Глава 28

Энистер Вулд

Я стою в своем кабинете и нервно курю сигару. Вернулся я совсем недавно, хотя время перевалило далеко за полночь.

От напряжения сигара играет в пальцах и норовит вылететь. Я крепче сжимаю ее.

В какой момент темные силы отвернулись от меня, отдавая на власть случая – неприятного и выскальзывающего из моих рук, как сигара, пляшущая в них?

Каждый раз, когда мне кажется, что вот-вот я дерну за ниточку и клубок окажется в моих руках, он выскальзывает и катится дальше, куда-то в тьму тараканью. И затягивает туда меня. Потом останавливается, я снова спешу за ним. Это становится каруселью, бегущей по кругу. Какая-то нескончаемая игра, где итог неизвестен.

Я сказал охране, чтобы меня не беспокоили, и запретил говорить кому-либо о моем возращении в академию. Мне нужно успокоиться. Хорошо обдумать происходящее.

Итак, во-первых, Лайры в единственной частной клинике Ролстокса не оказалось. Не смог найти я ее и в других медицинских учреждениях. Она словно испарилась. Ни ее, ни семьи. Их дорогая квартира в центре пустовала. И хотя ранее старший Дентер уверял, что родители девушки должны были прилететь, оказалось, что они в городе не появлялись. Сидящий в будке у ворот элитного комплекса охранник сказал, что семья давно отсутствует: родители находятся в другой стране, а их дочь в академии. Телефоны отца и матери Лайры не отвечали, выдавая длинные гудки. Я попытался связаться с Дентером под предлогом переживания за студентку своей академии и был неприятно удивлен, когда хорошо поставленный женский голос объявил: «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети».

Я все еще питал надежду найти хоть кого-то из них и поехал в департамент. Там узнал, что Дентер взял отпуск за свой счет и уехал. Черная кошка подозрения выползла из закутков моей души и неприятно вонзила в нее кончики когтей.

Чуть позже я сидел в машине и вспоминал, когда последний раз видел Лайру. Выходило, что на погосте. Было ли что-то в ее руках? Нет. Даже сумочки не было. Свободная кофта, черные джинсы и ботасы. Черный платок, стягивающий голову. Я точно помнил, что, подходя и высказывая сочувствие, пытался уловить след флешки у девушки. Ее с ней не было. Я был точно в этом уверен. Но и комнату они с темной сутью обыскали. Там тоже пусто. Однако черная кошка шевелила когтями заставляя душу трепетать и ныть: «Кому Стрейк мог передать эту чертову флешку?»

Он никому не доверял. И снова мысли возвращали меня к Лайре. А она доверяла только своим подругам. Искать нужно у них.

А если все же он ошибается и флешки у них нет?

Я тут же отказывался от этой мысли. Предчувствие такого колдуна, как я, не может ошибаться. Это же вам не россыпь карт базарной гадалки. Нет… Флешка точно у них.

Но как узнать где именно? Куда они ее спрятали? Могли ли девчонки узнать, что на ней? В таком случае он, Вулд, наверное, сидел бы уже не в своем кабинете.

Я неприязненно морщусь. Умертвие, которое я направил, должно было испугать одну из подруг Лайры. Паника и страх – худший советник, и я рассчитывал, что девчонки сами побегут к ректору за помощью. Но и здесь случился прокол. Кто знал, что кто-то из старших студентов именно в этот вечер решит проверить свои силы перед зачетом и спустится в подземелье нежити. Туда, где обычно содержат экспонаты для обучения. И куда охрана смотрела? Разогнать бы всех… Но… Слишком долго они работают вместе. Опасно. Таких не увольняют. А избавляться от всех у него нет времени. Умертвие поймано. Флешка не найдена. Никаких зацепок. И больше всего не хочется делать очередных ошибок. Эти девчонки, Раяна и Дайра, из хороших семей. Особенно первая. Ведьма. Он уже навел справки. У ее отца отличные связи не только в Ролстоксе. По крайней мере, он нашел дочери такого женишка, который, узнав, что кто-то причинил вред его будущей супруге, в стороне точно не останется. И вот тогда начнутся действительно серьезные проблемы. Это нам не папочка Дентера. Семья жениха Раяны имеет рычаги власти даже в Вестере. Они такую шумиху поднимут…

Я сжимаю сигару. Та переламывается. А ведь ведьма может ему позвонить. До трассы не так далеко, там уже работает мобильная связь. Или вообще испугается и уедет. Необходимо предотвратить это.

Я тушу поломанную сигару о подоконник и подхожу к столу. Устало опускаюсь в кресло.

Нужно довести девчонок, чтобы они сами отдали мне флешку. Но так, чтобы они не знали, от кого это исходит. Голоса на ней навряд ли можно распознать без нужных знаний. Образы древних колдунов искажают интонацию. А тогда, в тот вечер, они были именно ими. Хотя без должных знаний и умении это сделать невозможно. Вряд ли девчонки обладают ими. Они не фараоны и мало что смыслят в магической криминалистике. Значит, нужно сделать так, чтобы студентки сами отдали флешку ему. Но так, чтобы они даже не догадывались, что ректор имеет к этому какое-то причастие. А еще нужно обезопасить себя от внезапного появления родственников девчонок и их попытки связаться с ними.

Я смотрю в стену и думаю. Думаю напряженно. А потом встаю. Прохожу к шкафу, открываю деревянные дверцы. Они слегка скрипят, давно пора бы смазать этот старый шкаф. И хотя тот совершенно не подходит к общему современному интерьеру кабинета, поменять его я не могу. На нем стоит особое заклинание. Оно не позволяет кому-либо открыть шкаф или даже обратить на него внимание. В нем находятся ценные для любого колдуна вещи. Одна из них особенно важна для меня. Древний тотем западного племени криптарихов. Народа, поклоняющегося темным силам и использующего западную магию вадуху. Когда-то давно тотем мне вручил сам вожак. В жутковатом на вид деревянном артефакте были собраны темные сущности, некогда воздействующие на нескольких проклятых соплеменников. Вождь соплеменникам помог, проклятия снял и собрал темные сущности в колдовской предмет. Обычно такие тотемы потом продавались на местных рынках. Заезжие туристы, не подозревая об опасности, исходящей из подобных вещиц, покупали их как предметы сувениров. И увозили проклятия далеко из страны криптарихов. Что потом происходило с туристами, история умалчивает. Мне меньше всего хотелось бы оказаться на месте этих несведущих.

Но у этого тотема была другая судьба. И сущности, заключенные в нем, не стали носителями нового проклятия. В темную ночь, у костра духов, под дикие потусторонние выкрики сельских жрецов и полоумные танцы местных, они были подчинены. Дико и возбужденно стучали бубны. Тонко звенели колокольчики. Их разрезало тонкое блеяние жертвенного козла, а после вой человеческой жертвы. Я до сих пор помню вкус ее крови и взгляд, в котором даже после смерти стоял ужас. Темное заклятие мы читали сообща, жрецы призывали силы, вождь выплясывал вокруг меня. Когда из тотема вышли сущности, все замерли, глядя, как я без страха смотрю на них и уверенно отдаю приказ. Сущности замерли, взирая на меня. Я скрутил сцепку с тьмой. И они подчинились. Обряд сработал. С тех самых пор они мои самые верные, хотя и пугающие помощники. Я знаю, чем грозит мне наша связка. Но разве темные колдуны боятся тьмы? Уж не я точно. С сущностями или без, после смерти у меня одна дорога. И когда придет время, они пойдут со мной. Даже там темные сущности останутся в моем подчинении и при своей верности. Это как верность собак. Даже если ты будешь их бить, они все равно продолжат идти следом и защищать хозяина. Правда, назвать эти сущности собаками у меня никогда язык не повернется. Как и назвать себя их хозяином. Нет, это больше. Это связь, вызванная потусторонней силой и скованная на века.

Я беру тотем и провожу над ним рукой, мысленно призывая тех, кто находится в нем. Глаза грубо вырезанной фигуры, мало похожей на человека, темнеют, чернотой вываливаются из орбит и растекаются туманном у моих ног. Тот поднимается, вырисовывая образы трех темных сущностей.

Я прохожу к окну и раскрываю створки. Призываю мощь стихий и выпускаю сути. Они исчезают во тьме. А через пару минут я слышу, как поднимая гул и скрежет, академию и всю окрестность вокруг накрывает дикая, неистовая магическая буря.