Глава 16

Мгновение и мы стоим на холме, а внизу "бурлит" город: жители заполнили узкие улочки что-то кричали и смеялись, до нас долетали звуки веселой музыки.

— Здесь праздник?

— Необычный праздник, — Герман напрягся, задумался ненадолго, но признался. — Сегодня празднуют день богини любви и все желающие проходят под свадебной аркой. Здесь верят, что такой брак оминут все беды и даже смерть не разлучит такую пару.

— Очень экономно и необычно, — сердце застучало быстро-быстро и пока не испугалась, и не передумала, спросила: — А мы пройдем под ней?

— Варенька, — Герман замер удивленно на меня посмотрел, будто у меня крылья выросли с рогами вместе. А через мгновение меня крепко, но бережно прижал к себе и прошептал: — Спасибо, любимая.

Бедный, он даже не надеялся, что я решусь на что-то большее, чем поцелуи. Ида, в очередной раз оказалась права. Я много думала после нашего разговора с вещуньей, прислушивалась к себе и поняла одно: Герман мне дорог. В моей груди не взрываются фейерверки, но в ней становится тесно и будто солнце включается, окутывает теплом, дарит чувство дома.

— Мы так весь праздник пропустим, — я, конечно, готова вот так простоять вечность, но хочется и на город посмотреть и необычный обряд пройти.

Пусть свадьбу я себе по-другому представляла, но ведь главное с кем, а не как, верно?

— Бежим? — Герман нехотя отстранился от меня, взял за руку и мы побежали смеясь.

В город я зашла в красной пышной юбке чуть ниже колен с вышивкой по подолу, белой свободной рубашке, волосы оказались заплетенными в косы, а на ногах красные сапожки из мягкой кожи. Очень хотелось себя рассмотреть, но зеркал поблизости не было, поэтому пришлось довольствоваться тем, что видела так.

Город шумел, радовался и танцевал. Жители счастливо улыбались, спешили в центр, некоторые девушки были одеты так же, как и я, если правильно понимаю, они спешат к арке.

— А мы успеем? Столько людей, — я отвыкла от такого и немного растерялась и даже испугалась, что могу остаться без волшебного благословения.

— Конечно, праздник только начинается, — Герман подмигнул и крепче сжал мою руку. — Не волнуйся все будет хорошо.

Пока мы шли к арке я рассматривала город: кирпичные стены домов чаще штукатурили и красили в светлые пастельные тона, деревянные рамы и двери, на окнах кашпо с цветущими растениями. Через дом, перед крыльцом, стояла небольшая лавочка иногда на них сидели кошки, а иногда старики, они улыбались прохожим и, наверное, вспоминали как сами когда-то давно так же спешили к арке.

Сама дорога много времени не заняла, но я так и не смогла понять из чего она сделала на вид гладкий темно-синий материал, но подошвами сапожек чувствовала шершавость покрытия. Чем ближе к центру, тем громче становилось. Жители поздравляли друг друга желали вечной любви, осыпали лепестками цветов и конфетти. Неожиданно образовался хоровод, в который втянули нас с Германом и закружил по узким улочкам, "подбирая" чуть зазевавшихся прохожих и мчался вперед.

Невозможно находится в такой атмосфере и не проникнуться духом праздника: мы также выкрикивали пожелания, громко притопывали каблуками, вскидывали руки и бежали вперед громко смеясь. Ворвавшись на главную площадь наш хоровод распался, влился в суету на площади.

— Это она, да? — прямо в центре возвышалась красная арка, вокруг нее шло слабое мерцание, но стоило паре встать под ней, она вспыхивала и осыпала влюбленных лепестками и чем-то еще, но с моего места я не смогла увидеть.

— Да. Варя… Ты уверена? — голос предал Германа выдавая волнения мужчины с головой.

— Конечно, — я встала на цыпочки и поцеловала своего мужчину. — Но, если ты не готов, то…

— Даже не надейся, — Герман обнял меня и не отпуская уверенно повел к арке.

Волнение накатывало и отступало сладким предвкушением. Казалось, будто каждая клеточка тела звенит и жаждет воссоединения с самым невероятным мужчиной. Моим мужчиной.

Перед нами неожиданно все расступались и как только, предыдущая пара отошла от арки, мы одновременно сделали к ней шаг. Арка оказалась не простой, ее колонны украшали мелкие камни: белые, красные, желтые. Постамент также переливался искрами камней. Вспышка и на нас посыпались лепестки и мелкие камушки, такие же как и в самой арке. На удивление их прикосновения были мягкими, будто перышком гладят, там, где они прошлись, оставался серебристый рисунок.

Вокруг кричали поздравления, пожелания вечной любви и детишек побольше. Свет погас и мы вышли на площадь, нам тут же вручили по огромной кружке медового напитка. Не сговариваясь мы сделали по глотку, отдавая дань традиции и Герман поднял мое лицо нежно поцеловал.

Сладость напитка на наших губах кружила голову, Герман прижимал меня все сильнее, а мне и самой хотелось в нем раствориться. На меня вдруг обрушились его чувства, а мои обнажились. Этот коктейль сбивал с ног, перехватывал дыхание, он будто снял покрывало с мира открыл его краски, звуки, запахи. Все стало чувствоваться острее, ярче.

— Любимая моя, — Герман взял мое лицо в ладони, покрывал его нежными легкими поцелуями. — Душа моя. Мой свет. Моя радость. Жизнь моя. Жена моя.

— Любимый, — я зарылась пальцами в темные волосы, млея под мягкими губами. — Муж мой.

Праздник кружил нас в хороводах, осыпал лепестками и неизменно поил медовым напитком. Лишь с наступлением утра он выпустил нас из крепких объятий. Жители расходились по домам не забывая магией убирать последствия праздника. Хорошо погуляли, хорошо прибрали.

— А куда мы идем? — Герман вел меня в противоположную сторону от холма, с которого мы спустились.

— Ко мне домой, — он хитро улыбнулся и подмигнул.

— Ты здесь родился?

— И вырос, и вся семья тоже здесь, — я резко остановилась. Герман обнял меня, поцеловал в нос. — И чего ты испугалась? Поверь, вы понравитесь друг другу.

Думала ли я, что у Германа есть семья? Думала, но мне казалось, что она осталась в какой-нибудь прошлой жизни. А теперь выходит к мужу у меня полный комплект родственников прилагается. Я им точно не понравлюсь, ведь кто я и кто Герман. Обычная человечка и купидон. Для меня купидоны были небожителями, а не …

— Но… ты же непростой смертный?

— Уже нет, — Герман подхватил меня на руки и, свернув в переулок, быстро понес в неизвестном направлении.

— Я бы и сама могла.

— Могла, но у тебя столько вопросов и сомнений, что они мешают идти, — Герман наклонился к моему уху, прошептал: — А у нас первая брачная ночь.

Я вспыхнула и крепче прижалась к сильному мужчине. Герман лишь хмыкнул и исправился:

— Точнее утро, — он поцеловал меня в макушку.

До дома мы больше не говорили, я пригрелась на груди мужа и даже начала дремать, все же усталость предыдущего дня и веселье ночи не прошли даром, как услышала глухой стук шагов по деревянным ступеням, а потом удар ноги о дверь и самой двери о стену.

— Будь хозяйкой в нашем доме, любимая, — Герман ласково поцеловал меня, поставил на пол.

Просторная комната вмещала в себя прихожую, гостиную, кухню и столовую. Благодаря множеству больших окон, даже в столь ранний час, здесь было достаточно светло, чтобы оценить удобство и простоту интерьера.

— Дом посмотрим потом, а сейчас в спальню, — Герман обнял меня за талию, повел вглубь комнаты, за выступом пряталась деревянная лестница.

— Джермандальонарион! — я открыла рот и посмотрела на Германа. — Мальчик мой, неужели ты нашел время для своей семьи?!

Судя по тону и множеству шагов к нам пришла семья Германа. Муж с тоской посмотрел наверх, от спальни нас отделяло всего ничего, потом виновато посмотрел на меня и развел руки в стороны, повел знакомить с семьей.

— Мама! — Герман не стал подходить близко к родственникам, поэтому кто мама я поняла не сразу, как по мне, все присутствующие здесь женщины выглядели не просто молодо, а юно.

— Я не хотела верить, но теперь вижу, что слухи правдивы, — мамой оказалась эффектная брюнетка с коротким каре и ярким макияжем. Женщина достала из воздуха белоснежный платок и приложила к уголкам глаз. Она не плакала, она играла. — Джермандальонарион, сын мой, как ты мог так жестоко поступить со мной и своей семьей?!

— Ма…

— Кэтти, ты пугаешь девочку, — отец, а никем иным этот практически близнец мужа быть не может, обнял жену и укоризненно на нее посмотрел. Неожиданно под его взглядом она обмякла, тяжело вздохнула и повернувшись ко мне хитро подмигнула.

— Моя дорогая! — мама выбралась из объятий мужа и раскрыв свои шла ко мне.

Признаюсь, хотелось сбежать, но горячая рука мужа надежно удерживала меня на месте. А сказать, что произошла ошибка не поворачивался язык: наш обряд точно не ошибка, в отличие от поспешного знакомства с семьей. Я не готова. Впрочем, до вчерашнего вечера я даже не думала о свадьбе.

Я толком не успела подумать что же делать, как оказалась в объятиях свекрови. От женщины приятно пахло ландышами и захотелось весны.

— Добро пожаловать в семью, — свекровь отстранилась, не отпуская мои плечи, заглянула в глаза и счастливо улыбнулась. — Мы все очень рады, что вы нашли друг друга.

— Мам, отпускай Варю, — Герман забрал меня из цепких рук матери, прижал к себе. — Любимая, ты не пугайся наша мама великая актриса. Сейчас она в отпуске и тоскует по сцене. Раз уж все так вышло — это Варвара моя жена и истинная пара.

Дети загомонили, перешептываясь, а взрослые радостно улыбались и стали к нам подходить знакомится. Я не смогла запомнить кого как зовут: все представлялись длинными и зубодробильными именами. Герман никак не комментировал, а, как и я, благодарил за поздравления и пожелания своих многочисленных родственников. У него оказалось пять братьев, четыре сестры и десять племянников с племянницами. В общем семья оказалась большой, дружной и шумной.

Когда все разместились в комнате я поняла почему объединили все комнаты первого этажа в одну: большой семье — большое пространство. Все оказались магами и даже дети ею владели, они устроились на ковре возле камина, достали из воздуха игрушки и продолжили свои игры, будто и не прерывались. Женщины семьи намагичили еду и напитки, а мужчины "растянули" имеющийся стол и "размножили" стулья.

Вот я всегда говорила, что магия это круто!

Оглянуться не успела, а уже вечер. Удивительно мы столько разговаривали, пели песни, танцевали, а я совершенно не устала, подозрительно посмотрела на мужа, но тот беспечно улыбался и целовал меня так, что забывала как меня зовут.

В конце концов, родня засобиралась домой (спасибо свекру призвавшего жену к порядку) и мы, стоя в дверях, еще почти час прощались. Когда дверь за гостями закрылась мне показалось, что я оглохла, тишина в доме стояла невероятная.

— Герман?

— Да, любимая, — горячие руки скользнули мне на талию, крепко прижали к напряженному телу.

— Фу-у-ух, с моим слухом все в порядке, — я уперлась лбом в грудь мужа. Герман рассмеялся, подхватил меня на руки и понес наверх.

— Больше нам никто не помешает, любовь моя.

* * *

— Варя! Наконец-то! — Киара быстро подбежала и крепко сжала меня в своих объятиях, как только мы с Германом оказались в зале дома. — Я уже не знала, что и думать!

— Да что тут думать? Медовый месяц всегда сладок, — Ида лениво махнула рукой, хитро улыбнулась и добавила: — Но тебе простительно, ты еще совсем ребенок.

— Мда-а…

— Девочки, хватит, мы тут не одни, — Мора, как всегда, строга, но я соскучилась по всем.

— А разве нас так долго не было? — я прищурилась и посмотрела на Германа.

— Любимая, вы тут занимайтесь своими делами, а меня срочно вызывают, — он хулиганисто улыбнулся и исчез.

Вот ведь! Купидон.

— И сколько нас на самом деле не было? — в комнате ничего не изменилось, разве гостей меньше стало, но сейчас утро.

— Ме-ся-ц, — Ида забрала меня из объятий Киары и сама стиснула. — Я соскучилась. Но если вы думали сэкономить на свадьбе — зря, мы все требуем отметить это событие здесь.

— И ничего мы не думали, — мне вдруг стыдно стало, будто прогуляла.

Я, конечно, гуляла, но Герман сказал, что нас не будет сутки, а оказалось здесь прошел месяц. Неделя с мужем пролетела, как мгновение, но дом был все это время один. Мне казалось, будто я предала его, променяла на мужчину.

— Перестань винить себя, — Мора погладила меня по плечу, вырывая из тягостных дум. — Все все понимают и никто не в обиде. В доме все в порядке, каждый занимается своим делом. У меня уже была пара клиентов на путешествие по мирам.

— И вместо того, чтобы хватать того красавчика и тащить в пещеру она отправила его к гоблинам, — хитрый взгляд Иды подсказал, что с тем красавчиком все не так просто, как могло показаться на первый взгляд. Будто подтверждая мои догадки, она добавила: — А заодно запретила возвращаться сюда. Теперь несчастному придется самостоятельно искать выход из недружелюбного мира.

— Мора! А если с ним что-нибудь случится? — я испугалась и за неизвестного и за всех нас, ведь случись что с тем несчастным наказывать будут со всей строгостью, могут и дом закрыть.

— Пфф! — драконица закатила глаза и ушла к себе не сказав ни слова.

— Та-а-ак мои хорошие, какие еще сюрпризы вы мне подготовили? — Ида и Киара опустили взгляд, а лекарь неожиданно покраснел. — Лекарь Лиар?

— Мда-а, — мужчина сложил руки на животе, перекатился с пятки на носок, грустно посмотрел на притихших девушек. — В целом все благополучно… И никто никаких жалоб не предъявлял… Мора опять же… помогла… Да…

— Мора! — я махнула рукой на эту троицу и побежала к той, которая умеет изъясняться четко и внятно. — Мора, а что здесь произошло? В чем ты той троице помогла?

— А-а-а, — она улыбнулась, закинула ногу на ногу и откинулась на спинку дивана. — Сами рассказали?

— Да какой там! Лекарь Лиар мямлит непонятно что, а девчонки глазки потупили и молчат, — я села напротив Моры, приготовилась слушать.

Я сказала приготовилась? Нет, я совершенно не была готова готова и, если бы вернуть время назад, то не стала бы и слушать. Позор на всю голову. В общем, Киара была в одном из миров, добыла артефакт и вместо того, чтобы поставить его на место в Музее, пошла к лекарю Лиару с предложением. Артефакт оказался не простым, а со свойством: ускорять рост растений. Лекарь, конечно же, согласился и, возможно, не встреть они Иду по дороге все могло обойтись. Но они ее встретили и вещунья попросила вырастить ей травку особенную. Лекарю не жалко, а Киаре интересно посмотреть работу артефакта (меня же нет, кто ее остановит?). Эта троица травку посадила, Киара махнула артефактом, лекарь добавил магический импульс и вот тут все вышло из-под контроля: травка мгновенно выросла до размеров многовекового леса, при этом разрушив теплицу лекаря и все его труды. Но и с этим можно было бы смириться, если бы в это время рядом не прогуливалась дочь владычицы подводного мира. Ничего не подозревающая девушка вдохнула аромат цветов чудо-травки и уснула, перед этим покрывшись разноцветными пятнами и бородавками. Три дня лекарь безуспешно бился, чтобы вернуть красавице прежний вид и разбудить. Ничего не помогало, а на четвертый явилась разъяренная мать, вот тут-то Мора и помогла: успокоила убитую горем мать и привела пару дочери. К нашему счастью парень оказался неглуп и стрессоустойчив: матери поклонился, а девушку поцеловал. Принцесса тут же пробудилась, вся гадость с нее спала, будто и не было никогда. И вновь Мора подсуетилась, чтобы окончательно загладить недоразумение пообещала отправить молодоженов в путешествие по мирам.

От драконицы я вышла обалдевшей и еще более виноватой. Будь я дома ничего бы этого не случилось, а теперь так стыдно. Я прижалась к стене, гладила, вмиг потеплевшую стену, и просила прощение у друга.

— Госпожа управляющая, — я тяжело вздохнула и оглянулась.

Признаться я надеялась с ним больше не встретиться, но у судьбы на меня свои планы и чувство юмора у нее хромает.

— Рада, что вы нашли свою истинную пару, лорд Драгл, — я улыбнулась девушке стоящей рядом с вампиром.

— Благодарю. Госпожа управляющая, у меня к вам просьба, — пара лорда зарделась, а я напряглась. Просьба у вампира — дурной знак. — Мы бы хотели, чтобы обряд провели вы. Сегодня.

— Я? Но… — я растерянно переводила взгляд между мужчиной и девушкой. — Я не могу. Вам нужен жрец или свяще… Ой, простите. Вам кто-то другой нужен, точно не я.

— Как раз вы и нужны, — вампир нахмурился, прижал к себе невесту. — Вы управляющая дома в центре миров, у вас много полномочий. И если требуется, то вы имеете полное право проводить обряд.

— Слушайте, но я не знаю и не умею.