Глава 7.

Как и говорил Демьян, за ней пришли утром.

У вампиров появилась дурная привычка заявляться к Марии на рассвете. И кто сказал, что для вампиров самое плохое время суток — рассвет?

Мария в спешке натянула джинсы — сегодня она основательнее подходила к выбору гардероба, хотя джинсы не относились к её любимым вещам — и свободную тенниску. Волосы забрала в хвост. Уже выходя из гостиной, она быстро метнулась к зеркалу, припудрила лицо и дотронулась блеском до губ.

Так, на всякий случай….

Марию ждал сюрприз.

Она думала, что её проводят в комнату Демьяна, но её просили проследовать в большой зал.

Дальше — интереснее.

В зале выстроившись в ряд, стояли около пятнадцати бойцов Даровых. Увидев здоровенных вампиров с застывшими масками на лицах, по спине Марии пробежал неприятный холодок. При её появлении ни один из них даже не покосился в её сторону.

Неподалеку в кресле сидел Арсений.

Демьян стоял у окна.

— Всем доброе утро, если оно таковым является, — по инерции сказала Мария, чтобы как-то смягчить атмосферу в комнате.

— Хорошее замечание. И тебе утра доброго, — ответил ей Арсений.

Демьян развернулся на каблуках с неприятным скрежетом по паркету.

— Не будем ходить вокруг да около, и размениваться на любезности. Вчера был нарушен мой приказ. Кто-то сознательно проявил не повиновение. И я хочу знать, кто, — от его голоса, казалось, в комнате стало ещё холоднее. И у Марии мелькнула мысль, что ей стоит в следующий раз попридержать язычок и не острить с ним.

— Мария, здесь находятся те бойцы из нашей службы охраны, которые вчера дежурили. Мы хотим знать, кто напал на тебя, — это сказал Арсений.

Девушка бросила на него подозрительный взгляд. Хорошо играет, подлец! Неужели он думает, что она не догадалась об его подставе?

При другой ситуации, и, возможно, в другом месте, Мария не стала поднимать конфликт, но уж больно ей было обидно за самочку.

— Я не видела их, они только говорили. Но я узнаю их голоса.

— Вот как…, - протянул Арсений и перекинул ногу на ногу. Его глаза находились в тени, о чем Мария пожалела. Ей хотелось бы видеть их выражение, чтобы знать на будущее, как они выглядят, когда он блефует. — Хорошо….Тогда я хочу, чтобы вы по очереди рассчитались.

Ни один мускул не дрогнул на лицах ищеек Даровых.

— Один…

— Два…

— Три…

И так до пятнадцати.

Надо же, Мария не ошиблась, когда на глаз определила количество ищеек в зале.

Когда они начали говорить, она безошибочно узнала тех, с кем вчера столкнулась в саду, около пруда. И всё-таки тень сомнения закралась в душу девушки…Может, стоит остановить этот фарс, пока никто не пострадал…

Вчерашнее происшествие послужило ей хорошим уроком. Оно напомнило ей, что у Даровых она находится не в гостях, а в роли не понятно кого. И ей не следует расслабляться.

— Узнала? — требовательно спросил Демьян.

— Да.

— Так говори!

— Четыре и семь.

Арсений подался вперед, и теперь Мария увидела, как его брови удивленно приподнялись к верху.

— Надо же…

— Остальные свободны! — рявкнул Демьян.

Атмосфера в зале наэлектризовалась до предела. Тринадцать вышколенных вампиров покинули комнату. Те, что остались, продолжили смотреть вперед с лицами, на которых невозможно было прочесть ни одной эмоции.

И Мария отчетливо поняла, что если сейчас им Даровы скажут перерезать себе глотки — они это сделают…Откуда взялось это роковое убеждение, девушка не знала, но была уверена в нем.

А ещё она знала, что не допустит кровопролития по её вине, как бы негативно она не относилась к вампирам.

Те выполняли свою службу, чей-то злой приказ, и их смерть тяжелым бременем ляжет на плечи Марии.

— Что вы им сделаете? — спросила она, смотря на Демьяна, который тем временем не отводил горящего взгляда от бойцов.

— В случае не повиновения нашим приказам наказание одно, — будничным голосом сказал Арсений и пригубил бокал с бренди, стоящий на журнальном столике.

— Какое? — продолжала настаивать Мария, зная ответ.

— Смерть.

— Нет!!

Её возражение совпало ещё с одним женским возгласом.

С кресла, которое стояло в дальнем углу зала, и на которое Мария не обратила внимания, соскочила Мира и с растрепанными волосами выбежала на середину комнаты, и встала напротив братьев. Её симпатичное личико было искажено гримасой ярости, глаза горели красным огнем, девчонка едва сдерживала себя.

— Мира, сядь на место, — распорядился Арсений, и из его голоса, наконец-то, исчезли нотки обыденности.

— И не подумаю! Валдис и Игнат — мои бойцы! Они подчиняются только мне! Вы мне их сами подарили на день рождения!

Теперь на ноги поднялся и Арсений.

— И поэтому ты решила, что можешь им отдавать распоряжения, в разрез расходящиеся с нашими? — прошипел он.

— Что хочу, то и делаю!

— Ты ведешь себя, как ребенок!

— Я и есть ещё ребенок! Подросток с пубертатным периодом!

— За свои поступки ты так же будешь держать ответ!

— Перед кем? Перед ней? — фыркнула Мира, и кивнула в сторону Марии. — Посмотрите на нас со стороны, мы ругаемся из-за какого-то оборотня! Разве это нормально? Мало того, что она не справляется со своими прямыми обязанностями — не кормит Демьяна — так теперь ещё умудрилась посеять между нами смуту! Если мы поругаемся, я ей собственнолично космы повыдергиваю!

На счет последнего Мария сильно сомневалась. Она демонстративно скрестила руки на груди. Её так и подмывало напомнить зарвавшейся девчонке, чем закончилась их первая встреча.

— Оставь Марию в покое, — прервал её гневный поток Демьян. — Речь идет не о ней. А о тебе. Ты не хуже нас знаешь, что по договору с оборотнями, мы обязуемся обеспечивать безопасность кормилицы на протяжении всего периода, что она находится на нашей территории.

— Я знаю, черт возьми!

— Не смей выражаться!

Это Арсений.

— Она оборотень! Обычная волчица! Она обязана делать то, что мы хотим!

— Ты заблуждаешься.

— Нет! Оборотни проиграли! А мы победили! Мы хозяева жизни….

— Мира, достаточно! — сказал Демьян и сделал шаг в направлении девочки.

К сожалению, позицию Миры разделяли многие вампиры. Особенно молодого поколения, которые родились после войны. Они не заходили на территории стаи, но в городах вели себя вызывающе, не редко провоцируя драки и беспорядки. Они считали, что этот мир безраздельно принадлежит им.

Под тяжелым взглядом Демьяна Мира сразу стушевалась, её плечи поникли, она стала казаться ещё ниже и худее, чем была на самом деле.

— Сейчас разговор не о вампирах и оборотнях в целом. Сейчас речь ведется о том, что ты подставила своих бойцов.

— Хорошо, я подставила, я и понесу наказание, я согласна.

— Ты не понимаешь последствий своего проступка, — Арсений покачал головой. — Кто нарушит дисциплину один раз, тот нарушит и второй.

— Я им приказала только попугать её! Погонять по саду! Они бы ничего плохого ей не сделали!

— Она напугалась! — зарычал Демьян, и даже Мария вздрогнула.

И у неё в душе возникло странное ощущение, что дело не только в том, что бойцы нарушили их приказ…Дело в странном отношении Демьяна к ней, которое у неё возникло ещё при первой встречи.

— Ничего с ней смертельного не случилось! Испуг пережила! Стоит здоровенькая и целехонькая!

— Ты, Мира, кажется, хотела отдохнуть после бесшабашной ночи с приятельницами? Вот я и рекомендую тебе это сделать, — Арсений устал слушать бесконечные препирательства. Его сестра не исправима.

— То есть всё улажено? — с торжественной улыбкой уточнила Мира.

— Нет. Просто ты идешь в свою комнату.

— А Валдис и Игнат?

— В свои боксы. И пусть ждут, когда за ними придут.

Девочка открыла рот, чтобы высказать очередное возражение, но поняв бессмысленность спора, громко выругалась, после чего всхлипнула и, задев плечом стоящую в стороне Марию, выбежала из залы.

За ней молча вышли и бойцы.

Мария, пока не передумала, обратилась к Демьяну:

— Я могу с тобой поговорить?

Тот удивился, но всё же медленно кивнул.

— Да. Говори.

— Наедине.

Арсений усмехнулся и шутливо откланялся:

— У меня тоже ночка та ещё была…И эти утренние разборки…Я, пожалуй, пойду к себе…

Мария, заломив руки, ждала, пока они останутся вдвоем. Демьян подошёл к бару и плеснул немного джина в бокал. Когда-то он любил этот напиток. Ему требовалось занять себя чем-то.

— Слушаю тебя.

Маша набрала в грудь побольше воздуха и быстро выпалила:

— Я не хочу, чтобы Валдиса и Игната казнили, или какую вы там им участь уготовили.

Стакан лопнул в руках Демьяна, тот порезался, но не обратил внимания на небольшую струйку крови, побежавшую по ладони.

— Чтооо? Что ты сказала? Повтори.

Мария чувствовала себя глупо, выбора не было, и она сказала:

— Мира ещё девочка, и не совсем понимает, что творит. К тому же, она очень за тебя переживает. А я …Наверное, она хотела бы видеть на моем месте другую женщину. Возможно, кого-то из ваших. Вампиршу, — Мария попала в самую точку. — Она считает, что я не справляюсь со своими прямыми обязанностями. Но я заметила, как сильно она расстроилась, когда вы приняли решение наказать Игната и Валдиса.

— И сейчас мне это говорит девушка, которая вчера просила о помощи?

Мария поморщилась. Ей не нравилось, когда напоминали об её слабостях.

— Вчера было вчера. Я смалодушничала. С кем не бывает? Не очень-то приятно, когда из темноты над тобой начинают…, - она хотела сказать «глумиться», но вовремя подобрала другое слово, — глупо шутить. У меня по вечерам плохо с чувством юмора.

— Не знаю, как у тебя по вечерам с чувством юмора, но ты меня обвинила в том, что я не в состоянии обеспечить тебе защиту.

Мужчина взял курс в её направлении, и первым порывом Марии было сбежать. Но сколько можно бегать?

— Мало ли я что говорила вчера. Сегодня я изменила своё мнение, и прошу пойти мне навстречу.

— Ты не требуешь, а просишь? Что-то новенькое.

Он остановился в полуметре от неё. Для Марии желательнее было, чтобы он оставался около бара. Чем больше расстояние между ними, тем спокойнее она себя чувствовала.

Сегодня на нём были темно-синие брюки и черная водолазка с высоким горлом, скрывающем шею. Короткие волосы влажно поблескивали, видимо, он недавно принял душ. Мария старалась не смотреть ему в лицо, он смущал её.

— Да, прошу. Я не хочу, чтобы из-за меня кто-либо пострадал.

— Не ожидал, что ты встанешь на их сторону.

— Почему? Я произвожу впечатление кровожадной особы?

— Я не буду уточнять, какое впечатление ты производишь, — усмехнулся Демьян, и его усмешка разрядила обстановку. — Мне не по душе, что ты просишь за бойцов Миры, но я пойду тебе на уступку.

— О! Здорово!

— За это я хочу, чтобы ты мне тоже оказала услугу.

Вот так всегда…

— Какую?

Мария выдержала его взгляд, не отвела глаз.

— Я голоден. Позавтракаешь со мной?

Кухня в замке Даровых была с дом Марии. Огромная, чтобы её пересечь понадобилось несколько минут.

Мария следовала за Демьяном, повторяя, что она делает благое дело, идет на соглашение с ним, спасает две глупые жизни вампиров, и ей совсем не интересно поближе пообщаться с таинственным Даровым-младшим.

И его физическая сила и хищная красота тут тоже совершенно ни при чем. Кончено, нет! Разве может здравомыслящая волчица, которую силой привели в дом врага, заинтересованно смотреть на вампира? Симпатий между двумя вечно противостоящими кланами быть не может.

Повара засуетились, увидев хозяина ранним утром.

— Господин Демьян, что же вы нас не предупредили, мы бы на стол накрыли…

— Не надо. Мы сами. Оставьте нас. Придете, когда мы закончим.

Повара поклонились и поспешили к запасному выходу.

Мария застыла в нерешительности, не зная, что делать дальше. Будь она у себя в доме, то поспешила бы накрыть на стол и угостить мужчину. А тут….

Демьян угадал её мысли и спросил:

— Чем ты обычно завтракаешь? Сегодня поменяемся местами. Утром покормлю тебя я, за вечер не ручаюсь, — его губы скривились в чуть язвительной улыбке.

— Кофе. Крепкий. Черный. Без сахара. Бананы. Можно булку с маслом. И шоколад. Белый.

— Бананы выступают странным дополнением.

— Я люблю ими прикусывать кофе, — отчего-то Мария смутилась.

— Садись, будет тебе сейчас кофе.

И Демьян, достав из шкафа турку, принялся варить им кофе.

А Мария смотрела на него и не верила своим глазам. Если бы ей месяц назад сказали, что вампир будет для неё варить кофе, она бы сочла, что у этого человека не всё в порядке с головой. Вампиры и заботы — две не совместимые вещи. Никто никогда не говорил, что они умеют проявлять сострадание и другие чувства, свойственные людям и оборотням. Для поколения, родившихся после войны, вампиры ассоциировались с убийцами и захватчиками, истребителями их рода.

Пока Мария думала об этом, в её голове промелькнуло несколько отрывков из статей, которые она бегло просматривала в инете. Там рассказывалось, что в последнее время наблюдается некоторое потепление в отношениях давних противников. Начинался налаживаться небольшой финансовый поток, вампиры потихоньку возвращали к жизни бизнес оборотней. Дискриминация уменьшалась.

Подобные вещи происходили в больших областных центрах, до глубинок, где проживала Мария, подобное потепление доберется не скоро.

И она очень сильно сомневалась, что вампиры, с взглядами на жизнь, как у Миры и Арсения, способны пойти на деловые взаимоотношения с оборотнями.

Но, между тем, факт оставался фактом — вампир, возрожденный к жизни её кровью, варил кофе с чудесным дразнящим ароматом, который начинал заполнять кухню.

Желудок Марии откликнулся на запах, и звучно заурчал.

— Извини, — сконфузилась она.

Демьян стоял к ней в пол-оборота, она не видела его лица полностью, но на мгновение ей показалось, что его губ коснулась улыбка и разгладились жесткие складки. Реакция Марии была более чем странной. Тот самый живот вдруг свело судорогой.

Она резко выпрямилась, и обругала себя. Ей стоит воспринимать Демьяна, как врага, а не выискивать в его облике привлекательные черты.

— Бывает. Тебе следует лучше питаться.

Чтобы скрыть смятение, девушка вспомнила, что лучшая защита — нападение.

— Для того, чтобы моя кровь быстрее насыщалась необходимыми веществами, — съязвила она.

Мужчина замер, потом безразлично пожал плечами и снял с плиты турку.

— Можешь воспринимать мои слова в таком контексте.

Он разлил кофе по чашечкам, и одну из них поставил перед Марией. Достал из холодильника фрукты, среди которых были и бананы. Следом последовал ещё горячий хлеб и масло.

Картину завершил белый шоколад элитного сорта. Почему Мария знала, что он был элитным, потому что она, когда бывала в городе, не единожды останавливалась около шоколадницы, где производился и расфасовывался шоколад высшего качества, делавшийся на заказ. Некоторые сорта шоколада привозили из-за границы. Мария мечтала попробовать хоть одну плитку, но взглянув раз на цену, поняла, что пока она не обладает достаточным количеством средств, чтобы можно было себе позволить выложить кругленькую сумму за плитку.

— Вроде бы ничего не забыл, — Демьян с шумом отодвинул стул и сел за стол.

А у Марии началось активное слюноотделение, при виде шоколада.

— Что? — переспросила она, не обратив внимания на слова мужчины.

Тот как-то странно на неё посмотрел, а потом проследил за её жадным взглядом.

— Ты так сильно любишь шоколад, что теряешь голову при одном его виде?

В наблюдательности ему нельзя было отказать.

— Нет, просто…, - Мария оборвала себя. Не будет же она ему рассказывать, как давно мечтала попробовать именно этот шоколад! — В меню вашего дома никогда не входит десерт. А я люблю сладкое.

И она, не желая больше сдерживаться, отломила кусочек и поспешно отправила его в рот, не замечая, с каким интересом за ней наблюдает Демьян.

Божественно….

Шоколад, точно изысканный шёлк, обтек полость рта, и Мария застонала от удовольствия. Теперь она знала, за что готова продать душу….

— Неужели так вкусно? — голос Демьяна вернул её к действительности, и Мария, покраснев, схватила чашку с кофе и сделала глоток горячего напитка. Как результат, она обожгла горло и поперхнулась.

— Обязательно надо было комментировать? — фыркнула она, когда откашлялась.

— Не обязательно, но у тебя было такое интересное лицо….

— Лицо, как лицо. Ну, люблю я шоколад, и что?

— Говорят, шоколад компенсирует недостаток гормона счастья.

— А ещё говорят, что у тех людей, которых будят на рассвете, очень часто бывает прескверное настроение! — и Мария с шумом поставила хрупкую фарфоровую чашечку на стол.

— Не злись. Я больше не буду комментировать твои действия. Завтракай.

Он снова поднялся и наложил себе большую тарелку жаркого.

— Ты точно ничего больше не будешь?

— Нет.

Мария ни за что бы не призналась, но ей было стыдно за свою грубость и невоспитанность. Аркадий Игнатьевич обязательно сделал бы ей замечание. Он сам не терпел не обоснованной дерзости и нахальства, и от домашних требовал этого.

Маша поняла, что соскучилась по нему. Ей очень сильно захотелось увидеть отца.

— Я могу сегодня отлучиться? — спросила она, стараясь быстрее сменить тему.

— Естественно. Ты в этом доме находишься не на положении пленницы.

«Но очень похоже», едва не сорвалось у Марии, но она вовремя прикусила язычок.

— Тогда после завтрака я уеду.

— Ты умеешь водить машину?

— Да…, - сердце девушки на мгновение перестало биться в радостном предчувствии.

— Своего автомобиля нет?

— Нет…

— Я распоряжусь, тебе выделят авто. Удобнее и быстрее сможешь передвигаться, — сказал Демьян, продолжая методично работать ложкой.

— А…Я…Спасибо, — Мария растерялась и не сразу нашлась, что ответить.

Об автомобиле, своем, пусть и во временном распоряжении, она даже и помыслить не могла. У Абашевых было авто десятигодичной давности, им пользовался отец. Он научил её водить, но сделал это скорее из меры безопасности, чтобы Марии были доступны навыки вождения. Так, на всякий случай.

— Пока не за что. Весь день в твоем распоряжении. А вечером, ближе к ночи….Я хочу, чтобы ты пришла ко мне.