2. Анекдот про блондинку

— Шичжи Лиу! — преувеличенно радостно воскликнула Сучка-Главнючка и приторно мне улыбнулась. Ладно хоть с объятиями не кинулась, здесь так было не принято, что очень сильно меня радовало!

— Приветствую Госпожу Кан, — абсолютно безэмоционально ответила я, слегка склонив голову, девы в сером за моей спиной не шелохнулись.

— Ну что же ты так официально, шичжи? Оставь этот серьёзный тон, присоединяйся к нам! Мне недавно подарили очень редкий чай со священных императорских плантаций! — изображая радушие любящей тётушки, владелица Сада Тысячи Наслаждений, в миру известная как Кан Минсю, приглашающим жестом указала на заставленный деликатесными сладостями столик, стоящий перед ней и её свитой. Они всей кодлой сидели на возвышении, оформленном с царственной роскошью, да и сами вырядились как на праздник. Я на их фоне смотрелась как тёмное пятно.

— Благодарю за приглашение, госпожа Кан, но я всё ещё скорблю по своей Шицзунь и практикую инедию, — тон моего голоса по прежнему ничего не выражал, как и лицо.

А вот лицо Сучки-Главнючки чуть дрогнуло, но потом снова засияло улыбкой, правда глаза неприятно сузились, похоже, обиделась на отказ.

— Ах, как жаль! Нам бы так хотелось с тобой поболтать, узнать о тебе побольше. Например, ты могла бы нам рассказать, что ты чувствовала, когда всего несколько лет назад сама вошла в этот зал маленькой невинной девочкой? — решила она мне напомнить моё рабское прошлое и зависимое от неё настоящее.

А ты что чувствовала, шлюхина дочь, когда пыталась заснуть, пока твою мамку жахал очередной клиент за тонкой стенкой? Сразу оговорюсь, сама я ничего не имею против женщин, вынужденных заниматься проституцией, и их детей, которые не выбирали, где и когда родиться, но вот конкретно эта дрянь очень быстро забыла, благодаря чьей бескорыстной помощи вырвалась из мира продажной любви и смогла развить свой духовный потенциал до стадии Золотого Ядра. А так бы сама начала принимать мужчин, едва повзрослев, и уже давно бы сдохла в одиночестве от старости, если бы какой-нибудь больной на голову клиент не прирезал по пьяни раньше!

Вместо всей этой тирады, я склонила голову в ещё одном поклоне и спокойно произнесла:

— С вашего позволения, Госпожа Кан, я займу своё место, — и пошла устраиваться сбоку от возвышения на подушках, которые всегда занимала Госпожа Тэнтон.

Да, это был тот самый зал, в который нас с Сан и другими девочками-рабынями привели на “медосмотр” в первый день моего попадания в этот мир. Госпожа Тэнтон тогда проверяла, есть ли у нас духовные корни, лекарка из местных смотрела, в каком состоянии тело, а остальные оценивали, насколько продаваемый товар получится из той или иной юной девочки. Мерзкое мероприятие, и теперь я на нём вместо Госпожи Тэнтон. Хотя некоторые фантазёрки из Павильона Небесных Дев были уверены, что не вместо. Я усмехнулась про себя, вспомнив сплетни, которые услышала от Сан во время очередного своего профилактического визита к ней. Узнав, что раньше Госпожа Боль была старая, а теперь вдруг стала молодая, клушки решили, что страшная и ужасная Глава Павильона Очищающей Боли приготовила себе запрещённый эликсир из юных провинившихся девиц, выпила его и снова стала молодой! В принципе, такой эликсир действительно существовал, но эффект у него был временный, а побочки такие, что никто в здравом уме и твёрдой памяти… впрочем, находились обезумевшие стареющие красавицы, которые платили тёмным заклинателями бешеные бабки за эту сомнительную дрянь.

Что я чувствовала, принимая участие в этом отвратном смотре? Ничего хорошего, конечно, но в то же время я думала о госпоже Тэнтон, которой в течении шестидесяти лет приходилось определять, кто из будущих шлюх отправится в Павильон Небесных Дев, а кто в заведения для простых смертных. Для этого не обязательно было привлекать специалиста такого уровня, но Сучке-Главнючке нравилось подобным образом мучить “последнюю из Рода Чжень”. Моя Шицзунь выдержала, и я выдержу.

Сегодня девочек пригнали десятка три, я окинула испуганную толпу двенадцатилеток мимолетным взглядом, не собираясь присматриваться, но одна из них всё же привлекла моё внимание. Девушка была выше остальных, старше года на три и являлась натуральной голубоглазой блондинкой с косой едва ли не до колен и абсолютно европейскими чертами лица, очень красивого лица, кстати.

“Надо же, — подумала я, — другие страны и расы здесь всё-таки существуют!”.

Блондинка выглядела растерянной и не понимающей, что вообще происходит, у меня сложилось впечатление, что китайского языка она не знает совсем и ориентируется в происходящем, исключительно наблюдая за окружающими. Видя, что делают другие, она встала в очередь ко мне и, когда подошла, неловко опустилась на колени, чтобы подать руку. Рука у неё дрожала, губы тоже, она то ли шептала что-то, то ли не решалась заговорить вслух. Взгляд, который она осмелилась на меня поднять, был настороженный и напряжённый, как у загнанного в угол зверя, чувствовалось, что девушка уже на грани и вот-вот свалится либо в истерику, либо в отчаяние. Духовные корни у неё имелись, причём сильные и даже развитые, я с удивлением обнаружила, что блондинка сформировала хорошую такую Основу с большим потенциалом, а, значит, уже училась где-то и у кого-то. Кто она тогда и как вообще сюда попала?

Стараясь никак не выдать своего интереса и недоумения, потому как Сучка-Главнючка внимательно за мной следила, я коротко кивнула, подтверждая, что духовные корни у златовласки есть, и заметила краем глаза как на лице “хозяйки” расплылась довольная улыбка. Небось, уже прикидывает, сколько возьмёт на аукционе Павильона Небесных Дев за такую экзотику! А я подумала, что ничего ей не обломится, потому что в новелле никаких блондинок точно не было, а значит, в бордель иностранка не попадёт. Скорее всего за ней со дня на день явятся её родители или учителя и вытащат несчастную девушку отсюда. Я даже пожалела, что не увижу разочарованного лица Госпожи Кан Минсю в момент, когда это произойдёт, и продолжила проверять девочек. Потенциал духовного развития обнаружился у ещё двух.

Дальше всё пошло по накатанной схеме: бездарных девчонок увели куда-то дальше, а потенциальным Небесным Девам велели по по череди раздеваться до нижних штанишек и маечки, красавицу-блондинку оставили на последок. Одета она была как и все в ханьфу самого простого вида и фасона, но судя по неловким раздражённым движениям, поправляющим то рукава, то подол, такой наряд был ей непривычен. Расширивщимися голубыми глазами юная иностранка смотрела на то, как раздевшихся девочек рассматривают и обсуждают, и, похоже, начала понимать, где она находится и что здесь происходит. Бледные щёки вспыхнули алым, тёмно-серые изящные брови гневно сдвинулись, а нежно-розовые губы упрямо поджались, и когда очередь дошла до неё, светловолосая красавица демонстративно сложила руки на груди и сказала:

— Нет!

На чистом русском языке! Сначала мне показалось, что я ослышалась, но Сучка-Главнючка недовольно повторила приказ раздеться, и девушка чётко и ясно произнесла:

— Я не стану раздеваться и расплетать косу!

Может, Госпожа Кан и не знала русского, но отказ выполнять приказание уловила чётко, тут же рассердилась и щёлкнула пальцами, активируя болевой режим на рабском ошейнике девушки. Ошейник пока был железный, самый простой и примитивный, чтобы обычный человек, не способный к манипуляциям с Ци, мог управлять им с помощью артефакта. Блондинка стойко выдержала первую вспышку боли, а потом, похоже, сумела перехватить управление ошейником и… И тут в моей голове всё сложилось, я осознала, что эта Белокурая Жози всё-таки была в книге, вот только так, что этого никто не понял