Глава 24

Несмотря на все сопутствующие события, которые сильно расстроили и выбили из эмоционального равновесия, я с особым энтузиазмом приступаю к обслуживанию стола. Потому что свою работу я всегда выполняю ответственно, вкладывая душу в дело. Пользуясь представленной возможностью, с любопытством подсматриваю за роскошной жизнью богатой прослойки общества и делаю сравнительный анализ для себя на будущее. Хочется понять, как правильно с ними общаться и взаимодействовать.

За их столом около двадцати молодых людей разной наружности наслаждаются отдыхом. Все гости совершенно разные: шикарные на внешность и более скромные; уверенные в себе и не очень; молчаливые и болтливые; грубые и вежливые. Но всех этих молодых людей абсолютно точно объединяет одно: каждый из них считает необходимостью дать мне указание и в процессе этого как-нибудь поиздеваться и посмеяться. После пятой, наверное, шутки по поводу «фееричного» выступления, похоже, моя выдержка закаляется, и я уже не так остро реагирую: менее сильно краснею и почти не мямлю в ответ.

Обслуживание именно этого стола занимает практически всё моё рабочее время. Хорошо, что остальные гости вечера не настолько требовательные, поэтому управляющие не делают мне замечания по поводу качества работы, в целом.

Среди отдыхающих я также замечаю двух парней-близнецов, с виду абсолютно идентичных друг другу. Копия. Даже голоса и смех одинаковые.

А также у каждого из них имеется крупная родинка под одним глазом, поразительно!

Я становлюсь невольной свидетельницей их разговора и узнаю, что Мами была в отношениях с близнецами. То ли с кем-то из них, то ли с обоими... Как такое может быть!? Я точно не поняла этот момент, но остаток вечера приходится наблюдать за их пикировками. Время от времени они обмениваются между собой оскорбительными выражениями, будто желая сделать друг другу побольнее.

Но больше всего среди богатых людей меня настораживает и пугает Камиль. Своей напористостью, грубостью. Пошлостью. Наверное, с одной стороны хорошее качество: говорить людям открыто о своих чувствах, но с другой - в его конкретном случае, звучит крайне грубо, обидно и унизительно. К примеру, я слышу такие слова, от которых волосы на голове встают дыбом:

— Заткни хлебальник! Твои шутки как всегда тупы и неуместны. Или вот такое обращение к девушке:

— Детка, вставь себе сиськи, у меня на тебя не встает. Вон у малыша Влада и то сиськи больше, чем у тебя.

Удивляет, что его фамильярное поведение, выходящее за рамки приличий, всеми воспринимается абсолютно нормально.

Я не привыкла иметь дело с настолько раскрепощенными грубыми людей, поэтому позже, когда он обращается ко мне, я чувствую себя как человек, приговоренный к смертной казне:

— Официанточка, покажи, где у вас зона для курящих. Дядя Камиль жаждет наполнить легкие отравой.

— Дддааа! Пройдем-те, пожалуйста, за мной! — я на самом деле заикаюсь, когда отвечаю и это почему-то вызывает у парня удовлетворение и, как следствие, довольную ухмылку. Он чувствует мою зажатость и это его забавляет.