Глава 25. Одни во всем мире

Абсолют. В википедии говорится, что это что-то вечное и неизменное. Бесконечное. Никогда не увлекалась философией, не задумывалась о чем-то наивысшем и духовном. Конкретика и материализация оставались в приоритете вплоть до сегодняшнего дня. Я просто не верила во всю эту чушь.

Пока не осознала, насколкьо те понятия и открытия великих философов реальны…

Когда я рассталась с Тайлером и первые дни проливала слезы на подушку сутки напролет, в глубине души мечтала, что в один прекрасный день все-таки увижу его. Хотя бы одним глазком. Взгляну на него, немного успокоюсь. Запомню напоследок родные черты лица. Когда-то любимые и невозможно привлельные.Возможно, даже поговорим, обсудим, что произошло между нами.

Умом понимала, что мы больше никогда не увидимся, что я больше не почувствую тепло его тела, не услышу любимый голос с нотками хрипотцы, и не утону в его морских безднах. Однако эта призрачная надежда томилась даже в те моменты, когда образ Тайлера потихоньку затмевался под давлением новых эмоций и новых воспоминаний. Она существовала в груди до последнего. До победного конца.

И вот этот момент настал.

Мы лежим одни на просторной кровати, смотрим в потолок. Точнее Тай глядит строго, а я – на него. На его расслабленные темные брови, на ярко выраженные черты лица, на скулы, что хорошо выпирают. На него всего. Как раньше после жаркого секса, слыша, как в груди размерено бьется его сердце.

Периодически он окидывал меня взглядом. Любопытным таким, заинтересованным. И улыбался. Всего лишь приподнимал уголки губ, но мне и этого было достаточно, Я редко заставала эмоции на идеальном скульптурном лице, за исключением сумасшедшего секса, и в эти моменты пыталась запомнить каждую черточку. Запечатлеть их в памяти.

И вот один из них…

Спустя минут десять он поворачивается лицом ко мне, нагло согнав мою покоящуюся голову с его груди, и укладывается на бок. Как я. Мы смотрим друг на друга. Глаза в глаза. Жадно разглядываем, словно не виделись много лет.

Я счастлива, что нахожусь рядом с этим мужчиной и имею возможность внимательно рассматривать его, не стесняясь. Нам не нужны слова – действий вполне достаточно. И одно из них доказало, что нам друг без друга тяжко. Это нужно было осознать раньше, наверное, мы бы не потеряли так много времени и не переживали бы тот ад. Точнее я переживала. А он?

Что чувствовал Тайлер? Что чувствует сейчас, лежа рядом со мной и понимая, что только что снова переспал с девушкой своего племянника… Черт! Джек! Не хочу сейчас думать о нем. Не сейчас. Потом, когда настанет рассвет, а здравый смысл возьмет верх. Но не сейчас, когда нам так хорошо вместе, когда течение времени не имеет значения.

– Моя, – произносит он совсем тихо. Его сильная ладонь опускается мне на щеку, пальцы аккуратно гладят кожу. Ласково проводят едва ощутимые дорожки. Так и хочется прикрыть глаза, наслаждаясь желанными прикосновениями, но я хочу смотреть на него. На любимого мужчину.

– Твоя…

И больше ничья, Тай. Потому что мне никто не нужен. Только с тобой я могу чувствовать, дышать. Жить. Ты даешь мне необходимый кислород, наполняешь мою душу эмоциями. И любовью, которую хочется отдавать в ответ. Всегда.

– В последний раз я был в этой квартире в прошлом году, – замечает Тайлер с горькой усмешкой.

– Почему?

– Был занят делами, а домой возвращаться не хотелось.

Его ответ звучит так легко и непринужденно, однако эмоции на лице говорят об обратном. В этот момент в его глазах появился какой-то странный оттенок. Темноватый. Он мутнит радужку, создает какую-то неясность, но для меня все стало ясно. Старается спрятаться за маской непроницаемости. Недоговаривает о том, что произошло за эти месяцы разлуки. За то время, когда я умирала от разъедающей боли в груди, а он…

– Или дом наполнен воспоминаниями, связанными со мной? – делаю предположение. Глупое. Нелепое. И, скорее всего, правдивое…

– Ты права.

Черт! Я никак не ожидала, что попаду в точку. Что угадаю его чувства. Ведь раньше такого не происходило. Точнее случалось все с точностью да наоборот.

В этот раз Тай не ушел от ответа, как раньше. Сказал прямо. Как есть. Не таясь.

– Все настолько плохо?

– А как ты думаешь?

Судя по тому отчаянию и безысходности, которые пережила я, думать о его состоянии совсем не хочется. Я не знала, какие пиявки высасывали из него всю кровь и воспоминания, связанные со мной, но стоит ли лезть в прошлое? В счастливое и одновременно несчастное? Нужно ли ворошить тот роковой день, когда мы разорвали отношения раз и навсегда?

Я помню тот момент, как сейчас. Помню, когда он ударил и сказал, что я его разочаровала. А потом сообщение, последовавшее после слез и маленького отголоска надежды, что все-таки нам удастся нормально поговорить. Но этого не произошло. Это ад. Самый настоящий ад, который вряд ли способен кто-то пропустить через себя и жить дальше.

Но я пережила. Оставила все позади. Простила. Как и он. Только вопросы все равно оставались.

– Ты говорил, что я не была одной из них, – начинаю я расковыривать гниющую рану. Пытаюсь вытащить оттуда всю бяку, которая не позволяет ей зажить. Которая нарывала и нарывала все эти дни. А сейчас у нее есть возможность исцелиться.

– Софи…

– Пожалуйста, расскажи. Я не хочу больше мучиться догадками и верить слухам.

Всемирная печаль. Вот что говорят его глаза. И так красноречиво. Понятно любому дураку, кто хоть немного знает Тайлера Адамсона. И я одна из тех, которые в один прекрасный день заразились его сущностью. Его таинственностью. И я не жалею об этом. Но у каждой болезни есть свой побочный эффект.

И один из них – тайны, которые так мешали нам построить отношения. Которые не давали возможности открыться друг перед другой.

Я ни раз раскрывалась перед ним, буквально кричала о своей любви. Ее хватало на двоих. На его тогда еще закрытое сердце, и на мое, готовое распахнуть перед ними врата. И я распахнула. Впустила. А когда наши пути разошлись, его облик не сразу исчез. А точнее вообще не исчез. Так и остался в моем сердце, периодически напоминая о себе.

– После смерти Софии, я перестал существовать. Мне было уже все равно, с кем и как находиться. Одна девушка шла следом за другой, я даже не следил за тем, с какой периодичностью они менялись, главное, что ее звали Софи. Они возвращали меня в те времена, когда я был счастлив, но этот эффект длился пару минут. Затем наступала тьма, – говорил он, не останавливаясь. А я впитывала всю эту информацию. Впитывала боль, с которой он жил эти годы. Готова забрать ее себе, лишь бы не мучился. – Когда встретил тебя, тут же заинтересовался тобой. Скромная русская девушка, необычная. Даже твоей подружке компенсацию выплатил, лишь бы узнать поближе. А потом та случайная встреча в клубе…

Помню. Тогда я впервые открылась постороннему человеку, почему-то зная, что он выслушает, а мне станет легче. И мне тогда действительно полегчало. Может, дело не в той проблеме, преследовавшей мен. Дело в человеке, который оказался рядом. В Тайлере, разрушившем ноющую боль в груди.

– Знаешь, я тогда не предполагал, что мы встретимся снова. Думал, что это на одну ночь, а потом мы забудем друг о друге, но ты засела в голове. И твой рассказ… Если бы тогда я знал, что это Джек…

– Сейчас это совсем неважно.

Целую его. Точнее успокаиваю легкими прикосновениями своих губ. Делаю все, лишь бы он больше не сказал ни слова о страшном периоде. Сейчас не стоит вспоминать плохое. Оно давно в прошлом и больше не вызывает ужаса. Как раньше.

– Мне никто не нужен. Я больше не оставлю тебя, малышка.

– А та женщина, с которой ты был в ресторане? – тут же хватаюсь за его слова. Однако они были не злобными, сказанными тоном ревнивой девушки, скорее любопытными. – Кто та женщина?

Тайлер на мгновение задумывается, но взгляда не отводит. Тянет с ответом. А я терпеливо жду, когда он снова откроется. Когда сделает так, что все сомнения испарятся из разума.

– Это имеет значение?

– Да. Она не твоя женщина?

– В моей жизни имеет значение только одна, – не дав возможности ответить, Тай тут же захватывает меня в плен своих губ.

И я улетаю. Вместе с ним. Только с одним мужчиной, который дарит чистейшее счастье. Которого люблю всем сердцем.

И которого не готова с кем-то делить…

Поцелуй так сильно захлестнул нас, что я едва почувствовала, как он перевернул меня на спину и припечатал спиной к матрасу, а сам наваливается сверху. И целует. Долго и нежно целует. Словно мы встретились впервые. Новые. Измененные временем и ситуациями. Другие. Но в глубине души в нас осталась частичка прошлого.

Наши чувства.

– Я очень скучал, – оторвавшись от моих губ, шепчет он, обводя контур большим пальцем. Медленно. И мучительно сладко. Он так завороженно смотрел на проведенную линию. Взгляд тут же стал темным. Желанным. Тем самым, когда нас вот-вот накроет страсть.

И она поглощает нас, окутывает своими сетями. Потому что сдерживаться от столь жарких поцелуев невозможно. Нельзя вот так взять и оторваться от любимых полных губ, от их мягкость и нежности. От ласк, которой они одаривают.

– Знаешь, почему я зову тебя ведьмой? – снова прервав поцелуй, спрашивает он. Помнится, это слово часто проскальзывало во время нашей страсти, но я не предавала ему значения. – Потому что ты с ума сводишь. Мне никогда не сносило так крышу от другой женщины.

Больше не могу сдерживать эмоций. Они переполняют меня счастьем. Тем самым чистейшим счастьем, которое я испытывала прошлой зимой. Когда была с ним. С любимым мужчиной. Когда видела его синие глаза, когда целовала полные губы, когда чувствовала ток, передающийся от него ко мне и обратно.

Из головы вылетает все на свете. Все переживания, страдания, ошибки. Сегодня их оказалось много, но пока я окутана сильными объятьями своего мужчины, эти мысли не имеют никакого значения.

И не будут, пока я люблю и любима…