Глава 4

Мирослав

Получалось, что за столиком с нами сидели пара других подружек Юльки, мой знакомый и еще какие-то два парня, один с девушкой, а другой явно свободен. Не очень понял принцип рассадки гостей, но, собственно, это вообще не мое дело.

Реально давно Натали не видел вживую. Ну и такую красивую вообще не ни разу не наблюдал. Хотя, пожалуй, тут неправильно выразился: красивая она была всегда. Просто добавились макияж, прическа, платье, каблуки. Я на каблуках вообще ее впервые увидел, она, кажется, такое в жизни не носила. А тут... сразу вот так.

Я не понимал, специально Юлька устроила мне такое место за столом или как. Но чуяла моя жопа, что в этом был какой-то тайный умысел, просто не мог это доказать.

Вообще я со всеми за столом быстро поздоровался, а до этого и к молодоженам успел подойти. Но Натали приветствовал отдельно. Конечно же.

— Привет, — улыбнулся я мягко.

— Вроде как здоровались.

— Давно не виделись, Наташ.

Она как-то пожала плечами и улыбнулась. Мне показалось, что немного грустно.

Начался очередной перерыв на танцы, наш столик весь разошелся, но Натали осталась сидеть. Я, конечно, не тешил себя надеждами, что из-за меня. И правильно.

— Ты сегодня вне танцевальных активностей?

— Я натерла ноги, — она скривилась и посмотрела на свои туфли. — А босиком тоже больновато. Короче, танцы на стопе. Тут бы как-нибудь встать вообще, — потом посмотрела на меня и добавила. — Давно прилетел?

Значит, в курсе, где я был, скорее всего. Понятно, что Юлька доложила. Интересно, она вообще следила за моими перемещениями или просто так, краем уха услышала?

— Нет, из аэропорта сразу сюда. Устал, честно говоря, жутко, но было бы крамольно не прийти. Юлька бы меня четвертовала.

— Это верно, — она чуть улыбнулась, но это было так тепло, что я опешил.

— Как жизнь молодая, Наташ? — не выдержал я. В груди уже все зудело от желания узнать хоть что-то.

— Нормально, — снова это пожатие плечами и странная полуулыбка. Вообще никак не затрагивающая глаза. Очень искусственно. Меня это кольнуло.

— Ммм... многословно, — я усмехнулся и решил рискнуть. — Замуж не собираешься? Ну не мог не спросить, и кто мне что за это сделает?!

Натали прищурилась, глянула на меня с хитрецой, но ответила:

— Собираюсь.

Бля-я-я-я. Лучше бы не спрашивал, вот честно. Я башкой понимал, что ну меня по факту это же не касается. Но все равно укол боли испытал. Знатный такой.

Откашлился и продолжил самоистязание. Потому что я мазохист, видимо.

— Когда?

— Летом.

В груди все сжалось. Даже дыхание затаил. А она смотрела на меня, и в глазах плясали чертики.

— Ну, не удивлен, не удивлен... странно, что тебя еще раньше не увели под венец, — проговорил на автомате, а сам думал: «Твою мать, Мирослав, заткнись».

— Только пока не знаю, каким летом... и за кого, но в целом собираюсь, — уже откровенно надо мной угорала.

Фу-у-у-х. Вот это облегчение, огромное! Мне прямо физически лучше стало. Напугала, блин.

— Шутница какая...

— У тебя просто было такое лицо, — она искренне смеялась, прикрывая рот ладошкой. Глаза блестели, щеки чуть порозовели. Красивая, черт.

Блин. Мы же общаемся. Нормально. Сразу. Без ужимок, сарказма, иронии и вредности. Вот что не так и вот что необычно. Я как-то сразу не уловил, потому что обычно к Наташке еще через стену иронии надо пробиться. А тут всё как-то слишком просто, по-дружески.

Интересно...

— Ну а серьезно, Наташ. Скоро выпуск. Какие планы?

— Да какие там планы... — она вздохнула и откинулась на спинку стула. — Пока с ремонтом в квартире надо разобраться...

— Ого, ты теперь девушка с недвижкой? Завидная невеста?

— Типа того, родители подсобили.

Это круто, подумал про себя. Мне от деда даже что-то типа кукиша с маслом не обломится. Хорошо, когда у человека все в порядке в семье. Завидую по-белому.

— А с работой как? Решила?

— Я уже работаю, — она снова пожала плечами. Этот жест у нее, кажется, любимый.

— Круто, Наташ, ты умничка...

Она просто улыбнулась, немного смутилась, опустила глаза, а ресницы отбросили тень на щеки. Черт, все сегодня правда иначе.

— Ну ты и сам молодец. Тоже работаешь, на конфы вон катаешься, что-то строишь, — взглянула очень мягко мне прямо в глаза.

— У нас с тобой что-то типа обмена взаимными любезностями? — хмыкнул я.

— Наверное, — она снова засмеялась.

На какое-то время мы замолчали. Она рассматривала ткань своего платья, пальцами гладила оборку, а я завис на девушке. На линии скул, изгибе шеи, на том, как прядь волос упала на плечо. Сейчас я мог бы все испортить, но понимал, что умру, если не узнаю. Про замужество она отшутилась, но я должен знать. Просто должен. Скорее всего, нарушу наше шаткое, аккуратное и приятно начавшееся взаимодействие...

— Свободна или с кем-то встречаешься? — наклонился, пытаясь поймать ее взгляд.

Вижу, как она чуть-чуть порозовела. А пальчики застыли на оборке платья. Ждал ответа по типу: «не твое дело» или «о личной жизни не распространяюсь» или что-то просто утвердительное...

— Свободна, — очень тихо проговорила она, почти прошептала, и в глаза мне так и не решилась взглянуть.

Сглотнул. В горле пересохло.

— Я думал..., то есть слышал...

— Всё имеет свойство заканчиваться, давай не будем развивать эту тему. Не хочу, — быстро произнесла девушка.

Я, в целом, парень понятливый.

— Как скажешь, прости, что спросил.

— Да всё окей, — наконец она бегло мазнула по мне взглядом. И этим нехило так размазала уже меня.

Мы еще много общались, нормально, адекватно, интересно. Как раньше это происходило по большей части в переписке, но сейчас работало и в жизни. Я готов был бабло поставить, что мы как будто флиртовали даже. И эта история не только с моей стороны. С какой-то долей ужаса понимал, что праздник подходил к концу. Гости начали собираться, кто-то уже вызывал такси. И я боялся, что, как в сказке Андерсена, после полуночи чары рассеются и наше общение снова превратится в тыкву. Мне хотелось продлить момент. И чувствовал, что ей как будто бы тоже. Заведомо ожидая отказа, предложил Натали прямо сейчас рвануть покататься на ватрушках (идиотизменнее не придумаешь, конечно!), но она, о боги, согласилась! Только сказала, что нужно будет доехать до ее хаты переодеться и переобуться. Да хоть на край света, твою мать. Помню, что пошутил что-то про гештальт.

И блять, вот надо было ее подружке все испортить. Леной, вроде, эту девчонку звали. Напилась вхламину, в общагу ее бы уже не пустили, парень у нее в области жил, а переночевать где-то надо. Юлька попросила Натали проследить за ней. И понятно, что моя девочка не смогла отказать.

Все рушилось, так и не успев начаться. Планы шли по одному месту. Я стоял, смотрел, как Наташа пыталась удержать шатающуюся подругу, и ощущал, как внутри разрасталось глухое раздражение на весь мир.

На прощание, когда помогал Натали запихать пьянющую подругу в такси, осторожно обнял девушку, а она даже не отстранилась. Что тоже не очень стандартно, я бы сказал. Она пахла вином, духами и чем-то родным, что я не мог описать. Прошептал ей на ушло, что напишу, почувствовал по колебанию воздуха, что она кивнула. Уже не видел берегов и позволил себе наглость поцеловать ее в щеку. И тут Натали даже не пикнула, не отстранилась. Разве что снова немного смутилась и аккуратно провела ладошкой по моему предплечью.

Вообще надо бы поговорить с Юлькой. Мне, кажется, была необходима ее консультация. Потому что я, конечно, дебил и всегда по отношению к Натали страдал несбыточными надеждами. Но блин... В этот раз не так. Это просто ощущалось иначе.

Юлька по итогу советовала мне просто не быть придурком, как раньше. А я, вроде, и не был вообще-то, о чем Пуртовой сообщил, она в ответ лишь скептически на меня глянула. Но я Юльку знал: если там не было бы никакой надежды, она бы дала понять.

А с Натали мы возобновили общение. Плохо было только то, что и я, и Натали работали. И нам никак не удавалось встретиться. То у нее было много работы, то у меня. То она уезжала с родителями к каким-то там родственникам, то мне надо было в посольстве решать вопросы с визой. Короче, это треш. Успокаивало то, что в этот раз она меня не динамила, просто обстоятельства реально складывались против. Задумался, что буду делать с Канадой, если у нас с Натали всё-таки что-то получится. Потому что факт моего почти решенного переезда я как раз с ней не обсуждал. И понятное дело, что был бы до жопы счастлив, если бы мы с ней рванули в другую страну вместе.

Но меня, конечно, заносило. Куда там... Мы и в отношениях не состояли ещё, только в какой-то там, возможно, надуманной мной, перспективе. А я, как девка четырнадцатилетняя, планы строил про совместную жизнь и чуть ли не свадебные колокола... придурок, блин.

Наконец-то мы с моей зазнобой договорились о встрече. Не так! Именно о свидании. Прямым текстом. Аллилуйя, ёпта. Всего-то четыре с лишним года потребовалось. Собирались в кино, потом договорились где-нибудь посидеть. И, вроде как, завалиться к ней и смотреть сериал, который я ей посоветовал, до утра. Это ли не намек на что-то катастрофически большее?

Я был счастлив, рад, ни с кем не хотел делиться этим. Это было только мое. То есть наше. Я слишком долго этого ждал. И если вдруг, например, этой ночью у нас что-то произошло бы, велик риск того, что я ей сразу после, да что там! в процессе предложил бы выйти за меня замуж. Я вполне мог бы, зная себя.

Тоже нужно понимать, что я, на самом деле, не ожидал от этого вечера-ночи секса или чего-то подобного. Нет. Суть была не в этом. Просто меня несло, мысли скакали и кажется, их уже было не остановить.

Мои планы чуточку нарушила Алинка Вяземцева. Которую я встретил всю заплаканную у себя на районе. Сидела на лавочке, тряслась, глаза были красные. Не смог пройти мимо, потому что я ж не урод последний. Оказалось, что ее мать уехала на вахту, а брат-нарик последний выпихнул ее из дома и еще ввалил. Она не знала, куда податься, мать встала на сторону ее братца как всегда: говорила, что в двадцать-то лет могла бы девчонка съехать и жить самостоятельно. И неважно, что ее брату двадцать пять и мать его полностью обеспечивала. Вот такая несправедливость.

Я, блять, либо долбаный джентльмен, либо последний уебан, потому что предложил перекантоваться у себя, а потом решить вопрос с какой-нибудь гостишкой на время или еще что-то придумать. У нее не было ни вещей, ни телефона. Все оставила в квартире, когда брат ее гнал. С этим тоже надо было помочь.

Просто блин, не в этот день. У меня же, черт возьми, почти судьба решалась. Натали мне была важнее, я не мог проебать ее в этот раз. Ощущал это каждой клеточкой.

Алинка за мной хвостиком бегала, благодарила, но я ее осадил достаточно резко. Типа помог по доброте душевной, не надумывай, у меня имеется девушка. Заметил, что Вяземцева стушевалась, даже обиделась, но я был честен. Помочь — окей, ребят готов был подтянуть, чтобы помогли ей вещи какие-то из дома забрать или брата припугнули, хотя там это особо не работало. Но не более. Вроде девчонка покивала, согласилась, вела себя тихо.

Периодически писал Наташке, но она кажется была занята и пока не отвечала. Переживать начал, когда до встречи оставался час, но она и сообщения как будто не читала, и на звонки не отвечала мои. Что за черт, блять!

До меня только минут через сорок доперло, что я оказался в блоке, в ЧС. С ее стороны. Как так? В чем дело? Понимал, что нихера так и не знал адрес ее новой квартиры, только район...Что я сделал? С утра же все нормально было...

Позвонил Юльке, осторожно закинул удочку, типа не собраться ли нам сегодня вечером. Ей с мужем, мне, нашим друзьям, кто смог бы, Наташку бы позвали... Специально не говорил, что мы с Натали договаривались встретиться, что я внезапно оказался в ЧС... хочу услышать реакцию неподдельную.

— Блин, Мирный, так и сказал бы, что Иволгину выцепить хочешь, — произнесла подруга.

А... то есть Натали ничем с ней не делилась. Интересно.

— Ну есть такое, — говорю я.

— У вас же после моей свадьбы дальше и не пошло... Слушай, она вообще-то со своим бывшим сошлась. Он ее из универа буквально на днях забирал, цветы привозил. И в последнее время она была какая-то веселая и воодушевленная.

— Ммм, — издал что-то нечленораздельное, потому что буквально если бы открыл рот, меня нахрен бы вывернуло.

— Мирный, ты в порядке? Давайте на выходных встретимся, сегодня как-то уже поздно всех собирать.

— Брось, Юль, конечно я в норме. Да, лучше тогда в общей группе клич кину.

— Ага! Ой, а слышал, что у Вяземцевой там така-а-ая ситуация?

— Да, я в курсе, девчонка у меня, — выдохнул, потому что мы перевели тему. Но внутри все горело огнем.

— Черт, к себе ты ее нафига притащил, надежды ей пустые даешь.

— Может, и не пустые, — ответил я, по-моему, себе назло. Сам не знал, зачем это сказанул.

Не знал, куда себя деть. Не понимал, чем всё это заслужил. Просто Иволгина кинула меня в ЧС без объяснений. Ни за что. Хотя стоп, как это. За то, что я не ее бывший. Я был каким-то проходным вариантом? Потенциальным перевалочным пунктом или что? Она же еще тогда на свадьбе была грустная, когда я спрашивал ее про отношения, видимо страдала по бывшему. А я удачно попался.

Пиздец, просто пиздец. Как так можно? Лучше бы она меня на хер послала, чем вот так...

В тот же момент принял решение, что больше никогда в жизни с ней не заговорю, не унижусь.

Кстати, по итогу реально узнал, что она сошлась с бывшим. К тому моменту я тоже уже состоял в отношениях. С Алинкой.

Ну а что? С хера ли я должен был страдать? Меня вон любили, ценили, не отталкивали, в блок не пихали. Смотрели почти благоговейно. С такими девочками и надо строить будущее, а не с суками последними.

Чем я далее и занялся. Потому что Алинка в Канаду со мной поехала, ей даже виза не нужна была: она ее себе делала по программе ворк энд тревел и полгода документ еще действовал. Идеальное попадание.

Я отчасти поступил как последний гондон по отношению к брату, к матери (хотя ей после смерти отца не особо было до меня дело), к друзьям (потому что они узнали о моем отъезде по факту и, конечно, расценили это как предательство). Деда в этом списке даже не существовало. Терпеть его не мог. А брат бы понял... может, позже, но точно понял. Хоть иногда я должен был выбирать себя. Думал, что попытаюсь Санька забрать к себе, но вряд ли дед позволил бы. Три года Сашке точно бы пришлось на родине перекантоваться. А потом я бы его забрал. Что было дальше?

Я совершу еще пару говеных дел, которые не просто отдалят меня от компании, а разорвут отношения вклочья. Особенно с Юлькой. Но это уже другая история. Узнаю, естественно, что Натали вышла замуж за этого своего бывшего-настоящего. И нихуя не почувствую по этому поводу. Срать вообще. Буду неплохо жить, увижу, как Алинка превращается в последнюю дрянь, начну бизнес, возобновлю общение с братом, попутешествую по Америке. А потом погибнет дед, и я вернусь в Россию, чтобы увезти брата с собой. Абсолютно не подозревая, что еще через полгода мы с ним уже вдвоем вернемся в Новосиб, будем жить на два города — мелкий Бердск и миллионник-Новосибирск, я окончательно расстанусь с Алинкой. И стану СЕО большой компании.

Хах, и вот мы здесь.