Часть 1. Назад в прошлое. Старшеклассницы.

Рано или поздно наступает пора, когда понимаешь, что молодость кончилась. Но годы спустя ты видишь, что кончилась она много позже.

Миньон Маклафлин.

---

 - Ну почему именно я должна выступать на этом дурацком концерте? — уже в сотый раз за утро повторяла я свой вопрос, адресуя его многострадальной подружке Ритке.

Мы шли по маленькой столовой нашей школы, виртуозно лавируя между стадом голодных учеников, держа в одной руке стакан с водянистым чаем, а в другой булку с тонюсеньким колечком колбасы. Не густо, но нужно было сказать спасибо и за это, — в некоторых школах учеников вообще не кормили. И уж тем более старшеклассников! Но наша гимназия номер пятьдесят семь находилась аккурат напротив районной администрации и городского суда, поэтому у нас лезли из кожи вон, дабы соблюсти видимость примерно показательного учебного заведения.

— Ну, скорее всего, потому что ты сама растрепала всем, что на гитаре играешь, так что теперь пожинай плоды своего хвастовства, — резюмировал Ритка, шумно отхлебывая из граненого стакана. — Фу, моча ослиная, — скривилась подруга. Зерно истины в ее словах, безусловно, было. И я вовсе не о чае. Хотя, он тоже был редкостной гадостью.

Перейдя в новую школу я быстро влилась в ряды шустрых, талантливых ребят, которых постоянно дергали на всякого рода концерты, выступления команды КВН, соревнования «Что? Где? Когда?», Новогодний огонек, Осенний бал — я всегда неизменно была в центре этого куража. Так уж повелось. Не только дурная слава тянется за нами неотвратимым шлейфом, но и наши достижения. 

И не скажу, что мне это не нравилось или было в тягость, напротив — это было поистине прекрасное время. Лучшее. Беззаботное. Бесконечные репетиции с хохмами, шум, гам, закулисные интрижки и откладывание всего на последние минуты. А сколько интересных и талантливых ребят я узнала, ну и плюс градус собственной популярности после каждого выступления возрастал в разы. 

В десятом классе, после дебюта в новой школе, где я играла на гитаре, мальчишки из одиннадцатого наперебой кинулись знакомиться и занимать лучшие места рядом со мной в столовке. Это была моя минута славы. Жаль, что в скором будущем я выберу редкостного засранца в качестве ухажера на ближайшие годы. И почему всегда так: из пёстрого душистого разнотравья обязательно надо выбрать самый уродливый чертополох? Вот если бы сегодняшние мозги, да в то юное упругое тело… Но не об этом сейчас.

В общем, тогда многие хотели с мной дружить, преследуя при этом и свою выгоду тоже, прекрасно зная, что и компания у меня соответствующая: мальчишки спортсмены, КВНщики, симпатичные поющие и танцующие девчонки. С поклонниками в то время у меня проблем не было, и мне, с моей любвеобильностью, приходилось ох как тяжко тогда! Я пребывала в состоянии вечного выбора, чем моя подружка Ритка похвастаться не могла. Нет, не отсутствием интереса к противоположному полу, скорее, их холодностью к ее персоне. Ритка была очень симпатичной, но она из того числа девушек, кто не умел этим правильно пользоваться. Из тех, кто светит — но не греет. Вроде бы все так, и в то же время что-то не то… Мальчишки ее либо сторонились, либо с барского плеча великодушно пускали во френдзону, что её, конечно же, не устраивало.

Я любила свою подругу, честно, но иногда нам волей-неволей приходилось конкурировать. Ритка ревновала меня к парням, их — ко мне, и чем старше мы становились, тем чаще конфликтовали на этой почве. Да, тропинка нашей дружбы не была выложена цветами, но это был нерушимый союз, никто и ничто не могло рассорить нас более чем на несколько дней.

И вот, в преддверии 9 мая, ученикам старших классов из разных школ, предстояло быстренько сварганить «солянку» из талантливых ребятишек, и устроить концерт для ветеранов на главной площади города.

Сто процентов Егоровна постаралась!

Нина Егоровна — завуч школы — ежегодно номинировалась на звание Лучший учитель Артемьевска, но так ни разу не уходила с праздника с заветной грамотой. И сдалась она ей? Видимо все-таки сдалась, так как каждую свободную минуту она бегала «по делам» в администрацию, и всякий раз прибегала оттуда с очередной «блестящей» затеей. Все знали о ее маниакальной идее стать лучшей, и посмеивались за глаза. 

А кое-кто и прямо.

— Ребята, все мы знаем, что не за горами большой праздник — День Победы. Помимо грандиозного концерта нам предстоит немало дел. На этой неделе устраиваем субботник, будем облагораживать территорию школы, — на очередном классном часе торжественно повествовала она.

— И территорию администрации тоже? — развалившись как у себя дома, буркнул с места Чист. С задних парт раздались сдержанные смешки.

— Чистоганов сажает фиалки у главного входа! Проверю! Лично! – раскрасневшись, пригрозила сконфуженная завуч.

— Нина Егоровна, да вы и так учитель, во! — влез Борька, протягивая поднятый вверх большой палец. Мафия бездельников дружно закивали.

— Отлынить, Шкатов, у тебя в этот раз не получится, — улыбнувшись предупредила училка. — И это всех касается! — она грозно обвела рукой всех присутствующих.

Я сидела за предпоследней, пятой, партой, и согнувшись в три погибели над тетрадью, делала вид, что занята чем-то чрезвычайно важным.

— Савельева, иди сюда, — услышала я вкрадчивый голос географички.

Так и знала что не прокатит! Недовольно закатив глаза, я медленно двинулась в учительскому пьедесталу.

— Нина Егоровна, Савельеву опять что ли от уроков освободят? А можно я вместо неё? А вы мне трояк в четверти поставите! — с воодушевлением привстал с места Чист.

— Так, Чистоганов, рот закрой, а книгу открой. Иначе даже трояка тебе такими темпами не светит!

Все дружно заржали, включая самого Чиста.

— Катюша, иди сюда, — поманила рукой Егоровна, чуть сбавив тон. — Ты же знаешь что за концерт у нас намечается, да?

Я, мило улыбнувшись, закивала.

Еще бы! Так начинался каждый наш разговор: «Катюша, День учителя на носу. Катюша, Новый Год. Катюша, День защитника отечества. Катюша, 8 марта. Катюша, Катюша, Катюша...»

— Воот! Там будет несколько музыкальных номеров, а ты у нас девочка талантливая, думаю, в грязь лицом не ударишь. Инструменты у нас в кружке есть, а репетировать будете в Доме Культуры,  Инесса Марковна тебе подробнее все расскажет. Придумывать ничего не надо (неужели?) сценарий готов...

— Но Нина Егоровна, когда мне на репетиции ходить, конец четверти не за горами…

— Катя, не переживай, с пропусками мы все уладим, — заговорщески подмигнула она, накрыв мою руку своей пухлой ладошкой. — Не первый раз уже.

Действительно. Не первый.

-

— Да и вообще, — продолжила подруга, — чем ты, собственно, недовольна? Пропуски тебе все с рук спустят, оценки проставят… А на репетициях всегда так круто… — мечтательно протянула Ритка, откусив больше половины бутерброда. — И почему мне медведь на ухо наступил?

— Оценки-оценками, но мне вообще-то тоже погулять весной хочется, а не париться в душном ДК в окружении идиотов из музыкалки, — показательно засунув два пальца в рот, я изобразила рвотные позывы.

— Егоровна сказала, что там из разных школ будут, и, скорее всего, одни пацаны, — с полным ртом уверенно доложила Ритка, ни грамма не сомневаясь в достоверности информации. — А еще, мне сорока на хвосте принесла, что там какие-то обалденные мальчики из колледжа будут.

Артемьевский Технический Колледж. Эти слова для старшеклассниц нашего городка звучали как-то особенно привлекательно. Самые клёвые пацанчики учились именно там. Совершеннолетние, крутые.

— Из колледжа, говоришь… Хоть какая-то хорошая новость. - Открывшийся факт предал предстоящему событию новый, интересный окрас. — Ну ладно, сходим на первую репетицию, посмотрим, что там за крутыши соберутся, — с долей воодушевления смирилась я.

— С собой возьмешь?

— Хахалей моих отбивать собралась? — шутливо толкнула я Ритку в бок.

— У тебя уже есть один, и с подругой надо делиться.

— Ну ладно. Надо, так надо, — мы, не сговариваясь, чокнулись стаканами с чаем.