Глава 9

Наши дни

ВЛАД

«Иначе я закончу как она… Иначе я закончу как она…» — с этой мыслью он заснул, с этой мыслью проснулся. Глядя в окно на резвящихся на газоне собак, Влад думал о том, почему этот несчастный случай, произошедший со Светой, не показался ему странным? Он и узнал то о нём не сразу.

По своей привычке не лезть глубоко в женские заморочки, он как-то не сильно придавал значения Светиным ночным звонкам и тоскливым взглядам. Тем более женщина она была взрослая, старше него лет на пять, истерик ему не закатывала, ничего не требовала и даже не просила. И была в его жизни настолько незаметна, что искренне увлечённый в это время толи беременной подружкой Кайрата, толи жаждой неутолённой мести, исчезновение Светы из своей жизни он даже не заметил.

Тем более в его жизнь снова ворвалась Таня, срывая ленты с красными флажками, которыми он себя оградил. И даже когда крайне циничный Сикорский на банкете по поводу Дня предпринимателя сказал, что Влад ему должен секретаршу, Влад подумал в первую очередь, что это отличный повод, чтобы Тане сменить работу. А потом только спросил, а что случилось с девушкой.

— Наглоталась каких-то таблеток, — снимая зубами оливку с палочки вынутой из мартини, сказал Сикорский и скривился презрительно: — Несчастная любовь. Дура — баба! А ведь казалась мне адекватной. Что я теперь с французами буду делать?

Он отошёл мурлыкать со своим другом, а Влад рассеянно подумал: «Неужели и правда из-за меня?», но тут же отмёл эту мысль как абсурдную и думать забыл.

И вот теперь, глядя на эту фотографию, что вручила ему Таня, какой-то неприятный холодок копошился у него в груди. Он понимал, что уже ничего не исправишь, и не понимал, что он сделал не так.

Сам не зная зачем, вечером он потащился на квартиру, где Света когда-то жила.

Позвонил робко, не уверенный, что кто-то здесь ещё живёт. Но дверь открылась даже без лишних вопросов.

— Привет! — улыбнулся он, ещё не зная, что сказать этой стройной юной барышне лет двадцати с пухлыми губами и мягким обволакивающим взглядом.

— Привет, — ответила она удивлённо, словно знала его, просто не ожидала здесь увидеть.

— Я, — запнулся он на первой же букве и засомневался, как же ему представится. — Я…

— Я знаю. Вы Влад. Света говорила о Вас. Впрочем, проходите, сами всё увидите.

В этой уютной однокомнатной квартирке мало что изменилось. Та же двуспальная кровать, отгороженная стеллажом от гостиной зоны. Те же жёлтые чехлы на креслах, похожие на бывшие шторы. Тот же журнальный столик, одна из ножек которого отличалась по цвету и была плохо закреплена. Он всё хотел его починить, но руки так не дошли. Он его качнул — и снова захотел попросить отвёртку.

Всё то же. Только её больше нет, а место на стенах, которое раньше занимали морские пейзажи и нарисованные вазы с увядающими цветами, теперь украшали его портреты. Профессионально отредактированные фотографии, помещённые в стеклянные рамки. И на стеллаже тоже рамки с его лицами, только поменьше. Десятки фото, многие из которых он даже сам никогда не видел.

— Почему ты не выкинешь всё это? — скользил он взглядом по своим улыбающимся, серьёзным, задумчивым и загадочным взглядам.

— А зачем? — пожала она плечами. — Вы красивый.

Она улыбнулась ему так искренне и так невинно. Без кокетства, мило и равнодушно, что ему даже стало немного обидно.

— А ты?

— А я Лера. Её младшая сестра. Не родная. Приёмная.

— Значит, ты теперь здесь живёшь?

— Да. Будете чай? — предложила она.

— Буду, — так же просто согласился Влад.

Засунув руки в карманы, он всё ещё рассматривал своё многократно размноженное изображение, когда наткнулся на фотографию балерины с венком из белых перьев на голове.

— Ты танцуешь? — спросил он, с трудом узнавая в этой искусно накрашенной артистке новую хозяйку квартиры.

— Да, моя дипломная работа, — зашла она с двумя кружками чая. — Сен-Санс. Умирающий лебедь.

— Ты закончила хореографическое училище?

— Академию, — поставила она кружки на слегка качнувшийся столик и снова исчезла в кухне.

— С этого года я дипломированный артист балета, — она вернулась, держа в руках вазочку.

— А тебе разве можно? — показал Влад на шоколадные конфеты в ярких обёртках.

— Ох уж эти предрассудки, — улыбнулась она. — И вообще-то, это вам.

— Тебе не очень трудно будет называть меня на «ты»? — несколько раз приподнял он пакетик с чаем, наблюдая как темнеет в кружке кипяток.

— Я попробую, — улыбнулась она с кресла напротив. — Ты, наверно, о Свете пришёл узнать?

— Да, как-то… язык не поворачивается сказать, что нехорошо вышло, — он потёр лоб. — Скверно. И я даже не знал, что она это из-за меня.

— Согласна, скверно. Я тоже не знала, была на гастролях. И какое-то чувство, что вдруг, если бы я была рядом, она бы не наделала глупостей. Наверно, я никогда от него не избавлюсь.

— Вы были близки? — отхлебнул Влад горячую жидкость.

— Нет, не особо. Сам понимаешь, разница в возрасте. К тому же она была такой тихоней. Всё в себе. Личная жизнь не сложилась. Детей не было. Вот эти книги, французские романы, рыцари, любовь. В-общем, забила себе голову всякими романтическими глупостями. Но зато благодаря ей я выучила французский. Парле ву франсе?

— О, нет, нет, — поднял он ладони. — Я знаю только пару ругательств и одну пословицу.

— Ругательств? — заблестели её глаза интересом.

— Но очень софт. Например, «кротт». Что-то вроде «собачьего дерьма», но прилично, — ему как-то даже неловко было произносить при этой девушке что-то более перченое, хотя, конечно, он знал. — Или «пютан де мерд», например.

Она тоже отхлебнула свой чай.

— Пютан де мерд! — помахала она себе в рот рукой, обжёгшись. И это звучало так неожиданно знакомо, даже с интонацией девушки, от которой он и нахватался этих словечек, что он на секунду замер.

— Да, да, — пришёл он в себя и засмеялся. — Очень соответствующая ситуация.

— Я знала, — засмеялась она в ответ. — Это что-то вроде «Чёрт побери!»

И даже смех у неё был Танин, низкий и с хрипотцой. И эти пухлые губы.

Он хотел её поправить, уточнить, что это переводится как: «Твою же мать!», но момент был упущен.

— А ты знаешь где Света похоронена? — отгоняя от себя это наваждение, вернулся он к цели своего визита.

— Конечно, — кивнула она. — Хочешь съездить?

— Наверно, да, — вздохнул он тяжело.

— Тогда давай в понедельник. Родители тоже собирались.

— Может… не надо с родителями? — он с сомнением посмотрел на её спокойное лицо.

— Нет, надо. Тебе, правда, станет легче, если ты с ними познакомишься. Они тебя не винят. Тем более ты ничего ей не обещал. Ты же не обещал?

— Вроде, нет, — пожал он плечами.

И поскольку он обычно никому и ничего не обещал, то это определённо претендовало на правду.

— Ты извини, — встала она. — Но у меня ещё сегодня дела. Договорились встретится с подругой.

— Конечно, — он тоже поднялся. — Спасибо за чай!

— Скажи мне свой номер, — смотрела она на экран телефона, пока он обувался.

— Тебя может подвезти? Я на машине, — задал он свой вопрос после того как продиктовал цифры.

— Ну, если тебе не трудно, — оглянулась она на часы. — И, если ты подождёшь меня в машине.

— Хорошо, жду.

Влад нервно барабанил по рулю, не понимая, зачем он ей это предложил. Какая-то дурацкая привычка, инстинкт, даже навык, за столько лет отточенный до автоматизма.

Ему совсем не нужна эта девочка, он приехал сюда не за этим. И вообще он скучал. Мучительно скучал по Тане.

Он набрал её номер одним нажатием. И она ответила. Она всегда отвечала.

— Я скучаю, — признался Влад.

— Я знаю, — ответила она словно с другого конца вселенной.

Но если она согласится, он преодолеет эти квадриллионы космических лет и тетраллионы галактик, чтобы обнять её.

— Прости меня, я идиот.

— И это я тоже знаю. Те бет!

— Да, я балбес! И всё же прости меня.

— Я уже простила.

— Встретимся?

— Легко. Только через часик. У меня тут неожиданно объявился один старый клиент. А сегодня такой день, что я не могу перенести эту встречу на завтра.

— Серьёзно? Клиент? — и он не понимал говорит она правду или шутит.

— Серьёзно. У тебя бывшая жена, у меня старый клиент. В наших свободных, ни к чему не обязывающих отношениях, это же всегда было нормой. Так пусть всё и останется как прежде.

Его новая знакомая вышла из подъезда быстрее, чем он рассчитывал.

— Ладно. На нашем месте. Через час, — закончил он разговор.

Он выпрыгнул и открыл Лере дверь машины.

— Куда едем?

— В «Белладжо», — ответила она.

Чёрт! Ему оказалось в то же самое место.