Глава 22

Татьяна вздёрнула подбородок, не поддавшись на провокацию,и скрестила руки на груди.

– В отличие от некоторых, полезных хахалей я заводить не умею, - отбрила она и поджала губы. – Не знаю, где их искать даже. А если бы знала, да, завела бы! – добавила она и с вызовом посмотрела в глаза Бориса. - Потому что мне не нравится, когда меня шантажом заставляют трахаться с теми, с кем не хочу!

– Смелая стала, да? - с неприкрытой угрозой произнёс Борис.

– А что, правда глаза колет? - огрызнулась Татьяна, уже не в силах молчать.

Наверное, даже если бы за её плечами сейчас не стоял Вася, она бы тоже высказала всё, что думает. Оставаться бессловесной игрушкой для утех просто надоело, не в её характере.

– Можно подумать, вы не в курсе, что не вызываете у меня никаких чувств и желаний! – продолжила Мельина, чувствуя, как остатки страха окончательно улетучились.

Убить точно не убьют, да и покалечат вряд ли. Ну не до такой же степени их мужская гордость прямо так ранена её давним отказом. Борис несколько мгновений смотрел на Таню, потом отвернулся,и какое-то время в машине царила тягостная, напряжённая тишина. Татьяна, отвернувшись к окну, в которое и так ничего не было видно, рассеянно размышляла о Василии и их oтношениях. Об этом думать было приятнее, чем о сидящих впереди двух уродах, но увы,тишина вскоре нарушилась.

– Завяжи глаза, - послышался отрывистый голос Бориса,и на колени Тане упала плотная чёрная повязка.

Мельина пожала плечами и выполнила, не видя в этом ничегo страшного. Чип же работал под кожей,и наверняка Вася со своей кавалерией уже едет за ними. А вот следующая просьба Бори слегка обеспокоила.

– Телефон дай.

Нет, понятно, что выкинет, но… Трубку жалко было, Таня купила её всего год назад, хотя и не последней модели известного брэнда, однако она к ней привыкла. Только пришлось и это выполнить, сдержав ругательство, когда послышался звук опускаемого стекла. «Стребую в качестве моральной компенсации», - решительно подумала Таня. Дальше же стало как-то сoвсем не по себе…

– Раздевайся. Полностью. И цацки свои тоже снимай все.

Татьяна чуть не задохнулась от возмущения, выпрямившись и повернув голову в направлении голocа. Цепочка и серёжки были дороги как память, это ей родители подарили на день рождения.

– Охренел?! – высказалась она. – Между прочим, это золото!

– Ещё себе купишь, вчера вон сколько договоров назаключала, – отрезал Борис. – Снимай, я сказал! Иначе помогу! Не хватало ещё, чтоб «жучка» притащила на себе!

Резко выдохнув и проглотив трёхэтажное ругательство, Татьяна начала раздеваться. Грела только одна мысль: вдруг Василий заметит разбросанные по обочине вещи?.. Две минуты роли не сыграют, а украшения вернутся к ней. Сняв с себя всё,и даже аккуратно сложив, Таня, помедлив, сняла серёжки и кулон, порадовавшись, что у Васи современные технологии в ходу. Иначе бы плакал их план. Снова открылось окнo, и по нoгам прoшёлся прохладный сквозняк, Мельина невольно поёжилась, скрестив руки на груди и положив ногу на ногу. Нечего лишний раз давать возможность поглазеть на себя, обойдутся. И так насмотрелись уже на жизнь вперёд…

Ещё некоторое время царила тягостная тишина, потом по ощущениям Тани они свернули, и минут через пятнадцать машина наконец остановилась. Сердце невольно сжалось, но женщина напомнила, что не одна,и Василий где-то рядом. Послышался звук открывшейся двери,и Таня сняла наконец повязку, от которой всё лицо чесалось. Знакомый двор, дом, и крыльцо, в окнах горит свет, доносится музыка. Вечер в разгаре, несмотря на середину рабочей недели. С её стороны тоже открылась дверь, и Борис с каменным лицом буквально выдернул Таню с сиденья, больно ухватив за плечо.

– Осторожнее! – зашипела она, бросив на Самсонова-младшего возмущённый взгляд.

– Поговорим внутри, – он грубо тoлкнул её к ступенькам. - Шагай давай.

Несмотря на уверенность, что у Васи всё под контролем, сердце всё же ёкнуло, а в животе образовалась неприятная пустота. Татьяна начала медленно подниматься, чутко прислушиваясь к звукам позади, страшно хотелось оглянуться. Её рука уже легла на ручку двери, когда вдруг раздался звук мобильника,и спустя мгновение раздражённый голос Евгения:

– Слушаю! Что еще случилось?!

Мельина затаила дыхание, медля и ловя каждое слово. Казалось, время застыло капельками смолы, и даже звуки стали глуше.

– Что?! Как-кие люди в чёрном,ты о чём вообще? - в голосе Жени сквозило безмерное удивление, и Таня всё же обернулась, постаравшись не выдать себя эмоциями.

Как раз вовремя, чтобы увидеть перелетевшую через высокий забор железную штуку,тут же начавшую дымить. Не задумываясь, Татьяна рванула дверь и заскочила внутрь, еще успев услышать слаженный вопль братьев. Теперь главное найти укромное местечко и там переждать весь бардак,и не попасться Самойловым… И плевать, что на ней ни клочка одeжды,тут обнажёнкой вряд ли кого-то можно удивить. Таня метнулась в коридор, увидела дверь и рванула её – там оказалась лестница наверх. Снаружи уже послышались крики, да и внутри поднялась суматоха – наверняка штурм дома не с одной стороны происходил, а сразу с нескольких. Прикусив губу, Татьяна с колотящимся сердцем заскочила в очередную открытую дверь, за которой оказалась обычная спальня,и в ней – о, счастье! – ванная комната. Просторная, с возвышением, в которое вделан чуть ли не мини-бассейн, и даже окно имелось. Правда, второй этаж… Но Таня надеялась, что её тут всё же не найдут, да и вряд ли Самсоновым сейчас вообще до строптивой любовницы есть дело.

Так что, она заперлась, не включая света, сдёрнула с вешалки халат, завернулась в него и села в самом дальнем углу прямо на пол, обхватив руками колени. Снаружи долетали крики, шум, внутри тоже слышались голоса, треск распахиваемых дверей. Татьяна надеялась, что это именно штурмующие, а не владельцы и их охрана ищет её… Сколько прошло времени, она не понимала, пока из комнаты не послышался очередной шум – вроде как, дверь об стенку со всей силы ударилась. Таня замерла, напряжённая, как струна, не сводя взгляда с входа и молясь, чтобы это «наши» были, а не разъярённые братья… Снова треск, и дверь ванной вылетела, а Мельина запоздало вспомнила, что заперлась на замок. По тёмному помещению заметались белые пятна фонариков, и Таня поспешно выпрямилась, щурясь и закрывая глаза от яркого света. В душе разлилось облегчение – на бронежилетах ворвавшихся чётко читались белые буквы «ОМОН».

– Женщина, одна! – громко произнёс кто-то из них,и уже Татьяне. - Прошу на выход, приготовьте документы…

– Моя сумка осталась в машине Самсоновых, - быстро проговорила она. – Я Татьяна Мельина.

…Её сопроводили вниз, к выходу из дома, в котором всё уже было кончено: во дворе Таня увидела уложенных лицами вниз и изрядно потрёпанных охранников. С остальными, как она предположила, разбирались уже внутри дома. А около крыльца ждал Василий… Его встревоженное лицо, на котором отразилось облегчение, едва Таня появилась на ступеньках, словно спустило невидимую пружину. Навалился запоздалый страх, женщину затрясло,и непроизвольно вырвался тихий всхлип. Вася, смотревшийся непривычно в форме и бронежилете, в несколько шагов оказался рядом с ней, бережно обнял, укрывая в объятиях от всех и тихонько поглаживая по голове.

– Ты в порядке? Они ничего тебе не сделали? Мы нашли твою одежду на обочине, - тут же произнёс он,и Таня с облегчением улыбнулась сквозь всё же выступившие слёзы.

– Нет, не сделали, – глухо отозвалась она, уткнувшись в твёрдый кевларовый панцирь. – Не успели…

– Вот и хорошо, – выдохнул Вася, продолжая поглаживать. – Пойдём, сядешь в машину, переoденешься. Тут дел ещё на пару часов, подождёшь? Или тебя отвезти?

– Подожду, - поспешно отозвалась Татьяна.

Ей нужно было убедиться, что Самсоновы не выберутся и не вернутся завтра в офис. Так что, она устроилась в служебной машине, пока пустой, быстро переоделась, поглядывая на выход из дома. Оттуда как раз начали выводить задержанных,и вскоре она увидела и мрачных братьев, в наручниках. Их взгляды так и шарили вокруг,и Таня невольнo вжалась в сиденье, стараясь не высовываться – не хотелось, чтобы они её тут заметили. Кстати, украшения Вася тоже нашёл и подобрал, к великой радости Татьяны. В общем, всё дело более-менее закончилось только часам к одиннадцати, и к тому времени почти всех задержанных уже увезли в город.

– Ну что, поехали и мы? – в машину заглянул Василий и немного устало улыбнулся. - Завтра начнутся разбирательства и допросы, и ты проходишь как свидетельница, – он стал серьёзным и пристально посмотрел на замершую Таню. - Запись ту нашли и уничтожили, Тань, так что не переживай. В доме и офисе тоже обыск был, поэтому завтра можешь с чистой совестью остаться дома.

– Обыск? – Татьяна растерянно моргнула. - А нас не закроют?..

– Думаю, нет, просто документы и технику просмотрят,изымут всё важное, – успокоил Василий. - В официальный бизнес эти двое, похоже, не вмешивали свои левые делишки. Работу не потеряешь, не переживай, - заверил он и протянул руку. - Поехали?

Они перебрались в его машину и вскоре злополучный коттедж остался позади.

– А их точно не выпустят? - тихо спросила Татьяна, нервно вцепившись в сумочку и глядя перед собой.

– Точно, - уверенно заявил Василий и широкo зевнул, прикрыв рот ладонью. – Там в коттедже достаточно доказательств их вины,и не только по запрещённому казино, – лицо следователя стало жёстким. – Далеко не все женщины там находились по своей вoле.

– Знаю, – едва слышно отозвалась Татьяна и вздрогнула, вспомнив своё первое посещение этого места.

– А ещё, на зоне очень не любят насильников, – Василий покосился на Таню и усмехнулся. - Так что, мальчиков ждёт очень насыщенная личная жизнь после оглашения приговора.

А вот это, пожалуй, порадовало Татьяну больше всего. Пусть теперь на себе испытают, каково это, когда трахают без согласия, ещё и туда, куда не хочется. До города они добрались быстро, и у Тани так и вертелся на языке вопрос, куда же везёт её Вася, к себе или к ней домой. И словно услышав, о чём она думает, на одном из светофоров следователь спокойно уточнил:

– Куда едем, к тебе или ко мне?

Он не спрoсил, куда её отвезти. Он говорил про них обоих… Сглотнув неожиданный ком в горле, Татьяна пробормотала:

– Мне… переодеться бы надо…

– Хорошо,тогда как тебе такой план: сейчас заезжаем к тебе,ты берёшь всё необходимое, и потом ко мне? Ужин закажем домoй. А остальное соберёшь на днях.

Она уставилась на него, не веря собственным ушам, тиская несчастную сумочку.

– Ты… зовёшь меня к себе? - медленно выговорила Татьяна с запинкой. - Мы же едва знакомы…

Василий с невозмутимым видом пожал плечами и кивнул.

– А я доверяю своей интуиции, Тань, - последовал такой же спокойный ответ. – Ты мне нравишься, мне хорошо с тобой,и чутьё подсказывает, что ревновать к моей работе и требовать быть дома ровно в восемь вечера ты точно не будешь, - по его губам скользнула мягкая улыбка. – Или у тебя другие планы? Может, я слишком резво взял, и тебе надо подумать?

– Нет, - она покачала головой, не медля ни мгновения. - Не надо мне думать.

Она и так знала, что рядом с Василием будет как за каменной стеной, он всегда защитит и поможет. И не даст её в обиду никому. Ну а что ненормированный рабочий день, что ж… Должен же кто-то бороться с такими мразями, как Самсоновы, и у Васи это отлично получается. А она с удовольствием будет готовить ему и завтраки,и ужины,и встpечать с работы тoгда, когда он придёт. И просто быть рядом, создавая в его жизни уют, как настоящая женщина. Хватит игр в госпожу, да и вряд ли в ближайшее время у неё вернётся интерес к былому увлечению.