Глава 6. Не для меня

Когда машина замедлилась на нашей улице, я стала всматриваться в знакомый силуэт дома — он был двухэтажным, строгий в своём архитектурном минимализме.

Я помнила, как тщательно подбирала предметы интерьера сюда, что хоть немного сгладить его холодный стиль. Мягкие серые пледы, хрупкие фарфоровые статуэтки на полках и тёплый бежевый ковёр в прихожей. Здесь всё напоминало о моих тщетных попытках создать островок уюта.

Но, несмотря на все мои старания, дом не обретал душевного тепла. Сейчас это жилище показалось мне окончательно чужим.

Внутри разливалось одиночество, перемешанное с горечью и странным облегчением. Дэвид наблюдал за мной, но не смотрел в глаза — как всегда его безразличие было не менее жестоким, чем если бы он орал мне в лицо.

— Ты идёшь? — его голос разорвал тишину в машине. Я чуть помедлила, не отвечая, и лишь выдохнула, глядя сквозь окно на сумрачное небо. Моё решение было простым — я должна была съехать. Сегодня. Сейчас.

Он, не дожидаясь ответа, вышел из машины и шагнул к дому. Я смотрела ему вслед, всё ещё сидя на месте. Виктор ждал, понимая без слов, что сегодня — конец.

— Берегите себя, мисс, — произнёс он с тихим уважением, будто прощаясь не только с хозяйкой, но и со всем, что связывало нас на протяжении всего этого времени. Слово «мисс» прозвучало в его устах неожиданно, словно Виктор уже признал мою новую свободу, даже если я сама ещё до конца её не ощутила.

Я посмотрела на него с благодарностью, едва заметно кивнула.

— Спасибо…

Я наконец открыла дверцу и в последний раз окинула взглядом окружающее пространство. Вдоль дорожки стояли фонари, их мягкий свет, задумчивый и ускользающий, освещал мне путь до двери, на пороге которой уже исчез Дэвид.

Шагнув в холл, закрыла за собой дверь. Тут было почти темно, лишь слабо мерцали отдельные светильники под потолком. Стены, раньше такие просторные и светлые, теперь казались замкнутыми и давящими.

В кухне у окна виднелся стол, накрытый на двоих ещё этим утром. Дэвид почти никогда не сидел за ним, предпочитая обеды на работе или с друзьями.

На некоторых стенах висели картины, на которых изображались пейзажи и моменты счастливых людей, но я больше не могла смотреть на них. С каждым днём, проведённым в этом месте, эти изображения превращались для меня в фантомы счастья, которых не существовало.

Я сделала шаг вперёд, дыхание сбилось, но я подавила это, не позволяя слабости взять верх.

— Я собираюсь съехать сегодня.

Мои слова осели в комнате, холодные и окончательные, словно последний гвоздь, забитый в крышку гроба нашей жизни. Дэвид остался стоять неподвижно, спиной ко мне.

Только спустя несколько секунд он медленно повернулся.

— Ты серьёзно?

— Да. Я уеду сегодня. Здесь для меня больше нет места.

— Думаешь, можешь просто взять и уйти? Есть правила.

Я вздрогнула, услышав его слова. Правила. Все было пронизано этим абсурдным понятием, которое мы с ним придерживались все эти годы. Его правила. Его мир, который никогда не включал в себя мои желания или чувства. Правила, которые только поддерживали этот фарс.

— Я понимаю, что для тебя это важно, но давай будем честны, Дэвид. В этом доме не то чтобы нет для меня места — его никогда и не было. Ни одного уголка, ни одной чертовой стены, которая хоть немного чувствовалась бы своей. Ты можешь закончить все формальности с документами уже сегодня. Мы оба знаем, что это проще простого для тебя.

— Ты уверена, что хочешь сделать это прямо сейчас? — спросил он, чуть наклонив голову, как будто всерьёз сомневаясь в моей решимости. — Ты всё ещё моя жена для окружающих. Или ты просто делаешь это на зло мне?

— Я наконец делаю что-то для себя, — я почти выплюнула эти слова, смакуя каждый слог. — И давай обойдёмся без этой лживой видимости о том, что тебе не всё равно. Ты сам сказал, что этот брак — просто бумажка, никакого веса, пустое слово. Так что хватит трахать мне мозг, ты получил свой развод. И я не обязана спрашивать твоего разрешения, чтобы уйти.

Дэвид замер на мгновение, его взгляд стал более острым, как будто он наконец заметил что-то новое в моём тоне. Интерес. Он ощутил его — мою грубость, моё нахальство, это откровенное хамство, которое он никогда не ожидал услышать от меня.

— Какая речь. Ты действительно думаешь, что мне не всё равно? Уходи, если хочешь.

На мгновение он замолк, небрежно проводя пальцами по рукаву своего пиджака:

— Спокойно собирайся, я уеду ненадолго, у меня ещё есть дела.

С этими словами он, развернувшись, двинулся к двери.

Я следила за его уходом, слышала гулкие шаги в пустом коридоре. Я знала, что его «дела» — это совсем не работа, и почти могла мысленно разложить весь его вечер по часам: приятели, алкоголь, а затем… Встреча с кем-то новым или уже привычным — кем-то, кого он трахал по ночам, пока я ждала его дома.

Когда-то такая мысль терзала бы меня изнутри. Но теперь… теперь я ощущала лишь странное облегчение.

Оставшись стоять в центре пустой гостиной, я вспомнила своё первое появление в этом доме.

***

Это была наша первая брачная ночь. Я стояла в спальне у кровати, и несмотря на всю холодность вокруг, чувствовала волнение и предвкушение. Свадебное платье на мне было изысканным, кружева переливались в тусклом свете, и я не могла не думать о том, как красиво оно смотрелось на мне во время свадебной церемонии.

Я лелеяла надежду, что мы станем настоящей семьёй — ведь у алтаря он произнёс своё «да». Я ждала его взгляд, его руки, его прикосновения, которые должны были стать моими первыми.

С облегчением сняла платье, чувствуя, как ткань скользит по коже.

Я взглянула на своё отражение в зеркале, ощущая, как воздух вокруг меня становится густым, а сердце бешено стучит в груди. Моя фигура, скрытая в тонком кружевном белье, казалась мне хрупкой. Лёгкое ощущение волнения пронзало меня, когда я представляла, как он будет снимать с меня каждую деталь этого наряда.

Моя грудь, слегка приподнятая и круглая, казалась более чувствительной, чем обычно. Я не могла отделаться от мечтаний как он, с его властной уверенностью проведёт пальцами по моим бёдрам, так, чтобы я ощутила, как всё внутри меня напряжено, готово к этому моменту.

Но Дэвид ещё не пришёл.

Внезапно дверь с глухим звуком захлопнулась и я резко повернулась ко входу. Сердце пропустило удар. Он стоял в дверях, его фигура казалась мрачной, почти безжизненной. Дэвид просто смотрел, оценивая меня как новую деталь интерьера его спальни.

Я стояла перед ним, почти голая, в тонком белье, пытаясь заставить себя не чувствовать уязвимость.

— Что ты стоишь? — наконец проговорил он, равнодушно, не двигаясь с места. — Оденься.

Его слова, произнесённые без малейшего интереса, ударили в меня, как тяжёлый камень. Вся энергия, с которой я пыталась удержать хотя бы толику надежды, моментально исчезла. Мой взгляд торопливо блуждал вокруг в поисках того, чем можно было бы прикрыться.

Дэвид молча прошёл мимо, его лицо оставалось равнодушным.

Он направился к гардеробу и начал развязывать галстук, будто сейчас для него это было важнее того молчания, которое теперь висело в воздухе между нами.

— Ты… Ты не будешь со мной? — вырвалось из меня, почти с отчаянием.

Дэвид замер. Он медленно обернулся, и я увидела, как его бровь чуть приподнялась, а на губах мелькнула едва заметная, но насмешливая ухмылка.

— Ты серьёзно? Ты действительно думаешь, что я буду заниматься сексом с тобой? Ты — просто одно из условий, которое нужно выполнить, чтобы получить моё наследство, Агнес. Ты мне не интересна, и я не собираюсь делать вид, что ты мне нужна.

Я стояла, не в силах двигаться, не в силах сказать что-то в ответ.

— Я уезжаю, — произнёс он наконец, отвернувшись от меня. — У меня есть более важные дела, чем оставаться здесь.

С этими словами он снова развернулся к гардеробу и снял с плеч пиджак, медленно повесив его на вешалку.

— А что мне делать? — воскликнула я, не удержавшись, когда он повернулся к двери. — Ты просто оставишь меня здесь? Сегодня была наша свадьба!

Он остановился, слегка повернул голову и ответил:

— Можешь делать что хочешь. Наслаждайся одиночеством, или можешь пригласить для себя стриптизёра. Главное не трогай меня и не строй из всего этого трагедию.

Сердце сжалось от его слов. Я смотрела на него, надеясь на прощальный взгляд, на что-то, что покажет, что может быть я — не просто пустое место в его жизни. Но Дэвид не дал мне и этого.

— Увидимся, — бросил он на прощание, коротким кивком попрощавшись, словно это был деловой ужин, а не наша первая ночь в качестве мужа и жены.

Дверь за ним тихо закрылась, оставив меня одну в этой чужой комнате. В воздухе остался его слабый аромат — едва уловимый, но заполняющий всё пространство вокруг, как напоминание о том, как недоступен он был мне.

И не смотря на все его слова, я ещё долгих два года пыталась заслужить его симпатию.

Оглядываясь назад, мне сложно поверить, что такой бесхребетный и ужасающе наивный человек как я, вообще мог существовать в реальном мире.