Глава 18. Третий жених

Натали

Ответ на вопрос Ирнела мы получили через три дня. За это время произошло два крупных события: во-первых, в тот же вечер, как было получено письмо от Азамата, его управляющий Дойл привёл в Ривас аж тридцать художников и мастеров художественных ремёсел. Вручив мне целую пухлую папку с документами на этих невольников, Дойл подождал, пока я напишу ему расписку, что живой груз принят в полном объёме и я не имею никаких претензий ни к нему, ни к Азамату, а потом этот серьёзный блондин лет сорока пяти быстро удалился. Ирнел взял на себя заботы по размещению такого внезапного и большого прибавления, а Джереми принялся тестировать всех новичков, чтобы понять, на что способен каждый из них в плане творчества. А во-вторых, утром следующего дня в Ривас прибыл банковский служащий с вопросом — куда доставить причитающиеся мне сто тысяч золотых монет — аванс за «Королей подиума». Поскольку в Ривасе у нас не было организовано никакого денежного хранилища, я с одобрения Ирнела выбрала предложенный курьером вариант — открыть счёт в банке и разместить монеты именно там, да ещё и под проценты.

— Десять процентов годовых — это немалая сумма, — уважительно оценил Норман.

Так что эти два дела мы решили успешно. А через три дня мне внезапно пришло письмо от господина Шона Артега, который был хозяином Лавки изящных искусств — той торговой точки на рынке, где работы из Риваса брали на реализацию.

«Уважаемая госпожа Игнатова, большая просьба нанести мне визит этим вечером в Лавку до сумерек, чтобы обсудить внезапно возникшие рабочие моменты. С уважением, — Шон Артег», — громко зачитал это послание Норман, когда мы всей тёплой компанией: я, Ирнел, Джереми, юрист, Ренни и Майкл — собрались в трапезной за обедом.

— Что ты на это скажешь? — внимательно посмотрела я на Ирнела, не зная, насколько сильно стоит тревожиться по поводу этого внезапного приглашения.

— Если бы были какие-то проблемы — думаю, Шон упомянул бы об этом в письме. Может, он решил поднять себе процент за реализацию наших товаров? — предположил мой управляющий. — Пока не спросим лично — не узнаем.

— Когда в дорогу? — деловито уточнил Майкл.

— Получается, что сразу после обеда, — отозвалась я. — Хочется поскорее узнать, зачем он меня вызвал так срочно, да ещё указал срок — до сумерек.

— А вдруг до него дошли слухи от Тома, что ты болеешь заразной болезнью, а в Ривасе карантин, и теперь он опасается продавать наши картины покупателям? — осенило Джереми.

— Надеюсь, это не так, — нахмурилась я.

Как бы моя импровизация с Томом не вышла мне боком.

— Значит, когда мы явимся к Шону на рынок в Лавиндейле, надо будет всем своим видом показывать, что мы — самые здоровые художники в мире, — подвёл итог Джереми.

Быстро закончив обед, мы тем же составом отправились в карете к Шону Артегу. Всю дорогу я молилась, чтобы меня не заметил Том. Пусть думает, что я сильно болею. При моём появлении хозяин Лавки изящных искусств вытянулся в струнку:

— Госпожа гранд-дама Игнатова! Позвольте выразить восхищение вашим талантом и красотой. Я передаю вам свою Лавку в собственность и желаю дальнейших творческих успехов!

Я изумлённо посмотрела на зрачки этого сорокалетнего брюнета. Вроде не расширены.

— Господин Артег, что происходит? — задала я ему вопрос в лоб.

— Видите ли, некий господин Жермен, который является близким родственником самой императрицы, почему-то решил, что я являюсь вашим женихом. Я попытался убедить его в обратном, но он почему-то не поверил, — озадаченно потёр макушку Шон.

— Опять этот Жан... — закатила я глаза.

— Понимаете, он сделал мне очень щедрое предложение, от которого я не смог отказаться. Должность главного смотрителя в королевской галерее и титул барона — я о таком мог только мечтать. Плюс некоторая сумма денежной компенсации. Взамен я должен держаться от вас подальше и передать вам в собственность свою лавку. Вот, я уже подготовил все документы — вам нужно их только подписать, — протянул он мне пачку бумаг, которую я передала Норману.

— Шон, вы уверены, что сами хотите переехать отсюда, закрыть весь свой бизнес? — с сомнением посмотрела я на него.

Вот ведь Жан, ну хитрый жук!

— Конечно! — твёрдо кивнул мужчина. — Если у меня когда-нибудь будут дети — они унаследуют от меня титул барона, это же так почётно! А Лавка — да, конечно, она дорога моему сердцу, но я не сомневаюсь, что вы будете неплохо управляться с нею.

— Документы в порядке, — подал голос мой юрист.

— Ладно, говорите, где подписать, — сдалась я.