Глава 23

— Мне кажется, я начинаю лучше понимать, почему люди так часто совершают необдуманные поступки ради занятий любовью, — Умник лежал рядом со мной на сбитых простынях, всё ещё пытаясь отдышаться.

Покрывало сползло почти до бёдер, а волосы обычно собранные волосок к волоску растрепались.

Я не удержалась от улыбки.

— И это твой главный вывод?

— Остальные требуют дополнительной проверки.

Я рассмеялась и потянулась к нему, лениво проводя пальцами по его плечу.

— Боюсь, ради науки придётся постараться.

Умник повернул голову в мою сторону.

Серые глаза остановились на мне с той же внимательностью, с которой он обычно смотрел на древние тексты, сложные схемы или очередную загадку, не дававшую ему покоя.

— Таня, я понимаю, что сейчас моё состояние может быть связано с рядом биохимических процессов, вызванных близостью. Но даже принимая это во внимание, я всё равно хочу сообщить, что люблю вас.

Несколько ударов сердца я просто смотрела на него.

Всё такого же растрёпанного.

Всё такого же серьёзного.

Всё такого же убеждённого в необходимости сначала проанализировать собственные чувства, а уже потом о них сообщать. А еще единственного из моих мужей, кто упорно предпочитал называть меня на «вы», хотя даже у брюнетов иногда проскальзывало «ты».

После чего придвинулась ближе и уткнулась носом ему в плечо, пряча улыбку.

— Любимый мой зануда, — пробормотала я.

Умник молча коснулся губами моих волос.

Настолько быстро, что сам наверняка предпочёл бы сделать вид, будто этого вообще не было.

Я ещё немного полежала рядом, а потом приподнялась на локте, вспомнив о важном.

— Слушай, прежде чем продавать украшения, я бы хотела сначала побывать в одном месте.

— Где именно?

— Хочу познакомиться с братом Лея. Он брюнет и закреплён на одном из рудников.

Судя по выражению его лица, мысль о том, что Лей может считать своим братом брюнета, до сих пор просто не приходила ему в голову.

Для большинства жителей этого мира блондины и брюнеты существовали словно отдельно друг от друга.

Умник некоторое время молчал.

— Я выясню, где именно он находится, — с этими словами он откинул покрывало в сторону и тут же потянулся за одеждой.

И обреченно вздохнула, понимая, что понежиться в постели больше не получится.

Стоило только заговорить с Умником о каком-нибудь деле, как оно немедленно превращалось в задачу, решать которую следовало прямо сейчас.

Пока Умник выяснял, где именно находится брат Лея, я успела привести себя в порядок, принять душ и переодеться в чистое платье.

После этого собрала на кухне небольшую корзинку с едой, справедливо рассудив, что идти знакомиться с человеком с пустыми руками как-то неправильно.

Брюнеты было вызвались меня сопровождать, но я решила, что сейчас это будет лишним, поэтому к арке перехода мы направились вдвоем.

Там Умник помог настроить на магической пластине нужную точку прибытия, после чего мы перенеслись.

Первое, что я сделала, выйдя из арки, — прикрыла ладонью нос.

Воздух здесь оказался настолько сухим и пыльным, что уже после первого вдоха в горле неприятно запершило.

Я несколько раз моргнула и огляделась по сторонам.

Ни деревьев, ни кустов, ни даже нормальной тени.

Только камень, камень и снова камень, между которым тянулись дороги, вытоптанные сотнями ног за долгие годы.

Солнце безжалостно заливало всё вокруг, отражаясь от светлых скал и заставляя щуриться даже меня.

Кто-то работал у самой скалы, размеренно поднимая и опуская кирку. Кто-то тащил нагруженную тележку. Кто-то переносил на плечах тяжёлые корзины с камнем. И всё же больше всего внимания почему-то привлекали не сами рудники, не инструменты и даже не окружающая их бесконечная серая пыль, а лица людей.

Усталые лица людей, для которых всё происходящее вокруг давно успело стать привычной частью жизни.

Я почувствовала, как сильнее сжала ручку корзинки.

В этот момент один из мужчин случайно поднял голову.

Увидел меня и неверяще замер.

Кирка выскользнула из его рук и с глухим стуком упала на землю.

Рядом обернулся второй брюнет.

Потом ещё один.

По руднику словно пробежала невидимая волна.

Мужчины один за другим отвлекались от работы, поднимали головы и смотрели в нашу сторону, явно не до конца веря собственным глазам.

— Чего встали?! — раздался вдруг резкий окрик.

Высокий блондин быстрым шагом направлялся в сторону рабочих.

— Работы больше нет?

Несколько мужчин тут же сконфуженно опустили головы.

Блондин уже собирался продолжить, когда наконец заметил меня и проглотил вертевшееся на языке ругательство.

К этому моменту рядом с ним уже появился второй надсмотрщик, выглядевший ничуть не менее растерянным.

— Госпожа, — наконец выдавил первый. — Боюсь, произошло какое-то недоразумение.

Он бросил быстрый взгляд на арку перехода за моей спиной, словно надеялся найти там объяснение происходящему.

— Если вы направлялись в городскую часть или в одну из зон отдыха, я могу показать нужное направление.

Я только покачала головой, чувствуя, как решимость изнутри поднимается с новой силой.

— Нет. Я пришла именно сюда.

Оба надсмотрщика переглянулись.

Причём так, словно каждый надеялся, что объяснять происходящее придётся не ему.

Наконец один из них осторожно кашлянул.

— Госпожа, — начал он, заметно подбирая слова, — могу я узнать, зачем именно вам понадобились рудники?

Я убрала руку от лица.

Пыль никуда не исчезла, но остальные мужчины каким-то образом обходились без этого, а значит, и я переживу.

— Я ищу одного из мужчин, — ответила я.

Несколько долгих мгновений блондины просто молчали.

— Если так, то конечно… — наконец произнёс надсмотрщик, поспешно отступая в сторону.

Договорить я ему не дала.

— Дальше я сама, — остановила его и направилась вперёд.

Чем дальше мы уходили от арки перехода, тем сильнее становилось ощущение, что моё появление заметили абсолютно все.

Мужчины продолжали работать.

Во всяком случае, старательно делали вид.

Но стоило мне приблизиться, как кто-нибудь обязательно начинал смотреть куда угодно, только не в мою сторону.

Я остановилась возле первого попавшегося брюнета.

— Здравствуйте, скажите, пожалуйста, — начала я.

Мужчина развернулся и пошёл в другую сторону ещё до того, как я закончила фразу.

Я недоумённо моргнула.

Потом подошла ко второму.

Этот хотя бы остановился.

Несколько мгновений он смотрел куда-то вниз, потом поднял взгляд на меня, заметно сглотнул и почти сразу отвернулся, снова принимаясь за работу.

Я проводила его взглядом, после чего машинально опустила глаза.

Полотенце, которым была прикрыта корзинка, успело съехать набок, а из-под него выглядывали свежие булочки. Я почувствовала себя еще паршивее.

Я предприняла еще несколько попыток заговорить с мужчинами, но от меня шарахались, как от прокаженной.

— Вообще-то я уже выяснил, где именно его можно найти, — заметил Умник, догоняя меня.

Я уже открыла рот, собираясь ответить, когда взгляд сам собой зацепился за одного из мужчин.

В отличие от остальных, он не пытался спрятаться или опустить голову. Напротив, продолжал работать, вот только не мог удержаться от того, чтобы не коситься в мою сторону с самым искренним любопытством.

Правда, продолжалось это ровно до тех пор, пока я не шагнула в его сторону.

Поняв, что направляюсь именно к нему, мужчина немедленно бросил своё занятие и зашагал прочь.

Я только ускорила шаг.

Впрочем, брюнет словно заранее догадался о моих намерениях и теперь с удивительным упорством держал между нами одно и то же расстояние, петляя между тележками, грудами камня и работающими мужчинами.

Чем ближе я подходила, тем лучше могла его рассмотреть.

Тёмные волосы почти доставали до плеч и сбивались в непослушные чёрные завитки, густо покрытые каменной пылью. Старая одежда давно утратила всякое сходство с новой, местами превратившись в лохмотья, а на открытых, загорелых предплечьях, проступали жилистые мышцы.

И всё же внимание притягивало не это.

Было что-то в выражении лица, в темных, слишком живых для этого местами глазах.

Что-то неуловимо знакомое.

Словно я уже встречала человека, который смотрел на мир точно так же.

— Да стой же ты! А то сейчас камнем в тебя кину!

Брюнет заметно дёрнулся, но даже не подумал остановиться.

— Тогда булочкой кину!

Вот после этого он всё-таки замер.

Медленно обернулся через плечо, посмотрел сначала на меня, потом на корзинку в моих руках и только после этого окончательно развернулся.

— Булочку жалко, — заметил он с искренним сожалением. — А камнем можете попробовать.

— Ты брат Лея? — спросила я, решив не тратить время на долгие предисловия.

Брюнет даже перестал уходить, развернув корпус ко мне.

— Если он что-то натворил, то нет, — ответил мужчина без малейших колебаний. — А если ничего не натворил, то тоже нет.

Я невольно улыбнулась.

Да, они определённо родственники.

К этому моменту нас наконец догнал Умник.

Весь покрытый каменной пылью, он сдержанно чихнул и остановился рядом со мной.

— Это мой муж, Умник, — представила я. — А меня зовут Таня.

Брюнет перевёл взгляд на меня, потом на Умника, потом снова на меня, явно пытаясь понять, как именно следует вести себя в подобной ситуации.

Судя по всему, опыта общения с госпожами у него было примерно столько же, сколько у меня опыта посещения рудников.

— Дарион, — произнёс он наконец.

— И почему же ты от меня убегал, Дарион? — поинтересовалась я, всё ещё пытаясь привести дыхание в порядок после незапланированного забега. — И почему вы все от меня прячетесь?

Брюнет обвёл выразительным взглядом рудники вокруг нас.

— Потому что мы мужчины с рудников, а вы госпожа, — ответил он так, будто это всё объясняло.

Как же все-таки сложно с этими брюнетами.

— Я взяла Лея в мужья, — призналась я.

— Даже не знаю, поздравить вас или посочувствовать, — задумчиво произнёс Дарион.

— Всё настолько плохо?

— Всё настолько Лей.

Я невольно рассмеялась.

— Он просил узнать, как ты.

— Тогда передайте ему, что у меня всё отлично.

Сказано это было настолько быстро, что не поверил бы даже человек, который видел Дариона впервые.

— Правда?

— Разумеется. Кормят редко, сплю под открытым небом, работаю с рассвета до заката, зато никто не заставляет посещать семейные ужины.

— Где именно ты спишь?

— Да вон там.

Я проследила взглядом за его рукой, пытаясь разобрать недоступное глазу.

— Где?

— Вон там.

— Это камень.

— Очень хороший камень, — не согласился Дарион. — Большой, надёжный. Проверенный временем.

Я ещё раз посмотрела на выступ скалы.

Ни навеса, ни стен.

Ни хотя бы подобия нормального жилья.

— Зато крыша не протекает, — добавил он с таким видом, будто привёл решающий аргумент.

Я молчала, не зная, что еще сказать или спросить. Условия здесь оказались намного хуже, чем я представляла себе по рассказам мужа. Дарион тоже молчал, потом всё-таки переступил с ноги на ногу и отвёл взгляд куда-то в сторону.

Я сразу уловила эту перемену, уж слишком хорошо мне были знакомы повадки брюнетов.

— Говори.

— А Лей он, в порядке? — спросил он уже совсем другим голосом.

Вот и всё.

Не про рудники, не про себя.

Я смотрела на мужчину, который минуту назад рассказывал про камень вместо дома и смеялся над собственной жизнью так легко, словно она была вполне сносной.

— В порядке, — ответила я. — И я забочусь о нём.

Что-то изменилось в его лице.

Словно внутри отпустила какая-то пружина, о существовании которой он сам старательно пытался забыть.

— Ну тогда хорошо, — произнёс Дарион после короткой паузы. — А то если этот засранец опять решил влезть в неприятности, пока меня нет рядом, это было бы даже немного обидно.

— Передам ему твои слова, — пообещала я.

После чего протянула ему корзинку.

— А пока передай это своей команде.

Дарион посмотрел на корзинку, потом на меня и подозрительно сощурился.

— Неужели Лей всё-таки решил меня отравить?

— Не переживай. Он их не готовил.

— Тогда другое дело, — с заметным облегчением согласился брюнет, принимая корзинку из моих рук.

На этот раз шутка прозвучала привычно легко, но пальцы, сомкнувшиеся на ручке корзинки, почему-то стали осторожнее.

— Спасибо, госпожа Таня, — произнёс он уже серьёзнее. — Ребята будут рады.

Я только кивнула, потому что прекрасно понимала: этой еды слишком мало. И вообще всего этого слишком мало.

Дарион ещё что-то сказал ближайшим рабочим, и те сразу начали подтягиваться ближе, с плохо скрываемым интересом поглядывая на корзинку.

А потом он снова засмеялся над чем-то, сказанным одним из них.

Так же легко, так же искренне.

И почему-то именно это оказалось самым страшным из всего, что я увидела сегодня.