Глава 20. Тайлер
– Тай, прошу тебя …
Знакомый шепот. Такой родной и ласковый. Чуть протяжный и рваный. Возбужденный.
Голосу любимой можно придать множество оттенков, но я не могу на них сосредоточиться, когда она лежит подо мной такая распаленная и желанная. Красивая и аккуратная грудь поднимается и опускается очень быстро, вершинки сосков затвердевают под натиском моих пальцев, а из приоткрытых губ со свистом выходит воздух. Быстро-быстро. Как и у меня, опускаясь на ее разгоряченную кожу.
Темные волосы разбросаны по подушке, а глаза… так и манят. Она всегда имела надо мной власть. И сейчас имеет. Притягивает аккуратными пальчиками за шею и жадно впивается в губы. Нетерпеливо кусает их, обводит языком, и я в ответ не отстаю, сжимая любимое тело в тисках. Как всегда. Как на протяжении долгих лет отношений.
– Войди…
– Конечно.
Опускаю взгляд вниз, чтобы пристроиться к ней, обводя свободной рукой загорелую кожу бедер, провожу головкой по налившемуся клитору, по влажным складкам, размазывая смазку. Но не успеваю войти. Потому что в мгновение ока картина меняется.
Нет, все остается практически таким же. Та же спальня, та же кровать и те же белоснежные простыни. Изменилась только женщина, которая лежала подо мной.
Под ладонью чувствуется мягкая молочная кожа, красивые бедра любимой стали чуть уже. И стоны… На октаву выше, чуть слаще и эротичнее.
Медленно окидываю взгляд на тело незнакомки. Красивое, стройное, до невозможности нежное и податливое, в легкой россыпи веснушек. Немного на груди и животе. Но это придает ей больше невинности. А магнетический взгляд малахитовых глаз, пронзающих меня прямо в сердце, делает ее порочной дьяволицей в шкуре ангела.
– Почему ты остановился?
И голос совершенно другой, и поза чуть изменена, только ярко-рыжие волосы разбросаны так же. Каждая прядка на своем месте. Губки призывно приоткрыты. Любимые полные губки, из которых порой вылетали такие сладкие стоны, что у меня сносило крышу лишь от этих звуков.
Нет, это не незнакомка. Это самая настоящая ведьма. Софи. Ее невозможно не узнать. Она никогда не даст о себе забыть, даже если очень сильно этого захотеть. И даже здесь, в мире, где я скрыт от посторонних глаз, она проникла и вырвала кусок моей души.
– Тай…
Мое имя так ласково звучит из ее уст. Нежно, с легким акцентом, от которого она еще не избавилась, с придыханием. И так умоляюще, словно от моих действий зависит ее жизнь. Жизнь любимой девушки.
Она не выдерживает, приподнимается на локтях и сама тянется за поцелуем. Он нежнее, чем пару минут назад, ласковее, но не менее возбуждающий. Ее бойкий язычок сначала неуверенно сплетается с моим, затем медленно обводит контур губ. Словно проверяет мою реакцию.
Маленькие ладошки ненадолго зарываются в волосы, слегка массируя кожу головы, опускаются по затылку к плечам. Сжимают их. Впиваются ногтями. Правая рука продолжает свой путь по моему телу ниже и останавливается на груди. Как раз там, где бешено отстукивает сердце. Удар за ударом. Словно я на марафоне десять километров пробежал, а не сижу сейчас в широкой кровати рядом с обнаженной молодой девушкой.
Той, кого желаю уже долгие месяцы…
Она пользуется моей растерянностью и, взглянув невинно из-под пушистых светлых ресниц, сама проводит той же правой рукой по члену, расправляя головку, а затем, окончательно поднявшись, насаживается на него. Оседлает меня, но не торопит валить на кровать. Цепляется за шею, впиваясь короткими ноготочками, нежно-нежно целует губы, снова проверяя реакцию.
И двигается на меня. Прыгает, насаживаясь как можно глубже.
Как же внутри нее тесно, каждое движение отдается в пах бешеной возбуждающей волной. В ней всегда было узко и влажно, чисто и нежно. Секс с Софи, даже жесткий и быстрый, превращался в какую-то эйфорию. Мы получали невероятное удовольствие, делили кайф на двоих и отдавались страсти с головой.
И этот раз не исключение.
Софи выгибается в пояснице, закидывает голову назад. Ее яркие волосы струятся по спине, глаза прикрыты от наслаждения, а из губ вылетают протяжные громкие стоны.
Только спустя время я начинаю двигаться навстречу желанию, прижимаю малышку за спину, чувствуя горячую кожу своей. Она все так же выгибается, стонет все громче и громче. Ее полная грудь прыгает перед глазами. Вверх-вниз, вверх-вниз. Сексуально. Возбуждающе. Нежно-розовые аккуратные соски выглядят такими острыми. Манят. Желают, чтобы с ними поигрались, чтобы потянули зубами.
Она этого хочет…
– Приласкай их.
Софи притягивает мою голову ближе к груди. Сильно, чтобы одна рука сжала большую грудь, чтобы губы сами сомкнулись на острой вершинке, чтобы язык моментально совершил несколько ударов по плоти, а зубы оттянули сосок на себя.
И чтобы она застонала еще громче, переходя на крик.
Эти звуки возбуждают больше, чем движения внутри нее, этот нежный голос с легкими нотками мольбы доводит до безумия. А я готов беспрекословно выполнять каждый ее приказ, лишь бы продолжала скакать на мне и кричать. Бесконечно долго и протяжно кричать.
Никогда не любил нежность. Только с одной женщиной, которая привиделась до этого сладостного момента. А сейчас люблю. С ней люблю. И жестко, и нежно, и быстро и безумно долго.
– Я так люблю тебя, Тай. Так люблю… – шепчет она между толчками.
Блядь! Не могу больше! Это невыносимо! Хочу жестко трахать тебя на этой кровати, вдалбливать в матрас твое хрупкое тело. И ощущать, как ты обхватываешь меня изнутри, как у тебя все пульсирует и содрогается. Как ты болезненно вцепляешься в мою кожу.
Тебе так нравится? Чувствуешь, как глубоко член заходит в тебя, как жаждет довести нас обоих до исступления? Слышишь сквозь свои крики шлепки наших тел? А руку, сжимающую твои рыжие волосы ощущаешь? А губы, посасывающие кожу? Они оставляют красные отметины, подтверждают, что ты моя. Только моя.
Я так долго сдерживался, так хотел снова увидеть тебя. Твои возбужденные глаза, твое обнаженное прекрасное тело, твои губки, которые ты периодически облизываешь, если мы не целуемся. С ума схожу только от одного твоего вида. От того, как ты прогибаешься в спине и улетаешь в сладком наслаждении, падая на мягкий матрас.
Я присоединяюсь чуть позже, когда ты практически успокоилась. Изливаюсь в тебя, а когда выхожу, наблюдаю, как из аккуратной розовой киски вытекает белая струйка семени. Возбуждающе до невозможности.
– Тай, – ее блаженный голос моментально становится серьезным, тело напряженным, а взгляд испуганным. – Что мы скажем Джеку?
Джеку? Какому Джеку? Причем здесь мой племянник, когда я только что занимался с тобой сексом?
И только спустя долгие секунды воспоминания моментально проносятся в голове. Тот злополучный ужин на дне рождении у Мел, та встреча в ресторане, когда родной племянник не рассчитал сумму. И она. Перепуганная, зажатая, но такая красивая.
И не моя…
– Дядя Тай, с тобой все хорошо? – голос Джека буквально расталкивает иллюзию в разные стороны, заставляя меня вернуться в реальный мир.
И он оказался жесток.
Кожаный салон самолета нашей компании все так же сияет чистотой, снующие туда-сюда две стюардессы в фирменной форме приветливо улыбаются всем пассажирам, юристы, которые полетели с нами на подписание еще одного важного контракта, перекидываются в углу в карты. И мы вместе с Джеком сидим неподалеку в широких креслах. Никакой Софи, никакой кровати и никакого полумрака.
Вашу ж мать! Только не говорите, что я спал!
– Ты живой? – снова меня окликивает племянник, размахивая перед лицом руками.
– Ага, все нормально, – отмахиваюсь, пытаясь прийти в себя. Блядь! Такое разочарование я не испытывал с того момента, как мне отказали в подписании первого договора лет десять назад.
– У тебя встал.
И действительно. Брюки в одном месте хорошенько так увеличились. А этот гаденыш еще и ухмыляется! Если бы ты знал, Джеки, по какой именно причине у меня встал, вряд ли бы веселился.
– А ты не смотри, куда не надо!
Тот лишь усмехается но не отворачивается. Спасибо, хоть в ширинку не смотрит!
– Могу выйти, если надо, или в комнату иди, там пока никого нет.
Ему смешно, а вот мне совсем не до смеха. И дело далеко не в стояке, а в самой ситуации. Вдруг я что-то во сне неудачное сказал? Вдруг произнес имя Софи? Хотя в таком случае, Джек смотрел бы на меня иначе.
И чего я отказался выспаться в отдельной комнате? Ответ прост. Меня вырубило сразу, как только мы взлетели и слегка перекусили. Может, действительно пойти выспаться на кровати?
– Сколько нам еще лететь?
– Часа четыре точно, – отвечает Джеки.
Вот и ответ на мой вопрос. Хотя бы смогу расслабиться и подумать. Сейчас и время свободное есть, и мешать никто не будет. Ни парни в углу, ни чертовы размалеванные стюардессы. Ни Джек, которому не следует знать, что происходит вокруг него.
А все дело в одно единственной девушке. В Софи…
Она снится мне второй день подряд. Кошмары с участием покойной невесты постепенно превращаются в несбыточные фантазии с моей рыжей малышкой. С нежной, ласковой, податливой и немного наивной. Но это не лишает ее порочности, с которой она отдалась мне в офисе.
Той страсти, которая вспыхнула между нами.
Я просто не выдержал. Не смог устоять после того, что узнал. В этих потрепанных джинсах, всю взлохмаченную и утомленную. Вряд ли она рассчитывала на такой итог. Да и я не предполагал, что выйдет именно так. Начнется неожиданно, продолжится горячо и безбашенно, а завершится неловко и странно. Если бы не обстоятельства…
И задумался я о них только сейчас, потому что до этого в голове крутились лишь контракты, переговоры, поставки. Сразу же после того, как я закончил разбираться с проблемой Софи, позвонили из США и потребовали срочно прилететь на подписание. Без юристов здесь никак. Послал их тут же первым рейсом, а сам…
… контролировал самолет фирмы.
Как долетят? Как устроятся? Что скажут местные врачи? И как себя чувствует Софи?
Эти вопросы волновали меня на тот момент больше. Ребята и без меня справятся, мое разрешение на подпись есть. А вот кто поможет рыжей перепуганной малышке с больной матерью так, чтобы об этом не узнал Джек? Только я.
Ведь я искренне хотел помочь, сделал все возможное, чтобы не оставить ее в беде, особенно после того, что узнал. Вся информация, которая свалилась в тот момент буквально сама выскочила.
Помню, как она зашла в кабинет. Осторожно, стараясь не беспокоить, словно чувствовала себя лишней. И взгляд такой искренний. Благодарный. Вот мне стало интересно, каково это строить отношения с тем, кто лишил девственности таким ужасным способом.
И все. Меня прорвало. Я так злился. На себя, на Джека. На нее…
Ведь она пережила то же самое, что и София. По себе знаю, как девушки отходят после насилия. Долго и мучительно. София до конца жизни не могла отпустить прошлое. Так и умерла. И я не смог после ее гибели. Если бы смог повернуть время вспять, то все можно было изменить.
Но судьбу этой малышки я изменить не смогу. Только приукрасить. Заставить на время забыть. И, учитывая ее роман с насильником, сомневаюсь, что она этого хочет.
А если выкинула все из головы? Сделала то, что не смогли мы с Софией? Этого мне узнать не суждено. А мой поступок… он не оправдывает меня. Да, я разочаровался в племяннике, да, узнал нелицеприятные вещи, но это не дало право срываться и рушить их союз. Софи – девушка Джека. Моего родного племянника!
Всю жизнь я он был для меня, как сын, когда Дэвиду и Мел было вовсе не до него, видел, как он рос, помогал в экстренных ситуациях, воспитывал. А сейчас из-за одного единственного прокола в сторону одной небезразличной мне девушки позволил себе захотеть ее. Позволил переспать с ней.
А как он посмел изнасиловать ее? Даже под наркотой. Этот вопрос звучал в голове очень долго, пока ответ не пришел сам собой. Такой поступок не оправдывает Джека, но и я оказался не святым, когда трахнул Софи в кабинете. Думал, что нашел причину обелить себя, но это ни хрена не так!
Можно оправдываться вечно. Не сдержался, шел на поводу эмоций. Скучал по той послушной и чувственной Софи, по заботливой девушке, которая готовила по утрам завтраки, даже если экономка планировала питание неделями вперед. За тот короткий промежуток времени эта рыжая особа вторглась в мою жизнь и не хотела оттуда выходить.
Сам выгнал.
Потому что думал, что так будет легче. Потому что прошлое никуда не исчезнет, как бы я не старался его вытеснить.
Однако последняя наша встреча лишний раз подтвердила, что это самое прошлое можно не только вычеркнуть из настоящего, но и забыть. И я забывал. За эти двое суток я видел во сне лишь одно прекрасное личико. Миловидное, с большими яркими глазами и полными губами.
Я помню тот завораживающий взгляд после секса. Стеклянный, практически неживой, но такой довольный, будто я преподнес целый рай на блюдечке. А я готов это сделать, чтобы ты всегда смотрела на меня, как на божество. Моя красавица. Единственная.
Любимая…
Но люблю ли? Или это просто послевкусие после секса и сна? Скорее всего. И что мне со всем этим делать?
Наверное, вы любите друг друга. Видел, с каким выражением лица Джек писал смс и как менял голос, когда звонил тебе. Видел и мысленно плевался, потому что до этого сам отправлял тебе сообщения. А ты не отвечала. Молчала все это время. А с ним разговаривала, как с самым родным человеком.
Но если Джек был тебе дорог, то почему ты отдалась мне? Как в последний раз. Словно другого случая не представится.
Мне бы выкинуть твой образ из головы, да только не выходит. Не получается. Даже если я прилечу домой и закажу первоклассную шлюху, она все равно не сравнится с тобой. А если найду новую пассию. Нет. Без вариантов. Эта рыжая ведьма вцепилась в разум и не оставляет ни на секунду, особенно в последние дни.
Я подсел на тебя. На твою красивую фигурку, на твои невинные глаза, на твой голос, который кричал «люблю». С придыханием. С невероятной искренностью, которую не слышал годами.
Но готов ли я крикнуть в ответ то же самое?
Я много об этом думал. О своих чувствах, о чувствах Софи, ее отношение к Джеку. И я бы мог представить их счастливыми и беззаботными. Оставил бы молодежь в покое, если бы не знал, что Джек оказался тем самым насильником! Помнится, иногда Софи, крича что-то во сне, просыпалась в холодном поту. Взгляд перепуганный, лицо все белое. А моя помощь действовала только со временем.
И что мне делать? Терпеть все это? Оставить, как есть? Позволить ей встречаться с Джеком, который сможет совершить что-то подобное?
Блядь!
Спать не хочется совсем. Выспался. Причем настолько, что тот эротичный сон с участием рыжей ведьмы не желает из головы вылетать. В глазах так и стоит ее красивая фигурка и этот яркий взгляд, желающий гораздо большего, чем просто секс.
Не успел оглянуться, как мы уже готовились к посадке. Стюардесса постучалась в комнату и попросила присоединиться к остальным. Пристегнулись, приземлились, отстегнулись. И на улицу в дождь. Опять. Хотя когда Лондон не встречал паршивыми погодными условиями?
– Дядя Тайлер, – окликивает меня Джек, когда мы спускаемся к трапу и усаживаемся в машины. Конечно же, племянник садится со мной. – Можешь дать мне совет?
– По поводу? – смотрю на него удивленно
– У тебя же есть опыт с девушками, – начал он. И чего глаза отводишь, как девчонка? Выкладывай уже! – Я бы хотел спросить, как можно удивить ее в… постели.
О ком идет речь интересоваться не стоит. Вряд ли Джек станет изменять, когда столько добивался своей возлюбленной. Хотя в прошлый раз, по рассказам Софи, его не остановило наличие девушки. Ну ладно, это хрень. Меня другое волнует.
Ебаный рот! Он серьезно хочет обсудить этот вопрос именно со мной? Именно сейчас, когда я каждую долбанную секунду представляю свою малышку в чужих объятьях и не знаю, как расставить все по своим местам?
– Я думал, у тебя проблем с этим нет, – вместо яростной тирады, отвечаю спокойно, как всегда.
– Ты прав. Просто Софи в последнее время начала часто замыкаться в себе. Учебой вечно занята, по телефону совсем, как не своя разговаривала. Вот хотел спросить, что такого необычного можно устроить. Кажется, с ней что-то не так.
Дружище, у нее болеет мать, только-только операцию сделали, а ты спрашиваешь, почему она закрыта. Учеба? Она на врача учится, а они ночами в университете проводят. Холодна? Я уже говорил о матери? Да, было дело. Но почему-то мне хочется надеяться, что дело не только в этом.
– Есть специальные вагинальные и анальные вибраторы. Попробуй поиграться с ними, женщины это любят.
«Еще как любят, – добавляю про себя. – Особенно Софи. Ее реакция на такую игру оказалась бесподобна».
– Это в жопу что ли? – Джек поморщился, словно жука увидел перед глазами, которого в детстве боялся до смерти.
– Да.
– Фу! Софи на это не согласится, она не такая.
Да неужели? Еще как такая. Не ври ни себе, ни ей. Просто ты не пробовал, либо она не позволяла. Только почему-то со мной Софи охотно соглашалась на такие эксперименты. А какие громкие стоны разносились по квартире, когда я трахал ее своим членом и с виброяйцом одновременно. Наверное, тогда она испытала один из лучших в мире оргазмов. Эта мысль заставляет меня улыбнуться.
– С тобой все в порядке?
Джек внимательно смотрит на меня. С подозрением каким-то. Словно пытался достал из моего разума то, что я так тщательно зотел от его скрыть. Нет, дружище, ты еще до этого уровня не дорос.
– А что?
– Ты какой-то нервный все эти дни был.
Действительно. Мы подписывали один из важный договоров, американцы даже меня попросили прилететь, потому что дилигации юистов оказалось недостатчно. Да еще и Софи заставила поволноваться. Фак!
– Тебе показалось.
– Ты не злишься на меня? Я нигде в договорах не накосячил?
Если бы ты знал, что накосячил в другом. И дело уж точно не в контракте.
– Ты хорошо сработал. Молодец.
И это правда. Чего врать племяннику, вопреки всему произошедшему. А я ведь должн заботиться в первую очередь о его благополучии, а не о своем счатсье, но почему-то получается все с точностью да наоборот.
Водитель останавливается напротив общежития. Ночь. Тишина. Интересно, она спит, или зубрит лекции? Или ждет Джека? Блядь! Зря я об этом подумал. Теперь буду думать, чем они займутся через пять минут. Через десять или через двадцать. Фак!
– Пока, – кидает Джеки на прощание, выходя из машины.
– До связи. Выспись, завтра у нас созвон с Россией.
Он счастливо улыбается. Довольный. А я готов морду начистить за то, что думает о ней. Ебаное собственничество. Меня греет мысль, что в тот момент, когда к ней нагрянула беда, Софи позвонила в первую очередь именно мне, а не Джеку. Именно в тот момент, когда ей было тяжело, когда она отчаялась нацти поддержку.
Как хорошо, что в тот момент мои представители были в Москве на переговорах, как хорошо, что мою девочку смогли забрать вместе с матерью. Карты идеально легли. Тогда. Но не сейчас, глядя на исчезающего в дверях общежития Джека. Он ведь в первую очредь к ней пойдет. Не хочу даже думать, чем они будут заниматься. Как жаль, что сейчас скдьба не повернулась ко мне лицом.
Но об этом я подумал до того, как машина отъехала от здания общежития, а мне пришло длинное сообщение. От Софи.
Это что еще за на хуй? Отпустить меня? Она дура? Совсем не соображает? Разве она сможет вот так просто все забыть, если даже я не могу? Ни хрена подобного. Врет. Наверняка врет. Отделалась каким-то сообщением, вместо. Ого, чтобы сказать правду в лицо.
Звоню. Долгие гудки заставляю понервничать. Один звонок, второй, третий. Молчит. А потом и вовсе выключает телефон. Дура! Гребаная дура! Опять игнорирует. Хочет уйти от проблем. Только я не позволю. Даже не надейся. Не отпущу. Теперь не отпущу, пока мы не решим все раз и навсегда.
– Остановись, – кричу водителю, кторый моментально реагирует на приказ.
Он паркуется у небольшого тротуара, как раз недалеко от общежития. Отлично. Как раз выясню, что там да как. И срать я хотел, если там будет Джек. Мне нужно поговорить именно с Софи. И я не уйду, пока не получу ответы.