Глава 11

Марк Сергеевич

Елисей забежал ко мне в кабинет в конце рабочего дня.

– Можно вопрос? – уточнил он с порога, прикрывая за собой дверь.

– Хоть два, – расщедрился я.

– Вы вчера маме помогли? – вот, сразу видно, защитник вырос.

– Я, – ответил и добавил, – при этом готов помогать и дальше.

Парень прищурился.

– Я правильно понимаю? – не договорил программист.

– Правильней некуда. Возражения, рекомендации? – раз уж зашел такой серьезный разговор.

– Мама любит розы, молочный шоколад с орешками, хотя в этом никогда не признается.

– Запомнил, – на моей стороне появился ценнейший информатор.

– Она вообще сладкое любит, у нее даже в столе шоколад припрятан. Марк Сергеевич, только не обижайте ее.

– И в мыслях не было, – ответил уверенно и строго.

– Тогда на пути вставать не буду, – был мне дан ответ. – Но я еду с вами, мама так решила, – развел он руками в стороны.

– Раз мама сказала, надо выполнять.

Вероника сегодня сама была за рулем, мне ничего не осталось, как сесть в свой автомобиль и первым выехать с парковки. Время от времени я посматривал на маленький красный автомобиль, что двигался строго за мной. Да кого я обманываю! Только на машину Вероники и смотрел. Потом заметил через несколько машин за ними моих ребят и успокоился.

Мы вместе остановили машины не на подземной парковке, а за территорией дома. Тут тоже имелась масса мест для машин гостей, так как вокруг было большое количество кафе и пекарен, маленьких заведений. Автомобили где-то ставить было нужно, вот и продумали все архитекторы.

Вероника позвонила риэлтору, которая буквально через семь минут вела нас в сторону нужного дома.

Итак, этот дом был напротив меня, стоял у дороги и уже не вызывал доверия у Вероники. Я это видел по взгляду. Когда мы поднялись на пятый этаж, переводчица внимательно оценила заставленный колясками, санками и самокатами коридор. Гомон стоял соответствующий. На этаже жило несколько семей с детьми, они явно дружили между собой, потому что двери в квартиры были открыты и по коридору то в одну сторону, то в другую бегали дети, а за ними две маленькие визгливые собачки.

– Я ничего не имею против брата или сестры, – как бы между делом заметил Елисей, – но тут количество детей на квадратный метр зашкаливает.

Хозяйка квартиры уже открыла дверь, ее замученный вид говорил о том, что она сама от этого всего устала. Однако, это была лишь вишенка на торте. Как оказалось, мы имели дело с разводчиком собак. Атмосфера и запах дали о себе знать, как только приблизились к квартире.

– Извините, нам не подходит этот вариант, – решила сразу Вероника.

– Вы даже не посмотрели, – возмутилась владелица квартиры!

– Я уже прекрасно чувствую, что запах я ничем из квартиры не выветрю.

Следующая квартира находилась на первом этаже моего дома. Крохотная и угловая, она смотрелась жалко.

– Нет, – решил Елисей, – тут тесно даже для тебя одной.

А вот потом мы перешли в мой подъезд и поднялись на этаж ниже, чем располагалась моя квартира.

Здесь был хороший ремонт, имелась мебель и даже техника. Хозяева переезжали в другую страну и от квартиры избавлялись практически за бесценок. Объявление они выставили буквально вчера вечером, а сегодня уже пришли мы.

– Берем, – решила Вероника. – Две комнаты, кухня-гостиная. Нормальный этаж, меня все устраивает!

– Прекрасно! – обрадовался ее сын. – А вы где живете? – уточнил он у меня.

– А я выше этажом, – прищурился, – мы теперь соседи!

Вероника слегка покраснела, но быстро переключилась на обсуждение сделки, в которой я так же принимал активное участие.

Риэлтор заверила, что со дня на день уже хотела звонить Вероники по поводу ее однокомнатной квартиры, так как недвижимость хотят брать, но и на двухкомнатную квартиру претенденты есть.

– Я же не давала объявлений! – изумилась моя сотрудница.

– Зная тебя не один год, я предчувствовала большие перемены.

Дальше я проводил Веронику, дождался, когда маленькая машинка скроется из виду и внимательно прослушал доклад своих ребят. Бывший муж Вероники отбыл в другой регион. Для работы. Деньги ей сегодня вечером переведет за колеса и уничтожит сим-карту.

– Прекрасно, – удовлетворенно проговорил я. – Понаблюдайте за ним некоторое время.

– Само собой!

Что ж, вопрос один я решил, остался переезд… Пусть пока в квартиру, которая располагается ниже этажом. Уверен, в моих руках есть все рычаги, но главное большое желание. Эта удивительная женщина будет со мной. Рано или поздно. Желательно пораньше.

Поставив себе четкий план, я перегнал машину и засел дома за работу. Надо бы львиную долю сделать сейчас, пока ничего важного и критичного нет. Пока у нас пауза или же, как я говорю, затишье перед бурей. Ко мне присматриваются, обо мне узнают, меня проверяют. Это нормальная схема при смене руководства, однако, не стоит забывать, что есть те, кому я как кость в горле. Вот про них нужно помнить всегда, а если их еще и подтопить, так вообще прекрасно все сложится.

Вероника Михайловна

Моя маленькая машинка очень ловко обходила заторы, поэтому я даже радовалась. Когда садилась в нее утром, то сначала с волнением обошла по кругу, боясь заметить хоть какие-то повреждения. Эта малышка пережила все, порча колес на моей памяти была не первой, но очень хотелось бы, чтобы последней.

Однако сейчас все складывалось как никогда хорошо.

– Ты улыбаешься, – констатировал сын.

– Мне нравятся положительные перемены, – призналась.

И, возможно, не только перемены.

– А мне ваш начальник понравился, – вдруг признался сын. – Отличный мужик, сказал-сделал.

– Это верно, – не могла не согласиться, вспоминая, как Марк терпеливо за нами ходил, как вроде ненавязчиво, но довольно уверенно взял на себя ответственность.

– Что будешь оставлять? Что заберешь с собой? – мельком посмотрела на сына, который расслабленно смотрел в окно.

– Мебель посмотрю, матрас свой заберу, он у меня новый, диван в квартире вроде неплохой…

– Мне кажется, он совершенно новый, как и шкаф. И, если бы ты внимательно слушала, то запомнила бы, что ремонт только сделали, мебель купили месяц назад, но пожить людям не пришлось.

– Я слушала! – обиженно воскликнула.

– А еще на Марка Сергеевича смотрела, он с грозным видом контролера стоял рядом со мной как раз.

– Ничего я на него не смотрела…

– Он на риэлтора даже не посмотрел, если тебе будет от этого спокойнее, – хохотал сын.

– Елисей! – у меня не хватало слов… от этой через-чур внимательной натуры ничего не скрыть. Но то, что Марк не обращал ни на кого внимания, было приятно.

– Я все прекрасно понимаю, мальчик я большой.

Сын прервался, чтобы достать пиликающий телефон из кармана. Увидев того, кто пытался до него дозвониться, просто убрал телефон обратно.

– Бабушка звонит мне уже неделю, так что скоро и до тебя доберется.

– Что она опять от нас хочет? – с горечью произнесла я.

– Лично от тебя, не имею понятия. Меня обвиняет в том, что я уделяю ей мало внимания, не прихожу в гости и что-то там еще. Сразу говорю, ничего в моей жизни не изменится и вдруг любовью к ней я не воспряну.

Собственно, это очередной заскок тех родственников, которые когда-то вошли в мою размеренную жизнь. Мало того, что тяжело избавиться от бывшего мужа, так еще и его мама время от времени выходит на связь с Елисеем, обвиняя его в том, что он мог бы поуважительнее относиться к ней.

Наверное, и мог бы, если бы она первоначально ребенка привечала и хотя бы любила. Она в жизни внука появлялась редко, чаще всего для того, чтобы указать мне на недостатки воспитания. Появлялась она раз в год стабильно. Врывалась в нашу жизнь, чтобы потом так же быстро из нее исчезнуть.

Я никогда не просила эту женщину посидеть с внуком, погулять с ним в парке. Она дала понять, что Елисей ей не интересен. Еще при рождении ребенка я четко услышала ту фразу, после которой с человеком даже стоять рядом не хочется.

Алла Емельяновна была уверена, что это «отродье» не от ее сына. И вот спустя столько лет я помню до сих пор все ее обидные слова и поступки, она же делала вид, что ничего не помнит и вообще является образцово-показательной бабушкой.

– Разберемся, – решила я, заезжая в торговый центр.

– Только, чур, много не берем. А то скоро переезд, снова будешь переживать за свой переполненный холодильник.

– Верно, – смеюсь, – только хлеб и молоко возьмем.

Ну еще и пару шоколадок, потому что жизнь набирает обороты, а без сладкого я просто не вытяну все это.

Вечер проходит даже неплохо. После ужина Елисей срывается к друзьям, я привычно перебираюсь в комнату и пересматриваю фотографии новой квартиры, отмечая тот факт, что сын действительно прав, квартира с ремонтом и очень даже дорогим. Менять тут что-то, только портить. Даже светлый кухонный гарнитур не вызывает страха и паники. Он гармоничный, продуманный и вместительный. Мне понравился. Единственное, часы со стены сниму, заменю на картину. И шторы тяжелые уберу, повешу что-то более легкое и светлое.

Примерно приметив, что и где будет у меня лежать, вздрогнула, когда на телефон пришло оповещение о поступлении денежных средств от бывшего мужа. К переводу было прикреплено сообщение: «За колеса, прощай».

Это он сейчас самоубиться хочет? Или что?

Однако приходит еще один перевод с добавлением: «Уехал навсегда».

Фух, пусть лучше так.

Это нужно отметить!

С кровати буквально взлетаю, мчу в кухню, где достаю то, что так необходимо.

Попутно звоню сыну.

– Елисей! Мне отец деньги перевел за колеса и написал прощай, уехал навсегда.

– Отлично! Марк Сергеевич человек слова. Ты бы присмотрелась к нему.

– Марк? – не понимаю связи и логики.

– Ну, не просто же так отец вдруг решил сменить вид деятельности и перебраться в другое место. Деньги он тебе никогда не возвращал, даже алименты не платил сколько? Значит, ему кто-то помог пересмотреть свои жизненные принципы. И это не я.

– Поняла… – прошептала, садясь на стул на ослабевших ногах. – Но зачем?

– А помогать надо ради чего-то? – усмехнулся ребенок. – Помогать надо тихо и от всей души.

– Ты мудрый у меня…

– А еще умный, находчивый и скромный!

Я угукаю в ответ и смотрю в стену, анализируя все то время, что рядом со мной был Марк. Выходит, он так ненавязчиво, без давления и наскока зашел в мою жизнь, преодолел те границы, которые я долгие годы выстраивала. Просто постепенно, незаметно для меня сделал то, что никто и никогда не делал. Он обо мне позаботился, он меня защитил.

Что делать в этой ситуации? Позвонить и поблагодарить? Или лучше подойти завтра и лично поговорить? Сделать вид, что ничего не происходит, я не могу. Не в моих принципах… Завтра обязательно подойду… Он первый, кто не бросил меня в трудную минуту. Марк Сергеевич просто взял и решил вопрос по-мужски.

Уйдя в комнату, я перебирала в памяти наши разговоры, теперь его слова с намеками не казались такими уж неправдоподобными.

Вместе с тем, я имею дело с очень сложным человеком, с человеком, у которого есть характер и принципы. Мне до коликов в животе страшно, что этот опыт может оказаться еще хуже, чем первый.

А если Марк хуже Савелия? Нет, не может быть он хуже. Начальник жесткий, прямолинейный, но справедливый. Никогда не опуститься до того, чтобы ударить.

По крайней мере, я думаю, что это именно так.

Ладно, сейчас рано делать какие-то уверенные шаги вперед, но ни от одного кафе и от незапланированной встречи я не откажусь. Мне в прошлый раз очень понравилось проводить время с этим мужчиной.