Глава 27

Сцена из немого кино, когда внезапно обманщиков выводят на чистую воду, причём публично.

Ульяна Павловна всё про меня поняла в момент, когда взяла за руки. Ей и серьги не нужны, и ногти мои не важны.

Мы переглянулись с графом, как преступники, пойманные с поличным. Но хуже всех сейчас Артёму, он вдруг опустил голову и густо покраснел, ощущает свою вину за магию?

— Так! Значит, мне не показалось! — довольно спокойно, но строго канцлер произнёс обличительную фразу с подвохом. Не договаривает, ждёт, когда мы выдадим себя уже словами, а не только уликами.

Продолжаю молчать. А Вероника, поджав губки, переводит взгляд с одного взрослого на следующего, удивляясь затянувшемуся молчанию, почему никто не спросил её номер телефона.

— Простите, позвольте детям пойти в детскую, и мы постараемся объясниться в этом недоразумении, — Матвей Сергеевич, не дожидаясь позволения князя, сам встал, неожиданно поднял на руки Веронику, а Тёме протянул руку и как заботливый отец, осторожно вывел детей, приговаривая, что всё хорошо и взрослым нужно поговорить на серьёзные темы. А потом мы все вместе прокатимся на карете.

И ушли…

А я осталась. Так и сижу молча, даже не представляя, что говорить в своё оправдание, друзья они нам или изощрённые враги?

Ульяна улыбнулась, быстро взглянула на мужа говорящим взглядом, мол, не пугай людей, я сама, и, повернувшись ко мне, улыбнулась:

— Вы попаданка? — вопрос оказался в лоб.

— В каком смысле? — я понимаю, что неприлично отвечать вопросом, всё же попыталась увернуться от прямых обвинений.

— Из другого мира или времени сюда попадают люди, как правило, после смерти оживают в других телах. Сознание, разум совершенно другие, память. Но тело…

Продолжаю изображать из себя непонимашку, у Вероники научилась.

Ульяна вновь улыбнулась и мельком взглянула на серьги, я бы их сейчас сняла, но вынуждена под столом прятать ногти с акриловым лаком.

— Что удивительно, вы попали сюда без ужасного перерождения. Это тело и ваша дочь, вы живые попали в наш мир.

— Это преступление? Существует какой-то таможенный кодекс на этот счёт? Я должна просидеть в карантине? — понимаю, что меня раскусили, отпираться смысла нет. Потому тоже иду в некоторое подобие атаки. Моська тявкает на львов, вот как это выглядит.

В этот момент вернулся граф и сел на своё место, внимательно смотрит на меня, потом на Ульяну.

На этот раз к допросу подключился сам канцлер.

— Ничего из того, что вы перечислили в этом мире нет. Магии в вас тоже нет, возможно, самая малость. Мы лишь хотим понять, что произошло.

Я выдохнула и вдруг вспомнила ту гипотезу, какую как-то выдала Тёме. Эта идея мне показалась отличной.

— Я учитель, окончила университет физмат, физика, математика, геометрия — мои дисциплины. Могла бы заниматься научной работой, если бы не семейные обстоятельства, — на этих словах канцлер многозначительно посмотрел на графа, а тот не без гордости улыбнулся. Но я продолжила. — Есть такие явления, какие остаются пока необъяснимы, например, как магия в вашем мире. Подозреваю, что здесь у людей более развита связь с энергией планеты. Но пока суть не в этом. Мы с дочерью оказались в таком месте, какое фантасты иногда называют «разлом» грань между мирами стёрта. Мы вышли из автобуса на остановке, сделали несколько шагов и оказались в вашем мире. Совершили переход, сами того не подозревая. Никто не виновен в этом инциденте. Произошло это вечером, мы не сразу заметили смену, потому потеряли всякую возможность вернуться. Прошли по дороге, увидели огни поместья и вышли к людям. Такие же напуганные обстоятельством, как и сейчас этим допросом.

И снова тишина, кажется, наши гости задумались о моей версии событий. Но быстро спохватившись, князь Разумовский очень серьёзно посмотрел на меня и ответил.

— Это не допрос, скорее беседа. Вы удивительное явление для нашего мира, и ваши познания – неоценимый кладезь информации, какой нам очень не хватает. В магическом мире к науке относятся снисходительно, но мы понимаем, насколько это опрометчиво. Благодарю за искренность и правду. Однако над семьёй Матвея Сергеевича сгустились тучи. Не простые тучи, а таящие в себе ужасную опасность, и право, не знаю, как вам предложить, более надёжное убежище и научный труд. Пока мы сможем решить проблемы с трибуналом.

— Об этом не может быть и речи. Я не оставлю Тёму ни при каких обстоятельствах. Особенно сейчас, — мой протест получился слишком рьяным, словно меня силой хотят забрать.

Матвей Сергеевич так посмотрел на меня, словно я ему сейчас ответила «Да» на предложение. И снова пауза, которую решился нарушить граф.

— У Анны и Вероники нет никаких прав находится в этом мире. Как они с дочерью попали в этот мир, вопрос странный и открытый, но им очень нужны документы. Проблема в том, что мои адвокаты очень хороши, но я не решился отдавать им это дело. Не хочу подвергать огласке историю. Поверенный в делах сейчас пытается найти способ, но боюсь, он не совсем законный. И получится ещё хуже.

— Я смогу это устроить. Напишите свои данные, в министерстве юстиции, есть отдельный небольшой департамент защиты потерпевших, свидетелей и иностранных граждан, подвергшихся гонениям. Ваши документы будут готовы через три дня, сударыня. Но развейте моё любопытство, покажите этот предмет, о котором говорила Ульяна Павловна.

— Сотовый? Батарейки уже садятся, но я принесу и заодно напишу вам данные.

Быстро встаю и сбегаю в комнату к детям. На самом деле, больше всего боюсь за Тёму, он сейчас накрутит себе чувства вины.

— Мои хорошие, нас ни в чём не обвиняют, наоборот, хотят помочь, — стоило мне войти, заметила напряжённое личико юного князя. Вероника сидит рядом и держит друга за руку.

— Правда?

— Да, я сказала реальную версию событий. Что мы вышли из автобуса и случайно перешагнули в разлом между мирами. Увидели ваше поместье и попросились на ночлег. Никого из нас ни в чём не обвиняют. Сейчас напишу наши данные ещё раз, и через три дня сам канцлер сделает нам документы. Это же хорошо. Я на законных основаниях смогу остаться с вами.

— Ох! Я очень испугался.

Тёма помог мне с листами бумаги и чернильницей. Но я сначала достала два телефона из комода. Попыталась их включить, особо не надеясь, и Тёма вдруг предложил:

— Я понимаю, как работает энергия в батарее. Мы с вами эту тему обсуждали на занятии. Могу попробовать зарядить.

Молча протягиваю мальчику два телефона и сажусь писать свои данные.

— Написала, пойду, отнесу. А телефоны как себя чувствуют? — не особо веря в успех, взглянул на сотовый и замерла, он включён и заряд на сорока процентах.

— Очуметь! Да ты ходячая электростанция. Они работают! О боже! Вот это ты меня удивил. Я покажу им телефон, а вот этот сильно не перезаряжай, чтобы не испортить, можете поиграть, Вера тебе покажет.

Отдала детям небольшой розовый смартфон дочери и поспешила вниз, добивать технологиями высокопоставленных гостей.