Глава 72. Ада

Что Ян тут делает? Зачем приехал? Это ведь был он?

Стараюсь не идти слишком быстро, не нестись, выдавая себя с головой. Один шаг вперёд под три удара сердца. Медленно, от бедра, вспоминая, что кислород всё ещё мне нужен, хотя мертва внутри.

— Подождёшь здесь, — отдаю приказ охраннику, чьего имени даже не запомнила.

— Мне приказано…

— Хочешь зайти со мной в уборную? Может мне вернуться и отвлечь Халида от встречи, чтобы он тебе разъяснил твои обязанности?

У меня в голосе сплошная сталь, которая прошибает рёбра. Мужчина виноват лишь в том, на кого работает. И делает ведь всё правильно, не оставляет, не сводит глаз.

Но мне нужно остаться одной, разрешит проблеми. И охранник кивает, оставаясь ждать меня возле двери. Внутри комнаты светло, широкие умывальники, букеты свежих цветов по углам. И в центре всего этого стоит Ян.

— Я…

Взмахиваю рукой, заставляя остановиться. Включаю воду, толкаю мужчину в сторону сушилки. Вожу ладонью, вызывая дополнительный шум. И лишь после этого киваю, позволяя другу объясниться.

Другу ли?

— Ты можешь считать меня предателем, ёжик, но…

— Ты работаешь с Цербером. Ты знал, кто я, кого ищу. И ни слова не сказал. Делал вид, что заботишься обо мне, но на самом деле просто жалкий трус, который решил пойти по пути крови.

— Ты не называла его имя, Ада. Никогда не говорила за кем ведёшь охоту. Я знаю лишь недавно, когда уже стал связанным обязательствами. Просто сказать тебя? Цербер убьёт меня и мою жену за такое. Прости, но твоя дурацкая месть не в приоритете.

— Дурацкая? Ян! Цербер пришел в мой дом, на моих глазах убил моих родных. И если бы я не спряталась, то тоже была бы мертва. Это глупо?

— Ты — выжила.

Только не уверена. Мне кажется, что я мертва давно. Очень-очень давно, ещё до того, как попала в детдом. До того момента, когда дверь в дом выбили и разносились приказы на незнакомом языке.

Я умерла вместе с моими настоящими родителями. Умерла, когда брат обещал вернуться за мной и не сделал этого. Я знаю, знаю, что его нет в живых. Валера бы не бросил меня, не смотря на то, что мы всё время ругались. Он обещал забрать меня, сделал бы это. Но…

Но его нет.

У меня нет никого.

Только Халид и Ян.

Двое мужчин, которых я ненавижу в этот момент. Опускаюсь на отполированный пол, наплевав на всё. Слышу хруст, звон с которым разлетается всё внутри меня. Я не сильная, я слабая. Жалкая, сломленная.

И осколки бывшего каркаса словно врезаются в моё тело, пускают воображаемую кровь, заставляя захлёбываться ею. Ян заменяет меня, заставляет сушарку гудеть, пока я старюсь понять, что мне делать дальше.

Как жить.

Мне казалось, что смогу быть рядом с Халидом. Сколько угодно времени, чтобы расправиться с ним. Отомстить. Но я не смогу, это правда. Не только из-за того, что мужчина всегда на страже.

Представляю, как он умирает, и хочется сдохнуть самой. А мне нужно жить, я просто обязана. Если раньше готова была проститься с жизнью, выполнить глупую месть, то сейчас не имею права. Как всё меняется за сутки, расставляет мысли по своим местам.

— Ты можешь уйти от него.

— Не могу, Ян, не могу.

— Потому что не отпускает или не хочешь?

Потому что Халид это Цербер!

Мысль бьётся внутри, орёт, пока в реальности я лишь поджимаю губы.

Как я могу не хотеть уйти от Цербера?

Хочу.

А от Халида…

Двое разных образов теперь смешиваются и я не знаю, как всё отделить. Как определиться, что на самом деле мне нужно.

— Халид не отпустит. Я… Что ты здесь делаешь, Ян?

— Пытаюсь исправить свой проёб, — друг присаживается рядом, сжимает ладонями мои колени. Переходит на шепот, чтобы никто не услышал. — Я не могу нормально спать с момента, как увидел тебя в кафе с Халидом. Всё думаю, что я мог что-то сделать, сказать. Позвонить ментам, дёрнуть кого-то. Просто вытащить тебя из его лап. А ничего не сделал.

— Каждому дорога его шкура. Я бы тоже не стала вытаскивать тебя из передряги. И если когда-то Цербер придёт за тобой, я не стану просить Халида заступиться. Знай это.

— Знаю. Я закончил свои дела, свернул бизнес. И Цербер позволил, та встреча — была почти последней. Моя жена беременна, мы перебираемся заграницу. Не предаю, а просто сваливает. Так разрешил Халид.

— И что? Поеду с тобой в качестве второй жены? Притворюсь ребёнком?

— Я нашел связи. Есть одна женщина, Арабина.

— Знаю.

Ей было далеко за пятьдесят, почтенный возраст, а держала лучший в городе бордель. Арабину боялись все, от депутатов до мелких ментов. Потому что её девочки были лучшими шпионами.

Я видела Арабину лишь мельком, пыталась через неё добраться до Цербера. Выудить крупицы информации. Она не повелась на мою роль, а может заметила, как неестественно смотрелся белый парик. Но не сводила с меня глаз, поджав губы, хмурилась.

И я поспешила свалить, не раскрывая себя.

— Как ты на неё вышел?

— Она сама. Как я понял, у неё свои счёты с Халидом. Не понял, на самом деле, — друг посмеивается, вызывая у меня улыбку. — Но она предложила безопасный способ вывести тебя.

— Из страны?

Всю жизнь бегать, скрываться. Я могу сейчас, ещё пару месяцев. Но через сколько я не смогу бегать из города в город? Задержусь где-то, захочу осесть?

У Ники, лучшей подруги, всё было намного проще. У неё не было обузы за плечами, путешествовала и играла в своеобразные догонялки. Но я знаю, что Халиду будет проще нагнать.7d423c

— Новые паспорта, история. Это не просто подделка, — Ян протягивает мне красную книжечку. — Это реальный человек. Выращенный, закончивший школу, со страховкой, штрафом за вождение и прочими деталями. Халид не найдёт.

— Адель? — меня бьёт истерикой, когда вижу имя в паспорте. — Серьёзно?

— Это имя начало свою историю двадцать три года назад, хочешь подождать столько же? Я смогу вывести тебя, реально смогу.

— Зачем это тебе? Новая жизнь, ребёнок, стабильность.

— Ты же мой заклятый друг, Ада. Только я могу тебя доставать.

В этот момент он мне кажется всё тем же мальчишкой. С которым мы курили на подоконнике, ели запаренную в стакане гречку, дрались. Мы были врагами, были друзьями.

— Я не могу просто выйти из кафе.

— Это забота Арабины. Твоя задача — сказать «да». Ты бросишь работу, не вернёшься в Москву. Уедешь, раз и навсегда. Либо останешься здесь и сама будешь разгребать с Халидом.

— Поклянись своим ребёнком, что это не подстава. Что реальная помощь.

— Я не стану.

— Хорошо.

Киваю, поднимаюсь. Умываюсь холодной водой, тру лицо, покой оно не начинает краснеть. Если бы Ян начал убеждать меня, играть — я бы поняла, что это ложь. Он не из тех, кто станет приносить клятвы, тем более рисковать жизнью ребёнка, которого он так долго хотел.

Ян предлагает мне помощь. И от меня зависит исход.

— Я могу подумать? — вытираю лицо бумажными полотенцами, часто дышу. Меня снова мутит, голова кружится. Хочется лечь и не двигаться. — Как быстро нужно решить?

— Сегодня, сейчас. Пока вы здесь. После — не знаю, когда Арабина сможет предоставить пути отхода.

Либо сейчас, либо никогда.

— И если я захочу уйти, то что мне нужно будет делать? Я… Мы с Халидом ещё не уходим, у меня есть время.

— Просто вернись в уборную. И всё.

— Тайный вход в подземелье?

— Всё проще. Но узнаешь план только после решения. Я не могу рисковать.

— Понимаю.

Киваю мужчине, направляясь к выходу. Ян дал мне возможность. Пропилил оковы в моей клетке, вырвал меня из плена. Сделал намного больше, чем я от него ждала. На самом деле, не ждала ничего, только объяснений.

Простых слов, никакой помощи.

Но друг вручил мне ключ.

И только от меня зависит — открыть им замок или выбросить, оставаясь в клетке Халида.