Глава 50. Простые истины

Когда спустя час мы покинули мероприятие, держа в руках картину, вечер казался уже почти идеальным. Дрэйк помог мне сесть в машину, а сам аккуратно пристроил чехол с картиной на заднем сиденье. Я не могла перестать улыбаться, чувствовала, как внутри разливается тепло — не только из-за победы на аукционе, но и из-за того, как Дрэйк поддерживал меня весь этот вечер.

Мы ехали молча, но молчание не было тяжёлым. Это была та редкая, но удивительная тишина, которая говорила больше, чем слова.

Когда лифт начал медленно подниматься, я заметила, как Дрэйк вдруг обернулся ко мне, его взгляд обжёг словно искра.

— Думаю, это был идеальный вечер, но мне кажется, мы можем сделать его ещё лучше, — произнёс он низким, бархатным голосом.

Прежде чем я успела что-то ответить, его губы накрыли мои, горячие и настойчивые. Это был поцелуй, от которого перехватывало дыхание, словно весь накопившийся за вечер огонь выплеснулся наружу. Его руки уверенно обхватили мою талию, притягивая ближе, и я почувствовала, как моё тело откликается на каждое его движение.

Его язык осторожно коснулся моего, приглашая к ответу, и я не смогла удержаться. Мои пальцы невольно потянулись к его шее, зарывшись в мягкие волосы, притягивая его ещё ближе.

Дрэйк чуть отстранился, чтобы вдохнуть, но тут же опустил губы к моей шее. Его дыхание было горячим, и я почувствовала, как его губы начали медленно скользить вниз, оставляя лёгкие, но требовательные поцелуи.

— Ты как всегда сводишь меня с ума, Агнес, — прошептал он, и его голос прозвучал, как глухой рык, заставляя мою кожу покрыться мурашками.

Его руки скользнули вверх по моей спине, крепко удерживая меня, словно он боялся, что я исчезну. Каждое его прикосновение, каждый поцелуй отзывались жаром внутри, заставляя забыть обо всём.

Когда лифт плавно остановился на его этаже, я сделала шаг назад, неохотно разрывая наш поцелуй. Дрэйк, будто почувствовав, что я замешкалась, тоже замер, но тут же оглянулся, чтобы нажать на кнопку открытия дверей. Однако они уже начали закрываться.

— Чёрт, — пробормотал он с улыбкой и, не раздумывая, сунул руку между створками.

Дверь остановилась, а затем послушно открылась обратно, издав короткий звуковой сигнал.

— Ты всегда такой смелый? — спросила я, приподняв бровь, но не смогла удержаться от смеха.

— Для тебя — ещё и быстрый, — парировал он, ловя мою ладонь и выходя из лифта.

Его пальцы крепко обхватили мою руку, пока он вёл меня по коридору. Каждый шаг отзывался гулом в моей голове, потому что всё, что происходило, ощущалось как предвкушение чего-то особенного.

Когда Дрэйк открыл дверь своей квартиры, он сделал приглашающий жест, слегка наклонив голову.

— После вас, — произнёс он с игривой галантностью, но его глаза светились чем-то более глубоким.

Я шагнула внутрь, ощущая, как моё сердце предательски колотится в груди.

Когда дверь за нами закрылась, я скинула туфли, слегка приподнимая подол платья, а Дрэйк тем временем снял пиджак, бросив его на спинку дивана, и направился вглубь гостиной.

— Ты не представляешь, как я рад, что этот вечер наконец закончился, — сказал он, развернувшись ко мне. — Эти мероприятия выматывают больше, чем десяток переговоров.

— Но в итоге ты получил самое главное, — заметила я, указывая на аккуратно поставленный вдоль стены свёрнутый в защитную плёнку холст.

— И именно поэтому нам стоит взглянуть на неё ещё раз, — с этими словами он подошёл к картине, снял плёнку, а затем осторожно поднял её, ставя на видное место.

Когда холст оказался передо мной, я невольно затаила дыхание.

— Она прекрасна… — выдохнула я, снова поражаясь, как что-то столь простое может быть таким проникновенным.

Ромашки, слегка качающиеся под невидимым ветром, казались живыми, а яркое жёлтое солнце, нарисованное рукой ребёнка, придавало всему ощущение безмятежности.

Дрэйк, не убирая взгляда с картины, вдруг сказал:

— Я бы хотел, чтобы она висела здесь.

Я повернулась к нему, улыбнувшись:

— Но ты же сам сказал, что это моя картина.

— И я не отказываюсь от своих слов, — он встретился со мной взглядом, его глаза вдруг стали серьёзными. — Но если она останется здесь, это будет означать, что ты остаёшься здесь тоже.

Моё сердце замерло на мгновение, а затем начало биться быстрее.

— Ты… — начала я, но голос дрогнул.

— Я не прошу немедленного ответа, — тихо добавил он, убирая прядь волос с моего лица. — Ты уже знаешь, чего я хочу. Теперь дело за тобой.

Я отступила на шаг, взглянув на него.

Достаточно ли этого? Мы знакомы совсем немного. В сущности, если смотреть на это глазами постороннего человека, всё произошло слишком быстро. Безопасно ли это? Правильно?

Но пока в моей голове крутились эти вопросы, в сердце уже сложился ответ.

«Агнес, очнись», язвительно откликнулось внутреннее «я». «Ваши отношения фактически начались в секс-клубе. Ни о какой нормальности с самого начала и речи не шло».

Эта мысль почему-то заставила меня улыбнуться. Действительно, какая нормальность? С момента нашей первой встречи я чувствовала, как он меняет всё вокруг меня, переворачивает мир с ног на голову. И мне это нравилось.

Дрэйк не отводил взгляда, его глаза искрились терпением, но я видела, как он немного задержал дыхание, ожидая моей реакции.

— Я думаю, — начала я тихо, наблюдая, как его брови едва заметно поднялись, — что, возможно, я слишком много думаю.

— В этом нет ничего плохого, — ответил он мягко, его губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Но что говорит твоё сердце?

Моё сердце? Оно кричало, что хочет быть с ним. Здесь и сейчас.

— Я хочу быть с тобой, — наконец произнесла я, чувствуя, как от этих слов снимается последний груз сомнений. — И я бы тоже хотела жить вместе…

Дрэйк шагнул ближе, осторожно положив руки на мои плечи.

— Я рад, что мы понимаем друг друга, — прошептал он.

В его голосе звучала не только радость, но и что-то ещё — глубокое, насыщенное, как густой мёд. Он не говорил ничего лишнего, но этот взгляд… он говорил больше слов.

Я медленно вдохнула, ощущая, как тепло разливается по всему телу.

— Но мы только попробуем… Если вдруг что-то пойдёт не так, ну ты знаешь, носки тут и там, грязная посуда… — начала я с притворной серьёзностью, но уголки губ дрожали от улыбки.

Дрэйк, прищурившись, посмотрел на меня, словно пытался разгадать мои мысли.

— Носки и посуда? Агнес, ты серьёзно? Думаешь, я могу расстаться с тобой из-за такой ерунды?

— Нет, это скорее я могу не выдержать, — отозвалась я, слегка вздёрнув подбородок.

Он рассмеялся, этот низкий, глубокий звук пробежал по моей коже.

— Знаешь, ты будто говоришь о каком-то случайном соседстве, — сказал он, его глаза мерцали сдержанной насмешкой. — Но я не зову тебя просто пожить со мной.

— А что же тогда? — я подняла бровь, стараясь не показать, как быстро забилось сердце.

— Я зову тебя жить вместе, — произнёс он, делая шаг ко мне и обхватывая мою талию. — Создать место, где мы оба будем дома.

Его слова, простые и искренние, ударили в самое сердце. Я замерла, не в силах отвести взгляд от его лица.

— Но это ведь только попытка, правда? — чуть тише спросила я, чувствуя, как тёплая волна поднимается из груди. — Если вдруг что-то пойдёт не так…

— Агнес, — произнёс он, его тон был одновременно мягким и немного насмешливым. — Ты так говоришь, будто я сделал тебе предложение выйти за меня замуж.

— А ты разве нет? — парировала я, подняв бровь, и он рассмеялся, этот глубокий звук наполнил комнату.

— Нет, милая, пока речь всего лишь о совместной жизни, — сказал он, его глаза сверкнули с явным удовольствием. — Но если захочешь обсудить свадьбу, дай знать.

— Очень щедро с твоей стороны, — ответила я, не сдерживая смеха.

Его улыбка стала шире, и он снова притянул меня ближе, поцеловав с той самой страстью, которую я так любила.

— Ладно, — сказала я, когда мы отстранились, пытаясь отдышаться. — Давай повесим мою картину. И я буду считать это первым шагом.

— Первым из многих, — добавил он, подмигнув, прежде чем развернуть холст в сторону стены, выбирая идеальное место.

***

Ночь поглотила нас, укутывая мягким покрывалом тишины и близости. На этот раз всё было иначе. Не было игр, лент, приказов. Были только мы — два человека, наконец-то позволившие себе быть уязвимыми, полностью открытыми друг перед другом.

Ладонь Дрэйка скользнула по моей щеке, пальцы слегка зарылись в волосы, и я почувствовала, как он притянул меня ближе. Его глаза встретились с моими, и в этот момент комната будто растворилась, оставив только нас двоих.

— Агнес… — начал он, голос звучал едва слышно, словно он выбирал каждое слово с особой осторожностью. — Я люблю тебя.

Мои губы слегка приоткрылись, но я не смогла сразу найти, что сказать. Его слова ударили меня волной нежности и удивления. На миг я замерла, ощущая, как это признание оседает где-то глубоко внутри.

— Ты… — начала я, но он перебил, слегка коснувшись губами моей щеки.

— Не пытайся анализировать, — перебил он, его губы мягко коснулись моей щеки, отправляя волны тепла вниз по позвоночнику. — Просто знай это.

— Обычно, — я наконец выдохнула, — люди сначала признаются в любви, а уже потом зовут вместе жить.

— Неужели ты не поняла этого раньше? — произнёс он, наклоняясь чуть ближе. — Агнес, я с самого начала не мог отвести от тебя взгляд. Разве можно было не заметить?

— Ты мог бы сказать раньше, — я притворно нахмурилась, но уголки моих губ всё равно начали дрожать в улыбке.

— Иногда поступки говорят гораздо красноречивее слов, — произнёс он, его голос звучал ровно, но взгляд был полон тепла. — Разве ты не видела, Агнес? Всё это время я показывал тебе свои чувства, даже если не произносил их вслух.

— Ты совсем выбил меня из равновесия, — прошептала я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Он улыбнулся шире, глаза блеснули игривостью.

— Это моя любимая часть, — прошептал он, прежде чем мягко коснуться моих губ своими.

Я улыбнулась сквозь поцелуй, чувствуя, как слова сами слетают с моих губ:

— Я тоже люблю тебя, Дрэйк.

Его руки крепче обвили мою талию, и я знала: этот момент — начало чего-то бесконечно важного.

Он обхватил меня руками, осторожно, словно я была чем-то хрупким, и мы оказались на кровати.

— Ты такая красивая, Агнес, — прошептал он, его голос едва нарушал покой комнаты. — Я хочу, чтобы ты знала это всегда.

Я закрыла глаза, ощущая, как его пальцы касаются моего лица, шеи, медленно скользят вниз. На этот раз всё было по-другому. Это не был накал страсти, от которого захватывает дух. Это было что-то гораздо более глубокое, что-то, что проникало в самую суть моей души.

Его губы и язык касались моей кожи, оставляя за собой дорожки тепла. Он шептал слова, которые я не всегда могла разобрать, но каждое из них звучало как обещание. Я отвечала ему, не сдерживаясь, шепча его имя, позволяя себе быть настоящей, без границ и стен.

Наши тела двигались вместе, как в плавном танце, который мы изучили только сейчас. Когда наши взгляды встретились, я увидела в его глазах отражение своих собственных чувств. Любовь и нежность.

Мы не спешили. Время будто остановилось, позволяя нам наслаждаться каждым мгновением. Он наклонился ко мне, и его губы снова нашли мои, сливая нас воедино.

Это была не просто близость.

Это было подтверждением того, что мы принадлежим друг другу.