Глава 97

– Что это у вас? – заинтересованно спросила она и без каких-либо церемоний приблизилась к одной из женщин и заглянула в ее корзину. – Кипрей?

Это растение не было чем-то необычным. Здесь оно тоже росло. Валентина добавляла его в свои смеси. Да и местные жители охотно использовали его. Из корней в особо голодные годы делали муку, из которой потом выпекали лепешки, а листья собирали для супов.

– Что это ты удумала? – мгновенно взвилась Лорьяна.

Сделав шаг, она явно намеревалась физически оттолкнуть Валю, но та и сама отступила. От неожиданности женщина запнулась и рухнула в ближайшие заросли.

– Ах! – заохали остальные.

– Ты в порядке? – спросила одна из селянок и кинулась помогать Лорьяне подняться.

Пока они барахтались, Валя обратилась к той, чья корзина ее привлекла:

– А можете продать мне?

Насколько Валентина помнила, женщину, с которой она завязала разговор, звали Виена. Ей было где-то под сорок, правда, по внешнему виду этого нельзя было сказать. Сложная деревенская жизнь оставила на некогда довольно привлекательном лице глубокие следы в виде дряблости, морщин и пигментных пятен.

– Что?

– Продать, – повторила Валентина и указала на корзину.

То, что Виена собирала коренья, говорило о непростой ситуации в семье. А жилось женщине действительно весьма сложно.

Муж Виены несколько лет назад отправился в Клинрад в надежде заработать, но спустя время им пришло известие, что тот погиб в пьяной потасовке.

Две дочери Виены незадолго до печального события вышли замуж за мужчин из других поселений. О матери они если и вспоминали, то редко – своих забот и хлопот хватало.

Родители мужа вместо того, чтобы поддержать Виену, обвиняли ее в том, что их сын погиб. Мол, это из-за нее он отправился искать более прибыльную работу.

Уйти от них Виене было некуда – старый дом родителей после их смерти перешел старшему брату, у которого так же была семья. Брат лет пять назад упокоился, и дом перешел его жене и детям. Принимать у себя Виену те не хотели – самим места было мало.

Чтобы как-то прокормиться, Виена ходила в лес и собирала коренья, ягоды и грибы. Иногда шила одежду или помогала в полях, но ни о каком достойном заработке речи не шло.

Может быть, одной ей и могло этого хватить, но родители мужа упорно висели на шее и даже пальцем не шевелили, чтобы как-то помочь, лишь упрекали и жаловались соседям, какая ленивая и бестолковая сноха им досталась.

– Продать? – Она была очень удивлена такому вниманию. Даже сама посмотрела в свою корзину. По ее мнению, там не было ничего, что кто-то хотел бы купить – Коренья? – неуверенно спросила Виена, ощущая себя неловко.

– Все, – пояснила Валя, отметив, что в корзине имелись и кое-какие нужные ей травы.

– Если тебе нужно… – пробормотала Виена тихо.

– Не слушай ее! – вклинилась в этот момент в разговор выбравшаяся с чужой помощью из кустов Лорьяна. Она выглядела растрепанной, но воинственной.

Встав перед Валей, Лорьяна указала на нее пальцем.

– Держись от честных людей подальше! Кому нужны твои грязные деньги? – фыркнула она. – Все знают, как ты их заработала! Это нечестивые монеты! Тьфу, на тебя! Просто так будешь давать – никто не возьмет!

– И как же я их заработала? – с интересом спросила Валентина.

– Не прикидывай невинной! – Лорьяна прищурилась. – Сгноила целую семью и рада. Иглена тебя как свою дочь растила и вот чем ты ей ответила. Неблагодарная!

Валентина насмешливо на нее посмотрела.

– Не надо делать вид, что здесь никто не знает, как именно эта семья со мной обращалась, – ответила она. – Я ничего не сделала. На все воля Создателя.

Лорьяна картинно ахнула.

– Не упоминай Создателя своим грязным ртом! – едва ли не взвизгнула она.

– Отчего это он у меня грязный? – поинтересовалась Валентина, размышляя, как ей все-таки отвязаться от Лорьяны, чтобы поговорить о деле с другими женщинами.

– Все знают, чем ты так очаровала герцога! – хмыкнула Лорьяна и посмотрела на Валю с презрением и… завистью. – Беспутница! Вот только недолго он тебя привечал! Ха! Так тебе и надо! Никто тебя теперь замуж не возьмет. Кому нужна такая бесстыдная женщина в доме? Никому!

Валя не была удивлена тому, какие дикие слухи о ней ходили. Учитывая гнилой язык Иглены, можно было ожидать, что ее близкая подруга окажется похожей.

– Я бы посоветовала вам следить за собой, – с намеком напомнила Лорьяне Валентина.

Женщина немедленно насторожилась. Ее взгляд слегка забегал из стороны в сторону.

– О чем это ты? – спросила она. – Клеветать на меня вздумала?

– Вы сами все хорошо знаете, не так ли? – вкрадчиво поинтересовалась она и улыбнулась.

Лорьяна от этой улыбки отшатнулась. Некоторое время она стояла неподвижно, не смея говорить что-то еще, а затем повернулась к другим женщинам. Те выглядели заинтересованными и жадными до сплетен. Кроме Виены, та смотрела на всех со смущением в глазах.

– Не слушайте эту блудницу, – посоветовала всем Лорьяна. – Злой язык и не то скажет, чтобы оправдать себя. Идемте. Неча нам тут без дела стоять.

С этими словами она гордо двинулась прочь. Правда, уход ее больше напоминал бегство.

– Это всех касается, – привлекла внимание остальных селянок Валентина. Те выглядели так, будто собирались последовать за уходящей товаркой, но от слов Вали остановились. – Если вы хотите продать свои находки, приходите ко мне, я куплю.

Было видно, что женщины не уверены.

– И что, все купишь? – спросила одна из них, вскинув при этом подбородок, словно собиралась бороться с Валей, а не вести диалог о продаже трав.

– Травы, коренья, ягоды, фрукты, грибы. Все куплю, если хорошего качества будут, – ответила Валентина.

Конечно, грибы в чаи не добавишь, но их можно было съесть либо самим, либо засушить и продать в Клинраде.

– Что вы ее слушаете?! – крикнула издалека Лорьяна. Вид у нее был донельзя недовольным. – Идемте!

Женщины переглянулись. Было видно, что они хотят спросить что-то еще, но тут Лорьяна их снова позвала.

– Если надумаете, приходите к дому кузнеца вечером после того, как стемнеет, – предложила Валентина, дав им шанс продать товары, слишком не афишируя на всю деревню.

Никто из женщин не дал своего однозначного согласия. Хотя было видно, что они заинтересованы.

Переглянувшись еще раз, они поспешили за Лорьяной.

– Не придут, – разочарованно предположила Гвендолина. – Слишком боятся, что о них тоже будут плохо говорить.

– Посмотрим, – хмыкнула Валентина. Она была уверена, что после того, как они ощутят вес монет, их страх перед сплетнями исчезнет, как дым на ветру. Но спорить Валя не стала. Время покажет.