорошо знали.
— Я ждала тебя, — голос у старушки был скрипучим, ветхим, как и она сама. — Вижу ты приняла любовь тебе предназначенную и проклятие, словно листва по осени, опало. Это хорошо. Но я пришла, так как время мое на исходе.
Пока ведьма говорила, я разливала чай, а самой интересно стало, сколько же ей лет?
— Сто девяносто мне. Не удивляйся, мыслей не читаю. Вижу твой интерес. Это мой последний день на земле. Хорошее сегодня солнышко и ночь будет славной. Самое то для меня.
Старушка все это говорила с таким умиротворенным спокойствием, что я поняла, сочувствия она не ждет. Мне стало неловко за неуместное любопытство.
— Извините.
Поставила чашку с чаем перед гостьей.
— Спасибо, деточка. Душа твоя, по-прежнему, сияет чистым светом. За эти годы я накопила благодати и прошу тебя забрать ее. Тебе она скоро пригодится. А меня не будет держать тяжким грузом.
Пока я подбирала слова для ответа, она поймала мою ладонь и сжала в сильных, сухих пальцах и с такой мольбой посмотрела мне в глаза, что я невольно кивнула.
— Скажи, я принимаю твою благодать ведьма Сильма.
Я повторила и почувствовала как по рукам побежало тепло и колкие мурашки. Жаром окатило с головы до ног и в мгновение все прошло. А старушка прикрыла глаза, и теплая улыбка озарила ее лицо.
— Ну вот и хорошо, вот и славно.
Она встала, опираясь на палку и, прежде чем уйти, напророчила, что родится сыночек у меня, а роды пройдут гладко и быстро.
— Не суетись, как воды побегут. Поверь, все идет как надо, — она озорно подмигнула, словно девчонка.
И вот стою я, смотрю на лужицу под ногами и вспоминаю слова ведьмы.
— Без паники и суеты, все как надо, — бормотала я, стараясь взять себя в руки.
И все равно немного нервничала. В прошлый раз к моменту отхождения вод со мной были повитуха и мужья. Они меня поддерживали и успокаивали.
— Лур, нужно сообщить мужьям, у меня ничего не готово. Позвать повитуху. Да, точно. Ух.
Согнулась пополам от болезненной схватки и принялась глубоко дышать, выдыхая сквозь сомкнутые губы.
— Дочка, что случилось?
Отец подлетел ко мне, но боялся коснуться и что-то не то сделать. Я, как только смогла выпрямиться и говорить, сообщила:
— Рожаю.
Ужас отразившийся на лице родителя довольно скоро сменился серьезным спокойствием и уверенностью, которые так свойственны родителю.
— Скажи, что нужно сделать.
Пришлось командовать между схватками, время между ними неумолимо сокращалось. Пока папа звал мою помощницу по дому, чтобы она приготовила мне ванну. В прошлый раз я рожала в воду, правда на островах Алессы. Но сегодня все шло не по плану. Моя повитуха оказалась на других родах, и вторая тоже. Что за бум рождаемости? Мужья и вовсе в отъезде, я нервничала все больше. Успокаивали слова ведьмы и отданная мне благодать.
Отдала свой лур отцу, пока помощница бледневшая все больше, помогла надеть ритуальную родовую рубаху, в которой еще мама меня рожала. Мерцающий свет свечей и запах воска расслабляли и дарили такую нужную безмятежность. Рассеянный тусклый свет помогал сосредоточиться на своих внутренних ощущениях позабыв о внешних тревогах. Схватки становились мощнее, и вода оказалась спасением.
Этот дом мы выбрали из-за близости к парку, который всем нам очень нравился, при этом тихий район и совсем рядом с центром города. Еще месяц ремонта и неожиданно нагрянула чета де Грауд. Приехали они не одни, с мальчиком лет тринадцати. На их глазах погибли родители мальца, чей ротолет врезался в здание, потеряв управление. Небывалое происшествие. Расследование показало, что это преднамеренное убийство. Мальчик каким-то чудом отделался переломом ноги, а Тирения и Оруг прониклись к ребенку пока заботились о нем, а после оформили опекунство. Оруг не выздоровел полностью, но несколько лет в запасе имеет, так сообщил он нам, с любовью глядя на мальца.
Иштарим был счастлив передать управление ресторана обратно в руки хозяина, а сам пошел учиться на управление ротолетом. Мне было непонятно зачем, но ничего против не имела. Рой в это же время посещал курсы рисования, а я увлеклась скалолазанием. У каждого свои причуды.
Девушку помощницу пришлось отослать к дочкам, так как она больше мешала, чем помогала. Лина и Луна вот-вот должны были проснуться. А мне на выручку нежданно-негаданно пришел папа.
В большой овальной ванной, я сидела в просторной рубахе, состояние было отрешенное. Родитель был рядом, гладил по голове, что-то тихое говорил, я не вслушивалась, продыхивала схватки. Шаа поодаль на своей подушечке устроилась и урчала мне песенки, хотя сама недавно окатилась и была слаба. В их обществе мне было спокойнее, чем одной, однозначно.
Рожать с отцом странно, очень. Но эти несколько часов невероятно сблизили нас, и именно папа первым взял на руки новорожденного внука. Мне показалось, что в пламени свечей я увидела отблеск слез в глазах обычно сурового и безжалостного родителя. Уже позже я сказала отцу “спасибо” от всей души, благодарно обняла его и он принял мой искренний порыв.
Сразу после родов я ощутила бесконечный прилив счастья и огромную волну благодарности к отцу за беспрекословную помощь, к ведьме, которая предупредила о быстрых родах и я успела морально подготовиться. К моим мужьям, что подарили мне невероятное сокровище и к дочкам, которых бесконечно люблю. И которые не пытались взять боем ванную, пока их братик выбирался из маминого животика. Это им объяснила моя помощница. От моих девочек вполне можно ожидать чего угодно и меньше всего покорного послушания.
Мужья мои приехали, как раз когда мы с сыном, которого назвали Лекшир, перебрались в спальню и отдыхали после сложной, но важной работы. Сынишка не имел хвостика, что ожидаемо, родился светловолосым с темными, почти черными глазами. Однако может еще все изменится.
— Мы ротолет купили, — признался Иш на следующий день.
Мы наслаждались теплой погодой в беседке, пока сытый сынишка сладко посапывал у меня на руках.
— Теперь проще будет добираться до островов. Все разрешения на частные перелеты у меня получены. Так что в любой момент можем отправиться отдыхать.
Я полулежала в кресле-качалке, довольная и счастливая, любовалась мужем. Таким волевым и красивым. Улыбка однозначно делала его моложе. Шоколадные глаза смотрели на нас с сыном с затаенной радостью и любовью.
— Можно подержать?
Муж спрашивал тихо, боясь нарушить атмосферу благости, царившую здесь и сейчас. Я протянула ему тихо сопящий сверток. Муж держал осторожно, хотя был тренирован на дочках и почти неслышно для слуха выдохнул крик души:
— Спасибо тебе за него, за них, — он посмотрел на резвящихся неподалеку девчонок. — Мы с Роем невероятно счастливы рядом с тобой. Спасибо тебе, что сбежала и не вышла замуж за монстра.
Иштарим наклонился и поцеловал меня в губы, вроде бы невинно, но вкладывая в свое долгое прикосновение столько чувств, что у меня защемило в груди.
Слов для ответа не было, и горло сжало от количества эмоций, поэтому я в ответ просто улыбнулась. Мы помолчали в тишине, каждый думая о своем.
Радуясь солнышку и цветам, которые оплели беседку гибкими стеблями, даря тень и чудесный аромат, наблюдала за хвостатыми дочками. Они бегали по траве, а за ними весело виляя коротким хвостом переваливался на коротких, толстых лапах щенок. Это смешное чудо утром принес отец. Он вручил моим девочкам большую коробку с алой лентой и круглыми дырками по бокам.
— Кажется, я задолжал вам, внучки, подарки.
Почти сразу папа уехал, оставив меня в недоумении и растерянности, а девчонок визжать от счастья. Мужья проявили сдержанную вежливость, им еще предстоит познакомиться с папой поближе и наладить контакт.
С тех пор мои отношения с отцом неуловимо изменились. Он стал чаще навещать нас, приносить подарки детям, но больше всего внимания всегда удостаивался Лекшир.
На веранду вошел Рой. В руках он принес большой поднос с горячим шоколадом и загадочной коробочкой, украшенной большим бантом. За ним летел Жужа, держа небольшой, но невероятно красивый букет в вазе.
— Вчера девочки прослушали три сказки, прежде чем уснуть, с ними Шаа осталась. Она потребовала от меня, чтобы ее корзинку в детскую отнести. Есть подозрение, что этих котят она хочет в семье оставить.
Теплый взгляд моего блондинчика и мне вручили коробочку.
— Это малое, что мы можем дать тебе за любовь, которой хватает на всех нас и даже больше.
Он наклонился к моим губам и поцеловал нежно, томительно, погладил пальцами по лицу, откровенно любуясь мной, а я от этого его взгляда всегда таю.
— Ты с каждым днем становишься все красивее.
— Кому горячего шоколада? — прервал наши нежности Иштарим и я улыбнулась.
Счастье, оно разливается в воздухе, если не ищешь его, а знаешь, что оно внутри тебя. И ты позволяешь этому осторожному чувству раскрыться во всей его красе. Запивать его горячим шоколадом рядом с любимыми людьми еще вкуснее.