Глава 6

Прошла неделя с той новогодней ночи, но образ Юли преследовал меня каждую минуту.

Я сидел в дальнем углу кафе, прячась за меню, а взгляд непроизвольно стремился к столику у окна, за которым она сидела с подругой-брюнеткой. Юля была совсем не похожа на ту яркую блондинку, что я встретил в новогоднюю ночь.

Простой серый свитер, потертые джинсы, тяжелые ботинки вместо элегантных каблуков. Волосы небрежно собраны в пучок, из которого выбивались непослушные пряди. Ни следа макияжа на бледном лице, под глазами залегли тени.

В каждом ее движении сквозила какая-то надломленность, усталость. Она рассеянно помешивала кофе, изредка кивая в ответ на оживленную речь подруги, но взгляд ее снова и снова возвращался к окну.

Она что-то искала там, за стеклом? Или просто избегала разговора?

Семь дней назад я нарушил все правила. Впервые за все время своей, так сказать, карьеры «разлучника» я не закончил работу. Антон Колесов получил свои фотографии, как было оговорено, 2 января. Я передал ему несколько снимков Юли – в душе, на кровати, в красном белье, но на видео не стал показывать.

Фото были пикантными, но не вульгарными. Достаточными, чтобы подтвердить «измену», но не выставляющими Юлю как дешевку. Антон тогда высокомерно рассматривал фотографии, поджав тонкие губы.

«Сука», – пробормотал он, когда увидел кадр, где Юля выгибается в оргазме. И тогда что-то внутри меня сломалось.

Этот слизняк даже не смог сам разорвать отношения. Наверняка плел ей сказки о любви, о том, что бросит жену... А теперь смотрел на нее, как на грязь. Мне захотелось ударить его – бить до тех пор, пока его напомаженная физиономия не превратится в кровавое месиво.

Но я сдержался. Только забрал оставшийся гонорар и вышел, не сказав больше ни слова.

С тех пор я не находил себе места. Я нарушил главное правило – никогда не привязываться к «объекту». Но Юля не была объектом. Она была настоящей, страстной женщиной, которую использовали и выбросили. Даже я ее использовал и выбросил.

Пробил ее через свои каналы – узнал адрес, место работы, друзей. Начал следить. Просто... наблюдать. Иногда проезжал мимо ее дома, иногда оказывался в тех же магазинах. А сегодня набрался смелости прийти в кафе, где она часто бывала со своей подругой.

Телефон Юли лежал на столе экраном вниз. Я знал ее номер наизусть – столько раз я набирал его, но так и не нажимал кнопку вызова. Что я мог ей сказать?

«Привет, я тот парень, которого наняли, чтобы уничтожить тебя»? Или «Прости, я тут проезжал мимо, а вообще я не могу все никак забыть тебя»?

Пальцы непроизвольно тянулись к своему телефону. Набрать ее номер? Написать сообщение? Миллионы мыслей крутились в голове, но я так и не решался.

Официантка принесла мне кофе, я даже не заметил, когда успел его заказать. Сделал глоток – черный, крепкий, обжигающе-горячий. Такой же, как та ночь с Юлей.

Черт, я вел себя как мальчишка. Я, человек, который разрушал чужие отношения, с легкостью соблазнял женщин, не испытывая ни грамма сожаления, теперь сидел, спрятавшись за меню, и не мог набраться смелости подойти.

Возможно, она ненавидела меня. Наверняка ненавидела. Я исчез на рассвете, не оставив ни номера, ни записки. Ничего. Просто растворился, как привидение. Профессиональная привычка – не оставлять следов.

Я наблюдал, как подруга все еще что-то эмоционально рассказывала, активно жестикулируя, а Юля только кивала, все еще витая где-то в своих мыслях.

Она выглядела измученной, почти больной. Когда подруга отвернулась, Юля машинально потерла шею в том месте, где я оставил засос в новогоднюю ночь. Мое сердце забилось чаще.

Я не должен был этого делать, но мой телефон был уже в руке. Набрал ее номер и замер, палец завис над кнопкой вызова. Я мог уничтожить Колесова одним звонком – у меня был компромат и на него, я мог рассказать Юле всю правду, заставить его заплатить...

Но тогда я потерял бы ее навсегда. Какая женщина простила бы такое предательство? Двойное предательство.

И все-таки что-то внутри меня не давало просто встать и уйти. Я не мог забыть тот ее взгляд, когда она отдавалась мне – такой открытый, доверчивый, полный страсти. Она заслуживала правды. И в то же время я не мог сделать ей больно, такая женщина не простит никогда.

Мои размышления прервал громкий голос брюнетки, которая явно не беспокоилась о том, что ее могут услышать.

– Да брось ты, Юлька! Хватит себя накручивать. Антон – козел конченый, это же очевидно.

Юля слабо улыбнулась и покачала головой:

– Да я уже не думаю о нем, правда.

– Не ври, – подруга откинулась на спинку стула. – Смотрю на твое лицо и все понимаю. Слушай, ты сама виновата, что связалась с женатиком. Шесть месяцев слушала сказки о том, как он жену не любит. Классика жанра! Они не меняются.

Юля вздохнула, обхватывая чашку обеими руками, словно пытаясь согреться:

– Я знаю, Кать. Сама дура. Просто...

Их разговор прервала официантка, принесшая какой-то десерт. Я напряженно вслушивался, но следующую фразу подруги не расслышал – только обрывок:

– ...он просто хотел развлечься, а ты поверила...

Юля что-то ответила, но ее голос был слишком тихим. Она опустила голову, и я видел только ее профиль – заострившийся нос, бледные губы, которые она нервно покусывала. Пальцы мяли салфетку, комкали ее, сворачивали в трубочку.

Подруга снова заговорила громче:

– А этот таинственный незнакомец из отеля? Тоже ведь странный тип. Исчез, не оставив даже номера. Может, он вообще был подослан Антоном, ты не думала об этом? Хотя это слишком для Колесова, он трус и слизняк.

Мой желудок сжался. Юля вскинула голову, и я увидел, как ее глаза блеснули то ли от слез, то ли от гнева.

– Не говори глупостей. Это просто... случайность. Мой косяк.

– Ой, да ладно. Ты секс с ним описывала так, что у меня уши горели. Не похоже, что ты жалеешь, – подруга хмыкнула, откусывая кусок пирожного.

Юля вспыхнула, но затем ее лицо приобрело странное выражение – смесь тоски и какой-то решимости.

– Я и не жалею. Я просто хочу понять... кем он был.

В этот момент я решил, что пора уходить. Я и так услышал слишком много. Слишком личное. Бросил на стол несколько купюр, даже не посмотрев на сумму. Поднялся, не глядя в ее сторону, хотя чувствовал, что она смотрит, – кожей, затылком, каждой клеткой тела чувствовал.

Шагнув к выходу, едва удержался, чтобы не обернуться. Сердце колотилось как сумасшедшее. Она наблюдала за мной? Узнала? Или просто отметила посетителя, покидающего кафе?

Сжав зубы, толкнул дверь, вышел в морозный воздух. Плечи опустились. Не сегодня. Не сейчас. Я еще не готов с ней встретиться. Быстрым шагом двинулся вдоль улицы, но вместо того, чтобы повернуть к парковке, где стояла моя машина, перешел узкую дорогу и скрылся в арке между домами. Прижался спиной к холодной кирпичной стене, вдохнул полной грудью, пытаясь успокоить грохочущее сердце.

Что я делаю? Слежу за девушкой, как маньяк? Подслушиваю ее разговоры? Это безумие.

Из арки открывался вид на кафе. Дверь распахнулась, и на улицу вышла Юля. Одна, без подруги. Закуталась в белую шубку, остановилась на тротуаре словно в нерешительности. А затем... начала оглядываться по сторонам.

Медленно, будто нехотя, она двинулась по улице. Я вжался в стену, хотя отсюда она не могла меня видеть. Она шла неторопливо, то и дело оглядываясь по сторонам. Искала кого-то? Или что-то?

Юля прошла мимо арки, не заметив меня, но я видел ее лицо – задумчивое, встревоженное, с какой-то странной решимостью. Она обернулась еще раз, всмотрелась в толпу прохожих. Покачала головой, словно отгоняя навязчивую мысль, и ускорила шаг, сворачивая за угол.

Я стоял, прижавшись к стене, и не мог пошевелиться. Внутри все скрутилось в тугой узел. Она искала. Меня искала? Или мне просто хотелось так думать?

Достал телефон, посмотрел на экран. Ее номер все еще был набран, оставалось только нажать кнопку вызова. Большой палец завис над зеленой иконкой.

«Не делай этого», – говорил разум.

«Позвони ей», – кричало сердце.

Закрыл глаза, сделал глубокий вдох. Открыл. И нажал «отмена».

Не сейчас. Не здесь. Не так. Но скоро. Я обязательно с ней встречусь. Расскажу всю правду. И будь что будет.

А пока... Я медленно вышел из арки и направился в сторону, противоположную той, куда ушла Юля. К своей машине, к своей пустой квартире, к своим мыслям о девушке, которая сумела перевернуть всю мою жизнь за одну ночь.

И что же такое происходит с моей девочкой? Она запала в душу? Да, проникла под кожу. Ее глаза, ее голос, ее тело...

Все это снится мне уже неделю. Я – профессионал, я не должен был так вляпаться. Но вот я здесь, брожу по улицам, где она может пройти, сижу в кафе, где она пьет кофе, наблюдая издалека.

Чертов сталкер.