Глава 18

Мария не успела понять, что происходит, как покатилась по холодным камням. Она среагировала быстро — вскочила на ноги и увидела картину, от которой у неё заледенело сердце.

Демьян, ловко жонглируя двумя мечами, бился с чудовищем. Огромного роста, почти как двухэтажное здание, желеобразное, оно двигалось с поразительной скоростью. Обладая множеством коротких щупалец, оно выпускало из них нечто похожее на дротики, которые молниеносно отбивал Демьян.

— Всевышний…

Обладая сверхслухом, ни вампир, ни оборотень не услышали его приближения. Громадный рост и, казавшееся на первый взгляд, неповоротливое тело, двигалось бесшумно и быстро. И оно стремилось раздавить и уничтожить Демьяна.

Мария сразу же вспомнила рассказ Дарова про чудовищ, обитающих в Дасали. Тогда она восприняла его слова не то, чтобы не всерьез…Она не думала, что при путешествии в Дасали столкнется с ними.

Пораженная, она первые мгновения наблюдала за битвой, а потом вспомнила про пистолет. Дрожащими руками она схватила пистолет и взвела курок.

А потом выстрелила…Первый…Второй раз…

Желеобразное тело чудовища вздрогнуло, и оно стало поворачиваться в её сторону. Его широкая морда оказалась с узкими зелеными глазами, из которых сочилась непонятная жидкость, и вертикально расположенной пастью с тонкими острыми клыками.

Мария поёжилась от неприязни и стала нажимать на курок снова и снова…Кортики полетели в неё.

— Мария, спрячься за валуны! — снова закричал Демьян, вонзая один из мечей в чудовище.

Тот зарычал, мотнул головой, отчего его тело затрясло, и удлинил свои щупальца. Он попытался схватить Демьяна, но тот, вытащив меч, снова вонзил его.

Но чудовище теперь рассредоточило внимание и действовало на два фронта. Он одновременно бился с Демьяном и выпускал ядовитые кортики в Марию. Та, поняв, что патроны закончились, попыталась отскочить назад. Но, споткнувшись, о небольшой камень, упала. Два кортика просвистели над её головой, а второй в сантиметре от бедра.

И тогда Мария, чтобы увеличить скорость и природную способность к выживанию, перекинулась.

В облике волчицы она чувствовала себя более уверенной.

Демьян кромсал тело чудовища, но тот, казалось, не слабел и не собирался умирать. Она увидела, что несколько дротиков все-таки попало в мужчину, и ужаснулась. Действовала она, не раздумывая. Прыгнула и вцепилась пастью в то место, где предполагалось, находится шея у чудовища.

— Машка!

Окрик Демьяна только подхлестнул волчицу, и она вырвала первый кусок противного мяса….

Чудовище взвыло, брыкнулось, и пустило в дело хвост. Этим хвостом оно задело Демьяна, и тот отлетел на несколько метров. Мария, как в замедленной съемке, увидела, как грудь мужчины начинает краснеть.

Демьян ранен!

Волчица в ней проснулась окончательно, и инстинкты взяли вверх. Мария стала сражаться ни на жизнь, а на смерть. Она не заметила даже, как чудовище захрипело в смертельной агонии и стало заваливаться на бок.

Мария быстро соскочила со зверя и кинулась к Демьяну. Тот прислонился спиной к скале и улыбался:

— А ты храбрая девочка.

Девушка снова перекинулась и упала перед ним на колени.

— Черт побери, Даров, ты ранен!

— Со мной всё в порядке!

— Ага, и поэтому твоя грудь разорвана и из неё хлещет кровь!

Марию затрясло. Вид крови Демьяна подействовал на неё ошеломляюще. Она смотрела на багровую жидкость, и чувствовала, как у неё задрожали внутренности…как оборвалось сердце…Как…как…как…

Она протянула дрожащие руки, и они тотчас испачкались в крови.

— Тебе нужна помощь!

— Волчица, перестань паниковать.

— Не могу…Ты же истекаешь кровью!

Она посмотрела в его темные глаза и отчетливо поняла — она не может потерять его! Не сейчас! И… никогда потом…

Она испытывала к вечному недругу нечто, что не поддавалось логическому объяснению.

Это испугало.

Взволновало.

Взбудоражило её девичью сущность.

— Я сейчас приду в норму, — Демьян старался говорить ровным голосом, но у него это плохо получалось. И не из-за раздирающей грудь боли. На боль он обращал внимание в последнюю очередь.

Его покорило другое.

Мария.

Та нежность, что засветилась в её глазах, и искренний испуг на лице.

Как бы строптивая волчица не сопротивлялась, между ними происходило нечто, от которого сложно было убежать.

— Какая, к черту, норма? Тебя располосовали надвое!

— Если ты будешь об этом кричать, лучше мне не станет, — он криво улыбнулся.

— Но что-то надо делать!

— Надо. Согласен. Поможешь мне встать?

— Конечно!

— Видишь вот ту небольшую щель, — он кивнул головой в направление, где они только что сидели. Мария присмотрелась к скале, и увидела едва заметную расщелину.

— Да, вижу.

— Помоги мне туда дойти. Там есть небольшой родник, промоем рану, и я начну регенерировать!

— Хорошо….Сейчас…Сейчас я всё сделаю.

Мария подставила плечо, и Демьян поднялся. Он сразу же вытащил из себя дротики, и из ран засочился зеленоватый дымок.

— Демьян…А это что? Дротики отравлены?

— Немного, но мне они не страшны.

— Ничего себе, не страшны! Яд не может не причинять вреда! Если он попадает в кровь…

— Мария, у тебя шоковое состояние или я ошибаюсь?

Он улыбнулся довольной улыбкой, и это разозлило Машу. Она волнуется, переживает за него, а он чему-то улыбается! Их только что не задавило, не убило желеобразное чудовище, а Даров находит происходящее забавным!

— Даров, не смешно! Да, у меня шоковое состояние, но это не повод издеваться надо мной!

— Я бы не посмел…

— Ты? Ты только и делаешь, что издеваешься надо мной!

— По-моему, дорогая, у тебя начинается истерика!

— Я никогда не истерю!! — закричала Мария, и её крик подхватило эхо.

Демьян демонстративно приподнял к верху брови.

— Даров, помолчи лучше! — прошипела Мария и сделала шаг в направлении расщелины.

Демьян, продолжая веселиться в душе, поморщился от боли. Всё-таки рана была глубокой, а способность к регенерации полностью не вернулась. Он знал один способ, с помощью которого мог поправиться в считанные минуты, но он лучше будет терпеть боль, чем снова принудит Машу.

Им пришлось обойти убитое чудовище, и Мария отметила множество ран от мечей, нанесенных Демьяном. Они оба убили его. Вместе.

Вход в пещеру был узким и невысоким. Демьян приглушенно застонал, когда пришлось согнуться. И снова Мария в ужасе вздрогнула, когда кровотечение усилилось…

Эта пещера отличалась от той, в которой они телепортировались при переходе портала. Небольшая, темная, она была изнутри покрыта мхом. Родник, про который говорил Демьян, едва пробивался сквозь породы камня. Мария не знала, каким образом родник может помочь Демьяну усилить регенерацию, но подвела она его к нему сразу.

— Демьян, родник…

— Маша, я ранен не смертельно, и не нахожусь на смертном одре. Но, знаешь, волчица, мне очень приятна твоя забота. Не ожидал столько внимания к своей персоне.

— Даров, перестань паясничать! — Мария освободила плечо, и теперь внимательно наблюдала, как Демьян раздевается. Несмотря на ранение, он умудрился сохранить при себе оба меча, которые теперь бросил на мох. Те, звякнув друг о друга, упали. За ними последовали стилеты.

Демьян поморщился, когда снимал остатки одежды.

Мария ахнула, когда увидела рану. Разорванные края открыли взору глубину, в которой легко могла войти ладонь. И её подсознание отчетливо сказало, что никакой чудодейственный родник тут не поможет…

Демьян ладонью попытался промыть рану. Он зачерпывал воду и поливал края. Зеленоватый дымок продолжал виться около раны. Мария не могла долго наблюдать за действиями вампира, её нервы не выдержали, и она закричала:

— Даров, ты всё-таки надо мной издеваешься!

Мужчина удивленно посмотрел на неё.

— Я, по-моему, вообще молчу. Как я могу над тобой издеваться?

Мария стояла, гневно сжимая руки в кулаки. Её переполняли эмоции.

— Ты…ты…Отойди ты от этого чертова родника, он тебе не помогает!

— Его вода целебная, мы не раз использовали её для промывания ран….

— Отойди!!

Голос Марии зазвенел от напряжения. Она гневно подлетела к нему, схватила за руку и потянула:

— Пошли! Видимо, мне так и не удастся отвязаться от этой процедуры…

Демьян, заинтригованный, последовал за Марией. Он не мог определить причину её гнева, да и не пытался. Рана на самом деле причиняла сильные не удобства, и ему не хотелось бы повторить сражение с каким-либо зверем Дасали, пока он полностью не восстановится.

Мария опустилась на мох и убрала волосы на одну сторону. Тем самым она оголила шею и вену.

У Демьяна моментально пересохло во рту, точно он не пил несколько дней и испытывал ни с чем несравнимую жажду. В горле зажгло. Теперь пришла его очередь сжать руки в кулаки.

— Маша, ты не понимаешь…, - он начал говорить, но оборвал себя, потому что не знал, что хотел сказать.

Девушка фыркнула.

— Даров, ты только не думай, что если я предлагаю тебе свою кровь, то моё отношение к тебе как-то изменилось! Всё остается по-прежнему! Просто я хочу выбраться из этого места, и обязательно с матерью! Поэтому нечего терять время, садись и пей!

Демьян продолжил стоять.

— Чего ты медлишь? — зло спросила Мария и подняла лицо к верху, мимолетно взглянула на вампира, и снова отвела взгляд. Она говорила, и сама не верила себе. Ни что в мире её больше не могло заставить кормить кого-то из рода вампиров принудительно. По договору девушку-оборотня могли призвать кормить только одного вампира. Это защищало их от полного истощения и осушения. Мария выдержала испытание и знала, что теперь свободна, что бы там не говорил старший Даров.

И когда она принимала решение снова дать кровь Демьяну, она руководствовалась заполнившими её эмоциями, где гнев сменялся тревогой, тревога жалостью, а жалость нечто теплым и трепетным.

Мария не могла спокойно смотреть на кровь Демьяна. Ей казалось, что это её грудь располосовали. Ей было больно. Безумно больно.

Чтобы как-то скрыть смущение, она старалась говорить гневно. Но она всегда была плохой актрисой.

— Ты хорошо подумала, прежде чем мне это предложить? — едва слышно уточнил Демьян, и его слова гулом прокатились по невысоким сводам пещеры.

— А как ты сам думаешь?

— Я не хочу, чтобы ты потом жалела. И обрушивала на меня упреки.

Мария приглушенно пробормотала проклятья.

— Никогда не думала, что буду предлагать кровь вампиру, а он будет отказываться!

Одно мгновение — и Демьян стоял позади неё на коленях. Его пальцы жестко вцепились в плечи девушки и сжали их. Страстный шепот раздался рядом с ухом, чуть повыше желанной вены:

— Твоя кровь — самый драгоценный для меня напиток, волчица. Она не только способствует моему быстрому выздоровлению, она дает мне внутренние силы. И она невероятна вкусна. Я схожу с ума лишь при одном упоминании, как питался от тебя! И я больше не хочу скрывать своей жажды. Да, я отпустил тебя, но по той причине, что уважаю твою волю. Я знаю, что сейчас могу обходиться без твоей крови, могу питаться от себе подобных! Но не хочу! Мне нужна ты! Мне нужна твоя кровь! Но я не буду тебя принуждать…., - его клыки уже удлинились, и Мария чувствовала, как он прикасается самыми кончиками к её коже.

Нет, он её даже не царапал. Он вздыхал её запах…слышал, как бьется её сердце…чувствовал, как бусинки пота выступают из её пор…

Мария задрожала. Страстный шепот Демьяна заставил её сильнее вцепиться в мох.

— Ты меня не принуждаешь, Даров. По крайней мере, сейчас…

— Маша….

Интонация голоса сказала больше слов. Мария едва ли не чувствовала, как внутри мужчины происходит куда более сильная битва, чем бушевала несколько минут назад на улице.

— Я хочу, чтобы ты испил мою кровь…, - прошептала она в ответ, и одна её рука переместилась со мха на бедро мужчины. Она не заметила своего порывистого движения, но для Демьяна оно послужило сигналом.

— Это было твоё желание! — страстно прошептал он и укусил девушку.

Та вздрогнула и застонала.

Демьян сделал лишь один глоток, как тело Марии пронзила сладостная истома. В глубине души Маша знала, что сексуальная волна накатит на неё. Но никак не ожидала, что это случится сразу…после первого глотка…

Почему?….Почему она стала столь остро реагировать на Демьяна? На его укусы, на его прикосновение, на одно присутствие?

Волна была столь сильной, что тело Маши выгнулось, а глаза распахнулись.

— Демьян! — полустон-полукрик вырвался из её горла.

И сразу же Демьян перестал пить.

— Тебе больно? — жажда крови перемешалась с заботой об этой женщине. Сущность зверя требовала продолжить питание, наконец-то он получал требуемое! Кровь волчицы действовала быстро, рана на груди стягивалась на глазах, и если бы не испачканная грудь мужчины, то нельзя было бы и догадаться о ранении.

— Нет…мне не больно…пей…пей ещё…бери…, - прошептала снова Мария, и теперь настала очередь застонать Демьяна, потому что её голос был наполнен ни чем не сравнимой страстью. Её голос вибрировал от желания. И у Демьяна появилась смутная надежда, что её страсть не связана с феромонами, получаемыми из его слюны.

Выброс адреналина в кровь Марии был сильным и ошеломляющим. Она подняла руки к верху и на ощупь притянула голову Демьяна к своей шее. Она интуитивно чувствовала, что он ещё не достаточно напился, что ему ещё нужна кровь.

А ей нужен был он…

Тут, в неведомом параллельном мире, где ей только что пришлось в первый раз переступить через себя и принять участие в убийстве, чувства Марии обострились до предела.

Её кожа горела огнем.

Её внутренности горели огнем.

Её лоно горело огнем.

Между ног творилось нечто невообразимое и невероятно приятное. И когда Демьян припал снова к её шее, она прижалась к его груди. Инстинкты подсказали, что о ране больше не стоит беспокоиться. Она приняла единственно правильное решение и не прогадала.

Демьян пил с открытыми глазами. Он видел застывшее желание на лице Марии, ощущал, как небольшие ноготки впивались в кожу головы, как она выгибалась, сводя и разводя ноги…. Он едва не осязал жар, исходивший от её плоти.

И впервые не знал, что делать с женщиной….

Снова прикоснуться к ней и услышать отказ или упоминание о договоре? Его гордость не потерпит повторного унижения. И он не был уверен, что сможет проконтролировать внутреннего демона, тут, на Дасали, с ним вдвойне сложно будет бороться, и он может попросту разорвать Марию в яростном гневе.

Но запах Марии был столь сладостен, а вперемежку с её кровью, проникал в каждую клеточку Демьяна, и ввергал его в пучину сумасшествия…. Его руки скользнули вниз и властно легли на округлые бедра девушки.

— Оооо….

Её стон послужил последним сигналом предупреждения для Демьяна, и он, сделав самый большой сильный глоток, оторвался от вены и лизнул.

А Мария, как назло, заерзала бедрами, точно поудобнее устраивая их в больших ладонях мужчины…

— Спасибо тебе…, - выдохнул Демьян ей на ухо. Его горячее дыхание вызвало у девушки ответную реакцию — по коже пошли мурашки.

И она не нашла ничего умнее, как спросить:

— Это всё?…Уже?…

Если бы Демьян не находился на грани помешательства, он бы рассмеялся в голос.

— Волчица, ты говоришь так, точно разочарована, — ответил он, и его руки принялись поглаживать бедра девушки.

— А если это на самом деле так? Если я хочу…Всевышний…, - Марии было сложно говорить. Жар в крови не желал остывать. Но более всего ей нравились поглаживания Демьяна.

Она вспомнила вчерашний сумасшедший день….Когда она приближала к себе мужчину, и следом отталкивала его…как они оба признавались в своей страсти и сдерживающих факторах…Они, точно малые дети, получили сладкую конфетку и положили её на самую дальнюю полку шкафа, дразня себя и оставляя желаемое на потом… Только Мария никогда не отличалась терпением, и когда она получала долгожданный белый шоколад, то предпочитала съедать его сразу.

Мария неуклюже перекатилась на бок, встала на колени, после чего повернулась лицом к Демьяну. И застыла, пораженная.

Потому что ещё ни разу он не смотрел на неё столь голодным взглядом, в котором читалась страсть и борьба с собой.

Мария поняла — всё зависит от неё.

Если он и предъявит на неё права, то только по возвращению домой…

Но она-то горела сейчас!

Здесь!

В этой пещере!

Глаза Демьяна почернели, и в них проступили красные точки. На лбу и на висках вздулись вены. Губы плотно сжаты.

Взгляд Марии спустился ниже, и губы дрогнули в улыбке. Чудо регенерации произошло. Широкая грудь Демьяна была покрыта кровью, но от ранения не осталось даже шрама.

— Твоя рана…

— Затянулась.

И Мария сделала то, что решило дальнейший ход событий.

Она подняла руку и дотронулась до его груди…

И тотчас Демьян накрыл её своею ладонью.

— Маша, не надо….

— Но я хочу….Понимаешь, хочу…

Их взгляды встретились, и её светло-зеленые глаза победили.

Её тонкие пальчики прикоснулись к обнаженной груди Демьяна, который замер и перестал дышать.

— А тебе нравится, когда я прикасаюсь к тебе?

Это был риторический вопрос. Потому что Демьян схватил её руку и прижал к губам.

— Ты понимаешь, что делаешь…

Его шепот оглушал.

— Да, понимаю. Демьян, я всё понимаю. И я хочу…Я тоже хочу прикасаться к тебе…Ты прав, я бегаю от себя…Отталкиваю тебя…. Но…

— Шшшш…

Демьян опасался, что его волчица пустится в рассуждения, и волшебство исчезнет. Он потерся щекой о её ладонь, а потом рывком притянул девушку к себе. Та упала ему на грудь и с удовольствием вдохнула запах его тела. Наконец-то, она имела возможность прикасаться к нему…наконец-то, она откинула прочь все сомнения…наконец-то, она делала то, о чем мечтала лунными ночами….

Его грудь оказалась горячей и на удивление гладкой. Мария уткнулась носом в основании шеи, дотронулась губами до ключицы, а потом потянулась вверх, к тому месту, где располагался шрам на кадыке. Только сейчас она призналась себе, что безумно хотела дотронуться до него, поцеловать, исцелить своими прикосновениями.

Она провела языком по шраму, и почувствовала, как руки Демьяна сильнее сжали её.

— Я восхищаюсь твоей силой…, - она на мгновение оторвалась от его кожи, и снова припала, точно к живительному роднику.

Демьян мог поклясться, что его пошатнуло. Всё, что сейчас происходило с ним — выходило за рамки его понимания. Он держал в объятиях десятки женщин, лиц некоторых даже не мог вспомнить. Он брал и отдавал. Его притягивала красота женщин, их — его сила и влияние.

С Марией было иначе.

Он жаждал её сильнее всех других женщин вместе взятых.

— Девочка, ты не представляешь, что делаешь со мной…

Её язычок скользнул по кадыку, и Маша подтянула тело выше. Теперь её губы находились напротив губ Демьяна.

— Я очень сильно хочу тебя поцеловать, Даров…Понимаешь, сама хочу…

— Целуй.

И Мария поцеловала его. Сначала робко, а потом всё смелее и смелее. Она полностью отдалась своим эмоциям. Сейчас для неё существовал только этот мужчина.

Его губы.

Его руки.

Его тело.

Когда Демьян властно обхватил рукой её голову и сильнее прижал к себе, она гортанно застонала и приоткрыла рот, впуская его язык. Она действовала по наитию, и отвечала, как чувствовала. Их языки переплелись, после чего вступили в сладострастную битву.

Демьян пил её нежность, и не мог напиться. Она была восхитительна. Изумительна.

И она была с ним.

Он властно стянул с неё свитер и заурчал, когда увидел, как просвечивают её соски сквозь кружево бюстгальтера и майки. Она хотела его. Он не собирался её разочаровать, нагнул голову и обхватил сосок губами прямо через ткани.

Мария охнула и вцепилась пальцами в плечи мужчины. Что он с ней делал…

Теперь она понимала, что должна испытывать, находясь в объятиях мужчины.

Или это с ней будет происходить только в объятиях Демьяна?

Эта мысль ошарашила её, и она ещё сильнее изогнула спину, подставляя груди для ласк и поцелуев.

— Снимешь майку? — спросил Демьян, и замер в ожидании. Потому что помнил, как изменчиво настроение у его женщины. Если сейчас она не снимет майку, то, значит, снова поддастся сомнениям, и ему придется силой брать её, когда он вернет Анну домой.

А ему не хотелось бы принуждать её… Тут эгоизм вступал в борьбу с нежностью.

Мария чуть отстранилась от него, взялась за края майки и потянула к верху….Она кинула её на мох, и, заметив пылающий взгляд Демьяна, направленный на её груди, решила избавиться и от лифа.

С природной застенчивостью она распрощалась где-то в портале.

Демьян положил обе ладони на груди и чуть сжал их. Он внимательно наблюдал за реакцией Маши, и она не разочаровала его — её глаза заволокла поволока.

И он пошёл дальше.

Чуть подался вперед, тем самым заставив её отклониться, а затем и опереться на локти.

— Тебе неудобно, выпрями ноги, — он подхватил её под колени, потянул, и девушка полностью опустилась на спину. Мох приятно щекотал кожу, и Марии даже показалось, что она находится в любимом лесу.

Это ощущение способствовало тому, что она расслабилась… Прочь улетела тревога. Остались только руки и губы Демьяна, которые трепетно стали исследовать её тело.

Он с жадностью, не поддающейся объяснению, принялся ласкать девушку. Ему жизненно важно было поцеловать каждый открытый кусочек её кожи, каждую выемку, каждую родинку. Мария хватала воздух, поднимала к верху бедра, а где-то глубоко внутри зарождался вулкан, который требовал одного — «ещё»…

Наступил момент, когда зубы Демьяна потянули за край джинсов и снова не встретили сопротивления. Наоборот, дрожащие от нетерпения пальцы Маши сами расстегнули молнию, она приподняла бедра, и джинсы были сорваны одним движением.

— Повернись на живот, — просьба, больше похожая на приказ, взволновала Марию, но она находилась уже в таком состоянии, что готова была сделать всё, что ей скажет Демьян.

Когда бархатистый мох коснулся живота, Мария поежилась. Контраст мха и горячих губ Демьяна поражал, и ввергал её существо в ещё большую сумятицу. Но сумятицу обжигающую и волнительную.

Демьян в восхищении застыл, когда увидел соблазнительные изгибы спины Маши, переходящие в изящные упругие ягодицы. Он дотронулся до желанных полушарий и слегка помассировал их. Мария глухо застонала. Её пальцы вцепились в мох, она и предположить не могла, что её ягодицы окажутся такими чувствительными. Ей казалось, что пальцы Демьяна творят чудеса. Они дотрагивались до неё, и Марию сотрясали незнакомые волны наслаждения.

Она крепко зажмурила глаза и полностью отдалась во власть рук и губ Демьяна….

А тому только это и нужно было. Он подтянулся на руках, расставил их по обе стороны от плеч девушки, и чуть-чуть лег телом на тело Марии. Он давал привыкнуть к своей тяжести… И одновременно почувствовать, как набух его член.

Даже через джинсы Мария ощутила желание мужчины, и её тело вытянулась, как струна. То, что она не видела лица Демьяна, его затуманенных глаз, придавало некую остроту происходящему.

Но так длилось не долго, потому что Демьян яростно зашептал ей на ушко:

— Волчица, ты не представляешь, до какой степени мне хочется войти в тебя сзади, так как вы любите…как принято у оборотней…Но…, - он не договорил, перекатился на спину, одновременно увлекая за собой девушку. Теперь она оказалась сверху. От смены положения её глаза распахнулись, руками она вцепилась в ремень на джинсах Демьяна, а её ноги невольно съехали вокруг его бедер, и прохладный воздух коснулся разгоряченного лона. Тем временем, Демьян продолжил: — Я бы и взял тебя, поставив на колени, так чтобы твоя попка призывно торчала к верху….Но если ты девственница, я хочу видеть твои колдовские глаза, когда буду погружаться в тебя….

И с этим словами одна его рука скользнула вниз и дотронулась до плоти Марии. Девушка дернулась, рванулась вперед, но вторая рука Демьяна удержала её.

— Тихо…Тихо, я только собираюсь приласкать тебя…Подготовить…

Его пальцы принялись осторожно двигаться взад-вперед, не проникая внутрь плоти. Он играл с нежной кожей, чуть дразня её, и упивался, чувствуя, как его пальцы покрывает влага…

Мария краем сознания начала понимать, что происходит. Теперь она знала, как чувствует себя женщина, находящаяся на грани оргазма….И не было ничего слаще и прекраснее рук Демьяна. Она металась на его теле, и думала, что сойдет с ума.

Наконец, один палец мужчины скользнул внутрь, и Мария пискнула.

— Демьян!

Она схватила его руку, но он настойчиво продолжил движения.

— Расслабься…

— Не…не могу…

Она задыхалась.

Демьян довольно улыбнулся. Кто бы только знал, чего ему стоил самоконтроль. Член болел, ныл, требовал. Он хотел свободы и сладкой плоти Марии.

— Сейчас всё будет….

Марию снова бережно опустили на землю, и теперь она уже с восхищением наблюдала, как Демьян обнажается полностью. И в который раз у неё в голове возникла мысль, что природа и физические нагрузки сделали его тело великолепным, точно высеченным из камня.

А когда она увидела его член, то втянула в себя воздух…в восхищении…

Мужчина заметил реакцию девушки, и то, как она облизнула пересохшие губы. Она хотела его…

Она, черт возьми, хотела его!

Перестали существовать временные рамки, исчезли понятие сегодня и завтра, когда Демьян осторожно опускался на Марию и устраивался между её раскинутых ног.

Он собирался быть нежным и ласковым, но его трясло, шквал эмоций переходил все допустимые рамки. Сбылась его мечта, ставшая частью его жизни, его существования. Самая прекрасная девушка лежала под ним, смотрела на него с ожиданием и томно улыбалась.

Демьян поднял руку и погладил Марию по щеке:

— Ты чудо…Спасибо тебе….

Мария ничего не ответила. Она, сквозь затуманенный страстью разум, смутно догадалась, что для Демьяна происходящее сейчас — не просто секс. Куда большее. Как и для неё.

Поэтому она больше не желала ждать — приподняла бедра, и уже гортанно застонала, когда почувствовала, как большая головка эрегированного члена уперлась в её половые губы.

С лица Демьяна упало несколько капелек пота, но никто из них двоих ничего не заметил. Мария снова закрыла глаза, а Демьян неторопливо начал входить в свою волчицу…

Боли почти не было. Этому способствовала луна того мира, где родилась Мария, но девушка об этом никогда не узнает. Тело молодой девушки превращалось в тело соблазнительной женщины.

Демьян двигался чрезвычайно осторожно, стенки лона плотным кольцом сжимали его член. То, что нужно….

А дальше была песнь страсти.

То, к чему они оба стремились, убегая и не желая признаваться себе и партнеру…

То, что сводило обоих с ума…

То, что испокон веков толкало на безумные поступки…

То, что навечно связывало два сердца, бьющихся отныне в унисон…