Глава 12

Сегодня уже вторник, и у меня по расписанию первые три урока. Собственно, они довольно простые, да и темы элементарные, но учитель оказался не собран совершенно. Вел урок, показывал детям задания, а мыслями был далеко от школы, не говоря уже о классе. Эх, а ведь нужно вернуться с небес на землю и сосредоточиться на одном, потом переключить внимание на другое!

Первый урок чтения прошел в довольно тихой обстановке. Сегодня утром отпросили троих деток, плюс два человека заболели. Остались только самые выносливые, а тем временем грипп, или что там косит детей и взрослых, активно начал охватывать население. Во многие классы привели сопливых и больных детей вместо поликлиники в школу, как будто специально желая заразить тех, кто обладает более стойким иммунитетом, кто еще даже носом не шмыгает. Я понимаю, что не у всех есть возможность остаться с дитем дома, но все равно – смотреть на вымотанных насморком малышей очень тяжело. У меня в классе тоже была одна такая девочка, после первого урока я позвонил родителям и сказал: «Забирайте». Пусть идут к врачу, а не занимаются самолечением и оттягиванием неминуемого приема у терапевта. Пусть ребенок лучше дома лежит, чем сидит в душном классе, пытается соображать головкой, которая не думает и еще и болит.

В других классах ситуация была еще более удручающей, хоть запирайся в кабинете и никуда не ходи! Я уверен, что через несколько дней больных будет больше. Самому бы не свалиться, да и нельзя мне сейчас раскисать. Пусть для начала Ярослава вылечится и домой приедет, вот тогда и можно будет спокойно выдыхать.

Ко второму уроку я все же собрался, постарался дать детям как можно больше информации, попутно придумал неплохую математическую игру, которая прошла на ура уроке. Мы и материал новый выучили, и прошлый повторили, так что завтра можно было написать контрольную работу и быстренько ее проверить. Так за эту неделю все старые косяки и закроем, придраться будет не к чему, а там уж и новые работы по пройденным темам писать пора будет.

Несколько раз во время перемен я писал Ярославе, так как утром позвонить ей не столько не успел, сколько просто побоялся разбудить. Знаю, что там свой режим, и в восемь утра все уже на ногах, но все равно – вдруг отвлеку от завтрака, процедур или чего-то еще, поэтому и строчил сообщения, правда, пока безрезультатно. Ни ответа, ни привета. А я ведь волнуюсь!

Четвертого урока ждал, как никогда ранее. На столе горкой возвышались тетради, необходимо было еще раз посмотреть контрольную работу, которую нужно еще было и распечатать. Хотя вариант с написанием ее на доске мне тоже нравился, по крайней мере, не так затратно. Разделю доску на две части и крупненько все напишу!

Учительница по физкультуре пришла сегодня несколько раньше и обрадовала тем, что первые классы готовятся к соревнованиям по футболу, чтобы выявить лучших из лучших и набрать команду. Сегодня, а точнее – прямо сейчас состоится игра между моим классом и другим из параллели.

Мальчишки ликовали, рассказывая друг другу, как они профессионально играют чуть ли не с пеленок, ну а я забросил все дела и пошел с классом на урок. Тетради никуда не убегут, проверю все потом, если не сегодня, так завтра, плевать! Тут у нас намечается важная игра! А я, как классный руководитель, должен поболеть за свою команду, ну и подсказывать в процессе игры, куда нужно бежать и когда бить.

Нарисовав себе в воображении игру, я уселся на лавочку, готовый болеть и кричать. А что в итоге? Маленькие клопы бегали всей толпой за мячом, совсем не работая ногами, не отбирая мяч, а если уж и принимали его, то исключительно для того, чтобы замешкаться, споткнуться и упасть.

Моему разочарованию не было предела! Две команды в оранжевых и желтых жилетках играть не умели совсем. Про вратарей я совсем молчу, они стояли с самого края ворот и просто смотрели по сторонам. Так! Тут явно нужно инициативу брать в свои руки, потому что учительница по физкультуре только и могла, что свистеть и орать. Нет бы подсказать, объяснить и направить, она размахивала руками и рассказывала, какие бездарные пошли дети. Собрав вокруг себя своих пацанов, постарался кратко и понятно объяснить, как нужно играть, и как делать совсем не стоит. Отдельно провел беседу с вратарем, и только после этого мои даже забили первый, хоть и довольно корявый, но гол!

До начала соревнований две недели, работать есть над чем!

– Максим Сергеевич, будете тренировать мальчиков, – заявила Вера Павловна, – а мы с девочками к вышибалам будем готовиться.

Вот так неожиданно в моей нагрузке появилось еще один час. А куда деваться, не бросать же пацанов, у которых глаза горят? Единственное, что я не понял – тренировать буду только своих или всех вместе?

После уроков я дождался Аришу, которая побежала с классом обедать. Пока девочка отсутствовала, заполнил бумажный журнал и отнес его в учительскую. Тетради? Тетради сложил ровной стопкой на краю стола. Да, лучше бы не копить, а проверить сразу, но я реально понимал, что не сумею дома выкроить время, а носить пачки туда-сюда тоже не лучший вариант. Завтра первый уроком ИЗО, вот и займусь полезным делом.

Вообще день прошел довольно быстро, поэтому, когда я вышел из школы с Ариной за руку, то даже не сразу услышал вибрацию телефона в кармане.

– Да! – быстро ответил, когда высветилось знакомое имя, – Ярослава, ты как?

Мы с девочкой даже остановились, чтобы я мог расслышать, что говорит мне женщина.

– Нормально, – проговорила мама моей ученицы, – а дети как?

– Мы с Ариной идем домой, Ромку пришлось отпросить, он отказался идти в сад и целый день играет с моей мамой. Ты только не волнуйся, она у меня мировая женщина! Мы всем двором после футбола ко мне в гости ходили: она и кормила, и переодевала, и разговор поддерживала.

– Хорошо, – прошептала Ярослава, но я буквально чувствовал, что ничего хорошего нет. Она, привыкшая все нести на себе, просто не представляла, как так могло получиться, что с детьми пришлось разлучиться. Я же думаю, что организм, который всегда был под неимоверной нагрузкой, просто не справился, сломался, показывая своей хозяйке, что не всесильный. Но такие вещи я, конечно, говорить Ярославе не буду. Она взрослая женщина, сама многое понимает, да и в жизни явно повидала намного больше, чем я.

– Я приеду к тебе ближе к вечеру, что нужно привезти? – Ярослава тяжело вздохнула, но все же пробормотала.

– Я напишу сообщение, там… личные вещи нужно привезти… И…

– Так, – попросил ее, – стыд и стеснения в сторону. Пиши все, что нужно! Найду, куплю и сразу привезу!

– Хорошо. И спасибо…

На этом мы и завершили разговор, правда, дома я набрал ее вновь, чтобы передать телефон детям, которые все же по маме скучали. Особенно это было видно по Арине, которая опять притихла и старалась чем только можно помочь, но все больше молчала.

Мама моя же, напротив, ходила с довольной улыбкой. Отец привез ей вещи, в квартире пахло пирогами, холодильник ломился от еды, а Ромка сиял от счастья. С бабушкой они и гуляли сегодня, и играли, и рисовали, и даже прыгали! В общем-то кто-то и завтра остается дома, ну а мы с Ариной быстро сделали уроки, которые я сам и задал сегодня. Спросил новую тему по русскому и только потом со спокойной совестью выдохнул – этот ребенок все запоминает быстро. Но еще, что самое главное, понимает!

После того, как побыл некоторое время дома, поспешил в магазин, потому что Ярослава успела написать небольшой список того, что ей нужно. Собственно, я понял, почему она стеснялась просить меня купить ей средства гигиены. Но мы люди взрослые, лично мне не стыдно было в торговом центре выбирать ей прокладки. Надеюсь, и она больше стыдиться не будет. В этом нет ничего зазорного и некрасивого, а тот, кто считает иначе – мне вас жаль, честно. Просто нужно понимать, что мужской и женский организмы – разные. Это физиология, это предусмотрено природой, и если супруга или девушка просит купить именно вас, то значит, сама в данный момент не может, значит, есть на то очень веские причины.

У меня отец, когда мама лежала в больнице, сам за ней ухаживал. Полностью! И мыл, и переодевал, и покупал не только лекарства, но и белье, ну и, разумеется, все средства гигиены. Так что… все вполне даже нормально.

После магазина сразу же помчался в больницу, потому что после у меня по расписанию стояла тренировка. Сегодня я не планировал заниматься сам, как-то не до этого, да и домой нужно вернуться пораньше. Все же дети ждут!

Когда зашел в палату к Ярославе, то увидел, что рядом с ее кроватью сидела женщина с белыми волосами, собранными в странную «модную» прическу на голове, и отчитывала маму моей ученицы.

– Что значит – развод? Ты с ума сошла? Да о чем только люди подумают? Остаться с двумя детьми и с одной зарплатой?! Можно было и потерпеть!

– Я не хочу терпеть, мама, – проговорила уставшим и безэмоциональным голосом девушка, – я хочу жить так, чтобы было комфортно не только супругу, но еще и мне с детьми. Я тоже человек, который имеет право на отдых, на полноценный сон и, в конце концов, хорошую одежду!

– Много ли ты понимаешь в семейной жизни? – всплеснула руками женщина, совсем не замечая моего присутствия. Она все так же продолжала читать нотации, которые даже мне казались бредом больного. По притихшим в палате женщинам, что следили за всем этим разговором, было понятно, что они ждут продолжения. – Миша ведь не плохой, – продолжала женщина, – мы бы тебе плохую партию не посоветовали! Вот ты болеешь, а он с детьми сидит! – нашлась с ответом она, когда дочка скептически посмотрела на родительницу.

– Он из дома ушел два месяца назад. Даже в суд не явился, так что нас уже разводят, – Ярослава подняла голову и посмотрела на меня.

– А дети с кем? – удивилась женщина.

– Со мной! – подал голос, уже готовый бороться за то, чтобы малышня так и осталась под нашим наблюдением. Что-то мне совершенно не хочется отдавать их родной бабушке. Ну нафиг!

Я прошел к тумбе, выложил на лакированную поверхность минералку, яблоки, лекарства, которые необходимо было купить, а все остальное спрятал в недра, распределив по полкам. Только после этого присел на край кровати, чтобы быть по другую сторону от мамы Ярославы, и представился:

– Максим Сергеевич! – а потом наклонился в больной и тихо добавил, – я все купил и убрал. Достать что-то?

Ярослава отрицательно помотала головой и смущенно улыбнулась.

Мама Ярославы как-то вся подобралась, даже плечи расправила, воздуха в легкие набрала и выдала:

– А у вас квартира есть?

– Нет, – да, на квартиру я не заработал. Пока еще.

– А машина? – не унималась, видимо, пытаясь найти у меня хоть какие-то плюсы.

– Даже прав нет, – вот что-что, а транспорт – это не мое. Но если надо, конечно, выучусь, экзамены сдам, но ездить мне особо некуда.

– А кем вы работаете? – кажется, сейчас я прогорю по всем пунктам. Ну что, делаю последний контрольный выстрел.

– Учителем, – одарил широкой улыбкой, – учителем начальных классов!

Женщина перевела изумленный взгляд на дочь. Она еще не начала говорить, а я уже все прочитал по побледневшему лицу.

– Ты променяла Мишеньку на учителя? – даже взвизгнула она.

– А время приема, к сожалению, окончено! – оборвал неприятную даму и поднялся со своего места. Если она сама из палаты не выйдет, я ее отсюда вытащу: могу вперед ногами или головой, но не факт, что ни обо что не задену. Исключительно чисто случайно, а не специально.

Мама Ярославы поднялась, бросила короткое «позвоню» и вышла, даже забыв о правилах приличия. Или она их и до этого не знала? Ох, тяжело мне будет, очень тяжело. Но, с другой стороны, что она мне сделает? Если Ярослава с матерью тоже общается, мало того, что крайне редко, так еще и довольно плохо. Внуками женщина не заинтересована, зато очень печется о мнении о своей семье других.

– Извини, – пробормотала Ярослава, – мне за нее всегда стыдно…

– Да брось, – отмахнулся, – ей же за себя не стыдно совсем! Лучше расскажи, что врачи говорят.

По прогнозу быть маме моей ученицы под наблюдением минимум до пятницы, а там будет видно. Если все будет хорошо, то Ярославу выпишут в понедельник или среду.

– Я по детям очень скучаю, – призналась она, когда рассказал ей очень подробно и про Ромку, и про Аришу.

– Знаю, – поцеловал в лоб, – но они в надежных руках. А ты постарайся за эти дни выспаться, подлечиться, чтобы потом всегда быть с нами!

Да, в общем-то, пусть так оно и будет!

После больницы побежал на тренировку, где сам заниматься не стал, хватило часа с новым клиентом, который впервые пришел в тренажерный зал, и ему требовалась своя собственная система упреждений без особой нагрузки на спину.

А когда вернулся домой, точнее, в квартиру к Ярославе, то еще около часа играл с Ромкой, который успел соскучиться, почитал на ночь ему сказку, ну и поговорил с Ариной. Постарался доступным для нее языком объяснить то, что ее мама их с братом сильно любит, но бывают такие ситуации, когда взрослые болеют точно так же, как и дети. Ничего не поделаешь. И вот для того, чтобы не болеть, мы и сами будем пить лекарства, разумеется, и маму домой ждать, ведь она не насовсем ушла, и ей тоже грустно без маленьких и самых любимых деток.

– А когда мама придет, бабушка Даша и дедушка Сергей больше не придут? – а мне и отвечать не пришлось, потому что отец с возмущенным видом заглянул в наш укромный уголок в нише.

– Как это не приду? Еще как приду, и не один раз!

– И я! – послышался голос мамы. А Аришка, она прижалась ко мне и тихонько расплакалась, то ли от радости, то ли он облегчения. Но эти слезы ей были нужны, может, теперь ее настроение вновь будет хорошим?

Наверное, это был еще один момент, когда внутри меня опять что-то перевернулось, что-то надтреснуло, потому что сам в ответ довольно сильно обнял Аришу и даже как-то тяжело вздохнул.

Уснули все довольно быстро, только ночью вскочил, чувствуя, что вот-вот у меня случится разрыв сердца, а по факту ко мне под бок со своей кроватки пришел Ромка. Кроме этого мальчик притащил с собой подушку, которая и упала мне на голову. Пришлось подвинуться, позволяя малышу устроиться у стенки, и, затаив дыхание, дождаться, когда он уснет. Вот только после этого перевел дыхание и смог удобнее улечься, прикрывая глаза.

Конечно, спать с маленьким человечком под боком оказалось тем еще испытанием. Я всю ночь просыпался, думая над тем – задавил ли Ромку или нет. Но вышло так, что Рома давил меня, точнее, выживал с дивана, поэтому не удивительно, что утром я свалился со спального места и разбудил остальных. Ох, и смеялась надо мной мама, а Арина хихикала, поглядывая на ничего не понимающего брата! Ух, хорошо, что такой казус произошел за десять минут до подъема, а то многие бы не выспались.

В школе, как и планировал, утром проверил все тетради и подготовил доску. На втором уроке мы с детьми написали проверочную работу, которую весь день и проверял. Где прямо на уроке, пока ученики выполняли самостоятельно какое-то небольшое и несложное задание, где-то на перемене. В целом получилось даже неплохо. Были слабые работы, но и сами детки часто на уроке отвлекались, заданную работу дома не выполняли, да и тяжело им пока что давалась учеба. Я на таких учеников хоть и больше внимания обращал, но у многих еще адаптация даже не прошла, вот и штормило их из стороны в стороны.

Арина работу написала на твердую четверку, то, что она недопоняла, мы обязательно разберем дома, но я точно знал, что этот материал девочка знает. Возможно, разволновалась, может, отвлеклась. В общем-то все равно молодец!

* * *

До конца недели я метался между школой, больницей, кружком Арины и второй работой. Если бы не мои родители – пипец бы мне пришел быстро! Количество сна итак сократилось, а обязанностей с каждым днем прибавлялось все больше. При этом как-то неожиданно на меня решили спихнуть все – и это я сейчас про школу. Активизировались все: завучи, учителя, методисты.

Мало того, что мы с мальчиками учились играть в футбол и почти каждый день оставались на сорок минут после уроков, потому что урочного времени было совсем недостаточно, так на меня еще решили повесить полноценную секцию по футболу, а если не секцию, то любой другой кружок, не особо интересуясь моим мнением, на который точно будут ходить дети.

Я от неожиданности и ультиматума даже дар речи на некоторое время потерял. Пришлось идти к директору, потому что с ее заместителем и завучем мы договориться не смогли. Правильней сказать, меня попытались поставить на место, а я с этого места соскочил, отстаивая свою позицию.

– Смилуйтесь, Антонина Ильинична! – взмолился, заходя в кабинет директора, – давайте без кружка! Детей, насколько смогу, подготовлю к футболу, но на этом все!

Я понимаю, что каждый «уважающий» себя педагог должен взвалить на свои хрупкие плечи еще кучу всего, чтобы хоть как-то выжить в этом суровом мире. Я знаю, сколько зарабатывают они в провинции, знаю, что приходится брать на себя и кружки, и дополнительные занятия, и участвовать во всевозможных конкурсах, чтобы потом перевести это все в баллы и заработать хоть что-то. За красный диплом учителю доплачивают около ста шестидесяти рублей, а вот за проверку тетрадей – все двести. Три раза ха-ха, особенно, если ты на эти тетради тратишь по два или три часа в день, а порой и намного больше. Это сейчас у меня ничего сложного – первый класс, правь крючки да исправляй примеры, а потом пойдут полноценные работы, которые нужно и проверить, и ошибки на полях выставить и потом проверить, как проведена работа по устранению этих ошибок.

Сейчас у меня зарплата начисляется только по количеству часов, она небольшая, но я и подрабатываю после школы, а если пахать исключительно тут, то, извините, можно ставить раскладушку и спать прямо в классе.

– Хорошо! – согласилась директор, – но в конкурсе участие примите!

– Боже мой, в каком? – я готов был схватиться за голову.

– В педагогическом мастерстве! – огорошила меня женщина.

– Серьезно? – бровь сама полезла вверх, хоть свою мимику я старался держать в узде, но сейчас явно был не тот случай. Ну где я, и где педагогическое мастерство?

– Да! – кивнула головой Антонина Ильинична, – с уроком тебе методист поможет.

Я лишь рукой махнул, потому что, если она думает, что та коллега действительно придет на подмогу, то сильно ошибается. Ко мне, конечно, хорошо относятся, но не настолько. Максимум, чем мне могут помочь – так это раз десять заставить переделывать конспект и намекнуть, в какую сторону лучше смотреть и какие задания придумать. Это же мастерство – вот и пыхти, маэстро!

Вышел из кабинета директора в самых расстроенных чувствах, внутри ликовал, что сегодня пятница, что скоро опять увижу Ярославу, которую оставили до понедельника. И сегодня я, наконец-то, постараюсь выспаться! Лишь бы Ромка ко мне не пришел! А если придет, то хоть бы спал только на своей половине!

Из школы бежал сломя голову, перед этим, правда, нажаловался единственному человеку, который меня понимал. Как же повезло и классу, да и мне с воспитателем! Валентина Егоровна выслушала и шепнула на ухо:

– Не дрейфь, справимся. А этим нос утрем!

Вот, кстати, правильно мыслит эта женщина! Утрем! Еще как!