Глава 10. Тайлер

– Мистер Адамсон, документы пришли, – сообщает по громкой связи Маргарет.

– Распечатай и неси ко мне. Захвати с собой еще кофе, – отдаю указания серьезным тоном, словно от этого зависит человеческая жизнь. Сами понимаете, это все вымысел. Мой коронный прием, который всегда помогает.

Только от терзаний он не в силах избавить…

Обычно в таких случаях говорят, что погода ужасная, на работе полный бардак, а отношения с близкими окончательно ухудшились. Еще один стереотип, который я развею на ваших глазах. Дела в компании идут лучше, чем я ожидал, Клэр с Грегом готовятся наконец-то стать родителями, а погода… Ладно, соврал. Погода действительно ужасная. Постоянный ветер, чуть ли не доходящий до шторма, меня окончательно достал.

Как и смятение в голове, которое не дает покоя…

А все из-за одной маленькой рыжей бестии, застрявшей в моих мыслях. Что же ты делаешь со мной, Софья Фролова? На кой хер появилась в моей жизни так внезапно и не хочешь ее покидать? Что тебе мешает вылететь из головы раз и навсегда? Ничто. Только твой яркий образ не дает покоя уже который день. Точнее не образ, а слова, сказанные в последнюю встречу.

«Дай мне возможность забыть тебя!»

Миловидное девичье личико совсем красное, капли слез стекали по щекам, оставляя за собой темные дорожки, приправленные косметической дрянью, но взгляд… Никогда не забуду ту мольбу, с которой она просила оставить ее и Джека. Именно с таким выражением лица она когда-то умоляла не бросать ее, когда я поклялся самому себе не заходить слишком далеко.

Но я зашел, зная, каковы будут последствия, и сломал нас обоих. Хотя нет, только себя. Вряд ли она скучала в компании моего племянника.

Интересно, а ты помнила обо мне все это время? Задумывалась, что я почувствовал, когда прошлое нависло над нами? А когда узнала, кем мне приходится твой благоверный? Сомневаюсь. Ты лишь накричала, не дав возможности выговориться. Как тогда, так и сейчас.

Ты так просила оставить вас в покое, умоляла со слезами на глазах, но что-то тревожит меня. Чувствуется какая-то недосказанность между нами. Пропасть, через которую я не могу переступить. Точка в нашей истории не поставлена, вместо нее до сих пор красуется многоточие.

Я бы забыл все это, если бы не одна-единственная нестыковка. Джек.

– Ну и какого хрена тебя сюда потянуло? – глядя в светлые стыдливые глаза, отчитываю племянника, пока его мерзкая спутница от страха убежала в туалет.

– Ты сам посоветовал этот ресторан.

– Но не для того, чтобы ты просадил всю премию!

Зол ли я? Не то слово. Решил похвалить за хорошую работу, вот и получил ответ. Премия действительно была внушительного размера, моя щедрость не знала границ. Все участники сделки с американцами получили неплохие премиальные, и только мой малолетний племянник, которого я до недавнего времени считал здравомыслящим человеком, просадил почти все деньги на какую-то девчонку.

Ладно бы мороженое в кафе поели или латте выпили в какой-нибудь кофейне, но водить первую встречную рыжуху в один из лучших ресторанов в центре Лондона  – уже перебор.

Я не просто так посоветовал это место, сам часто наведывался сюда. Обычно здесь проходит общение с партнерами, заключение важных сделок. Порой даже хвастаюсь размером кошелька, который располагает больше слов. Но никакой нормальный человек не заказывает по три дорогущих блюда от шефа, бутылку «Ле пти Мутон» и два десерта в придачу! Как будто неделю голодали и сейчас решили наверстать упущенное!

– Извини. Просто я хотел…

– Впечатлить девчонку, которая тебе все равно не даст, – выплюнул со злости, закончив фразу за него.

– Опять за свое? Почему ты придираешься к Софи?

Придираюсь? Серьезно? После всего, что натворила эта девчонка, после того, как обманывала и меня, и Джека, еще спрашиваешь почему! Ты ребенок, Джеки, совсем не разбираешься в людях. Не видишь сквозь маску наивной невинности коварную стерву. Говорят, все рыжие – ведьмы и суки. Сейчас я с ними полностью согласен.

Софи не послушала, когда я просил отстать от Джека. Когда угрожал разоблачить ее игру перед всеми. Она может придумывать в своей рыжей головке все что угодно, но это не значит, что нужно мучить моего племянника из-за нашего прошлого. Не представляла, что когда-нибудь я появлюсь в жизни Джека и спрошу, как у него дела с девушкой? Зря, Софи, зря. За свои поступки надо отвечать.

– Потому что я вижу людей насквозь.

– Прекращай! Софи не такая, – начинает отнекиваться Джек. О, я знаю этот тон. Можешь не приводить аргументы – на мое решение они никак не повлияют. Все равно разоблачу эту лживую ведьму. И не пожалею ни тебя, ни ее. Ты переживешь разрыв с девчонкой и получишь хороший урок. Не будешь наступать на одни и те же грабли.

– А какая?

– Особенная! – протестующе выкрикивает Джек. На мгновение он замолкает, переводя дыхание, а затем продолжает более спокойно: – Слушай, я почти три месяца добивался ее расположения, и она согласилась заново со мной встречаться. Я столько бился из-за этого, не порти наш…

– Подожди. Что значит заново? – внезапно перебиваю его, зацепившись за эти слова. За те самые слова, которые перевернули все с ног на голову.

– Мы раньше встречались, а после Хэллоуина расстались по моей вине. Я очень сильно накосячил и не хочу ее потерять.

– Это в тот момент, когда тебя накачали? – спрашиваю, стараясь воскресить давние воспоминания. Те самые, когда мне позвонили из больницы и сообщили о состоянии племянника.

И те самые, когда я впервые встретил Софи…

– Да.

Наша первая встреча пробежала перед глазами. Ее бешеная подружка, у которой рот не закрывался, чертовы охранники, которые не могли нормально открыть въезд, а потом она…

Зажавшаяся, слабая, будто сама была пациенткой этой проклятой больницы. В огромных зеленых глазах плескался страх, миниатюрное хрупкое тело потряхивало от ветра, кожа казалась совсем бледной даже в темноте. Только потом я узнал, что этот оттенок слегка краснеет на лице, когда она смущается, чуть бледнеет, когда Софи неважно себя чувствует.

И горит ярким пламенем, когда ее тело возбуждено до предела.

Я сразу обратил внимание на привлекательную внешность, но не думал, что когда-нибудь у нас все зайдет так далеко. Если бы знал, насколько сильно буду нуждаться в этой девочке, которая только-только начинает жить. Если бы знал…

– Мы впервые поцеловались перед приездом. Знаешь, как я был счастлив, когда она подпустила к себе спустя два с половиной месяца?

Как раз тогда мы расстались… Почти три месяца назад…

– А потом она согласилась стать моей девушкой.

Эти воспоминания не давали покоя. Снова и снова я прокручивал их в голове вместо того, чтобы заняться работой. Ошибся. Банально ошибся в девчонке, назвав шлюхой. Джек прояснил тогда некоторые моменты, но, когда я вывел на откровения саму Софи, заподозрил неладное. Да, она так же рьяно доказывала свою правоту, но я зацепился за кое-что другое.

«Да кого хочешь спроси! Того же Эндрю! Если бы не он, я бы не стояла сейчас перед тобой, а лежала бы в психушке».

Обычная фраза, которую я бы и не вспомнил, если бы не прочитал ее дело, нарытое Джоном.

Чиста. Ни единого нарушения, никаких сомнительных организаций, употребления наркотиков или алкоголя. Лучшая ученица, победительница олимпиады, благодаря которой учится здесь. Тесты за первый семестр сданы на высшие баллы, русский аттестат из школы тоже недурен. Прицепиться не к чему. Милое и безобидное создание, пока я не появился в ее жизни.

Или изменения послушной девочки произошли до этого момента?

Просматривая прикрепленные фотографии, я остановился на одной из них. Там она не серьезная, как на фото в паспорте, не повседневная, как в социальных сетях. Снимок черно-белый, в плохом качестве. Похоже на камеру наблюдения. Улица. Какая-то черная неприметная дверь, откуда ее выносит на руках знакомый парень в медвежьей шапке. Дата: первое ноября прошлого года. То есть это произошло после Хэллоуина?

«Мы раньше встречались, а после Хэллоуина расстались по моей вине».

Если в этот момент Джек встречался с Софи, тогда какого хрена Эндрю забыл рядом с ней? Почему он несет ее на руках, а не Джек? И по какой причине Софи могла оказаться в психушке? Помнится, Эндрю отпрашивался на смену в какой-то элитный клуб на Хэллоуин. Отпустил.

Закончилось все приводом в полицию за распространение наркотиков и крупным залогом за освобождение. В дело я не вникал, знал, что этот перец таким не промышляет.

Потому что следующее, что я вспомнил, выбило почву из-под ног…

До этого загруженная и уставшая девочка, с которой сталкивался почти случайно, в один вечер превратилась в роковую красавицу. В красном платье ее грудь выглядела как две спелые дыньки, а пухлые губки так и манили к себе. Особенно в тот момент, когда она облизывала их языком, собирая маленькие капельки виски. Но это лишь видимость. Ведь за всей мишурой было скрыто то, о чем никто не стал подозревать.

«Он изнасиловал меня в кабинке туалета под действием наркотиков, а потом бросил…»

Эндрю в клубе с Софи на руках, Джек в больнице после наркоты, а слова, сказанные мелодичным голосом одной рыжей девушки, с которой я сидел когда-то у бара, заставили сложить пазл в единую картину…

Не может быть. Кто угодно, только не мой племянник.

«Я очень сильно накосячил и не хочу теперь ее терять».

Сука! Я точно никуда не отступлю, пока не пойму, кто врал, а кто говорил правду! Не в этот раз! И развеять сомнения поможет лишь один человек. Долгие гудки ужасно раздражали, пока в телефоне не раздалось хриплое:

– Да…

– Нужно поговорить, – не здороваясь с Эндрю, сразу же перехожу к делу.

– Босс, ты не вовремя, – отвечает сонный парень на том конце провода.

– В моем офисе через час.

Срать я хотел на оправдания. Не вовремя, не могу, не хочу. Плевать! Мне нужны ответы, и пока я не получу их, не успокоюсь!

Эндрю приезжает даже раньше, чем я предполагал. Полчаса, и развязный парнишка сидит передо мной в кресле. Помятый и выдохшийся, словно бежал сюда со скоростью света. Но мне плевать. Наверное, можно было бы отправить ему фото и спросить по телефону, но мне нужна правда с глазу на глаз. При встрече проще выяснить, врет человек или нет.

– Взгляни, – без церемоний или каких-то приветствий я показываю ту самую фотографию, где Эндрю выносит Софи на руках. – Объяснишь?

– А что тут объяснять? Утро после Хэллоуина.

– И все?

– Босс, тебе что нужно? – спрашивает напрямую. Молодец парень, научился обходиться без церемоний.

– Расскажи все, что знаешь о той ночи.

Требую. Приказываю. Как угодно можно назвать. Главное, что сейчас я выясню правду. Эндрю хорошо знает Софи, а я хорошо знаю, на какие точки лучше надавить.

– Она была на вечеринке, как и все студенты. Поначалу я ее не запомнил. Узнал, когда нашел ее лежащую в кабинке туалета почти под утро.

– И что ты сделал потом? – допрашиваю, как чертов коп, хотя этот вопрос риторический.

– Остальное ты разглядел на фото.

– Ты знал, что ее изнасиловали?

– Да.

Не удивляется, а спокойно отвечает, словно мы говорили о погоде, а не о событиях минувшего праздника.

– Кто это был? Она называла имя? – задаю один из главных вопросов. Софи наверняка рассказала ему то, что не услышал я в тот вечер в клубе. Или же видел того гондона, который покусился на нее.

– Нет. Фотки только показывала.

Хоть какая-то зацепка. Фото племянника у меня до хрена и больше.

– Он? – показываю ему фотографию Джека со дня рождения Мел. Он здесь не один. С ней. Они такие счастливые, улыбаются в камеру. И только я знаю, что улыбка Софи натянута, а радостный блеск в зеленых глазах наигран. Потому что они не сверкают здесь как обычно.

Как при нашей встрече.

Почему-то в глубине души я надеялся, что Джек тут ни при чем, пытался найти хоть какое-то объяснение его поступку. Однако одно-единственное слово ранило куда сильнее, чем расставание с Софи.

– Он.

Приговор вынесен. Его огласил не я, а тот, кто видел все своими глазами, кто знал каждую деталь и каждую мелочь. И тот, кто только что посеял в моем разуме смуту.

– Софи говорила, что он не контролировал себя, но я слабо в это верю, – поясняет Эндрю.

Но поверю ли в это я? Поверю в то, что родной племянник мог накачаться наркотой и изнасиловать девушку? Ту самую, от которой я с ума сходил. Какой-то злой рок..

«Сегодня я застукала его с другой».

Ее слова. Отчаянной рыжей девушки, которая скрывала от окружающих свою боль и разочарование в парне. Первая любовь всегда трагична. Именно об этом я подумал в тот момент, но сейчас…

Блядь!

Не тому я учил родного племянника! Не трахать девчонок под наркотой и бросать на произвол судьбы.

Кулаки сжаты до предела, злость переполняет меня настолько, что я на мгновение забываю об Эндрю. Хочется набить морду Джеку за то, что обидел маленькую и хрупкую девочку. Единственную, кто не соврал мне. А я не верил, думал, что она одна из тех сук, которым нужна месть. Тогда…

… какого хрена она забыла рядом с ним?

– Ты с ней не помиришься, – спокойно заявляет Эндрю, прерывая мыслительный процесс в голове.

– Не собираюсь.

– Очнись, босс, ты ее любишь, иначе отпустил бы уже давно.

Ага, двести раз люблю. И душу дьяволу готов продать, чтобы она была счастлива, и племянника собственного убить, лишь бы ее никто больше не обижал…

Блядь! Это же правда…

Я только что готов был ринуться к Джеку и поговорить, как мужчина с мужчиной. Переживал из-за нее больше, чем из-за собственного племянника. Несколько дней назад я просил Джона собрать информацию на Софи с абсолютно другой целью. Чтобы защитить родного человека от гниды, которая оказалась чище родниковой воды.

И кто теперь та самая гнида?

– Зубы не заговаривай. Она девушка моего племянника, – рявкаю на расслабленного Эндрю, который всего лишь усмехается на мой гнев.

– Но любит она тебя.

– Откуда ты знаешь?

– Я не слепой.

Ты слепой как крот, Эндрю. Если бы ты видел ее взгляд еще пару дней назад, когда она умоляла оставить ее с Джеком в покое, то не стал бы так спокойно об этом говорить. Только теперь, после того, что я узнал о своем племяннике, вряд ли буду когда-нибудь стоять в стороне.

«Дай мне возможность забыть тебя!»

Не дам. Ни за что на свете не дам, пока не разберусь с Джеком и не буду уверен, что с тобой все хорошо. Пока не пойму, что ты по-настоящему счастлива. А я? Останусь в стороне, как и обещал.

Буду смотреть на родного племянника, которого когда-то считал практически сыном, и на женщину, которая мне небезразлична. Возможно, они поженятся, нарожают детишек, которые будут называть меня просто Тайлером. У них будут ведьминские зеленые глаза, как у Софи, и светлые-светлые волосики, как у Джека.

Но если ты не счастлива, то я сделаю все, чтобы это исправить.