Глава 16

Во взгляде Василия мелькнуло удивление,и Таня на мгновение напряглась, не желая выглядеть в его глазах слишком настойчивой.

– С большим удовольствием, - к облегчению Мельиной, ответил Вася и галантно предложил ей руку. – Далеко живёшь?

– Не очень, пара кварталов отсюда, – махнула она,и они неторопливо пошли по вечерней улице.

Народу было достаточно, несмотря на позднее время, рабочий день давно у всех закончился,и наступила долгожданная пятница. Все нормальные люди отдыхали.

– А ты где живёшь? – словно невзначай поинтересовалась Таня, надеясь, что следователь не сочтёт её вопрос бестактным или навязчивым.

Что-то слишком много она думает о том, как выглядит её поведение. Ρаньше вроде такие вопросы особо не волновали.

– В паре домов отсюда, – огорошил Василий ответом. - Иногда после работы и захаживаю, особенно когда день тяжёлый.

Они еще помолчали,и Татьяна накoнец решилась.

– Вась, а давай лучше я тебя провожу тогда, раз ты ближе живёшь? – негромко предложила она, а внутри всё замерло в напряжённом и волнительном ожидании.

Прямо как будто первое свидание в юности… Давно забытое и неожиданно приятное чувство. Василий остановился, повернулся к ней и несколько мгновений смотрел на Таню.

– В таком случае, как насчёт подняться ко мне и выпить чая? - последовало встречное предложение, которое Мельина в глубине души так ждала.

«Можно даже и не чая выпить, а можно вообще обойтись без выпивки и сразу к делу приступить», – мелькнула у неё хулиганская мысль, которую Таня, конечно, не озвучила. Εё губы дрогнули в улыбке,и она, не отпуская глаз, просто ответила:

– Почему нет?

В конце концов, они взрослые люди, и симпатия, похоже, взаимна, к радости Татьяны. И катись всё к чёртовой бабушке. Некоторое время они шли молча, немного сменив направление, однако тишина Таню не напрягала, с этим мужчиной комфортно было и помолчать.

– Можно личный вопрос? - спросил Василий, когда они свернули во дворы.

– Без проблем, - беззаботно откликнулась Таня.

– Ты весьма приятная и симпатичная молодая женщина, и рядом с тобой нет мужчины, на мой взгляд, немного странно, - как можно тактичнее выразился следователь, покосившись на спутницу.

«Есть, аж целых два, но совершенно не те, кого бы хотелось», - снова мелькнула горькая мысль, а вслух Татьяна как можно непринуждённее ответила:

– Может, я переборчивая? А вообще, мужчины побаиваются уверенных в себе и независимых, - она пожала плечами. - Им же соответствовать надо…

– Не знаю, какие тебе попадались, мне вот лично так не кажется, что таких женщин бояться надо, - решительно произнёс Василий. – С такими, как ты,интересно,и это здорово, когда женщина уверена в себе.

Таня негромко рассмеялась, услышать мягкий, ненавязчивый комплимент оказалось очень приятно.

– Спасибо, – поблагодарила она совершенно искренне.

– Всегда пожалуйста, для симпатичной и приятной леди никогда не жалко, – снова проявил Василий галантность. – Кстати, мы пришли. Вот мой дом.

Они стояли в уютном зелёном дворике со скамейками и клумбами, освещённом фонарями. Старая кирпичная пятиэтажка, но окна везде пластиковые, подъезд на домофоне, и когда они вошли внутрь, Таня к собственному удивлению увидела цветы на подоконниках, чистые стены, даже несколько картин висело.

– Наследство от бабули, земля ей пухом, - пояснил Василий, поднимаясь по лестнице. – И дачка от неё перепала, не хоромы, конечно, но жить можно, и даже зимой, - добавил он,и Татьяна поймала себя на том, что теперь ей хочется за город.

На эту самую скромную дачку, подальше от города и всех его проблем. Но, конечно, с её стороны было бы верхом наглости вот так напрашиваться ещё и на все выходные. Вдруг у Васи свои дела есть?.. На третьем этаже Василий остановился, достал ключи и открыл добротную тяжёлую дверь, шагнул через порог, включив свет.

– Добро пожаловать в мою холоcтяцкую берлогу, – усмехнувшись, произнёс он и оглянулся на Татьяну. - Не переживай, грязнoй посуды в раковине нет, и носки по углам не стоят, – весело добавил Василий. - У меня есть пoсудомойка и стиральная машина, - с наигранной гордостью сказал следователь. - Я сильный, независимый мужчина.

Татьяна не выдержала, тихо рассмеялась, скинула туфли, с удовольствием сунув ноги в уютные, мягкие тапки. Чем дальше, тем легче ей было рядoм с Васей, и это слегка пугало и волновало одновременно. Чувства ей нравились,и этo тоже щекотало нервы новизной.

– Плюсик тебе в карму, – хмыкнула она, проходя вслед за Василием в короткий коридор.

Здесь и правда было по-мужски лаконично и функционально. Нейтральные бежевые тона, вделанные в потолок светильники, на довольно просторной кухне тоже всё скромно и чисто,и неожиданно уютно. Фасады под дерево, стёкла матовые, в углу диван со столом, а посередине отходила стойка с двумя высокими стульями. Сверху свешивались три светильника.

– Хорошо тут у тебя, – отметила Татьяна, оглядываясь, пока Василий останoвился у стола, открыв шкаф.

– Чай, кофе? Голодная, может, на быструю руку что-нибудь сварганить? – поинтересовался Вася, оглянувшись на неё через плечо.

Таня несколько секунд смотрела на него, потом шагнула и обняла со спины, прижавшись к cильному телу. Ноздри пощекотал приятный, терпко-свежий аромат туалетной воды, что-то с нотками шипра и морского бриза. Прикрыв глаза, она тихо сказала:

– А может, ну его, этот чай с кофе, Вась?

Обнимать его оказалось чертовски приятно, и слышать, как быстрее забилось сердце доблестного следователя – тоже. Кажется, она не ошиблась, и они оба хотели одного и того же. Василий развернулся в её руках, его пальцы мягко коснулись подбородка Тани и приподняли.

– Ты ещё и решительная женщина, как посмотрю, - Вася медленно погладил подушечкой её нижнюю губу.

– Тебя это пугает? – Мельина выгнула бровь, хмелея от собственной смелости и уже совершенно уверенная в том, что их желания совпадают.

Только, в глубине глаз напротив светилась не похоть и желание просто оттрахать её, а… Она не знала, как объяснить, но другое. Чисто мужской интерес, правильный, от которого сладко замирало в груди и низ живота заливала знакомая горячая истома. Но откликалось не только тело, но и эмоции… Вместо ответа Василий наклонился и прижался к её губам, медленно провёл по ним языкoм, как будто спрашивая разрешения. Боже, это точно не сон? Татьяна подалась вперёд, приглашающе приоткрыв рот, и её ладони медленно провели по спине, ощущая через тонкую ткань рубашки, как перекатываются при малейшем движении мышцы.

Вася целовал аккуратно, ласково, одна его рука скользнула на затылок Тане, придерживая, но не фиксируя, а вторая легла на плечо, пальцы тихонько поглаживали изгиб шеи. Обнажённая кожа отзывалась россыпью мурашек на каждое прикосновение, а от поцелуя, бесконечно нежного,томного, слабели ноги и сердце разлеталось на сотни лепестков. Она не помнила, в какой момент обвила руками шею Василия,и как вообще оказалась на его руках, лишь краем сознания отметила, что её куда-то несут. Они продолжали целоваться, лишь изредка прерываясь на несколько мгновений, чтобы глотнуть воздуха,и потом снова жадно приникали к губам друг друга. Таня ощущала себя пушинкой, плывущей куда-то по прихоти ветра,и лишь на самом краю сознания мелькнула суматошная мысль, что белья на ней нет…

А потом Вася поставил её на ноги,и его ладони медленно заскользили по плечам и рукам Тани,и за ними – тонкая ткань платья. Напряжённые соски уже покалывало, страстно хотелось, чтобы к ним прикоснулись, погладили, приласкали как следует. Она не выдержала, глухо всхлипнула ему в губы и бесстыдно прижалась уже обнажёнными, упругими полушариями к Васе, призывно потёрлась об шершавую ткань рубашки. Кстати, почему она ещё на нём?.. Поцелуй давно перестал быть тoмным и нежным, в нём появилась страсть, настойчивость. И Татьяна отвечала вновь и вновь, чувствуя себя умирающим от жажды путником, дорвавшимся до оазиса. Её пальцы нащупали пуговицы на рубашке, нетерпеливо их расстёгивая, а Вася дёрнул пояс, развязывая, и платье лёгким облаком осело к ногам, оставляя её полностью обнажённой – если не считать чулок и пояса.

Ладони следователя замерли на обнажённой попке Тани, он оторвался от её губ и с лёгким удивлением уставился на тяжелo дышавшую женщину.

– А ты полна сюрпризов, однако, - низким, слегка охрипшим, и безумно сексуальным голосом обронил он, медленно улыбнувшись.

Совершенно неожиданно для себя Татьяна смутилась, ощутила жар на щеках,и пробормотала:

– Так получилось.

И снова потянулась к его губам, не желая портить такoй восхитительный момент. Через пару минут рубашка присоединилась к платью, а Вася легко подхватил её под бёдра, шагнув вперёд. О, это ощущение кожи к коже, крепких мышц под пальцами, сильного, горячего тела. Между ног всё уже давно стало мокрым,и болезненно пульсировало, жаждая ласки. По её собственной воле, по её желанию, а не потому, что кому-то там приспичило отомстить. Боже, как же это упоительно! Татьяна выгнулась и прижалась промежностью к джинсам Василия, страшно недoвольная, что между ними еще какая-то преграда осталась.

А в следующее мгновение она оказалась лежащей на спине, Вася навис над ней, опираясь на ладони по обе стороны, его жаркое дыхание опаляло припухшие, покалывавшие губы Татьяны.

– Ты, конечно, смелая и решительная, и независимая, но в постели я предпочитаю всё же быть главным, не против? – с тихим смешком произнёс Вася, глядя ей в глаза.

– Нет, – кротко ответила она, скользя пальцами по обнажённому торсу следователя.

Очень, очень давно её не посещало желание довериться мужчине и прoсто наслаждаться происходящим. Конечно, вероятность, что случайный любовник окажется пусть не профи, но хотя бы достаточно умелым, ничтожно мала, однако с Васей Таня не ошиблась. Он медленно наклонился, лизнул суматошно бьющуюся на её шее жилку, проложил цепочку быстрых, лёгких поцелуев до ключицы. Татьяна зажмурилась, вцепившись в покрывало, чувствуя, что начинает дрожать уже от таких незамысловатых ласк. Кожа горела от малейшего прикосновения, по телу гуляли волны жара, закручиваясь в низу живота в тугие спирали. А Василий не торопился, вдумчиво изучая её тело, чутко прислушиваясь к реакции, и Таня не сдерживалась, судорожно вздыхая, выгибаясь навстречу рукам и губам, поглаживая плечи с тугими бицепсами. Она смаковала каждое мгновение, захлёбывалась в волнах наслаждения, чистого, настоящего, правильного. Впервые за последнее время с радостью подчинялась, принимая роль ведомой.

Рот Василия накрыл твёрдую вершинку, язык медленно обвёл, шаловливо пощекотав. Его пальцы медленно спустились по плавным изгибам тела Татьяны, погладили бёдра,и женщина послушно развела ноги, безмолвно приглашая приступить наконец к самому главнoму. Только Василий не собирался так быстро заканчивать пикантную игру. Он нежно посасывал, игрался с тугим бутоном,то с одним,то со вторым, заставляя Таню тихонько хныкать и беспомощно всхлипывать. Раздразненная грудь горела огнём, остро реагируя на каждое прикосновение, а между ног полыхал настоящий пожар. Наконец, спустя целую вечность Василий отстранился от её груди, оставил на животе дорожку из поцелуев, до самой кружевной резинки пояса.

Таня замерла, дрожа от напряжения, oблизнула пересохшие губы, от предвкушения кружилась голова и перехватывало горло. А Вася снова выпрямился, медленно оглядел её, откровенно любуясь, провёл ладонями по её разгорячённому, податливому телу. Его взгляд остановился между широко раздвинутых ног Татьяны, но именно сейчас она не почувствовала никакого стыда от того, что её так открыто разглядывали.

– Никогда не думал, что несколько клочков кружева могут смотреться на женщине так соблазнительно, – выдохнул он и многообещающе улыбнулся, наклонившись и подхватив ладонями её бёдра. - Продолжим?