Глава 23

Помахаться с тремя охранниками Лунина оказалось не так уж и просто. Они, конечно, знатно меня отделали, но и я в долгу не остался.

Какая же, Арсений, тварь. Все делает руками других. От беспокойства за Аву все внутри крутит. Я уже и к их дому съездил, но меня оттуда предсказуемо поперла охрана. И в ментовку звонил, но там меня послали открытым текстом, скоты купленные. От собственной беспомощности хочется выть.

Набрал Мишу, пытаясь пробить хоть какие-нибудь годные связи, но пока глухо. Ава тоже не берет, ее телефон отключен.

Весь следующий день дежурил у офиса, но Аву так и не увидел. Похоже, этот мудак запер ее дома и никуда не выпускает. Также сильно беспокоюсь и за Булата, он ведь мой сын. Мало ли что Лунину от злости придет в голову.

К вечеру отправляюсь в гостиницу, чтобы немного передохнуть и перевести дух. Номер пришлось сменить, мы так его уделали во время драки, что придется делать ремонт.

На всякий случай пересматриваю досье, что удалось собрать по Арсению, вдруг я пропустил какую-нибудь деталь, которая позволит до него добраться. Но после часового изучения страниц вдоль и поперек, понимаю, что пусто, этот гад подчистил за собой все концы.

Стук в дверь вырывает меня из тяжелых раздумий. Рывком открываю дверь.

– Булат? – смотрю на мальчика, потом перевожу взгляд на Арсения и охрану у него за  спиной, – где Ава?

– Заходи, – Арсений подталкивает Булата в номер и сует мне папку с документами в руки, – это все на него, забирай и уматывай.

– Да ты сдурел, – стараюсь сдерживаться, чтобы не напугать сына, поэтому говорю довольно спокойно, – где Ава?

– Моя жена дома.

– Я хочу к маме, – Булат разворачивается обратно к Арсению и наступает на него.

– Ты ей больше не нужен, ясно? Макар тобой займется.

– Верни мне маму, – Булат пытается его ударить, но я обнимаю сына и удерживаю в руках, – тише, малыш, мы разберемся.

– Я тебе не малыш, Арсений, я хочу домой к маме, – парень пытается вывернуться у меня из рук и сбежать.

– Булат, все будет хорошо, послушай меня, – я затаскиваю сына в номер и захлопываю дверь. Все равно Арсений не даст нам больше никаких пояснений. Так что припираться с ним бесполезно.

– Да кто ты такой? – сын вырывается и отталкивает меня.

– Арсений ничего тебе не говорил? – присаживаюсь на корточки, чтобы разговаривать с сыном на одном уровне.

– Нет, он просто сказал, что я не могу больше жить с ним и мамой и он нашел человека, который обо мне позаботится, – сын нервно посматривает на дверь.

– Ясно, – я нервно приглаживаю волосы. Надо сказать сыну правду сейчас. Одно дело остаться с чужим мужиком, и другое с отцом, пусть совсем и не знакомым еще, – давай ты присядешь, нам нужно серьезно поговорить.

Жестом приглашаю его присесть на диван, а сам сажусь в кресло напротив.

– Не так я, конечно, все представлял, – нервно усмехаюсь и потираю вспотевшие ладони, – понимаешь, Булат, я твой отец.

Слежу за реакцией сына, который сидит и не шевелится. Смотрит на меня с подозрением, и как будто не веря.

– Ты не можешь быть моим отцом.

– Булат, посмотри, мы с тобой очень похожи ведь, – я начинаю немного нервничать. Не хочу пугать сына, но очень важно, чтобы он принял правду как можно скорее.

– Мой отец смелый, мне так мама говорила. А ты слабак, разрешил Арсению забрать ее у меня.

Вот в чем дело, оказывается.

– Я ее верну, слышишь? – стараюсь говорить как можно более убедительно, мне и самому нужно поверить, что я смогу это сделать. Черт, все против нас, но я готов на любые отчаянные меры.

– Почему тебя не было с нами? Я так хотел, чтобы ты помог маме и мне, забрал у Арсения, но ты не появлялся.  А теперь он забрал маму насовсем, – на глазах у Булата слезы.

В словах сына столько боли и отчаяния, как у взрослого. А ведь он совсем еще ребенок. От злости на себя печет в груди, надо было искать лучше. Как я не подумал, что у Авы может быть наш сын?

– Булат, я заберу маму.

Сын замыкается в себе и отворачивается от меня. Понимаю, ему нужно время, чтобы свыкнуться с новой ситуацией и хоть как-то ее принять, поэтому не давлю. Забираю папку с документами, что оставил Арсений и просматриваю что в ней.

Оказалось, это все документы, касающиеся Булата – медицинские, школьные, паспорт, свидетельство о рождении. Заглядываю в него и обнаруживаю в графе «отец» прочерк. Арсений не дал ему даже своего имени. Стискиваю кулаки, которые сейчас чешутся постоянно последнюю неделю, так сильно я хочу разбить Лунину лицо.

– Ты ел после школы?

Булат только качает головой, похоже, Арсений привез его прямо оттуда.

– Закажу в номер, – набираю и заказываю ужин в ресторане. Не знаю, что Булат любит, поэтому беру пару блюд на выбор.

Во время ужина пытаюсь немного узнать о последних событиях:

– Булат, ты когда последний раз видел маму? – спрашиваю осторожно.

– Вчера утром, – грустно отвечает он, ковыряясь в тарелке без особого аппетита.

Значит, после того, как Ава вернулась от меня, Лунин к сыну ее не пустил. Черт, что он с ней сделал?

– У тебя совсем нет вещей, – я, наконец, опомнился и начал думать об удобстве сына, – давай попозже спустимся в магазин внизу и купим, что требуется, а завтра сходим в магазин за одеждой.

Булат неопределенно пожимает плечами. Ему, конечно, сейчас не до таких мелочей, как одежда, но подумать об этом все равно нужно.

Я стараюсь как могу, вжиться в роль отца, но за исключением воскресенья, что мы провели вместе, я дел с детьми не имел вообще. Как с ними общаться, что говорить и делать? Ничего в этом не понимаю, поэтому веду себя с ним как со взрослым, просто ниже ростом.

Прогулка в магазин и аптеку получилась напряженная, Булат отвечал только по делу и старался лишний раз не смотреть на меня. Но я понимаю его волнение и выдерживаю дистанцию.

– Я заказал нам другой номер, там две спальни, так тебе будет удобнее наверно, – открываю новый номер, в который уже перевезли наши вещи.

Булат опять просто кивает, а я вздыхаю, не понимая, что еще могу для него сделать.

После чистки зубов сын забирается в кровать и залазит под одеяло.

– Мама мне всегда пела перед сном, – он говорит таким несчастным голосом, что мне хочется схватить его в объятья и прижать к себе.

– Мы ее вернем, и она и дальше будет тебе петь, а пока нужно немного потерпеть, ты же мужчина.

– Да, мужчина, – соглашается сын и прикрывает глаза. Он, конечно, еще не спит, но, наверное, хочет, чтобы я ушел и оставил его в покое.

Черт, как все сложно. Забираюсь в постель во второй спальне и гашу свет. Не успеваю уснуть, когда слышу со стороны входа шорох.

Булат с подушкой стоит в проходе, не решаясь зайти.

– Мне одному страшно, – поясняет он, когда видит, что я не сплю.

– Забирайся ко мне тогда, тут места очень много, – я двигаю на край, и сын устраивается с другого края.

– Ты точно маму заберешь? – тихонько уточняет он.

– Клянусь, Булат, на этот раз я не облажаюсь, – отвечаю с чувством.

– Хорошо.