Глава 14

София

Конечно, я не выспалась, но Марисоль была безжалостна, у неё всё было рассчитано, поэтому она подняла меня, ещё даже не начало светлеть, и тщательно проверила, что моя одежда и обувь позволят мне долго пройти пешком, кстати обувь нормальную я себе так и не купила, поэтому под ворчание Марисоль получила симпатичные ботиночки от Зарины, которые были мне впору, а Зарине, хотя она и отнекивалась и оставила фартинг.

— Вот раскидывается фартингами, как семечками, — ворчала Марисоль, — на этот фартинг можно две пары таких купить.

— Вот и хорошо, — улыбнулась я, засовывая монету в кулачок покрасневшей Зарине.

Зато и Марисоль и Зарина оценили мою юбку брюки, которые я всё-таки успела перешить из широкой юбки, купленной заранее.

— Какая интересная, вроде юбка, а штаны, — удивилась Марисоль, — сама придумала или подсмотрела где?

Я же, сообразив, что, видимо в этом магическом мире до удобных решений моего мира ещё не додумались «присвоила» себе это изобретение.

— Сама,

— Записать бы надо, — посетовала Марисоль и поглядев на Зарину сказала:

— Скажи мадемуазель Ланвиль, пусть на Софию запишет

Я удивилась:

— А это зачем?

— Как зачем, — всплеснула руками Зарина, Марисоль же только поджала губы, — кто будет такие шить на продажу, должны будут тебе заплатить.

— А как же я это проконтролирую?

— Так магическая же запись! — воскликнула Зарина.

Мне же оставалось только кивнуть. Но пришлось по-быстрому набросать основные параметры кроя для «записи», которая, видимо, являлась местным аналогом патента.

Когда мы, наконец-то вышли из дома, небо уже начинало светлеть.

Добираться до Геваса, который был скорее посёлком, чем городом мы планировали пешком. Из столицы к нему вели две дороги, одна была широкая, наезженная, другая попроще, местами шла через лес.

Мы немного поспорили с Марисоль, она говорила, что надо идти по маленькой дороге, я же чувствовала, что следует идти по большой, просто знала, что мне обязательно там надо пройти и всё.

Моё упрямство пересилило, и сначала мы шли в полной тишине, потому что Марисоль «надулась» и шла, поджав губы.

«Надо же какая она командирша, — подумала я, — тяжело ей, наверное с таким характером, вон ребёнок есть, а муж?»

Хотелось поговорить и побольше узнать и о мире, и о самой Марисоль.

Марисоль «держалась» и не разговаривала со мной около часа, но в конце концов принцип, что в дорога быстрее и легче, если с б рядом интересный собеседник, взял вверх и мы постепенно разговорились.

— Ты какая-то странная, — заявила мне Марисоль, — шьёшь очень споро, будто бы всю жизнь только это и делала, а в остальных вопросах-то не знаешь ничего, в сундуке тебя что ли держали?

— Может и в сундуке, — пожала я плечами, — а шить хорошо, только недавно начала

— Это когда магия появилась? — кажется Марисоль было важно услышать, что никто не может так быстро научиться шить и делать это так хорошо.

— Да, — согласилась я, — именно тогда. Что, в общем-то, было правдой, потому как вместе с магией здесь появилась и я.

Зато Марисоль мне рассказала, что в другом королевстве я могу найти своих родственников, потомков рода Сьюкетт, которые бежали, когда местный король решил взять род под контроль. Оказывается, если есть швейная магия, значит в тебе есть кровь этого рода. Но швеи рождаются в одном поколении только раз.

Поэтому если швейная магия у меня проявилась, то скорее всего другая швея уже умерла.

И я вспомнила последние строки из дневника: «Я ухожу спокойной…»

— Умерла, — сказала я, и добавила, видя, что Марисоль удивлённо приподняла брови, — она жила в том же доме, куда поселили и меня.

— Ох, ты ж, — искренне расстроилась Марисоль, — прости

— Я её не знала, но мне кажется, что она освободилась.

Марисоль удивлённо спросила:

— Любопытно, почему она раньше не сбежала?

— Она не могла отказать своему хранителю, — снова вспомнила я строки из дневника

— А ты? — Марисоль внимательно посмотрела на меня,

— А я могу, — ответила я

Всё это время мы спокойно шли по дороге, мимо нас то и дело проезжали повозки. Ни на одной из них пока не увидела колёс, и осторожно попробовала подвести разговор к этой теме.

— Такие они быстрые, меня в первый день в столице чуть не сбило такой, — сказала я

— Это точно, самоходы — это, конечно, невероятное изобретение, но опасные жуть, —Марисоль даже рассмеялась, — ты не уникальна, каждый, кто приезжает в город, обязательно оказывается в ситуации «столкновения» с самоходом, и я тоже.

Ещё Марисоль рассказала, что эти самоходные повозки никогда не наедут на живое существо, поскольку это магия светлых, то, там какой-то механизм заложен, что при столкновении с живым существом, выживает именно живое существо, и, кстати, тот кто внутри повозки тоже выживает, рассыпается именно сама повозка.

Я подумала, что мне эти «светлые» уже нравятся.

И вдруг мы услышали крик.

Это был женский голос и в нём была и боль, и надежда. Я посмотрела на Марисоль:

— Побежали

— Ты что! Нельзя! — Марисоль практически перекрыла мне дорогу.

Но крик повторился, и я поняла, что просто не могу остаться в стороне.

Резко оттолкнула Марисоль и побежала.

Немного впереди, мы не дошли буквально шагов пятьдесят стояла не самоходка, а обычная телега, запряжённая лошадью. Мимо по-прежнему проносились самоходы, а в телеге рожала женщина, совсем молоденькая, с бледным лицом, блестящим от пота. Её тело сотрясали судороги, а глаза были зажмурены от боли. Рядом с телегой, растерянный и бледный, метался парень, совсем юный, не старше меня. Он бегал кругами и, похоже не знал что делать, то ли бросаться под проносящиеся мимо самоходы, то ли бежать за помощью.

Заметив меня, он сначала не поверил своим глазам, а потом сообразив, что я направляюсь к телеге растерянно начал повторять:

— Помогите! Помогите!

Я, конечно, и сама ни разу не рожала, и уж точно не врач, но что-то нужно было делать. В конце концов, у меня была моя магия, поэтому я подошла ближе, посмотрела на девушку. Судя по всему, роды продолжались уже долго, возможно, что несколько часов, её лицо было совсем измучено, губы пересохли, а дыхание было прерывистым. Она лежала в телеге с закрытыми глазами, белая, словно бесцветная, периодически вскрикивала, но всё больше тихо постанывала, как будто сил кричать у неё больше не осталось.

— Давно началось? — спросила я парня.

— Утром начались схваты и мы сразу выехали, — начал говорить парень, и я подумала, что схваты это и есть схватки, только по-местному.

Потому парень нежно взглянул в сторону девушки и продолжил:

— Моя Луиза очень хотела рожать под присмотром доктора Бернара, мы даже скопили денег на это, но на самоходку нам не хватило, и я решил везти сам.

Потом парень тяжело вздохнул:

— А где-то час назад она стала кричать, что ей больно, плохо, и я не знаю, что делать...

— Далеко ещё до доктора? — спросила я

Парень взглянул на дорогу и сказал:

— Ну, наверное, часа полтора, доктор-то из Геваса.

Я посмотрела на подошедшую Марисоль:

— Мы тоже идём до Геваса. Поедем с вами, по дороге поможем твоей жене.

Парень вдруг потупился и пробормотал:

— Я… мы обязательно поженимся, честно, вот приедем в Гевас, и сразу пойдём в храм

Я скептически на него взглянула.

Парень поправился:

— После того, как родит, конечно

— Неважно, — отрезала я, — ребёнок твой?

— Мой, — облегчённо кивнул он.

— Ну и хорошо, — улыбнулась я, чтобы подбодрить бедолагу, — я буду помогать твоей женщине, а ты вези телегу. Понял?

— Понял, понял, хорошо, — закивал он.

Марисоль встревоженно посмотрела на меня:

— Ты же не собираешься шить?..

— Марисоль, если ей сейчас не помочь, они не доедут до Геваса, — говорили мы тихо, чтобы парень не слышал, — и тогда может не выжить ни она, ни ребёнок.

Марисоль бросила злой, какой-то даже болезненный взгляд на парня.

— Так может, ей и не надо? — буркнула она.

Я укоризненно посмотрела на Марисоль:

— Зачем ты так! Я думаю, что они нам не просто так встретились или я не просто так здесь оказалась, поэтому я сделаю, что смогу. А там, же она будет решать, надо ей это или нет.

Больше Марисоль не спорила.

Мы забрались на телегу. И я, повинуясь какому-то интуитивному ощущению, достала нитку с иголкой, которую теперь всегда носила с собой, и начала вышивать узор, прямо на нижней белой юбке будущей матери. Я не думала, что шью, не думала, какими швами. Я просто шила.

Периодически поглядывала на девушку. Она перестала кричать. На щеках появился лёгкий румянец, дыхание стало ровным, тело больше не сотрясали частые схватки. Я поняла, что я всё делаю правильно.

***

Виктор

Он всё ещё был в доме швеи. Да, им удалось перехитрить короля. Но надолго ли? Если она продолжит шить, то пойдут слухи и они буду доходить до короля, и тогда он может пустить по её следу не только Хранителя, но и своих ищеек.

Да и сам Виктор после приказа «старого паука» уже ощущал сильное желание пуститься на поиски сбежавшей девушки, но пока ещё он мог с этим справляться, и он останется пока здесь, столько, сколько сможет, пусть она уйдёт подальше, пока клятва не возьмёт вверх и он пойдёт по следу, движимый навязанным желанием.

Привязать швею любой ценой.