Глава 41

— Боже! Кира! Ты в порядке! — запыхавшаяся женщина ввалилась на порог дома, прижимая ладонь к груди.

Бледное лицо с выступившими капельками пота и неестественной синевой выражало крайнюю степень испуга и паники. И только когда ее взгляд упал на меня, мама рухнула на пуфик у порога и нездорово привалилась к стене.

— Мам? Что случилось?

— Ирина? — мама Лариса вышла в прихожую вместе со всей семьей и глупо пялилась на мою родственницу, не веря своим глазам.

Ничего удивительного. Они не виделись всего лишь на пару дней меньше, чем я сама, а это без малого дофига лет. Но если я к ее присутствию уже так или иначе привыкла, то для всей семьи Алмазовых появление блудной матери стало шоком.

— Квартира… ваша… горит, — едва проговаривая слова, выдавила мама и закрыла глаза, тяжело и шумно втягивая воздух. — Я думала, ты там. Я так напугалась… Мне что-то нехорошо…

— Я помогу.

Сосредоточенный Михаил мягко, но легко подхватил мою маму на руки и понес в спальню, игнорируя караван Алмазовых и меня за своей спиной.

— Воды принесите и вызовите врача.

— Да, сейчас, — мама Лариса, сообразив быстрее всех, побежала вызывать скорую, и только спустя несколько секунд гробового молчания и ступора до меня дошло, какую новость принесла мама.

— В смысле горит?

Озвученный мной вопрос заставил и всех остальных напрячься. Папа расправил плечи, бабушка схватилась за сердце, а Лера захлопала губами, как рыбка, выброшенная на лед. Даже похмелье, похоже, отступило, отпуская голову подруги из стального капкана.

— Я приехала, — тихо сказала мама, — все в огне. Куча людей, пожарные. Загорелась именно ваша квартира, большего мне не сказали, даже не сообщив, был ли внутри кто-то еще.

— А как ты меня нашла?

— Лера вчера мне писала, что вы, возможно, уедете на выходные, — призналась она, и Лерка виновато потупила взгляд, давая понять, что в упор этого не помнит. — Я так рада, что вы уехали. Господи, я чуть тебя не потеряла… Опять… Навсегда…

Женщина вновь побледнела и всхлипнула, закрывая глаза.

— Так, Гоша, дуй туда, выясняй подробности. Девчонки пока у нас поживут, — ожив, бабуля сразу же начала давать распоряжения — вспомнила, что она опытный руководитель с двадцатью годами стажа. — Лорик! Когда скорая приедет?

— Пятнадцать минут, скоро будут.

— Отлично. Лера, Кира — идите, смотрите, что вам нужно на первое время, поедем в магазин, прикупим все по мере возможности.

— Я их отвезу, — вызвался Михаил, посмотрев на меня та-а-ак многозначительно, что я захлопала глазами, прилипнув к полу.

Там был такой спектр эмоций, что переварить и расчесать их с первого раза я просто не сумела. От вселенского гнева до горькой скорби, словно… он представил, что я могла быть в том пожаре.

— А вы кто? — Несмело спросила мама, глядя на Михаила с заинтересованностью готовой к броску тигрицы — вдруг чужой.

— Это Михаил, мой… — слова застряли в горле, но что-то внутри жалобно скрутилось, истерично повторяя только одну фразу. — Мой мужчина.

Горящие глаза сменили направление, и теперь я видела перед собой собранного зверя, готового на все ради своих. Рвать и метать, разбрасывая кровавые ошметки врагов по всей округе — чтобы все знали, я принадлежу ему.

— А вот и скорая, — пискнула мама Лариса и побежала встречать бригаду, намекая всем остальным, чтобы разошлись и не мешали.

— Отдыхайте, вам обязательно помогут, — тихо сказал Миша, но мама цепко поймала его за руку, притягивая к своему лицу. Прошептав на ухо что-то тихое, убедилась, что он услышал, и получила подтверждающий кивок, расслабленно выпуская широкую мужскую ладонь.

— Что она тебе сказала?

— Секрет, мышка, — насмешливо фыркнул он, но в голосе все равно сквозил потерянный контроль и беспокойство. — Мне нужно позвонить, подождешь?

— Конечно, — только в тот момент я поняла, что невольно взяла его за руку, переплетая наши пальцы. Отпускать не хотелось, но я улыбнулась и выпустила ладонь, вмиг теряя тепло.

Не зная, как реагировать на собственные ощущения, я взглядом обнаружила Леру, которая стояла в прихожей, привалившись на стену и глядя в одну точку.

— Ты как?

Девушка дернулась, как от кнута и взглянула на меня, часто моргая.

— Напугана. Честно, никогда не думала, что такое может произойти. Но шок сейчас пройдет, и я буду горько плакать, потому как куча моих вещей пришла в негодность и возврату и восстановлению не подлежит. Столько членов, корсетов и обуви… Целое состояние, — мрачно выдохнула она. — Да, документы еще. Хорошо хоть квартира застрахована, что-то да возместят. А еще я неожиданно осознала, что я совершенно одна.

— Что? Брось, у тебя есть семья.

— Да я не о том! — махнув рукой, она потерла виски и поморщилась. — Просто… Может, пришло время создать и свою семью в дополнение к этой? Ну мужчину найти, понимаешь? А то я все одна и одна… Бегаю с плеткой по ночному городу, а дома никто не ждет. Пройдет время, ты переедешь к Мише, возможно, уже совсем скоро, — она горько усмехнулась и смахнула с ресниц слезинки. — А я вновь буду возвращаться в пустую квартиру, утешая себя самостоятельностью и независимостью.

— Иди ко мне.

Обняв подругу за плечи, вспомнила, как девчонками мы утешали друг друга в трудных ситуациях, еще не зная, что жизнь куда коварнее, чем мы обе думали.

— Идите, собирайтесь. Шопинг ждет, — буркнул Миша, спустившись со второго этажа и мрачно разглядывая скользящие по нашим щекам слезы.