Глава 21

Хастад вернулся к себе в спальню и понял, что слишком взбудоражен, чтобы уснуть. Руки трясутся, дыхание сбито, в мыслях хаос.

Сегодня он чуть не лишился смысла жизни, чуть не придушил Холу. Уже приготовился, чтобы схватить её за шею, но удержался в последний момент. И она знает об этом. Почувствовала.

Какой же идиот! За ширмой власти и денег он перестал замечать главное, отдалился от семьи. И всё ради того, чтобы им управляли, дёргая за ниточки.

Хола несчастлива. И, в первую очередь, она несчастлива с ним. Хастаду самому противно от того, каким он стал. Ещё Лэйк втянул Холу в свою грязную игру. А ведь мог просто убить её, нанести великану сокрушительный удар.

А может Лэйк просто прощупывал почву, проверял, насколько дорога Хола Грею? Проверил. Чужой мужской запах на теле своей женщины Хастад запомнит надолго.

Великан спустился в спортзал. Во время тренировок как-то особенно продуктивно думается. Плюс разрядка, снятие стресса. Сегодня надо выложиться на все сто, иначе не уснуть.

На штангу Грей нанизал столько веса, сколько уместилось. Безумно тяжело. Штанга, и та гнётся. Мышцы на пределе, вот-вот лопнут, но не время щадить себя. Он сделал рывок и вернул штангу на стойку.

Ещё... Дрожь в руках – обманчивая. Где-то в теле есть резерв сил. Он сможет. Зачем ещё эта груда мышц? Пускай работают.

Уже поднятая, штанга выскользнула из паза стойки и с тяжёлым грохотом упала на пол.

Хастад вскочил со скамьи и второй раз за сутки потерял над собой контроль. Он швырял и ронял всё, что попадётся под руку: гантели, тренажёры, скамейки… Остановился, когда в дверях зала возник испуганный Хас.

– Па, ты чего? – спросил сын.

– Уходи… – прорычал великан и запустил в стену очередным блином. – Вон, я сказал! – взревел он.

Хас ушёл. Отец уже не в первый раз в таком состоянии. Когда он нервный, к нему лучше не лезть. Вот так, важная работа способна испортить даже самого лучшего папу на свете.

Великан лёг на пол, окружённый разрухой, и задумался.

Он больше ни за что не подвергнет Холу опасности. Ей, правда, вряд ли понравится то, что он задумал, но другого выхода нет.

Всё зашло слишком далеко. Погружать её в дела холдинга с самого начала было ошибкой. Хола не должна была знать ни об убийствах мелких пакостливых людишек, ни о проблемах в бизнесе. Жила бы себе в счастливом неведении, а Грей… он бы справился.

***

Утро началось рано. Вчерашние события не способствовали крепкому долгому сну. Плюс ситуация требовала срочного решения, поэтому, когда Ольга вышла к завтраку, дом уже стоял на ушах.

Гипнолог, Артур Вомм, легко, за пять секунд, ввёл Ольгу в состояние гипноза и заставил слово в слово рассказать о действиях Лэйка.

Она сидела на своей постели, глядя на великана и гипнолога, послушно выполняла всё, о чём попросят, и не задавала вопросов. Это была Ольга и одновременно не совсем она.

– Он поставил на память блок, – пояснил Грею Вомм. – Ей повезло, что при перемещении порталом транс с неё слетел. Но о том, что происходило, пока она была в трансе, госпожа Браун не помнит.

– Мне нужно доказать, что её заставили подписать документы в состоянии транса, и оспорить их силу.

– Вполне возможно, но придётся собрать консилиум гипнологов и повторить процедуру, – ответил Вомм.

– Я щедро заплачу вам за работу, – ответил великан.

Гипнолог кивнул.

– Как быть с блоком? – уточнил Вомм. – Снять?

– Нет, – сказал великан. – Если больше нет никаких негативных воздействий на её психику, оставьте всё как есть.

Вомм досчитал до пяти, и Ольга пришла в полное сознание.

– Ну что? – нетерпеливо поинтересовалась она.

– Ты ничего не помнишь, потому что действовала под гипнозом. К счастью, у нас есть шанс оспорить достоверность подписи, – ответил великан.

Оттого, что невероятная правда вскрылась, Ольге стало легче. После вчерашнего она чувствовала себя грязной.

Гипнолог показал Ольге, как можно противостоять введению в транс: вручил колечко с шипом на внутренней стороне, велел до боли нажимать на этот шип пальцем каждый раз, когда разговор становится подозрительным. Из остальных, более простых приёмов: не смотреть подолгу в глаза собеседнику, мысленно задавать самой себе оценочные вопросы и сосредоточиться не на голосе говорящего, а, к примеру, на ощущениях и теле. Ольга усвоила и кольцо надела.

Вомм попрощался до завтра и ушёл.

Грей, напротив, остался. Выглядел он злым, но сегодня эта злость была направлена не на Ольгу.

– Будет суд, – сказал он.

– Даже не попробуешь договориться с Лэйком? Или убить его? – спросила Ольга.

– Отчего же? Я предложу ему перезаключить договор о слиянии на взаимовыгодных условиях, но с большой вероятностью он откажется, – рассуждал великан. – Убивать его пока рано. Слишком крепкая у него поддержка сверху. Нужно подобраться к нему так, чтобы не было ни единого доказательства моей причастности и мотивов. А пока наша задача – выиграть суд.

– А если он всё-таки согласится внести изменения в договор?

– Тогда я рискну сыграть с ним в его игру, – ответил Грей. – Теперь все переговоры с ним буду вести я.

Только он это сказал, как Ольгин телефон зазвонил.

– Это Лэйк, – сообщила она и вопросительно посмотрела на великана.

– Ответь, – кивнул он.

– Что мне ему отвечать? Как себя вести?

– Как считаешь нужным. Только не говори, что я здесь.

Ольга ответила на звонок:

– Алло.

– Ольга, – назвал он её настоящее имя, – я так рад, что после вчерашнего недоразумения ты жива. Можно я буду называть тебя Ольгой?

– Зовите Хлоей. Так мне привычней. Каждый из нас имеет право на личные секреты.

– Хорошо… Хлоя. Я хотел извиниться за вчерашнее. Всё вышло спонтанно. Вы мне глубоко симпатичны, и мне было жаль вас отпускать. Могу я надеяться, что мы встретимся ещё раз?

Великан, глядя на Ольгу, многозначительно покачал головой.

– Нет, – ответила она Лэйку. – К чему этот фарс, Филипп? Вы обманом заставили меня подписать выгодный для вас договор и добились своего.

– Уверяю вас, договор будет выгоден нам обоим. Мы же с вами теперь партнёры, – убаюкивающим голосом проворковал Лэйк.

Ольга поняла, что это провокация, чтобы узнать о дальнейших планах Грея. Скользкий тип этот Лэйк. Даже слишком.

Она до боли надавила пальцем на шип на кольце, хотя вряд ли собеседник мог ввести её в транс по телефону.

– Сомнительная выгода для меня, – она попыталась придать своему голосу уверенности. – Поставить меня под удар Грею. Прекрасная перспектива, чтобы он сам меня убил, а вам не пришлось марать руки.

– Откуда я мог знать, что за вами следят, да ещё представители иной цивилизации? – парировал Лэйк.

– Предполагать – могли. Впрочем… – она сделала вид, что почти поверила ему. – Я сама не знала об этом.

Знала. Конечно, она знала. Терпеть не могла Хашиза, но, что уж говорить, свои обязанности он выполнял чётко.

– Скажите, Ольга… простите, Хлоя, вам сейчас грозит опасность? Я могу вам чем-то помочь? Если Грей вас обидел, только намекните мне.

– Интересно, чем вы можете помочь? Вам выгоднее заручиться его поддержкой, а не моей.

– Для начала я должен узнать, что он за личность, – ответил Лэйк. – А вы, повторюсь, симпатичны мне. Вы не из тех, кто способен на предательство и убийство.

– Что ж… Раз вы так уверены во мне, поделитесь соображениями относительно Грея?

– Хлоя, вы, без сомнения, привлекательны и умны. Вы же понимаете, что для принятия каких-либо серьёзных решений у меня недостаточно данных?

– Тогда и вы должны понимать, что моя дальнейшая судьба во многом зависит от того, как вы поступите, – отфутболила скользкие слова она.

– Да, я понимаю вас.

– Стало быть, нам обоим нужно время, чтобы всё обдумать, – резюмировала Ольга.

– Вы правы, дорогая моя, – ласково ответил Лэйк.

– Всего доброго, Филипп, – попрощалась она и прервала соединение.

Гадко. Ольга поёжилась, хотя в комнате было тепло. Холод затаился где-то внутри. Ёжиться заставляло осознание, что Ольга лишь пешка в чужой игре. Она жива, пока её можно использовать для достижения чьих-то целей. Обидно быть самой уязвимой и наивной.

– Убей его, – сказала она Грею. Голос её прозвучал бесцветно, равнодушно.

– Убью, – ответил великан. – Но всему своё время.

– Судя по всему, подписывать договор с тобой он не собирается.

– Тем лучше, – он собрался уйти.

– А мне что делать?

– Отдыхай. Я сообщу, если мне от тебя что-то потребуется.

– И всё? – она была одновременно растеряна и возмущена. – Ты меня вчера чуть не убил, а теперь просто сдвигаешь меня в сторону?

– Я изначально ошибся, доверив тебе эти переговоры, – ответил он. – Я поставил на карту всё и едва не лишился этого. Поэтому да: тебе лучше держаться в стороне.

– Ясно, – слова великана оскорбили её. – Вчера ты не верил ни единому моему слову, а сегодня, когда всё выяснилось, ты не сказал мне ни слова сожаления, ни даже элементарного «прости»… Знаешь, я уже не знаю, кто омерзителен мне больше: ты или Лэйк.

Великан ничего не ответил и исчез.

***

Назавтра в Нью-йоркском Центре психологии и гипнологии Ольга предстала перед консилиумом. Она прошла всё то же самое, что проделывал с ней Вомм, и снова после сеанса ничего не помнила.

Заключение о том, что Хлоя Браун была невменяема в момент подписания договора с лэйком, Грей получил.

Великан не терял времени даром и в тот же день нанял адвоката, лучшего из лучших. Теперь дело осталось за малым: судебные заседания в экстренном порядке и решение суда.

С Лэйком он тоже связался. Лично.

Разговор длился два часа. Напряжённый. Скользкий. Временами на повышенных тонах. Договориться не удалось. Лэйк отказался вносить изменения в документы о слиянии. К альянсу с Греем бизнесмен тоже не стремился, обосновав свой отказ пугающей репутацией великана.

По итогу переговоров великан утвердился в намерении судиться с Лэйком. А потом, когда суд будет выигран, убить мерзавца.

***

На третий день безвылазного сидения дома Ольга не выдержала и приказала Хашизу переместить её в нью-йоркский офис.

Хотелось чем-то занять руки и мысли. Хотелось управлять своей жизнью, а не плыть по течению безвольной марионеткой. Хотелось быть полезной, а не киснуть в четырёх стенах.

Ольга набралась решимости, чтобы обстоятельно поговорить с великаном.

Грей был, мягко говоря, не в духе. На полу уже валялся гостевой стул, а на стене зияла вмятина от удара.

– Тебе было велено сидеть дома, – прорычал он, однако взгляда от монитора не отвёл.

– Сидение дома меня не устраивает, – уверенно, как репетировала с утра, ответила она.

Только тогда великан посмотрел на неё. Не злым, но донельзя усталым взглядом.

– Я снимаю тебя с должности, – сообщил он.

Ольга переменилась в лице. Из всех эмоций ярче всего пробивалось удивление.

– Ты винишь меня в том, на что я не могла повлиять? – спросила она.

– Я ни в чём тебя не виню. Работа пагубно сказывается на твоём здоровье. То, что случилось с Лэйком, ударило как по тебе, так и по мне. Всё, что я могу в данной ситуации, – это оградить тебя от опасных игр.

– А меня ты не собирался спросить? Какого чёрта ты решаешь за меня? Я тоже акционер «САС»!

– Ты и останешься акционером. Никто не запрещает тебе появляться на собраниях и разгребать бумажки. Но я как глава холдинга увольняю тебя с должности исполнительного директора.

Ольга буквально вылетела за дверь и столкнулась с секретарём Вилли.

– О, госпожа Хлоя, – с облегчением выдохнул он. – Как хорошо, что вы здесь. Пожалуйста, подпишите заявки, – и протянул ей планшет.

– Не уверена, что теперь я... – начала Ольга, но осеклась. – Не сегодня, – покачала головой. Она сама не знала, останется за ней хоть какая-то должность или нет. Но право подписи у неё пока есть.

– Но тогда мне... – почти осязаемо затрясся Вилли. – Тогда мне придётся идти к господину Грею... – он громко сглотнул.

Ольга представила гнев Хастада, под который вот-вот попадет ни в чём не повинный секретарь, и пожалела мужчину.

– Не советую тебе туда ходить, – предупредила она.

– Но это горящие внутренние заявки! Их нужно подписать или отклонить сегодня! – взволнованно захлопал глазами секретарь.

– Ладно, – сжалилась Ольга. – Давай сюда свои заявки.

– Спасибо! – просиял Вилли. – Спасибо! Вы не представляете, как... – что он там лепетал дальше, Ольга не слушала.

Она прекрасно представляла, каково это – испытать на себе великаний гнев.

***

Ольга вернулась домой, чувствуя себя беспомощной и бесполезной. Хотелось скорее скрыться от чужих взглядов и как-нибудь забыться.

Где-то на кухне стояла бутылка коньяка. В доме никто не пил алкоголь, но Хастад иногда добавлял коньяк, когда жарил мясо. За этим коньяком и отправилась Ольга.

Бутылка нашлась в верхнем шкафу, и чтобы достать её, пришлось залезть коленями на столешницу. Ольга не побрезговала и этим.

Чтобы не привлекать к себе внимания, она удалилась к себе в спальню.

На вкус пойло оказалось отвратительным. После первого глотка Ольга поморщилась и уткнулась носом в сгиб локтя. Но забыться хотелось больше, и она предприняла вторую попытку напиться. На этот раз глоток получился совсем маленьким. Обожгло пищевод. Организм отчаянно не хотел, чтобы в него вливали алкоголь. Третья попытка завершилась неприязненным взглядом на бутылку.

Напиться не получилось. Ольга, осознав это, завыла во весь голос и упала на кровать. Когда разбита семья, сломана карьера и жизнь в целом, остаётся только предаваться отчаянию. Во всяком случае, Ольге ситуация виделась в самом мрачном свете.

– Мама? – послышался за дверью голос Хаса. – Мама? Я вхожу!

– Уходи! – ответила она, но сын всё же вошёл.

– Мама, ты чего? Что случилось? – Хас с тревогой посмотрел на опухшие от истерики глаза матери.

– Ты, что, глухой? Я сказала, уходи! Я не хочу никого видеть!

– Но тебе же нехорошо! Давай, я позову врача или папу?

– Нет! – взвизгнула она не своим голосом и указала пальцем на дверь.

Хас ушёл, уверенный, что мама расстроилась из-за отца. В подростковой голове с трудом укладывалась мысль, что мама с папой больше не вместе. Ведь раньше они без памяти любили друг друга. От этого на душе у него стало ещё гаже: о личных проблемах никому не расскажешь, родители оба нервные, агрессивные, несчастные. Что они такого не поделили, что принесли в жертву семью?

Замалчивать болезненную ситуацию Хасу не хотелось, и он позвонил отцу:

– Привет, пап…

– Я сейчас занят. Что-то срочное?

– Маме плохо. Она не в себе и, кажется, пила твой коньяк.

В ответ послышался недовольный рык, а затем разговор прервался.

Хастад, не теряя времени, переместился прямо в Ольгину спальню.

– Зря пришёл, – спиной почувствовала она появление великана.

– Чего ты пытаешься этим добиться?

– Забвения, – прозвучало в ответ.

– Знаешь, почему я уволил тебя?

– Опять ты со своими обвинениями? – она закрыла глаза и сдвинула брови.

– Вовсе нет. Просто хочу узнать, как ты видишь ситуацию?

– Я облажалась, подписав договор с Лэйком.

– Я уволил тебя не из-за этого. Это был только повод. Причина в другом. Ты слишком измотана и постоянно на нервах. Напряжение плохо сказывается на твоём здоровье. Съезди отдохнуть, смени обстановку. Пока не отдохнёшь, не может быть и речи о твоём возвращении к работе.

Ольга не поверила заботливым словам и бросила на великана неприязненный взгляд.

– Значит, решил меня отослать подальше? По-твоему, это мне поможет?

– Хочется надеяться, – ответил он и глубоко вздохнул. – Может, хватит ругаться? Я тебе не враг, Хола, – Хастад подошёл ближе и сел на кровать рядом с Ольгой.

Его рука, словно горячее одеяло, накрыла её ладонь. Он давно не прикасался к своей женщине, несмотря на то, что они жили в одном доме. Казалось бы, остался всего шаг до примирения и воссоединения…

– Чёрт возьми, ты сам всё разрушил! – одёрнула руку она. – Я пыталась разглядеть в тебе прошлого Хастада, но в тебе не осталось и капли человечности!

– Так я и не человек, – с горькой иронией ответил Хастад.

– Ты прекрасно понял, о чём я! – повысила она голос.

– Мне пришлось измениться. Таков закон жизни: выживает сильнейший. Либо я такой, либо мёртвый.

– Просто уйди, – процедила она, повернувшись к нему спиной.

– Ты всё-таки выбери, куда хочешь поехать, – сказал великан перед тем как исчезнуть.