Глава 89

– Добро пожаловать домой, – произнесла женщина и спустилась к ним. – В городе что-то случилось?

– Небольшие беспорядки, – ответил Скальнор. – Ничего серьезного.

Женщина на его слова кивнула, а затем перевела взгляд на священников.

– Мира и добра, ваше святейшество, ваше пресвятейшество, – поприветствовала она их.

– Мира, – отозвались те.

– Рада видеть вас в Штормхольде, – продолжила она. – Скоро обед. Буду рада, если вы разделите трапезу с нами. Желаете отдохнуть с дороги? – поинтересовалась она и, после того как получила положительный ответ, обратилась к молодой служанке, стоящей рядом: – А́гнесс, отведи святейшеств в их покои. Пусть им принесут все, чего они захотят.

– Слушаюсь, миледи.

Когда священники ушли, взгляд женщины устремился к Валентине.

– Это?..

– Позволь представить тебе Валенсию, свободную деву из Камнесерда, – заговорил герцог. – Дева Валенсия, – обратился он уже к Валентине, – это моя сестра – Лаварда Айнора, вдовствующая баронесса Грусберг.

Сестра…

Валентина поймала себя на мысли, что в глубине души мгновенно развязался тугой узел, возникший в тот момент, когда она увидела эту женщину и поняла, что она очень похожа на Аурелию. Любой на ее месте мог подумать, что вышедшая из замка аристократка – мать дочери герцога.

И дело не только в цвете волос, но и в выражении, и общих чертах. Конечно, они не были копиями друг друга, но схожести хватало, чтобы сразу понять – они близкие родственницы.

Вырвавшись из размышлений, Валентина подхватила юбку, отставила одну ногу назад и присела, очень надеясь, что в этот момент не выглядит слишком нелепо. Для надежности она даже голову опустила.

– Мне очень приятно познакомиться с вами, леди Грусберг, – произнесла Валя и выпрямилась.

Когда она подняла взгляд на женщину, то заметила, как та просто кивнула ей.

Конечно, по идее, учитывая возможное происхождение Валенсии, это сестра герцога должна была приседать и склонять голову. Вот только Валентина не собиралась размахивать своим вероятным титулом. Именно поэтому вела себя, как и подобает простой деревенской девушке, которая милостью герцога была представлена аристократке.

– Зови меня леди Лаварда, – попросила ее сестра Скальнора и поморщилась.

Сейчас, когда недоразумение было разрешено, Валентина заинтересовалась титулом женщины. Скальнор назвал ее вдовствующей баронессой.

Выходило, что муж Лаварды умер, но не это привлекло внимание Вали, а то, что сестра герцога когда-то вышла замуж за простого барона. В эту эпоху такой мезальянс должен был быть настоящим скандалом или оскорблением для Скальноров.

– Хорошо, – заговорила снова Лаварда. – Как я уже сказала, обед скоро подадут, но времени хватит, чтобы вы успели освежиться после дороги, – произнесла она и отыскала взглядом еще одну служанку: – Миллиан, отведи, пожалуйста, нашу гостью в свободные покои.

– Да, миледи, – откликнулась та и выжидающе посмотрела на Валю.

Валентина оглянулась на герцога и позволила увести себя. Когда она вошла в замок, то уже не могла услышать произошедший около крыльца разговор.

– Кто она, брат? – спросила Драгора Лаварда.

– Я ведь назвал ее имя, не так ли? Ее зовут Валенсия, она родом из Камнесерда.

– Не увиливай от ответа, – фыркнула Лаварда. – Я прекрасно расслышала ее имя и то, откуда она. Я спрашиваю не об этом, а о том, каков ее статус в твоей жизни?

– Тебя не должно это волновать, – ответил Драгор хмуро.

– Ты привел ее так открыто, – Лаварда покачала головой.

– Между мною и Валенсией нет ничего, о чем ты думаешь.

Стоило Драгору сказать это, как он ощутил нотку разочарования. Он мог лишь надеяться, что она не пробралась в его голос, и сестра ничего не заметила. Судя по внимательному взгляду, его надежды были напрасными.

– Раз ты так говоришь, – спустя время мягко произнесла Лаварда. – Но король может воспользоваться слухами. А они обязательно вскоре возникнут.

Драгор отрывисто кивнул. Он знал, что сестра права.

– Недовольство короля моими вероятными связями – последнее, о чем нам нужно сейчас беспокоиться, – хмуро произнес он, вспомнив об армии, которая вскоре должна была постучаться к ним в дверь.

– Ты о повышенных налогах? – на лице Лаварды появилось недовольство. – Это ведь не ты, не так ли?

– Нет, – Драгор покачал головой, а затем подал сестре локоть. Та с готовностью его подхватила. После этого они оба направились в замок. – Боюсь, конфликта не избежать.

Лицо Лаварды стало непроницаемым.

– Скальноры давно терпят, – холодным голосом начала она. – Может быть, пришло время?

Драгор стиснул зубы. Идея о свободе от правления Сергордов была заманчивой, но добиться этого было очень сложно.

Вскоре они разошлись по своим покоям.

В это время Валентина принимала у себя маленькую гостью.

– Откуда ты узнала, что я здесь? – спросила Валя.

Наедине они обращались друг к другу менее формально, чем в присутствии герцога или других людей. Во время сбора и обработки трав им с Аурелией удалось немного сблизиться. Конечно, до полного доверия было далеко, но Валя могла видеть, что девочка относится к ней более благосклонно, чем к другим.

– Увидела тебя из окна, – ответила Аурелия, наблюдая, как Валентина расчесывает волосы. – Там еще была эта… – добавила она хмуро. Ее лицо недовольно сморщилось.

– Эта? – непонимающе переспросила Валентина.

– Лаварда, – ответила Аурелия и сложила руки на груди.

– О, – потянула Валя. Кажется, они с сестрой герцога не ладили? Из-за этого Валентина не знала, что ей следовало сказать.

– Я ее ненавижу, – прямо высказалась Аурелия.

Валентина моргнула и вздохнула. Влезать в дела чужой семьи ей не хотелось, но Аурелия выглядела так, словно ей нужно было высказаться.

Поднявшись со стула, на котором сидела, Валя подошла к кровати и села рядом с девочкой. Затем протянула руку и мягко погладила ее по волосам.

– Если хочешь, мы можем поговорить об этом, – произнесла она тихо и доверительно. – Обещаю, что никому не расскажу.

Аурелия посмотрела на нее нерешительно. Было почти чуждо видеть на этом постоянно хмуром личике такую неуверенность.

– Клянусь, – добавила Валя, подумав, что разговор может как-то помочь малышке.

– Ты правда никому не скажешь? – спросила она подозрительно.

Валентина улыбнулась.

– Никому, – снова пообещала она и изобразила, как запечатывает губы.

Некоторое время Аурелия выглядела сомневающейся, но потом в ее глазах сверкнула какая-то решительность.

– Драгор Скальнор… – начала она почти робко, но потом замолчала и какое-то время сидела тихо. Снова заговорила она лишь спустя пару минут. И ее слова очень сильно удивили Валентину. – Не мой отец.