Глава 17

Миша слегка улыбается после моих слов, затягиваясь сигаретой. Улыбка очень ему идёт. И деловой, брутальный образ – тоже. Впрочем, я видела его либо так, либо голым. В обычной повседневной одежде ни разу.

Смотрю на Медведя во все глаза, будто вчера мы не встречались в родительской квартире при неожиданных и даже скандальных обстоятельствах. Я никому и никогда не смогу признаться в связи с прокурором. Это будет крах всему.

В какой-то момент у меня получается обмануть саму себя. На несколько секунд подумать, что вчера я видела другого Михаила Басаргина. Не моего.

Мой — здесь, рядом. Большой, теплый. Преследовал меня. Чтобы что?..

Обнять его хочется. Прижаться, уткнуться лицом в воротник его рубашки. Пропитаться запахом, поцеловать в колючую щёку.

Кусая губы до металлического привкуса крови, пытаюсь избавиться от неконтролируемого наваждения. Отрезвить себя.

Вопросов и догадок в голове так много, что от перенапряжения разрывает виски. Ответа – ни одного. Первой начинать разговор страшно. Рушить короткую идиллию между нами – тоже. Я знаю, что этот разговор будет непростым, поэтому как могу настраиваю себя лишний раз не обольщаться.

Хватило того, что после побега из базы отдыха я наивно мечтала, что Медведь вот-вот появится и найдет меня. Попросит прощения, осознает, что был неправ, когда подумал, что я стараюсь соблазнить его ради процветания предприятия. Нам ведь так здорово было вместе! Басаргину ничего не стоило раздобыть мой адрес или номер телефона. Но он, видимо, просто не захотел.

В первые дни я сидела дома и тряслась от страха. Ни с кем не встречалась, не отвечала на звонки. В городе тогда и правда было неспокойно. В нашем районе один за другим проходили аресты, постоянно ездили полицейские машины и патрулировали окрестности. Каждый раз казалось, что это точно за мной.

— Чем промышляешь, Лиса? – чуть склонив голову набок интересуется Басаргин.

— Ничем.

Он видел, как я прятала доллары в рюкзак. Наверняка чёрте что подумал!

— Встретилась в тёмном переулке с мужиком, взяла от него деньги. Это, по-твоему, ничем?

— Это не твоё дело. Теперь уже.

— Наркотики? – не унимается Медведь.

Его тон резкий и осуждающий.

Недовольно цокаю языком, складываю руки на груди. Что он думает обо мне? Что, в придачу к лёгкому поведению я торгую наркотой? Просто прекрасно!

— С ума сошёл? – отвечаю взвинченным голосом. – Я выбиваю обещанные деньги за секс с тобой.

— Успешно? – спрашивает на полном серьезе.

— Вполне. Платят, но частями.

— Если нужно надавить на директора – дай знать.

— Сама разберусь. Но за предложение спасибо.

Медведь делает последнюю затяжку и щелчком пальцев отправляет окурок в лужу. Тлеющий жар шипит и мгновенно тухнет.

— Ты замёрзла, — резонно замечает Миша. – Поехали, посидим где-нибудь.

— Стой!

Мы смотрим друг другу в глаза. Моя грудь часто вздымается. Боже, как пережить эту встречу, свадьбу и тот период, когда я наконец стану ровно относиться к мужчине, который был у меня первым?

— В тихом спокойном месте, Алиса, — поясняет Басаргин. — Нас никто не увидит, обещаю.

— Катя в курсе, что ты здесь? — спрашиваю его.

— Нет, она не знает.

— Понятно. Тогда может просто прокатимся? — робко интересуюсь.

— Запрыгивай, — кивает на автомобиль. — Я только кофе по дороге возьму.

Басаргин уверенно шагает к водительскому месту и открывает дверь. Дождь напускается сильнее и сильнее. Я берусь за ручку пассажирской двери. Низ живота сводит судорогой от осознания того, что мы будем ехать в одной машине на критически-близком расстоянии.

Я мерзкая, но я хочу Медведя. Сильно, до дрожи. Потому что до сих пор отчётливо помню каждую минуту, что мы провели вместе.

Сажусь в чистый салон и ощущаю как приятное тепло разливается по телу. Ледяные конечности согреваются — я и правда успела замерзнуть.

Басаргин останавливает автомобиль у круглосуточной кофейни. Спрашивает, чего бы я хотела выпить и выходит на улицу. Смотрю ему в спину, откидываю голову на спинку сидения. Зажмуриваюсь. Ощущения неправильности того, что мы делаем втайне сестры, не покидает меня с самого начала разговора. Я повязла в обмане и лжи. Но обсудить с дальнейшие действия с Медведем мы, наверное, так или иначе были обязаны.

Миша возвращается через десять минут. Вручает горячий шоколад и коробочку с разноцветными пирожными макаронсами. Есть в салоне я не рискну, но всё равно вежливо благодарю.

Делаю глубокий вдох-выдох. И первой начинаю непростой диалог.

— Послушай, если ты волнуешься, что я расскажу о нас Кате — то можешь совершенно не беспокоиться на этот счёт. Я не глупая. И это не в моих интересах.

— Об этом я как раз и хотел поговорить.

— Знаю.

Автомобиль плавно трогает с места. Мы едем по красивому ночному городу и фоном слушаем музыку.

— Если родители узнают при каких обстоятельствах мы с тобой познакомились — мне крышка. Что может быть хуже, чем то, что младшая дочь переспала с женихом старшей сестры из-за выгоды?

— Согласен, ничего. Не делай так больше.

— Не обещаю, но подумаю.

Медведь усмехается и набирает скорость.

— Я состою в отношениях с Катериной примерно полгода, — сдержано поясняет он.

Нервно сглатываю, делаю глоток обжигающе-горячего шоколада. Кончик языка покалывает, но боли от ожога я не чувствую.

— Вчера заметил, что вы с сестрой достаточно близки, хотя раньше она почти не рассказывала о тебе.

Напряженно молчу. Басаргин видел, как мы обнимались в ванной комнате. Это было ужасно. Стыдно, грязно. Я просила прощения не озвучив причину. А она вопиющая!

— Мне бы не хотелось, чтобы ты грызла себя за случившееся, Алиса. В тот период, когда мы с тобой познакомились, мы с Катериной взяли паузу в отношениях. Возможно, это хотя бы немного поможет тебе не чувствовать себя виноватой.

— Продолжай, Медведь.

— Мы крупно поссорились, планов сходиться не было. Катя улетела в отпуск и какое-то время мы не общались.

— Почему поссорились?

— Я не намерен обсуждать это с тобой. Если захочешь — спроси у сестры.

— О, ясно. То есть у тебя был карт-бланш на измену. Ты не такой аморальный каким казался изначально.

— Да нет, я как раз такой. Но твоя сестра в курсе за кого идёт замуж.

— Ты её любишь?

Медведь бросает на меня короткий взгляд и слегка прищуривается. Куда мы едем – я понятия не имею. Просто катаемся по городу.

— За любовью это не ко мне, Лиса. Катерина устраивает меня по многим параметрам. Я хорошо отношусь к твоей сестре. Уважаю её, мы во многом совпадаем. Я достаточно прагматичен в данном вопросе. Сильные чувства — не гарант крепких отношений. Они скорее мешают.

— Мне такого не понять, но раз вас всё устраивает — это просто чудесно.

Совпадают? В постели наверняка тоже. Мой голос пропитан отчаяньем. Не знаю, удается ли Медведю расслышать это, но мне бы не хотелось.

Отвожу взгляд, наблюдая за тем, что город с каждой минутой пустеет. И спохватываюсь, когда мне звонят. Достаю из кармана куртки телефон, смотрю на экран. Чёрт, Ляля! Я же обещала, что приеду!

Отвечаю на звонок, клянусь, что скоро буду. На часах девять вечера.

Отключаюсь, смотрю на Басаргина.

— Если наш разговор окончен, то я хотела бы выйти. Мне стало чуточку легче, ты был прав, — проговариваю негромко. — Нужный разговор в нужное время. Было и было. Я совершенно просто отношусь к сексу.

Замечаю, что Медведь крепче сжимает руль. Стараюсь изо всех сил, чтобы он мне поверил. Я не намерена мешать счастью сестры. Ни при каких условиях.

— Хорошо, что в тот период ты был относительно свободен. Катя закрыла глаза на грешки жениха в своё отсутствие. И я смело не буду считать себя твоей кратковременной любовницей. Каждый из нас получил всё, что хотел, поэтому случившееся можно оставить нашей маленькой грязной тайной. О которой никто и никогда не должен узнать.

Замолкаю, сердце колотится. У самой шестерёнки работают в совершенно ином направлении. Что было бы, если бы я не сбежала из базы отдыха? Дождалась Медведя? Это хоть как-то повлияло бы на ход событий? Жаль, но об этом я никогда не узнаю.

— Куда тебе? – спрашивает Медведь.

— Высади на остановке – я вызову такси.

Он слегка морщится и косится в мою сторону.

— Я спросил: куда тебе, Лиса? Не вы*бывайся.

— Ну да, мы же почти родственники.

— Только не злоупотребляй. Адрес назови.

Шумно вздыхаю, произношу название ночного клуба. Чем ближе мы подъезжаем, тем хуже мне становится. Нет, я веду себя как обычно. Спина ровная, выражение лица невозмутимое. Но в душе такой хаос творится, что трудно описать словами.

Автомобиль останавливается у переливающейся огоньками вывески с названием клуба. На улице толпа людей, в том числе и мои сокурсники. От вопросов, откуда у меня знакомые на дорогой тачке — не отобьешься, но я постараюсь.

Бросаю на Медведя последний долгий взгляд, даже дыхание спирает. Вспоминаю всё в красках. Был бы он женихом какой-то посторонней девушки — я бы смело поцеловала его в губы напоследок. Глубоко, страстно. Чтобы на всю жизнь запомнил. Но сестра… это другое.

— Катя замечательная девушка, — произношу как можно беззаботнее. — Отличный прагматичный выбор, Медведь. Не изменяй ей больше, ладно?

— Не буду, даже если сама попросишь.

Медведь усмехается, шутит. Я не сдерживаю улыбку при этом. Прячу в рюкзак пирожные, дёргаю за ручку двери.

— Береги себя, — последнее, что слышу.

Выхожу на улицу и тут же ежусь от порывистого ветра. Быстрым шагом дохожу до компании наших ребят. Не оглядываюсь, но знаю, что автомобиль все ещё стоит за моей спиной. Чувствую, что Медведь до сих пор смотрит, поэтому первым делом висну у сокурсника, высокого тощего Игорька, на шее и коротко целую его в губы.

— Подыграй, Воробьев! — шиплю ему на ухо. — Обними за талию крепко-крепко!