Глава 32

Из города мне удалось ускользнуть. И я гнала мехомобиль по лесной дороге.

В висках бешено стучала кровь. Я панически боялась не успеть. Или что Лючи побежит не домой. Заблудится. Мало ли что может случиться в лесу с маленькой девочкой. Пусть она и находится в облике страшного монстра.

А вдруг малявка не сумела убежать от разъярённой толпы?

Нет, об этом думать слишком страшно. Уж лучше ей заблудиться в лесу.

Но Лючина не заблудилась. Я увидела её издалека. Она сидела у ворот, сжавшись в комок от холода. Девочка была обнажена и явно замёрла.

Я остановила Зверя рядом и побежала к ней, на ходу стаскивая пальто.

– Ты чего тут сидишь? Почему не идёшь в дом? – тормошила, укутывая в тёплую ткань.

– Я не знаю ключ-слово, – стуча зубами от холода, призналась малявка.

– Прости, маленькая, это моя вина, – я затащила её в машину и погнала к дому.

Уже на крыльце обернулась, проверяя защитный контур. И только, когда увидела, как он опустился на ограду, зашла внутрь.

Малявку я уложила в постель, предварительно надев на неё тёплую пижаму, а потом закутала в одеяло.

– Лежи и грейся, – велела ей, – а я заварю тебе чай.

На кухне было тепло и тихо. Я поставила на плиту чайник, подбросила в печь поленьев. И села на табуретку у стола.

Теперь, когда всё было позади, и мы с Лючиной оказались дома в безопасности, меня начало трясти. Стоило только представить, что могло случиться. И какие последствия могли вылиться из нежданной встречи с Алфордом Брэмором.

Чайник закипел. Я засыпала в заварочник травы и залила их кипятком. Поставила на поднос. Подумав, налила в креманку мёда и отправилась в комнату малявки.

Она сидела, опершись на подушки, и смотрела в одну точку. Услышав, как скрипнула дверь, Лючина вздрогнула и перевела взгляд на меня.

Я подошла к кровати, поставила поднос, налила в чашку чай, добавила мёд и протянула девочке.

– Ты на меня сердишься? – спросила она тоненьким голоском.

– Не сержусь, – ответила ей чистую правду, – но мне было бы намного проще, знай, я всё с самого начала.

– Прости, – малявка отпила горячего чая, а потом отставила чашку и поползла ко мне, обогнув по пути поднос.

Я не двигалась, ожидая её действий. Лючина обхватила меня руками, прижалась лицом к моему боку и… разрыдалась. Я гладила её по волосам и молчала, ждала, когда девочка успокоится. Тогда мы сможем поговорить. Думаю, ей необходимо выговориться.

– Я боялась, – всё ещё всхлипывая, начала рассказывать Лючи, – что ты испугаешься и уедешь.

– Почему ты подумала, что я испугаюсь?

– Потому что папа боялся, что я не смогу себя контролировать и наврежу тебе.

Это всё объясняло. И то, почему в доме не было слуг, и почему мсье Милфорд так активно пытался выдворить меня вон. Вот только Найджел в какой-то момент перестал бояться. Он ведь уехал в полнолуние, оставив меня с малявкой. Значит, начал доверять.

И тут до меня дошло.

– Лючи, но ведь сегодня не полнолуние, как у тебя получилось превратиться… – я пыталась подобрать тактичное слово. Подумалось, что на волка она не похожа. А по поводу собаки мы уже разговаривали.

– Я не знаю, – кажется, малявка и сама удивилась. – Просто я так испугалась, когда увидела, что этот человек тебя обижает. И оно как-то само…

Мы пили чай и секретничали. Точнее это Лючина рассказывала о том, как начала оборачиваться в монстра. Как испугался папа. Как прогнал всех из дома и запер её. А потом появилась я, и всё изменилось.

Я очень сочувствовала малявке. Моё детство тоже не было безоблачным, но сидеть в четырёх стенах, без возможности выйти за ограду… это было слишком тяжело.

На лес опускались сумерки.

Мы не зажигали света. Так и сидели в сером мареве подступающего вечера.

– Ты слышишь? – вдруг навострила уши Лючина. – Голоса…

Я прислушалась, но тщетно. Видно, у малявки в дни превращений обострялся слух.

Пришлось встать и подойти к окну. В стороне ворот, за оградой, виднелись жёлтые огоньки.

– Что там такое? – напряжённо спросила девочка.

– Кажется, они пришли сюда, – пробормотала я вполголоса.

– Я боюсь, – тоненько произнесла Лючина. Её глаза стали огромными и блестели от вот-вот готовых пролиться слёз.

– Всё будет хорошо. Я не дам тебя в обиду, – успокаивающе произнесла я, быстро обняв малявку. А потом поднялась: – Сиди здесь. Я скоро вернусь.

– Ты куда? – Лючи испуганно потянулась за мной.

– Попробую поговорить с ними. Пожалуйста, никуда не выходи, – попросила, а потом закрыла за собой дверь.

Факелов было много. Я насчитала около трёх десятков, прежде чем сбилась. Людей за воротами оказалось ещё больше. Они шумели и спорили. Кажется, обсуждали, как им попасть внутрь.

В толпе я разглядела знакомые лица. Здесь был доктор Иветт и его помощник. Булочник Грон. Мадам Розетта и мадам Линё, дочь которой недавно вышла замуж.

Но самое главное – среди гренойцев стоял Алфорд Брэмор с перевязанной рукой и с ним какой-то тип в очках с синими стёклами, на которых бликовали отблески факелов. Он что-то бормотал себе под нос и делал короткие пассы руками.

Забеспокоившись, я перестроила зрение. И точно – это был маг, и он снимал нашу защиту.

Меня они не замечали, пока не подошла достаточно близко.

– Эй! – крикнула, чтобы привлечь внимание. – Зачем вы сюда пришли?!

– Вот она – пособница чёрного колдуна! – закричал незнакомый мне мсье, указывая на меня пальцем.

– Это поместье мсье Милфорда, уходите отсюда! Возвращайтесь по домам! – впрочем, я особо не верила, что меня послушают, очень уж были распалены собственным страхом и злобой эти люди.

– Отдай нам колдуна и его чёрное отродье, которое он выдаёт за дочь, тогда мы уйдём! – выкрикнул ещё один мужчина.

Лорд Брэмор так гадко усмехался, что у меня и на секунду не возникло сомнений, кто был идейным вдохновителем похода сюда.

– Доктор Иветт, – обратилась я к самому разумному, на мой взгляд, человеку из собравшихся здесь, – ну скажите же им, что Лючина никакое не отродье. Девочка – всего лишь оборотень…

– Она – волкодлак! Порождение чёрной магии! Она должна сдохнуть вместе со своим создателем! – теперь голоса доносились отовсюду.

Мои попытки объяснить, что оборотни уже лет десять как признаны разумной расой и перестали подвергаться гонениям в столице, никто не слушал.

Лорд Брэмор усмехался всё шире, радуясь моему поражению.

Боги, как же не вовремя мсье Милфорд уехал на свой обход. Или это я не вовремя решила отправиться в город?

Неважно, как бы то ни было, Лючину я не дам в обиду.

– Только через мой труп! – заявила уверенно. Хотя особой уверенности, что сумею справиться с такой толпой, у меня вовсе не было. Значит, нужно держать их за воротами. Сделать всё, чтобы охранное заклинание оставалось на месте.

Я снова перестроила зрение. Защита начала слабеть и кое-где уже готова была рассеяться. Пусть магии у меня не много, но это я смогу. Собрала силу и начала вливать её в защиту, латая прорехи. Охранное заклинание снова засияло разноцветными всполохами, и я воспрянула духом.

Маг напрягся, снял свои очки и злобно взглянул на меня.

Теперь я его узнала. Это был мсье Герен – один из сильнейших магов страны. Его пару раз приглашали к нам в пансион для оценки наших умений. Он был жестоким человеком и не гнушался оскорблениями учениц. Давал заведомо невыполнимые задания, а потом насмехался, ставя неудовлетворительные отметки.

Но неужели он не понимает, что если снимет защиту, нас с Лючиной могут убить?

– Мсье Герен, – обратилась к нему, – прошу вас, не позволяйте этим людям обидеть нас. Ведь вы образованный, просвещённый человек.

– Я ненавижу этих лохматых тварей, они не заслуживают жизни, – ответил маг и сделал резкий выпад рукой, отчего защита мигнула и погасла.

Ну вот и всё.

Послышались звуки ударов металла о металл – это ломали железный замок на воротах.

Я побежала обратно к дому.

Лючина вопреки моей просьбе встретила меня в холле, на нижней ступеньке лестницы. Девочка сидела, поджав под себя босые ноги.

– Помоги мне! – крикнула ей, запирая засов на двери. Затем вместе с малявкой мы закрыли ставни на окнах первого этажа.

Всполохи факелов виднелись сквозь щели. Они приближались к дому.

Я чувствовала усталость. Попытка удержать защиту ограды выпила из меня слишком много сил. Ну почему у меня такой маленький резерв? Ведь я должна защитить Лючину. Я не могу позволить озлобленной толпе добраться до неё.

Подошла к напуганной девочке, стянула с себя пальто, сняла сапоги и начала надевать на ребёнка.

– Лючи, миленькая, я хочу, чтобы ты сейчас очень быстро вышла через заднюю дверь и убежала в лес.

В глазах малявки стояли слёзы.

– Нет, я тебя не брошу, – разрыдалась она.

Я опустилась на колени, чтобы быть на одном уровне с девочкой, и легонько встряхнула её за плечи.

– Милая, пожалуйста, ты должна меня послушаться. Эти люди боятся оборотней, потому и пришли. Они опасны только для тебя. Меня они не тронут, потому что я лишь человек. Понимаешь?

Лючи кивнула, всхлипнув, и вытерла рукавом лицо.

– Давай быстро, пока они не окружили дом!

Вывела малявку в кухню, вытолкнула за дверь, придавая ускорения, и захлопнула створку за её спиной.

– Теперь беги очень быстро, – прошептала вслед. – А я их задержу здесь.

Во входную дверь уже стучали чем-то тяжёлым. Дом сотрясался при каждом ударе.

– Что вам нужно!? – выкрикнула я истерично, напуганная как никогда в жизни. – Убирайтесь!

Кажется, мне уже отсюда не уйти. Я опустилась на ступеньку, где раньше сидела Лючи, и попросила сама не знаю кого:

– Пожалуйста, пусть она успеет убежать.

С громоподобным треском входная дверь рухнула, и в дом ввалился авангард озлобленной толпы.

Ну уж нет. Просто так я им не дамся. И малявку не отдам.

Я раскинула руки в стороны, глубоко вдохнула, концентрируя силу. Её оставалось не так много, и я вплела в неё энергию своей жизни. Когда кожу начало пощипывать от переполнявшей её силы, махнула руками, посылая волну в перекошенные ненавистью лица.

Видимо, маг тоже пытался использовать силу. Потому что две волны энергии встретились на полпути, и раздался взрыв.

Меня отбросило на лестницу. От силы удара я пробила спиной перила и упала на пол. Сверху посыпались щепки и доски. Кажется, рушилась крыша. Слышались крики боли.

Всё кругом было охвачено огнём.

Ну вот, подумалось мне, так старалась создать уют в этом доме. А теперь всё сгорит.

К счастью, жара огня я уже не почувствовала, потому что провалилась в темноту.