Глава 29. Птица счастья

Натали

— Полагаю, нужно немного подождать, — задумчиво отметил Ирнел.

— Совершенно с этим согласен, — одобрительно махнул рукой Норман. — Насколько я понял, крайний срок уплаты задолженности перед казино у маркиза наступает завтра. Кто его знает, может, он всё же где-то найдёт нужную сумму?

— Не говоря уже о том, что императрица может сжалиться над своим отпрыском и заплатить долг за него, — мрачно усмехнулся Джереми.

— Тогда почему она до сих пор не помогла ему? Зачем тянет? — недоумённо вскинул бровь Ренни.

— Воспитательный момент, — пожал плечами Майкл. — Вдруг она поможет ему в самую последнюю секунду? Чтобы он успел ощутить отчаяние и прочувствовать, какую совершил ошибку.

— Насколько я мог уловить в мыслях Тома, императрица настроена крайне решительно, — отметил Ирнел. — Она довольно жёстко дала ему понять, что он исчерпал её терпение. Многочисленные домогательства к гранд-дамам и другим женщинам, частые вызовы в суд плюс перебои с выплатой налогов в казну — это лишь малый список того, что я смог распознать в его голове. У него вся надежда была на сегодняшнее шоу.

— Которое я ему запорола, — нервно хохотнула я.

— Верно, — кивнул Ирнел.

— Каковы теперь наши действия? — я внимательно посмотрела на Ирнела и Нормана.

— Немного подождём, — повторил свою недавнюю фразу мой управляющий. — Если завтра до полуночи Том не погасит долг перед казино, то послезавтра его объявят банкротом, а всё его имущество — живое и неживое — перейдёт в собственность государства. Судьбу всего, чем он владел, будет решать Совет провинции Артильон.

— Надо подать заявление главе Совета — Элеоноре Найт — чтобы она допустила тебя на ближайшие слушания и включила в повестку твою просьбу передать Гранд в твои руки, — со знанием дела отметил Джереми.

— Но прежде нужно удостовериться, что Сариньон и правда объявлен банкротом. Нельзя ставить телегу впереди лошади, — покачал головой Норман.

— Согласна, — тяжело вздохнула я. Самым сложным для меня всегда было именно терпеливо чего-то ждать. — В противном случае Том запишет меня в свои враги: будет думать, что я уже поскакала прибирать к рукам его имущество, хотя его так и не объявили банкротом. А вообще, думаю, после сегодняшнего он в любом случае сильно на меня злится. Из-за меня всё его хвалёное шоу накрылось медным тазом.

— Почему медным? — не понял Норман.

— Поговорка такая, — махнула я рукой. — А насчёт Элеоноры — как раз сегодня я приказала Артуру в своём салоне «Натали» красиво упаковать и отправить ей в качестве подарка большой красивый пейзаж. Надеюсь, это склонит её чашу весов в мою сторону.

— Вдобавок был ещё один пейзаж, который мы нарисовали вместе с тобой и подарили ей несколько месяцев назад, — добавил Джереми.

— Верно, — согласилась я. — Но нельзя забывать, что Элеонора, получается, родственница Сариньона. Она же племянница императрицы. Неизвестно, как она отреагирует на всю эту ситуацию.

— Будем надеяться, что она проявит свойственные ей благоразумие и рассудительность, — сказал Ирнел.

— Согласна, — отозвалась я.

— Хочу тебя предостеречь относительно ещё одного момента, — мягко произнёс Ирнел.

— Что ещё? — напряглась я. — Новая проблема, о которой я не знаю?

— Знаешь, но просто не задумываешься над этим. Тебе нужно быть поосторожнее в мыслях и суждениях, Натали: в первые дни на Аншайне ты подписала магический документ о верности императрице. Ты её верноподданная, — напомнил Ирнел.

— Да, точно, — вспомнила я. — Молодой человек из Агентства по делам переселенок — Томас — предупредил, что Свидетельство о гражданстве составлено с помощью магии, и, если я нарушу клятву и задумаю мятеж против действующей власти — получу магический откат вплоть до летального исхода.

— Поэтому даже мысленно не прокручивай в голове варианты свержения Валенсии с трона, — обеспокоенно посмотрел на меня телепат.

— Я постараюсь, — тяжело вздохнула я.

Всерьёз я пока не рассматривала никакие варианты мятежа и прямого неповиновения императорской власти, но если бы от этого зависела жизнь Кассиана — я была готова обдумать самые разные выходы из сложившейся ситуации, включая самые безумные.

В Ривас мы вернулись уже после захода солнца. Поместье быстро укутывала тьма, прорезаемая яркими огоньками магических светильников-артефактов. От ужина я отказалась, всё, что хотелось — поскорее взять в руку пишущее перо и написать письмо моим дорогим разведчикам, в котором подробно, а порой и иносказательно описать все события этого сумасшедшего дня. В душе царила уверенность, что они примут Кассиана в нашу семью, хоть и поворчат немного.

А когда я в сопровождении Джереми вошла в спальню, то испуганно отшатнулась назад: из темноты сверкнуло глазами страшное чудище выше меня ростом. Джереми среагировал чётко: мигом заслонил меня собой и щелчком пальцев зажёг магическую люстру на потолке.

— Это что за дичь? — оторопело спросил он, вместе со мной разглядывая... как бы это сказать... неожиданную инсталляцию.

Больше всего это было похоже на деревянное огородное пугало, но с чёрными крыльями за спиной и светящимися камнями-глазёнками. Алый клюв был агрессивно приоткрыт, а на голове темнела диадема из мелких булыжников.

— Вам понравилось? — в комнату влетел жизнерадостный Джесси. — Я несколько часов потратил на её изготовление!

— Это вообще что? — у Джереми дёрнулся глаз.

А я, как более привычная к дачным страшилкам, озадаченно потёрла висок.

— Как что? — удивился нашему вопросу Джесси. — Вы разве не видите — у неё за спиной крылья! Это птица счастья!

— Счастья? — совершенно растерянно переспросил Джереми, задействуя всё своё творческое мышление, чтобы осознать всю глубину данного образа. — А почему она такая страшная? — задал он вопрос в лоб.

— А она и не обязана быть красивой! — авторитетно изрёк Джесси. — Она должна быть настолько суровой, чтобы одним своим видом отгонять все неприятности!

— Тогда ты попал прямо в точку... — нервно хохотнул Джер, отодвигая суровую инсталляцию в угол.