Глава 18. Новые границы

Когда-то мой мир зависел от одного человека. От Джека. Я жила каждым проведенным вместе днем, ждала следующей встречи, желала его прикосновений и поцелуев, которые уносили в далекие края. Когда-то я считала, что это нормально – отдаться во власть любви, позабыв обо всем на свете. До того, пока не разочаровалась в нем. Но, поразмыслив некоторое время, осознала, что все началось задолго до нашей встречи.

Корни идут с детства, когда мама указывала, что нужно делать, а что нельзя. Потом в дело вступили обстоятельства, которые несли меня по пути до Великобритании. Затем в моей жизни появились перемены, к которым когда-то стремилась – обучение в лучшем университете Лондона. И только потом стала зависима от парня, вскружившего голову.

Однако, как оказалось, все это ерунда. Пустяки. Ни с чем не сравнимая временная помеха на пути к самому настоящему искушению, которое поведет по иной дороге. Будет ли она ровной и гладкой? Не знаю. Я хочу решительно шагать вслед за этим человеком. Слепо. Глупо. Но уверенно. Зная, что он не подведет и не подставит.

Тайлер меня не бросит…

Пустые дороги позволяют быстрее доехать до места назначения, густые сумерки над столицей дают понять, что нам никто не помешает. Сейчас все мирно спят в своих кроватях и видят десятый сон. Кроме нас.

Мы спокойно едем на такси, даже за руки не держимся, будто не существовало той вспышки страсти, которая склонила меня к положительному ответу. Тайлер сидит вполне расслабленно, периодически поглядывая то на смартфон, то на меня, пока я глазею в окно, наблюдая за ночными огнями в центре Лондона.

Почему мы останавливаемся именно в центре города в одном из дорогих районов, понимаю позже, когда мужчина берет мою ладонь в свою и ведет в сторону высотного здания. Сначала заходим в красиво отделанный подъезд, затем поднимаемся на лифте на этаж «Р», а затем в квартиру. Огромную. Просторную. Только налюбоваться интерьером мне не дают.

Тайлер тут же зажимает меня между своим сильным телом и стеклянной поверхностью и жадно накрывает мои губы. Страстно. Жарко. Так, что ноги совсем отказываются держать мое тело. И резко отрывается, оставив без поддержки. Почти.

– Обещай слушаться меня, – горячо хрипит мужчина.

Почему-то складывается ощущение, что сейчас передо мной стоит другой человек. Вроде бы такой же спокойный, но более раскрепощенный, готовый открыть дорогу во что-то манящее и неизведанное.

– Доверься мне, Софи, – легко целует шею. Нет! Ни черта не легко! Покусывает кожу, проводит дорожку от мочки до ключицы, руками гладит мое тело! Мамочки!

– Хор-рошо, – выдыхаю с остатками воздуха.

Роковое слово произнесено. Оно служит не приговором заключенному, а открытием дверей в новую, неизвестную ранее вселенную. И я хочу как можно скорее оказаться там.

– Раздевайся и пошли со мной.

Приказ. Строгие нотки в голосе, острый взгляд, который мельком обводит мою фигуру, спрятанную под пальто. Зябко. То ли от отсутствия отопления, то ли от глубины мужских глаз. Этому красавцу хватило пары секунд, чтобы посмотреть, как я снимаю пальто, а затем, закончив рассматривать меня, он следует в глубь квартиры.

Включается настенная лампочка, когда Тайлер оказывается у небольшой арки, соединяющей прихожую и коридор. Затем еще одна, и еще. Автоматически освещая хозяину путь. Но не только это поражает меня. Больше всего я засматриваюсь на интерьер. Темный. Минималистический. Знаете, выглядит очень красиво, как в популярных группах в социальных сетях, посвященных дизайну.

Сюда хочется ежедневно возвращаться после тяжелого рабочего дня, но я бы, наверное, добавила немного красок в черно-белое полотно.

Тайлера нахожу на кухне. Он снял дорогой пиджак и остался в одной рубашке, которая совсем не скрывает поистине мужское тело. Нехорошо вот так пялиться на него, но отвести глаз я не могу. Ни когда мужчина тянется на верхние полки за бокалами, ни когда ищет что-то в холодильнике.

Даже сквозь ткань видно, как напряженные мышцы перекатываются, играются, будто мужчина знает, что я бессовестно смотрю на него, пожираю взглядом, впитываю каждое движение и мысленно облизываюсь. Вскоре смогу увидеть, что скрыто под рубашкой, смогу пощупать его кожу, ощутить гладкость или, наоборот, – жесткость. О, черт! Эти мысли не доведут до добра.

Мы встречаемся взглядом лишь в тот момент, когда мужчина выкладывает на барную стойку небольшое блюдо с едой. С какой конкретно, значения не имеет, ибо глубокие лазурные глаза окончательно пленяют меня.

– Я думал, ты разденешься полностью, – ровный тон отрезвляет от поволоки соблазна.

Он хочет, чтобы… я сняла платье? Вот так взять и оказаться голой у него перед глазами? Без нижнего белья? Но это же неправильно!

– Ты обещала, Софи, – напоминает с легким нажимом. – Я ничего плохого не сделаю.

Тайлер оказывается очень близко. Материализуется рядом со мной за считанные секунды. Подняв мое лицо за подбородок, принуждает взглянуть в глаза. Опять гипнотизирует. Заставляет переступить через себя и поверить его словам, его действиям.

Вновь страх окутывает меня с головы до ног. Тот самый, когда я хотела остановить Джека в кабинке туалета, но не смогла. Опоздала. А сейчас в самый раз сказать «нет», развернуться и уйти отсюда подальше. Подальше от этого места и от этого странного человека. Но я не ухожу.

Знаю, на что иду, знаю, что мы не будем пить чай и рассказывать друг другу байки.

Смотрю в глубину прекрасных глаз, чувствую ласкающие мое лицо пальцы. Большой медленно обводит контур губ. Верхнюю, а затем нижнюю. Очень мягко. Нежно. Успокаивающе. Тайлер больше не смотрит в глаза – только на губы, размазывая помаду вокруг.

От одного этого жеста внутри что-то наполняется. Что-то странное. Необъяснимое. Заставляющее окончательно выключить голову и следовать инстинктам. А они оказались во власти этого мужчины.

Я делаю шаг назад. Медленно. Разрывая прикосновения. Нас соединяет лишь тонкая нить зрительного контакта. Его взгляд становится внимательным, чуть темнеет, когда я опускаю лямку платья. Сначала левую, потом правую. Как под гипнозом. И ни на секунду не задумываюсь о стеснении.

Красная ткань падает к ногам, оставляя меня в одном нижнем белье и чулках, на покупке которых когда-то настояла Сара. И теперь я понимаю почему. В колготках не выглядела бы так эффектно. Так эротично. Этот заразительный секс в темно-синих глазах, предвещающих сильную бурю, пробирается в каждый уголок огромной квартиры, в каждую живую клетку.

И в меня…

«Не останавливайся»

Я словно слышу его голос в голове, хотя сочные губы мужчины остаются неподвижны. Он просит. Нет, не так – требует. Хочет увидеть мое тело уязвимым, в то время как сам остается одетым.

Что именно позволило стеснению уйти на второй план? Почему под его взглядом я готова безоговорочно выполнять любые приказы? И даже такие… Выходящие за грани разумного в моем понимании. Они пугают, но в то же время заставляют предвкушать приятную неизведанность.

Лиф того же красного цвета оказывается на полу возле платья, как и чулки, и последний элемент одежды, прикрывающий таинственное место, которое видел лишь один парень. Джек. И теперь его увидит Тайлер.

Холодно. Хочется прикрыть одной рукой грудь, а другой – абсолютно голый треугольник между ног. Но это желание быстро проходит. Мимолетом мужчина осматривает мою фигуру, слегка согревая взглядом, только спустя пару секунд разрывает напряженную тишину:

– Будешь виски? – произносит более хрипло, чем раньше и… улыбается! Да, мне не кажется – уголки пухлых губ приподнялись. Даже не возмущаюсь тому, что мужчина отворачивается от меня и ведет себя вполне обычно, когда я стою перед ним абсолютно голая! Настолько сильно эта улыбка заворожила меня и заставила замереть на месте.

– Можно.

Тайлер наполняет два стакана знакомой жидкостью и протягивает один мне. Выпиваю практически залпом. От волнения, наверное. Сразу становится теплее. Или вновь на меня действует взгляд мужчины?

– Хорошая девочка. Понравился виски?

– Да, – тихо отвечаю, стараясь уследить за действиями мужчины.

– Значит, тебе понравится и закуска, – хрипит Тайлер и резко впивается своими губами в мои. Как в прихожей. Как в клубе. Так же крышесносно. Жестко, но в то же время тянуще-сладко.

Все вокруг вертится, голова кружится, а почва уходит из-под ног. Буквально. В одно мгновение мужчина приподнимает меня за талию, сажает на что-то мягкое и, как оказывается в итоге, высокое. Барный стул.

Его руки как ожоги на коже. Они не спеша проходятся по нагому телу, задерживаясь то на груди, взвешивая ее в крупных ладонях, то на талии, то на бедрах, поглаживая нежную кожу. И я схожу от этого с ума.

Это всего лишь прикосновения к обнаженной коже, но у меня складывается ощущение, что тело превратилось в оголенный провод. Притронься – и я взорвусь, ударю током и сама пострадаю. У Тайлера имеется встроенный предохранитель, позволяющий дотрагиваться и не страдать самому.

Однако это временная мера.

Мужчина неожиданно отрывается от моих губ. Заглядывает в глаза, вновь обводит нижнюю губу большим пальцем, придерживая меня свободной рукой за талию, и… отстраняется.

Черт!

Это я сейчас жалобно стону?

Вернись! Хочу вновь почувствовать твои губы на своих, хочу целовать их, ласкать твой язык, ощущать твои укусы и самой играться в ответ. Пожалуйста, Тай…

Но он не слышит. Доходит до края столешницы, где лежат тарелки с закусками и небольшая ваза с фруктами, затем переставляет ее ближе к нам. Перед глазами оказываются клубника, малина, вишня, бананы, киви и много всего. Все это нарезано и красиво сервировано. Еще немного, и слюнки потекут. Когда я в последний раз ела? Днем, наверное, не помню уже.

– Перекусим? – мужчина берет в руки малину и подносит к губам. Решил меня накормить? Как интересно.

Открываю рот, готовлюсь принять ягоду в рот, желая почувствовать сладкий вкус лета, но так и не получаю долгожданного десерта. Вместо этого Тайлер прикасается ягодой к моим губам, обводит ею контур, оставляя на них чуть прохладный след. Только потом спелая малина оказывается во рту. Сладкая.

– Нравится? – хрипит Тайлер.

– Очень.

Довольно прожевываю ягоду, облизываясь. Вкусно. Даже очень. Но вся сладость мгновения зависит не только от малины – этот мужчина увлекает куда больше.

Мне нравится эта игра. Нравится, когда он едва касается моих губ, когда сладко и в то же время жестко целует меня, повторяя языком ранее пройденный ягодой путь. Я не думаю больше о страхе, не гадаю, до чего дойдет наше баловство. И не хочу думать. Хочу наслаждаться этим моментом, пока есть такая возможность.

Потому что потом ее может не быть…

Движения меняются, как и сорт ягод. В дело вступает вишня, и теперь она движется иначе. Тайлер опять обводит мои губы, спускается вниз по шее и останавливается на заострившемся соске. Прохладно. Но это ерунда по сравнению с острыми ощущениями, которые дарит мужчина. Горячо. Непередаваемо.

Дышать становится все труднее, воздуха не хватает. Тайлер ненадолго захватывает мои губы в плен, а затем проделывает точно такой же маршрут, как и вишней, только губами. Я просто схожу с ума. По-другому это не назвать – самое настоящее сумасшествие.

Его язык и губы блуждают по моему телу, оставляя после себя влажные дорожки. От уха до ключиц, все ниже и ниже, дойдя до ложбинки между двумя внушительными холмами. И его взгляд. Безумный. Сумасшедший. Словно не видел до этого ничего прекраснее, хотя я очень в этом сомневаюсь. Мельком вглядываюсь во тьму в потемневших глазах и тут же получаю бешеный разряд электрического тока.

Нереальный. Сильный. Словно ударили электрошокером.

Ох, мамочки! Как же это классно. Как же, черт возьми, сладко ты дразнишь меня. Пожалуйста, не останавливайся. Прошу, не надо.

Тайлер беспощадно бьет по чувствительной плоти, удерживает сильными руками на месте, лишь бы мое тело не металось на несчастном стуле. А я… стону, как самая настоящая похотливая самка, желающая, чтобы эта бесконечная пытка никогда не прекращалась.

Но она слишком быстро заканчивается.

– Какая же ты сладкая, моя пьяная вишенка.

Шепот, похожий больше на дикий рев гордого льва, прикосновения, гуляющие по моему телу, и взгляд… Тот самый взгляд, который имеет множество оттенков от голубого до темно-синего. И он сводит меня с ума.

Тянусь к полным губам, хочу почувствовать их вкус, их мягкость и безумие, разлившееся в наших телах. Глубокий, чувственный поцелуй. Тай тут же фиксирует мой затылок сильной ладонью, чтобы не смогла отстраниться. А я и не желаю покидать стальные объятья и прерывать сладостный поцелуй с нотками похоти.

– Ведьма! – кряхтит, на мгновение оторвавшись от моих губ.

Если я ведьма, то ты монстр. Самый настоящий хищник, способный приручить мелкую зверушку одним лишь взглядом. Однажды я встречала такого. На один вечер. На несколько мгновений. Но в тот же миг испугалась, хотела сделать шаг назад, убежать, исчезнуть с глаз долой. А сейчас не хочу. Потому что ты не причинишь мне боль, потому что хочу быть поверженной твоей силой.

Твоим телом…

Я когда-то считала, что Джек расширял мои границы. Забудьте. Это лишь маленький шажок за пределы разумного по сравнению с тем, что сейчас со мной вытворяет Тай.

Не стесняюсь трогать его. Безнаказанно глажу колючие щеки, спускаюсь вниз к ключицам, чувствую под ладонями учащенное дыхание и бешено бьющийся пульс, в то время как свободная рука мужчины медленно двигается вниз.

Задевает сосок, который лишился своей порции ласки, обводит талию и тянется вниз. К самому сокровенному. Туда, где уже давно все влажно. Нажимает на колени в попытке развести их в сторону. Поддаюсь, не задумываясь. Потому что сопротивляться бесполезно. Я принадлежу ему и душой, и телом.

– У тебя очень красивая киска.

Впервые слышу такой комплимент и понимаю, что смущаюсь, когда наши глаза встречаются. Хочу отвести взгляд, но Тайлер делает это раньше, опустив глаза между разведенных в стороны ног. От синевы, рассматривающей так внимательно и восхищенно, готова застонать в голос. От прикосновений к нежной коже бедер готова извиваться и подаваться навстречу, лишь бы эти поглаживания никогда не прекращались.

Но когда его пальцы касаются входа, поволока возбуждения, готового вырваться наружу в любой момент, тут же исчезает, уступив место воспоминаниям, о которых так старалась забыть…

Мигающая лампа в потрепанном туалете клуба. Мы с Джеком безумно целуемся, готовые вот-вот отдаться друг другу. Чувствую его всем телом, знаю, к чему это приведет, но в самый ответственный момент даю заднюю. Боюсь. Ужасно боюсь боли. И она настигает меня в трехкратном размере. Физическая и душевная, разорвавшая внутренности на части. Я не хочу.

Но сожалеть слишком поздно…