Глава двадцать вторая. Разгадки
Клод Рэмвилл
– Таким образом, Дельфина Факстон, наделенная даром Видения, при помощи призрака по имени Беатрис сумела удержать уходящую душу Сесиль Теймар, – я говорил скучным тоном – пересказывать приходилось не в первый раз. Не говоря уже об официальном отчете. Однако столичное начальство пожелало, чтобы я отчитался и лично. – Поскольку ниссин Теймар задерживаться в виде призрака не пожелала, удержать им удалось, по сути, лишь отпечаток личности – дух. Тем не менее, одержимая идеей вернуть дочь Дельфина Факстон решила провести ритуал, подсказанный все тем же призраком Беатрис. Для ритуала возвращения ей было необходимо тело – невинная девушка-видящая. Провести его по ряду причин можно было только в подвале дома Оллинзов…
О том, почему именно дом Оллинзов стал местом силы, как и о том, как вообще появились Видящие, я в отчете не писал, хотя нисс Оллинз рассказала мне все. Современные видящие не могут нести ответственность за то, что сделали их далекие предки. Но к ним и так относятся не лучшим образом, а если всплывет информация о ритуале с убийством некроманта… я не хочу проверять, что будет.
Передо мной сидели трое мужчин со скучающим видом – высокие чины столичной полиции. В других обстоятельствах мне вряд ли удалось бы даже заговорить с кем-то из них.
– Ей удалось убедить помочь ей убитого горем супруга погибшей Сесиль – Лукаса Теймара, который до того момента был исключительно законопослушен. Однако надежда вернуть любимую супругу толкнула его на путь преступлений. О том, что в ритуале потребуется жертва, ниссин Факстон ему поначалу не говорила. Речь шла только о зарядке артефактов и похищении драгоценностей – заготовок для этих артефактов. Лукас Теймар – слабый менталист. Уровень дара не позволил ему даже поступить в академию. По той же причине он не был зарегистрирован как маг. На прямое ментальное воздействие его сил не хватает. Тем не менее, он способен, пусть и крайне медленно, заряжать накопители. Также он может создать и постепенно зарядить артефакт с ограниченным ментальным воздействием. Например, оглушающий артефакт, устраняющий последние краткосрочные воспоминания. Самое мощное, что ему удалось создать за несколько лет, – это перезаряжаемый артефакт внушения, жертвой которого стал ниссард Джонас Роминсон. Выбор пал именно на него по ряду причин. Во-первых, его супруга – владелица самой большой частной коллекции драгоценностей в Доревилле. Во-вторых, сам ниссард Роминсон достаточно легко, как оказалось, поддается ментальным воздействиям – он только во сне вспоминал, что ему внушали, и повторял, что убил бы мерзавку, которая над ним издевается. Именно он похищал драгоценности у своей жены, а позднее и у других горожанок. При этом он сам носил с собой не только артефакт, влияющий на него же, но и “глушилку”, устраняющую краткосрочные воспоминания у жертв при возникновении любых незапланированных ситуаций. Поскольку Лукас Теймар всегда был честен, он настаивал, что драгоценности, которые не подошли для создания артефактов с помощью его силы или силы второй подельницы нисс Мэрил…
– Нисс Мэрил?
– К ней мы еще перейдем. Так вот, проверять на месте, перед похищением, совместимость того или иного камня с силой, не представлялось возможным. По сути, все кражи производились на удачу. Ниссард Теймар настаивал, что не пригодившиеся драгоценности должны быть возвращены законным владельцам. Дельфине Факстон это было безразлично, и организацией возвратов Теймар занимался самостоятельно – с помощью все того же Роминсона. Похищения из частных коллекций довольно долго оставались незамеченными. Фамильные драгоценности никто не проверяет каждый день, вдобавок, когда что-то пропало, а потом вернулось, это обычно списывают на собственную рассеянность. А если вернулось не все, продолжают искать. Однако из-за того, что оба мага, занимавшихся зарядкой накопителей, не являются артефакторами, по силе им подходили очень немногие камни, так что приходилось искать все больше, и в итоге перейти на ювелирные магазины и ломбарды. Вот здесь похищения уже не остались незамеченными и привлекли внимание полиции. А потом вдобавок произошел прокол с ломбардом: по уже отработанной схеме, Роминсон должен был зайти туда, чтобы вернуть не подошедшие драгоценности из числа похищенных. Также находящийся под легким воздействием владелец ломбарда должен был не обратить на его действия внимания. Однако ломбардщик в тот день страдал похмельем и отправил за прилавок свою жену. Она удивилась действиям Роминсона и собралась поднять шум. Роминсон в соответствии с выданной ему на такой случай инструкцией активировал “глушилку”. В результате упали без чувств и он, и жена владельца ломбарда…
Кажется, эту речь я выучил уже наизусть. Даже не сбиваюсь.
– По “ювелирному делу” все ясно, – нетерпеливо перебили меня. – Что по делу Оллинзов?
Я вздохнул.
– Версия о том, что покушение было совершено на Агату Оллинз как Видящую, оказалась несостоятельна. Идеальной жертвой Дельфине Факстон представлялась именно пятнадцатилетняя Памела Оллинз – юная, невинная, Видящая и ко всему наследница того самого дома. Ее родители просто мешали – к нисс Памеле было невозможно подобраться из-за ее влиятельного отца. Ниссин Факстон нашла того, кому было выгодно, чтобы Оливара Оллинза не стало…
По итогам допросов Дельфины Факстон пришлось произвести еще немало арестов. А кое-какие факты изумили.
– Она сделала предложение единственному близкому родственнику семьи – двоюродному брату Агаты Оллинз Вильгему Роуду, знакомому ей по кое-каким не вполне законным делам с ее третьим мужем. Ниссин Факстон предложила ему взаимовыгодный договор: достаточно избавиться от четы Оллинзов, и ниссард Роуд получит в свое распоряжение все их состояние через официальную опеку над нисс Памелой. Его подельнице же достанется сама нисс Памела и ее дом. Ниссард Роуд отказался от предложения, однако выдавать ее никому не стал – она знала слишком много о нем самом. Тогда Дельфина Факстон заключила сделку с совладельцами портальной компании, которые давно хотели выкупить долю Оллинза. Также ей была необходима информация об перемещениях четы, чтобы подготовить “встречу”. О том, во сколько планируют вернуться в Доревилль, Оллинзы не предупреждали никого – кроме “медиума” нисс Мэрил, которой заказали представление-сюрприз для своей дочери. Эта дама стала сообщницей поневоле. Нисс Мэрил – сильный маг-иллюзионист, училась в академии, однако на последнем курсе была изгнана за аморальное поведение. Семья отказалась от опороченной дочери, и нисс Мэрил была вынуждена сменить имя и жить, скрывая свой дар и прошлое. Ниссин Дельфина когда-то видела ее, узнала под новым именем и шантажировала прошлым. Медиум сообщила, когда Оллинзы пройдут через телепорт. Оператор, дежуривший на столичной телепортационной станции в тот день, говорил потом следствию чистую правду: отправка прошла в штатном режиме, координаты были введены верно. Однако для большей правдоподобности официальной полицейской версии о сбое телепорта, которая якобы невыгодна компании, этого сотрудника впоследствии перенаправили на захолустную доревилльскую станцию с выплатой значительной компенсации. В реальности Оливар и Агата Оллинз благополучно перешли телепортом в Доревилль, однако на доревилльской станции их мгновенно оглушили ментальным артефактом и погрузили в стазис…
– Каким образом? – мой собеседник приподнял брови. – Есть еще и подельник – целитель?
Стазис – мощное заклинание, подвластное очень сильным целителям и бытовикам… или артефактам соответствующего профиля. Крайне редким и дорогим, надо сказать. В целительстве они применяются, например, когда нужно транспортировать тяжелого больного. Однако далеко не каждая лечебница может похвастаться таким. Пожалуй, на всю страну их наберется не больше пары-тройки штук – уж очень энергозатратно их создание.
– Нет, – я качнул головой. – Стазис-артефакт Дельфина Факстон купила вполне легально. Она никогда не афишировала размеры состояния, доставшегося ей от первого мужа, однако оно действительно значительно. Артефакт она приобрела за границей – якобы в благотворительных целях, чтобы подарить общественной лечебнице. Стазис использовала, поскольку опасалась, что убитые родители вернутся к дочери призраками и расскажут об обстоятельствах своей смерти. Кроме того, таким образом она “законсервировала” будущих участников кровной цепочки для запланированного ритуала. Эмоциональные и родственные связи между участниками необязательны, но способны усилить ритуал и стабилизировать его, а в ситуации с непроверенным ритуалом может быть важна каждая мелочь. Вильгем Роуд, поняв, что произошло, фактически спас племянницу, экстренно забрав ее из Доревилля и перевезя в столицу. Там девушка, находящаяся под неусыпным контролем гувернантки и няни, а также под нанятой дядей охраной, оказалась для Факстон недоступна. Увы, на большее благородства ниссарда Роуда не хватило, и наследство нисс Памелы он благополучно присвоил. Дом Оллинзов теперь сдавался, и подвал Факстон тоже вполне легально арендовала – от имени Доревилльского дамского общества. По официальной версии – для хранения собранных на благотворительность вещей. По крайней мере, так она сообщила поверенному. Другие дамы из общества, как оказалось впоследствии, об аренде подвала ничего не знали. Доступ туда был только у ниссин Дельфины. Там она и хранила в стазисе чету Оллинзов.
– А причем тут девушки из дома скорби? – второй из чинов чуть приподнял брови.
– Потеряв нисс Памелу, ниссин Факстон принялась искать другие варианты. Дом скорби попал в ее поле зрения благодаря дамскому обществу – лечебница для душевнобольных была одним из адресатов их благотворительности. Во время инспекционного визита Дельфина Факстон случайно увидела Юну Эйфил и поняла, что та Видящая. Более того – что та вполне в здравом уме, а значит, пригодна для ритуала. Здесь преступнице понадобилась помощь кого-то из сотрудников, и она нашла еще одну подельницу – уборщицу дома скорби ниссин Лимми. Ее ниссин Факстон банально наняла за деньги. У уборщицы есть доступ абсолютно во все помещения лечебницы, ведь мыть необходимо везде. Однако девушку надо было похитить так, чтобы не привлечь ничьего внимания. Надо сказать, здесь ниссин Факстон проявила свой преступный гений. Сама она, по ее собственным словам, всегда была весьма романтична. К примеру, со своим вторым мужем она познакомилась по переписке и по переписке же влюбилась. Она предположила, что запертая в четырех стенах юная девушка должна мечтать о свободе и любви, как все девушки. Ниссин Факстон писала ей письма от имени некоего воздыхателя, якобы навещавшего родственницу, случайно увидевшего и полюбившего Юну. Письма передавала уборщица. План сработал, нисс Эйфил заинтересовалась поклонником, и на его предложение побега ответила согласием. Она сама переоделась, с помощью ниссин Лимми покинула лечебницу и добровольно села в кэб.
– Ритуал с ней не сработал?
– Ритуал с ней не был проведен. Уже схватив Юну Эйфил, ниссин Факстон принялась ее расспрашивать – и выяснила, что девушка не подходит для ритуала. Ей, в отличие от таинственного поклонника, девушка призналась. Юна Эйфил не была невинна. В дом скорби ее сдал именно возлюбленный, которому она надоела. Просто вернуть девушку в дом скорби было нельзя – это бы с головой выдало подельников. В результате несчастная стала первой из случайных жертв. Ее погрузили в стазис, а затем опустили в воду. Пришедшая в себя девушка захлебнулась, при этом на ее теле не было никаких следов борьбы. Вдобавок время смерти благодаря все тому же стазису было изменено, что давало возможность всем подельникам получить безупречное алиби. Позднее история повторилась с Эрной Тармин. Дельфина Факстон наблюдала за домом скорби уже целенаправленно, и, обнаружив Эрну, действовала по проверенной схеме – письма, ночной побег. Однако для ритуала не подошла и Эрна: девушка оказалась действительно безумной. Беатрис опасалась, что мозг несчастной поврежден, и новая душа просто не сможет прижиться в этом теле и тоже сойдет с ума.
– Лукас Теймар уже понимал, что понадобится жертва?
– Полагаю, да. Судя по некоторым оговоркам, он утешал себя – или его убедили в этом – что для девушки из дома скорби смерть станет даже облегчением. Ради возвращения Сесиль он готов был пойти и на эту сделку с совестью, и начал возражать лишь когда на сцене снова появилась Памела Оллинз – очевидно нормальная, душевно и физически здоровая. Встретив ее в поезде без сопровождения, ниссин Факстон несказанно обрадовалась. Однако тут же и разочаровалась – девушка ехала в монастырь, откуда добыть ее было бы нереально. Вильгем Роад намеревался отправить племянницу в совершенно безопасное для нее место. Впрочем, нисс Оллинз неосторожно появилась в Доревилле, тут же став объектом охоты.
О переодеваниях Памелы я в отчетах не упоминал – и сейчас не собирался рассказывать. Ни к чему полицейским чинам знать подробности, способные опорочить доброе имя нисс Оллинз.
Надо сказать, своим маскарадом Памеле удалось обмануть даже Видящую. В поезде ниссин Факстон видела рядом с “Вилкинсом” призрачных спутников нисс Памелы, однако думала, что они остались в купе, поскольку сама девушка где-то неподалеку, а юноша не имеет к ним отношения. Позднее она поняла, что молодой человек видит призраков, но решила, что он некромант. Эту версию я и озвучил для начальства. А что не зарегистрирован – так просто слабый некромант. Силы только и хватает, что видеть призраков. Почти – ха! – как девица-Видящая.
– Поистине праздником для преступницы стал день “спиритического сеанса”, когда она обнаружила, как ей показалось, сразу двух Видящих – таковой представлялась еще и нисс Аддерс. Нисс Кейлин она попыталась выманить с помощью духа собственной дочери – та вполне искренне просила о помощи. Однако стало ясно, что нисс Аддерс – некромантка, и преступница поспешила скрыться. Что касается сыщика Вилкинса, тот подписал себе приговор, когда пообщался у озера с призраком Эрны Тармин. Факстон поняла, что Вилкинс может указать на нестыковку с временем смерти, и тем самым лишить ее алиби. Звериный яд по ее просьбе достал Лукас Теймар – у него был доступ к яду, закупленному для плановой потравы крыс в архиве управления. Зятю ниссин Факстон сказала, что тоже собирается травить крыс.
На самом деле, как оказалось, именно эпизод с отравлением и выдал Памелу. Дельфина Факстон увидела, как призрачный котенок, принадлежащий Памеле Оллинз, предупреждает “некроманта”. Потом, увидев ряженого полицейского в женском платье, она сразу поняла, что это не Видящая, а настоящая Памела, соответственно, вне зоны досягаемости – в полицейском управлении. А еще она видела, что мы с “Вилкинсом” оставались наедине, и сделала из этого вывод о моей непозволительной близости с нисс Памелой. Так и родился план – выманивать девушку, используя меня в качестве приманки. Вот эти моменты мне в своих отчетах приходилось обходить особенно тщательно.
– Ловушка была организована с помощью подельников, – сухо продолжил я. – В пансионате ниссин Крилен “медиум” нисс Мэрил создала иллюзию, которая “напала” на подставную “нисс Оллинз”. Наш стажер, исполнявший эту роль, подал сигнал, и я немедленно выехал из управления вместе с штатным некромантом ниссардом Коримом. По дороге нам едва ли не под колеса кинулся сотрудник управления – ниссард Лукас Теймар. Сев в машину, он активировал артефакт- “глушилку”. Ниссарда Корима без памяти оставил на улице, а меня перевез к дому Оллинзов.
Рассказывать о том, как выманили из управления Памелу и почему она пошла, было особенно непросто. Факстон не хуже Памелы видела призрачного пса, который, как оказалось, сопровождал меня повсюду. Мой Грай… бедолага умер пару месяцев назад, и я до сих пор ловил себя на том, что почти вижу его рядом, почти слышу его лай. Может, так оно и было. Ведь, как оказалось, он остался рядом со мной.
Убийца понимала, что пес попытается спасти меня, и понимала, к кому пес пойдет за помощью.
Корима, к слову, потом нашли все еще без сознания. В его возрасте оглушающие воздействия так просто не проходят.
– Благодаря самоотверженным действиям нисс Памелы Оллинз ритуал схлопнулся, не причинив никому вреда. Нисс Кейлин Аддерс незамедлительно упокоила призрака Беатрис, а также духа Сесиль. Чета Оллинз пришла в себя, однако им, как и их дочери, понадобилась помощь целителей. Дельфина Факстон и Лукас Теймар были арестованы. Их подельники были арестованы позднее по показаниям преступников.
Надо сказать, Дельфина Факстон немало изумила даже видавших виды следователей. Эта женщина и сейчас сожалела только о нечаянном убийстве дочери. Зато, начав говорить, она с большим удовольствие рассказывала, как расправилась с каждым из своих мужей, с собственным сыном… она все так же мило улыбалась и хихикала – как делала это прежде в салонах. И лекари не нашли у нее никаких отклонений. Она вовсе не была маньячкой – просто считала совершенно нормальным способом решения проблем избавиться от того, кто мешает. Да, можно было бы пожалеть ее – несчастное детство, дурное воспитание… но ее все равно не должно было существовать.
А вот Лукаса Теймара мне было, пожалуй, даже жаль. Похоже было, он только сейчас осознал, что его Сесиль действительно уже не вернется – и ничто другое его не интересовало. Впрочем, ему и не грозила ни казнь, ни пожизненное заключение. Он не совершал убийств, и был замешан в них лишь косвенно. На нем – только кражи, незаконное изготовление артефактов и соучастие. Думаю, через несколько лет он сможет выйти на свободу – и едва ли когда-то снова преступит закон.
Нисс Мэрил грозил небольшой срок, а вот ниссин Лимми будет наказана по всей строгости закона – и поделом.
– Что ж, – высокие чины переглянулись между собой и будто о чем-то договорились, – Прекрасная работа. Не без оплошностей… но главное – результат. Полагаю, вы можете рассчитывать на перевод в столичное управление. С повышением в чине, разумеется.
– Благодарю, – я поднялся. – Я подумаю об этом. Я могу идти?
Они снова переглянулись. Ну разумеется, я ведь все эти годы рвался назад, в столицу.
Не объяснять же, что теперь у меня есть кое-какие дела в Доревилле.
Прежде всего – надо наведаться в лечебницу.
Чете Оллинзов понадобится еще реабилитация. Все-таки десять лет в стазисе даром не проходят. Люди их круга обычно не лежат в лечебницах, лучшие целители выезжают к ним на дом… но дом Оллинзов еще только приводят в порядок.
Поскольку Оливар Оллинз оказался жив, все сделки с его имуществом, заключенные Вильгемом Роадом, были признаны недействительными. Постояльцам доходного дома дали время на выселение. А вот вещи из дома оказалось уже не вернуть, и теперь поверенный семьи поспешно искал возможность вернуть дому жилой вид.
С телепортационной сетью вышло еще интереснее. Сейчас ей руководил временный управляющий, поскольку совладельцы оказались под следствием, а ниссард Оллинз еще нездоров.
А вот судиться с Вильгемом Роудом чета Оллинзов не стала – кажется, они слишком благодарны за то, что Памела хотя бы осталась жива.
И я, пожалуй, совершенно с ними согласен.
Но навещать их придется пока в лечебнице.