Глава 2. Запуск проекта

Мужчина удивился не меньше остальных. Широко распахнутыми глазами он смотрел на маленькую храбрую девушку и пытался понять, какими тропами пошли ее мысли. В голове у Призрака крутился только один вопрос:

– Думаешь, люди не могут преследовать тебя по другим причинам?

Зима растерянно моргнула:

– Например?

Тяжкий вздох повис в воздухе, а Макс закашлялся еще сильнее, пряча лицо в тени. Лиза посмотрела на эту парочку и тоже поняла ситуацию. Честно говоря, ей и в голову не могло прийти, что ее братец заинтересуется Зимой. Как он вообще о ней узнал? В любом случае, у парня никаких шансов, о чем Лиза не постеснялась сказать прямо:

– Извини, братишка, ничего не выйдет. Моя подруга – дерево.

Зима удивилась еще больше и поинтересовалась:

– Ты чего обзываться начала?

Лиза с вызовом посмотрела на девушку:

– Тебе тридцатник скоро, а парня никогда не было. Считаешь, это нормально?

– А как моя личная жизнь связана с деревьями?

– Ты права, никак. Деревья и то больше про размножение знают, чем ты.

– Ой, ну давай теперь поговорим про размножение. Мы же за этим сюда пришли, да?

– А у тебя никогда нет для этого подходящего времени!

– В отличие от твоих деревьев, я работаю на Министерство с четырнадцати лет. Ты мой график видела? Какая тут личная жизнь?

- Пф! Было бы желание! Я сколько раз тебя знакомила с классными парнями? Ты хоть с одним на свидание сходила? Нет, ни разу! А парни, между прочим, были очень даже хороши.

– Тогда почему сама в девках ходишь? Вот и взяла бы себе этих хороших парней.

– Обо мне не беспокойся, со своей личной жизнью я как-нибудь сама разберусь, а вот твоя вызывает обоснованные опасения.

– А может, эти опасения обоснованы тем, что, работая по твоему проекту, я уже месяц дома не была? Сплю полтора часа в сутки, о каких свиданиях может идти речь? Да я не задумываясь выйду замуж за того, кто увезет меня из лаборатории, даст подушку, одеяло и восемь часов тишины.

Со стороны девушки выглядели супругами, один из которых все время на работе, а второму внимания не хватает. Эта почти семейная перепалка могла бы затянуться, если бы в диалог не вмешалось крайне заинтересованное лицо с горящими жаждой серыми глазами.

– У меня есть тьма подушек и одеял и столько тишины, сколько ты пожелаешь. Поехали?

Многие за этим столиком сегодня впервые встретились друг с другом, однако кое-что все-таки следует понимать. Зима и Лиза – давние друзья, Лиза и Призрак – родственники, Призрак и Макс достаточно слышали друг о друге, чтобы иметь представление о человеке, сидящем рядом. Таким образом, можно сказать, что эти незнакомцы в достаточной степени друг друга знают. И если на первый взгляд ответ Зимы выглядел безумием, то на второй – вполне обычным.

– А поехали.

И под шокированным взглядом сестры мужчина безудержно заулыбался и вышел из-за стола, протягивая руку такой решительной исследовательнице. Но прежде чем девушка успела встать, ее за рукав потянула Лиза, нервно шипя на ухо:

– Ты рехнулась или оглохла? Что из фразы «он полный псих» тебе не понятно?

– Мне не понятно, почему это должно напугать. Он доехал сюда на небронированной тачке с самыми обычными номерами, и талибы ему ничего не отстрелили. То, что он – полный псих, было понятно еще на парковке. Но раз он здесь не потому, что меня кто-то заказал, то какие проблемы? Не ты ли хотела мою личную жизнь наладить?

Лиза не успела объяснить подруге, что ее брат – псих с параноидальными наклонностями, которые только в работе помогают, а в личной жизни делают его практически невыносимым. Но попробуйте это объяснить человеку, который в своих мечтах видит только диван.

Зима вежливо приняла протянутую руку и позволила парню увести себя из зала, за столом остались только Макс и Лиза. Девушка места себе не находила, все время тревожно оглядываясь на дверь, за которой скрылась асоциальная парочка, и Макс решил напомнить о своем существовании, задев животрепещущую тему:

– Я вижу, вы очень беспокоитесь о подруге.

– А адекватной степени согласно ситуации, – не задумываясь, ответила Лиза.

– Разве этот мужчина – не ваш брат? Не похоже, что он собирается как-то навредить Зиме.

– Даже если его лицо будет залито кровью из чужой разорванной глотки, он не перестанет нежно улыбаться, так что поведение Призрака еще ни о чем не говорит. Невозможно понять, что он сделает в следующую секунду.

– Возможно, вы немного утрируете, – усмехнулся Даль, делая знак официанту долить еще кофе.

– Вообще-то, это я еще смягчила. Ему было девять лет, когда он появился у нас дома с чемоданом и запиской от какого-то малоизвестного дальнего родственника с просьбой позаботиться о мальчике. Легенда была достаточно достоверной, чтобы родители купились.

– Хотите сказать, что он не ваш родственник?

– Это было давно, никто и не думал уже проверять, но вот пару лет назад я попыталась копнуть поглубже. Вы можете себе представить, что, имея мои нынешние возможности и связи, я не смогла добраться в своих поисках дальше того родственника? Он действительно существовал, но ни о его жене, ни, тем более, о сыне нет совершенно никаких сведений.

– Получается, посторонний мальчик появился у вас дома много лет назад, и никто не знает кто он и откуда?

Лиза вдруг посмотрела на парня, о чем-то подумала, а после усмехнулась и уже куда спокойнее ответила:

– Теперь, когда вы это сказали, мысль оставить этих двоих друг с другом уже не кажется такой сумасшедшей. Что-то общее у них все-таки есть.

Новая порция кофе появилась на столе, а гул голосов в общем зале ресторана действовал расслабляюще. Так как Макс узнал о Лизе больше, чем требовалось для работы, пара незаметно сблизилась.

– Может, перейдем на «ты»? – с улыбкой спросил парень, а холодный электрический свет красиво преломлялся в его синих глазах.

– Согласна, – открыто улыбнулась Лиза, наконец справившись с напряжением. – Знаешь, я взяла Зиму с собой, чтобы она могла ответить на твои вопросы по поводу проекта, а теперь, похоже, ответить на них будет некому. Извини.

– Мне кажется, ты себя недооцениваешь, – усмехнулся парень, а Лиза вдруг засмотрелась на его длинные черные ресницы. Зачем мужчине такие ресницы? Несправедливость.

– Ну… кое-что, конечно, знаю, но в терминах не сильна, – с трудом оторвав от него взгляд, ответила девушка.

– Очень хорошо, а то я уже устал от терминов. Хочется нормального общения. Лиза, как насчет того, чтобы прокатиться в мой бункер? Покажу тебе наработки, посмотришь на процесс. Заодно обсудим сотрудничество.

Давайте честно, все понимают, зачем парень зовет девушку в свой «бункер», хорошо? Все мы понимаем, какие наработки он ей там показать хочет и какой процесс продемонстрировать. У Лизы намечалось очень тесное сотрудничество с Далем.

Об этом девушка подумала в первую очередь. Однако стоило ей заглянуть в спокойные синие глаза, как пришла смущающая мысль, что она одна о пошлостях подумала, а парень на самом деле имел ввиду только работу. Тц, неловко вышло.

Лиза действительно уже не понимала, где правда, а где домыслы, так что решила вести себя профессионально до конца.

– Разве это место не должно быть засекречено? – скрыв взгляд за ресницами, между делом спросила она.

– Должно, – односложно ответил парень, оставив Лизу плавать в догадках. Она снова подняла глаза и столкнулась с непроницаемым взглядом другого. Что, в конце концов, у него в голове? В любом случае, Лизин детектор психов, натренированный на Призраке, на Макса совершенно не срабатывал. Так что девушка была склонна думать, что парень вполне адекватный. А раз так, то чего бояться?

– Что ж. Тогда спасибо за доверие. С радостью посмотрю на твои разработки.

Оплатив счет, Даль повел Лизу за собой на парковку и посадил в машину, больше похожую на инопланетный танк.

– Черт! Черт, черт, черт! Это же Шторм! Черт, Макс, откуда он у тебя?!

Даль ухмыльнулся и пожал плечами, заводя двигатель, а Лиза ерзала на сидении, как на сковородке, и не могла унять восторга.

– Гибридная силовая установка, две с половиной тысячи лошадей! Броня покруче моей! Черт, Даль, как ты это сделал?! Это же танк для спецопераций в пустыне, гражданским его не дают!

– Я был очень полезен Министерству, – туманно ответил парень, съезжая с дороги и направляясь вглубь пустыни.

Дашти Марго – филиал ада на земле, не каждый транспорт сюда забраться сможет. Учитывая, что у Даля здесь своя исследовательская база, можно догадаться, почему Министерство выделило своему специалисту этот вездеход.

За несколько часов пути Лиза успела прийти в себя и немного успокоиться, после чего разговор вернулся в первоначальное русло.

– На самом деле, это немного неловко, но ты должен знать. Хоть я и являюсь руководителем проекта программы оцифровки, но по-настоящему в нем разбирается только Зима. Возможно, для тебя нет особого смысла показывать мне свой проект.

– Ну не могу же я использовать тебя «в темную»? – добродушно улыбнулся парень, подмигнув девушке. – Разбираешься ты или нет, а окончательное решение за тобой. К тому же, не думаю, что ты так уж и не осведомлена. Я слышал, что ваша программа способна измерить энергию души, упорядочить ее информацию и перевести в цифровой вариант. Это как раз то, что мне нужно. Единственное, я не понял, для какого проекта вам понадобилось так заморачиваться?

– Это военная тайна, – многозначительно заметила Лиза.

Макс посмотрел на нее, улыбнулся и проникновенным голосом ответил:

– Да, я в курсе.

Пара минуту молчала, после чего Лиза приняла решение и начала рассказ.

– Наш проект связан с поиском новых источников энергии. Министерство потребовало, чтобы мы нашли такой источник, но при этом он должен быть доступен вне зависимости от географических условий. Полезные ископаемые для этого не годятся, всякие ветряки, атомные станции и прочее тоже не годятся. Они не мобильны и энергии дают недостаточно. И тогда встал вопрос, какого ресурса на планете с избытком, а распространен он повсеместно?

Макси кивнул, сосредоточенно глядя на дорогу, и ответил:

– Люди.

– Люди. И бесплатно, и бесценно. Это одновременно и дешевый, и восполняемый ресурс. После того, как источник энергии был найден, встал вопрос, как эту энергию извлекать? Я в решении этого вопроса не участвовала, только давала исследователям все, что было необходимо. Остальным занималась…

– Зима?

– Зима, да, – как-то странно усмехнулась Лиза, отвернувшись. Если бы Макс увидел выражение ее глаз в тот момент, ни за что не поверил бы и начал подозревать неладное. Откровенно говоря, Лиза и Зима дружили не на ровном месте. Была одна вещь, которая из объединяла – тайна. – При всех своих странностях, когда дело касается цифровых технологий, она настоящий гений. Это она искала людей в свою команду, и это она вела разработки программы.

– Но оцифровка души – только часть проекта. Его составляющая.

– Да. В основном проект касается пространственно-временного искажения. Сам подумай: ну есть у тебя души вокруг, а как энергию извлекать?

– Даже представить не могу.

– Мы думали о создании некоего пространства вне нашей временной шкалы. Пространство будет управляться нашей системой и поддерживаться силами душ. В этом пространстве под управлением системы души будет проходить определенную процедуру, генерируя при этом энергию. Через систему эта энергия будет собираться и передаваться в наши накопители. Процесс полностью автономный и не требует управления с нашей стороны. После запуска останется только сидеть и получать накопители с энергией.

– Получается, технология оцифровки нужна вам, чтобы отправлять души в то измерение?

– Верно. Это похоже на виртуальную реальность, сервера с программным обеспечением которой находятся в ней самой. Полная автономия.

– Это же… целый мир, так получается?

– Я бы сказала, что это будет система миров. Бесчисленное множество маленьких миров для каждой души, которые будут объединены на сервере.

– Множество миров? А зачем? Не проще создать один, но со множеством каналов для подключения душ? Не нужно будет заморачиваться с генерацией одного и того же мира.

– Ммм… нет. Мы не будем создавать однотипные миры. Каждый будет уникален, со своей историей и мировым законом. Это обязательное условие для генерации энергии души.

– Тогда миры будут созданы случайным образом? Это очень опасно, конструкция может получиться нестабильной.

– Мы будем использовать уже существующие модели. Знаешь, в мире существует огромное множество уже готовых шаблонов, ахаха.

– Шаблонов? Ты о…

– Я о книгах, Макс. С тех пор, как люди научились читать, книги вызывают множество эмоций в живых душах, а это тоже энергия, которой достаточно, чтобы создать даже отдельную душу. Ну или Дух. Ха-ха, не слушай меня, я люблю фантазировать. В общем, все дело в поиске нового источника энергии, а без оцифровки у нас ничего не вышло бы. Так что все случилось благодаря талантам Зимы.

– Удивительно, – усмехнулся Даль, увозя Лизу все дальше и дальше в пустыню. Над пустыней уже полыхал алый закат, воздух дрожал над барханами и создавал миражи, один из которых вполне мог быть входом в бункер Даля. – Кстати, Зима – это ведь ненастоящее имя, да? Кто она вообще такая? Откуда? Слышал, как вы говорили, что она в Министерстве с четырнадцати лет. Такое вообще возможно?

– Даже не спрашивай. Зима – мой бедный ребенок, – с горечью вздохнула Лиза. – Знаешь ведь, здесь у девочек нет фамилий, только имена. А у Зимы и того не было. Ей было четырнадцать, когда наши провели антитеррористическую спецоперацию и захватили группу, которая пыталась пересечь границу. Оказалось, что это все был молодняк из корпуса смертников. Все несовершеннолетние, так что как судить – вообще не ясно было. С ними долго работали психологи, кого-то получилось вразумить, а кого-то… изолировали.

– Изолировали? – невесело усмехнулся Макс, прекрасно все понимая. – Ладно, но как иностранка оказалась в корпусе смертников?

– Даже не спрашивай, не знаю. Моих связей хватило, только чтобы отследить ее прошлое до этого момента. Но вот что странно: ту группу смертников поймали только потому, что в Министерство пришла анонимка. Наши умельцы не смогли отследить отправителя, так что можешь себе представить уровень его подготовки. Честно говоря, есть у меня обоснованные сомнения по поводу личности этого анонима.

– Думаешь, это была она?

– Так все Министерство думает, не я одна. Так что у меня куда больше вопросов к ее жизни до того, как она попала к талибам. Но сколько бы я ни пыталась узнать, она каждый раз выдумывает какую-то невероятную историю. За полгода нашего знакомства еще ни разу не повторилась. Так что спрашивать я перестала.

– Да уж, какие все загадочные, не то что мы с тобой, ха-ха.

– И не говори…

После нескольких часов езды по пустыне, пара наконец добралась до бункера, и Макс повел девушку на экскурсию. Конечно, какие-то секретные помещения парень показывать не стал, но никто и не настаивал. Смотреть в бункере было особо не на что, большая часть помещений была отведена под оборудование и сервера. Пожалуй, единственное, что было достойно внимания, это центр управления.

Комната имела голографическую установку, похожую на круглый подиум, расположенную в центре, и один-единственный стол у стены. Окна в помещении предусмотрены не были.

Макс подошел к столу и запустил программу на компьютере, после чего над установкой появилась голограмма человеческого силуэта без лица и половых признаков. Из динамиков, вмонтированных в стену, прозвучал механический голос:

– Добрый вечер, хост. Жду указаний.

– Привет. Я сегодня не один. Поздоровайся с нашей гостьей.

– Приветствую, гость.

– Эм, привет? – рассматривая неподвижную голограмму, ответила Лиза. Ей показалось, что у проекции женский голос. – Слушай, а как ее зовут?

– Пока никак, – пожал плечами мужчина, выключая компьютер. Свет над проектором погас, и пара вышла из помещения. – Я еще не дал ей имя.

– А почему?

– Нужно закончить протокол самосознания, для которого как раз и нужна ваша разработка.

– Но ты его уже придумал? Как назовешь девочку?

– Хах. Даже не знаю. Еще не думал об этом. А что, есть идеи?

– Есть одна. Учитывая ее предназначение, почему бы нам не назвать ее «Ядерная зима»? К слову, Зима сегодня прошла оцифровку, и, знаешь, что-то мне подсказывает, что она как нельзя лучше подойдет для твоего проекта.

– Полностью с тобой согласен. И раз уж мы договорились, не хочешь это отпраздновать? У меня есть бутылочка чудесного вина, которое раза в два старше тебя.

– Не откажусь.

Этим вечером пара провела время за приятной беседой, вкусным ужином и отличным вином, а ночью… Лиза никуда не уехала. Утро следующего дня никто не чувствовал себя неловко, и можно было сказать, что эти двое «нашли друг друга». Если идеальная совместимость существует, то это была она.

Во всяком случае, так думал один хороший парень. Он был настроен на действительно серьезные отношения с Лизой и понятия не имел, что ее личность куда глубже, чем кажется. Никакое министерство не поставит руководить проектом человека, ничего не смыслящего в деле. Так что ее скромные улыбки и признание, что она только помогает исследователям работать, были не более чем дымовой завесой.

Что касается Даля, он действительно понравился Лизе. Не вдаваясь в детали, девушка решила продолжить это общение, но на сегодня еще были дела в лаборатории, так как исследование оцифровки было завершено, и поэтому ей нужно было уехать.

В целях безопасности и для изоляции опасной программы от внешнего мира, в здании стояли глушители любых сигналов. Не было ни интернета, ни сотовой связи, ничего. И именно поэтому до Лизы смогли дозвониться только тогда, когда она с Максом сели в машину.

Увидев идентификатор звонящего, Лиза нахмурилась и быстро приняла вызов:

– Слушаю.

Макс завел мотор, и вездеход плавно двинулся в сторону города, а лицо девушки тем временем стремительно бледнело.

– Что? Не поняла, скажи еще раз. Какая авария? Где? Они… Они в порядке?

Собеседник сказал еще несколько предложений, и мобильник выпал уз рук девушки. На том конце продолжали что-то говорить, объяснять ситуацию, но у Лизы так в ушах зашумело и дышать нечем стало, что она не обратила на это внимание. Какие уж теперь объяснения?

– Что случилось? – заметив состояние спутницы, спросил Макс.

– Зима и… братец…

– Что? В аварию попали?

– Пока мы были в ресторане, кто-то поработал с тормозами на машине и… На полной скорости под фуру…

Лиза тянула себя за воротник, пытаясь избавиться от удушья, но это не помогало. Макс помрачнел, крепче сжал руль и прибавил газу, тихо спрашивая:

– Выжили?

– Брат в коме, а Зима…

Лиза обхватила голову руками и больше не сказала ни слова.

___

Похороны отложили на несколько дней по приказу Лизы. Пока шло разбирательство в причинах происшествия, она использовала все связи, чтобы добиться разрешения на поиск родственников покойной подруги.

В прошлом Зима никогда не давала разрешения брать у себя образцы ДНК и вносить их в систему, а теперь Лизе казалось, что в этом было куда больше смысла, чем простое нежелание. Теперь, когда она мертва, больше нет смысла хранить тайны.

То ли это была женская интуиция, то ли простое стечение обстоятельств и обычное спонтанное желание человека, уставшего от секретов, но Лиза взяла образцы не только у Зимы, но и у брата.

Что касается Призрака, врачи исследовательской базы, где его теперь держали, не давали никаких утешительных прогнозов. Пусть его сердце еще бьется, но мозг уже не работает. Вряд ли он когда-нибудь очнется. Но Лиза ответила на это только то, что у ее брата мозги никогда не работали, она уверена в этом. Поэтому отключать его от аппарата, как его единственная родственница, не разрешила.

Поиск соответствия по базе – дело не одной минуты. Процесс мог затянутся не на один день, так что, загрузив полученную информацию о Зиме и Призраке в систему и запустив поиск, Лиза занялась расследованием дела об аварии. Она хотела знать, кто хотел устроить «несчастный случай» ее брату и выбраться из передряги без потерь. Кому Призрак перешел дорогу? Хотя, таких людей должно быть слишком много.

Были проверены камеры наблюдения на парковке отеля, изучены отпечатки пальцев на обломках автомобиля, расследованы дела Призрака за последние годы, и довольно быстро Лиза нашла того, кто все это устроил.

Ничего интересного, просто родственник человека, которого когда-то поймал для Министерства Призрак. Банальная месть по понятным причинам.

Любопытные события начались уже позже.

Это было на второй день после происшествия. Лиза сидела за компьютером и сверлила взглядом монитор, будто это могло помочь ускорить работу программы поиска. Процентная шкала двигалась так медленно, что на это могло уйти еще несколько дней. Возможно, имеет смысл не ждать завершения и организовать все-таки похороны?

Когда-то давно Лиза спросила подругу, какую религию та исповедует. Редко на невыразительном лице Зимы можно было видеть такое выражение, как в тот день. Недоумение, недоверие, практически шок. Несколько минут девушка не могла подобрать слов в пределах цензуры, но потом все же спросила:

– Ты всерьез спрашиваешь ученого про религию?

Простодушно моргнув, Лиза спросила:

– А что не так?

«Не так» было многое, но Зима только рассмеялась, чем немало удивила подругу. Казалось, она не собирается отвечать на глупый вопрос, но после нескольких минут размышления все же сказала:

– Буддизм.

– Тц. Так и знала, что ты не крещеная. А почему буддизм?

– Мне близка их философия.

– Это какая? Про карму и реинкарнацию? Типа будь добрым человеком, иначе в следующей жизни родишься свиньей?

– Нет. Та, которая про стакан.

– Не поняла.

– Ну знаешь, еще анекдот такой есть. Оптимист считает, что стакан наполовину полон. Пессимист, что наполовину пуст. Студент удивлен самим фактом наличия у него стакана, а буддист утверждает, что стакан не существует. Следуя этой простой логической цепочке, я предпочитаю мыслить, как буддист, когда всякие люди начинают задавать глупые вопросы. Люди не существуют и вопросы их глупые тоже не существуют.

– Очень смешно, – мрачно сообщила Лиза, а после мстительно добавила: – Когда буду начислять премии, обязательно вспомню твои слова. Как говорится у вас, буддистов: премия не существует. Очень удобно.

– Глупые скряги тоже не существуют. Пшла вон, я занята вообще-то.

– Эх, подруга. Замуж тебе надо. Срочно.

– Замуж тоже не существует. Все. Катись отсюда. Катись, катись, катись. Катись давай.

– А вот и покачусь. У меня брат сегодня из заграничной командировки возвращается, поеду встречать.

– Ага, привет брату. Все, я занята, не отвлекай.

Лиза помнила тот разговор, как сейчас. Оказалось, за полгода набралось столько воспоминаний, но теперь от них только больнее. Удивительно, как меняется восприятие прошлых событий, когда человека из этих воспоминаний больше нет и никогда не будет рядом.

Поиск по системе шел своим чередом, но работу в лаборатории нужно было продолжать. Новой проблемой для исследователей стало отсутствие доноров душ для программы трансмиграции. А точнее, для некоторых составляющих этой программы.

Ученые пришли к выводу, что некоторые программы должны быть объединены с оцифровками для лучшей работоспособности, а именно: главная система, системы проводники и антивирус. С этой проблемой и пришлось справляться Лизе, отложив скорбь на другое время.

После небольшого совещания, девушка приняла решение использовать собственную оцифровку в качестве дополнения к главной системе. Оказалось, что у Лизы лучшие управленческие качества среди присутствующих на базе людей. Так что она была вторым человеком, прошедшим процедуру оцифровки души.

Дальше ее прошли все работники исследовательской базы, и многие стали прототипами для будущих систем-проводников. Рассудительные, рациональные, уравновешенные – они идеально подходили на эту роль.

Оставалось решить последний важный вопрос, и можно будет приступить к запуску программы. Он заключался в следующем: нужен ли программе трансмиграции антивирус? Все-таки к интернету она не будет подключена, так что вряд ли кто-то сможет отправить туда вирусы или совершить атаку. Но вдруг произойдут какие-то непредвиденные события, а справиться с ними будет некому?

С такими мыслями Лиза в тот день пришла в палату к брату вместе с Максом.

– Держи, здесь то, о чем мы говорили, – сказала девушка, протягивая мужчине внешний жесткий диск. Макс взял его, вместе с девушкой переступая порог палаты человека в коме.

– Не жалеешь, что приходится отдавать это мне? – с благодарностью приняв диск, не забыл спросить Даль.

Лиза подошла к постели брата и не смогла сдержать тяжелого вздоха.

– Все равно мы не будем ее использовать. Оказалось, что прототип Зимы нам не подходит. Даже в качестве маленькой системы-проводника ее личность не может быть использована. Авантюристка и слишком непредсказуемая. Если я введу ее в программу трансмиграции, все точно полетит к чертям, – тихий смешок смешанный с болью вырвался из губ девушки. – Возможно, для твоих целей она тоже не подойдет, но не выбрасывать же? Может, ты найдешь ей достойное применение?

– Не сомневайся, – тихо ответил Макс, обнимая девушку со спины. Какое-то время в палате звучал только писк приборов жизнеобеспечения и звук размеренного дыхания мужчины на койке, а потом Максим спросил: – О чем ты думаешь?

– Я? – прислонившись к чужой груди спиной, расслабленно выдохнула Лиза. – Да вот думаю, как бы уговорить тебя пройти оцифровку. Нам катастрофически не хватает людей для запуска программы. Что скажешь? Не против стать частью другого мира?

– Если об этом просишь ты, то как я могу отказать?

– Серьезно?

– Да, но что я получу взамен?

– А диска тебе мало?

– За диск я расплатился своими разработками. Еще вчера отправил их твоим людям. А эта услуга еще не оплачена. Итак, что я получу, дорогая?

– …а чего бы тебе хотелось?

– Всерьез спрашиваешь, чего бы хотелось тридцатилетнему мужчине, построившему карьеру и встретившему любимую девушку?

– Уже любимую? – усмехнулась Лиза, откинув голову на плечо парня и прикрыв глаза. – Мы встретились пару дней назад. О какой любви речь?

– О той, что с первого взгляда. Молю, не говори, что ты этого не чувствуешь.

– Нет. И ты тоже. Колись, зачем тебе резко потребовался брак?

– Тц, ничего от тебя не скрыть. В общем, я попал в список на повышение, мне дадут звание. Но очередь такая длинная, что, возможно, к тому времени, когда настанет мой черед, я буду уже седым и беззубым. Глава Министерства недавно стал дедушкой, так что теперь он отдает приоритет семейным. Но это не отменяет того факта, что ты мне очень нравишься. Да и я тебе, похоже, тоже.

Макс прижался щекой к виску девушки, и это неожиданно согрело сердце девушки. После потери единственной подруги и какого-никакого, а брата, тянущее чувство одиночества не покидало Лизу. Возможно ли, что Макс нарочно задал этот вопрос в момент слабости? Как бы там ни было, а девушка ответила:

– А давай. И кажется, я знаю, кто станет недостающей деталью моего проекта…

До конца дня Лиза без устали занималась организацией процесса оцифровки, загнав в капсулу всех, кого смогла найти. Даже когда душ было уже достаточно, она создала резервный архив «на будущие нужды».

Уже вечером, отослав Макса обратно «заниматься своими делами» и отпустив ученых отдыхать, она вновь села перед монитором и с грустью отметила, что процесс поиска продвинулся только на два процента.

Если бы только она знала, в какой стране родилась Зима, то было бы легче. Но исследовательница говорила на нескольких языках без всякого акцента, а на вопросы, как известно, она не отвечала. Поэтому Лизе пришлось шерстить федеральные базы всех стран. Благо, что с ее уровнем допуска это было возможно. Однако основную проблему это не решает. Время идет, а поиск, похоже, затягивается.

Она уже начала было думать о том, чтобы организовать похороны, не дожидаясь завершения расследования, когда ее мобильник зазвонил, а на экране высветилось имя Большого Босса. При ее должности… не трудно догадаться, что там за босс.

– Слушаю, – устало ответила девушка, приняв вызов.

– ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА?! Куда ты, мать твою, влезла, Лиза?!

___

– Сэр? – удивленно моргнула девушка. Сонное состояние резко испарилось. Чтобы ее начальник так орал, должно произойти нечто экстраординарное. – Прошу прощения, я не совсем…

– Чью ДНК ты ввела в систему?! Почему мне звонят из администрации и требуют твое досье вместе с координатами?! Лиза, куда ты вляпалась?!

– ДНК? Сэр, это всего лишь пара моих родственников, ничего особого. Я не понимаю, почему это вызвало такой переполох?

– ПЕРЕПОЛОХ?! Да у меня затребовали отчет по всем секретным операциям! Меня два часа допрашивали, а потом вынесли все сервера и документы из офиса! Не ври, что пробивала родственников по базе! Черт… они здесь… Меня снова уведут на допрос. Лиза, в общем, не знаю, откуда у тебя ДНК этих двоих, но у тебя не больше десяти минут, чтобы замести следы хотя бы минимально, до их прибытия. Будь любезна, постарайся сделать так, чтобы тебя не посадили в тюрьму на всю оставшуюся жизнь, договорились?

Лиза сделала глубокий вдох, быстро обдумывая ситуацию, и через секунду тихо спросила:

– Сэр, вы можете сказать, с кем мы имеем дело?

На том конце стало тихо, и после небольшой паузы мужчина сказал:

– Они не представились, но у меня есть основания полагать, что это как-то связано с Грум-Лэйк.

И повесил трубку.

Лиза медленно опустила руку с мобильником, глядя перед собой широко распахнутыми глазами. Грум-Лэйк? Долина Грум-Лэйк в Неваде? Разве это не… зона 51?

Авиабаза Неллис, более известная как зона 51, особо секретной никогда и не была. Засекречены только исследования, проводимые на ней. Эта таинственность и сделала ее такой привлекательной для конспирологов всех мастей. Каких только слухов о ней не ходило: там и стелс-технологии, и изучение НЛО, и разработка сверхчеловека, и опыты с ДНК. Наиболее распространенная версия, конечно, про инопланетян, но тут ничего не поделаешь, люди никогда не перестанут фантазировать. И, как говорится в определенных кругах, истина где-то рядом.

Но Лиза и подумать не могла, что эта истина двадцать лет была ее братом, а другая истина уже полгода на нее работает. Инопланетянами и сверхлюдьми эту парочку не назвать, но что-то ненормальное в них точно есть. Опыты с ДНК? Иначе почему администрация переполошилась после ввода ее в базу? Тут точно что-то нечисто.

Как и предупреждал начальник, не прошло и десяти минут, как в исследовательскую базу без разрешения вломилась группа вооруженных людей. Все кодовые замки с легкостью были открыты единственной женщиной в этом отряде, одетой не в военную форму, а в медицинский халат. В руках женщина держала обычный планшет, а на лице ее читалось нетерпение.

Когда вся эта орава вломилась в главную лабораторию, Лиза не сделала попытки подняться с места. Идущая впереди женщина привлекла ее внимание не только своим отличием от военных позади, но и лицом.

Когда Лиза увидела это лицо, ее сердце на мгновение сжалось от тоски. Они так похожи…

Женщина смерила ее строгим взглядом и спросила:

– Вы – Лиза Фрост?

Девушка едва заметно усмехнулась:

– У вас мое досье, вы лучше меня должны это знать. Чем обязана такому внезапному визиту?

Тонкая насмешка вовсе не смутила женщину. Она не спеша осмотрелась в помещении.

– Вы ввели в базу ДНК двух наших сотрудников, мы разыскиваем их. Итак, где они?

– Ваших сотрудников? – Лиза перекинула ногу на ногу и посмотрела на женщину похолодевшим взглядом. – Не понимаю, о чем вы. Я ввела в базу ДНК своего брата и подруги, для которых я, как руководитель отдела, являюсь ответственным лицом… в случае их гибели.

– Гибели? – впервые показала какие-то эмоции женщина, наконец прямо посмотрев на девушку. – Они мертвы? Как это произошло?

У Лизы появилось легкое абсурдное ощущение, что эту женщину очень интересуют именно обстоятельства смерти. В чем дело? Что-то не так с этим вопросом?

– Несчастный случай на дороге и неисправные тормоза.

– Вот как… – всерьез задумалась об услышанном женщина. Не похоже, чтобы она сильно расстроилась. Скорее, зашла в тупик в своих исследованиях. – Ясно. В таком случае вы должны предоставить нам тела этих двух человек. Мы заберем их.

– На каком основании? – изогнув бровь и легко улыбнувшись, неторопливо спросила Лиза.

– Вам не сообщили, из какого мы отдела? – многозначительно произнесла женщина.

– Сообщили. Но это все равно не объясняет, зачем людям из Неллис тела моего брата и подруги.

Юридически эти люди многое могли сделать с Лизой и ее отделом, но забрать тела, не предоставив доказательства полномочий, было совершенно невозможно. В конце концов, Лиза тоже не последний человек в Министерстве.

Гостья из Неллис тоже это понимала и решила воспользоваться ситуацией, чтобы не только получить тела, но и раздобыть информации. Выражение лица женщины неуловимо изменилось, когда она тихо вздохнула:

– Похоже, вас ввели в заблуждение, мисс Фрост.

Гостья приблизилась к столу и села на свободный стул. Она создавала впечатление уставшей матери, многие годы разыскивающей своих детей. Этот образ должен был помочь ей добиться доверия Лизы.

– Этот мальчик… он определенно не ваш брат.

– Двоюродный. У меня есть документы, подтверждающие, что он является сыном моего дяди, – твердо ответила Лиза.

– Поддельные документы, – мягко поправила гостья. – Честно говоря, это долгая история, и я не уверена, что вам будет это интересно.

– Эти два человека очень дороги мне. Разумеется, я заинтересована во всем, что касается их. И все-таки, кто вы для моего брата и подруги?

Гостья задумчиво постучала пальцем по столу, решая, какую часть правды рассказать, а потом все же решилась. Для нее было очевидно, что Лиза очень их любит, и это был шанс получить дополнительные сведения.

– Ну, если говорить о вашем «брате», то для него я, скорее, друг семьи. Я знакома с его отцом, мы вместе работали.

– Отцом? Он тоже здесь? – подобралась Лиза, невольно бросая взгляд на группу военных, оставшихся ждать у двери.

– Нет, – неловко кашлянув, ответила гостья. – Отец мальчика погиб несколько лет назад. Его убили.

– Кто? – обернувшись, цепко посмотрела на женщину Лиза, но та лишь плечами пожала и ушла от ответа.

– Мы пытались выяснить, но расследование не дало результатов. Чистая работа: ни отпечатков, ни записей с камер, ни свидетелей. С мотивами тоже ничего не ясно. Кто-то убил его с особой жестокостью. Его забили до смерти. Некоторые травмы нанесены перимортально.

– То есть, он уже умер, а его все продолжали бить? Похоже, кто-то сильно его ненавидел.

Гостья пожала плечами:

– Наша работа… иногда имеет спорные моменты.

– Понимаю, – поджав губы, кивнула Лиза, а потом добавила: – Полагаю, какие-то документы на… мальчика у вас должны быть? В качестве доказательств.

– Мисс Фрост, вы ведь знаете, откуда мы, и должны понимать, что документы есть, но они засекречены. Вам придется поверить мне на слово.

– Пока что я верю, что вы – посторонний человек, который пришел за давно взрослым человеком. Вы еще ничего не сказали о… девочке. Кто она вам?

Гостья изогнула губы в мягкой улыбке и добавила грусти во взгляд.

– Она моя дочь. Теперь вы скажете, где они?

Лиза помолчала пару секунд, а потом с самой дружелюбной интонацией и сочувствием во взгляде солгала:

– Мне жаль. Они погибли. Я последовала их воле и кремировала тела, а пепел развеяла в Дашти Марго. Пустыня Смерти стала их последним пристанищем.

***

США. Невада. Грум-Лейк, зона 51.

Двадцать лет назад…

Был полдень, и народу в общежитии для сотрудников практически не было. Дверь одного из блоков распахнулась, и в коридор вышел высокий мужчина в белом халате. На его лице читалось раздражение, а костяшки пальцев покраснели.

Мужчина не удосужился закрыть за собой дверь, решительными шагами уходя по коридору прочь. Но если бы он обернулся, то увидел бы в другом конце коридора худенькую девочку, которая наблюдала за его уходом пустыми глазами.

Когда силуэт мужчины скрылся из вида, девочка подошла к двери, из которой тот вышел, и посмотрела внутрь. Там у стены на полу лежала куча окровавленного тряпья. Девочка ничего не сказала и осталась стоять, глядя на эту кучу, и через пару минут куча пошевелилась.

Оказалось, что это был мальчик. Пережив очередную волну боли, он перевернулся на спину и тяжело вздохнул. Прикрыв глаза запястьем, он хрипло рассмеялся:

– Интересно, он знает, что я с ним сделаю, когда вырасту?

Это был не первый раз, когда мальчик и девочка видели друг друга, но раньше они никогда не разговаривали. Это первый диалог, который состоялся между ними.

Не получив ответа на и без того риторический вопрос, мальчик повернул голову и внимательно посмотрел на девочку своими жуткими серыми глазами, один из которых был красный от кровоизлияния, а второй заплыл и опух от чужого удара, превратившись в мясистую щелку.

Лицо мальчика было изуродовано до неузнаваемости. Конечно, при должном лечении и уходе за пару месяцев оно пришло бы в норму, но кто будет заботиться о нем?

Мальчик был от природы внимательным к деталям, и от его взгляда не укрылась болезненная худоба девочки, а также неуместная белая водолазка с высоким воротом. Ее рукава немного задрались, обнажая темные синяки на запястьях. Несложно догадаться, что нечто подобное могло обнаружиться и на остальном теле. Но лицо девочки было в полном порядке, и если бы не чуть задравшийся рукав, мальчик мог бы и не заметить сестру по несчастью.

Девочка заметила его взгляд, нахмурилась и хладнокровно поправила рукава, скрывая синяки. Она прижала планшет к груди и вдруг тихо спросила:

– Почему все так?

На это у мальчика был свой ответ:

– Образованность не является гарантом порядочности. Очень часто самые жестокие звери надевают шкуру приличных уважаемых людей.

– С этим можно что-то сделать?

– Сейчас? Нет. А вот позже – непременно. Не только можно, но и нужно. Я даже знаю что. Ты даже не представляешь, сколько раз я себе представлял, что именно сделаю. С нетерпением жду этого момента.

– Много ты сделаешь, когда он загонит тебя на инвалидное кресло?

Пожалуй, этот вопрос немного отрезвил горячую голову мальчика. Сжав зубы, он с трудом сел и задумался, глядя на девочку. Пусть ему было совсем не много лет, но аналитические способности у обоих детей были на приличном уровне.

– Сегодня обед у отца закончился раньше обычного. Он еще полчаса должен был снимать свой стресс на мне.

Девочка отвела взгляд и безразлично пожала плечами:

– В главной лаборатории резисторы загорелись, а еще кто-то разлил несколько горючих реагентов. Учитывая, что последнее обновление системы безопасности было установлено не совсем корректным образом, понадобится какое-то время, чтобы разблокировать двери. Без твоего отца точно не справятся. Увы, но даже с его помощью, боюсь, моего отца из той лаборатории спасти не успеют. Тц, у наших родителей такая опасная работа, в любой момент может случиться что-то непредсказуемое.

Она с легким безразличием сказала все это, а мальчик с каждым новым словом все сильнее и сильнее впивался в нее взглядом. Девочка не сказала ничего особого, но он понял все до последнего слова и даже то, что сказано не было. Пусть раньше эти двое никогда не разговаривали друг с другом, но мальчик слышал, что эта девочка довольно талантлива в программировании, хоть и была на год младше него.

Сжав кулаки, мальчик впервые показал эту опасную, едва заметную улыбку, и сказал:

– В такое время вряд ли кто-то заметит исчезновение двух никому не нужных детей. Все так заняты пожаром и совершенно случайно сломавшейся системой безопасности. Если бы еще и камеры слежения странным образом на несколько минут перестали записывать…

Двое смотрели друг на друга, и между ними вдруг появилось такое сильное взаимопонимание, какое может быть только между идейными союзниками.

Спустя минуту молчания девочка невзначай обронила:

– Слышала, ты умеешь водить вертолет.

Спустя пятнадцать минут двое детей с рюкзаками за плечами покинули стены общежития и направились в отдаленный район базы. Мальчик оглянулся на одно из зданий, из разбитых окон которого сейчас валил дым и слышались крики, а потом посмотрел на невозмутимую девочку, идущую рядом, и усмехнулся разбитыми губами.

Через пятнадцать минут они добрались до вертолетной площадки никем не замеченные. Однако здесь начались первые сложности – охрана территории была на месте.

– Черт, – тихо выругался мальчик. – Без оружия тут не пройти.

Девочка впервые заинтересованно посмотрела на своего спутника.

– Ты умеешь стрелять?

– А то, – хвастливо соврал он, сверкнув единственным не заплывшим глазом.

– Пф, – слабо усмехнулась она, отворачиваясь. – И что бы ты сделал?

– Перестрелял бы всех к чертовой матери.

– Тц, как грубо, – поморщилась девочка и, подумав, включила планшет. У нее были более изящные методы решения проблем.

Через двадцать секунд по всей территории включилась сирена. Она была такой громкой, что перекрыла бы даже звук работающего вертолета. Вместе с этим вдалеке прозвучали звуки еще двух взрывов. После такого охрана по всему периметру получила сигнал вызова и была вынуждена отправиться на места происшествия, оставив посты. Еще через пару минут на площадке никого не осталось, и дети тихо вышли из-за угла здания, где все это время скрывались.

– Как ты это сделала? – спросил мальчик, посмотрев то ли с удивлением, то ли с восхищением.

– Что сделала? – тихо подняла глаза девочка.

– Взрывы и сирену.

– Не понимаю, о чем ты. Не говори глупостей, тебе никто не поверит. Идем, путь чист.

Невозмутимо обойдя побитого ребенка, девочка пошла к ближайшему вертолету и выжидательно посмотрела на мальчика. Настал его черед показать свои навыки, и он не подкачал.

Не прошло и трех минут, как пара беглецов поднялась в воздух и покинула территорию секретной базы. Юноша за штурвалом выглядел очень уверенным, вне всяких сомнений он знал что делает.

Чтобы не быть обнаруженными раньше времени, беглецы сели в поле. Дальше их дорога лежала в ближайший городок, название которого не отложилось ни у кого в памяти. Мальчик уверенно шел по безлюдным переулкам, пока не остановился возле одного непримечательного автомобиля.

– В розыск нас все равно объявят, так что нужно уезжать из штата. В идеале, конечно, из страны, но об этом будем думать позже.

– Что ты собираешься делать? – спросила девочка, прижимая к груди планшет.

– Угнать тачку, конечно. Что же еще? – ухмыльнулся он, ловко вскрывая дверь старенького авто. – Садись, придется ехать всю ночь.

Идея, конечно, была так себе, но другой не было. Девочка села на пассажирское сиденье, мальчик за руль, и побег снова продолжился.

Теперь, когда впереди была только бесконечная дорога, а рядом только один человек, мальчик не смог удержаться от вопроса.

– Слушай, как тебя зовут?

Девочка подняла глаза от планшета и ответила:

– Никак.

– Странное имя, – улыбнулся он, щуря единственный видящий глаз. – Я серьезно, как тебя зовут? Мы, можно сказать, соучастники в этом деле, и теперь крепко повязаны.

– Ты боевиков пересмотрел? Мы никто друг другу и завтра разойдемся. А ты смотри на дорогу, будет печально закончить такой блестящий побег в кювете.

Его спутница решительно отказывалась отвечать на вопросы, и мальчик понял, что это будет долгий путь. Во всех смыслах. Ему ничего не оставалось, кроме как сменить тему.

– Ты хорошо обращаешься с компьютером. Кто научил?

– Интернет. Если есть выход в сеть, то найти информацию совсем не сложно, – монотонно ответила она, умолчав лишь о том, что речь идет о Даркнете.

– У тебя талант, – похвалил он, и впервые на губах девочки появился намек на улыбку. – Без тебя я бы оттуда никогда не вырвался. Спасибо, Никто.

– Я без тебя тоже, так что не нужно благодарностей. И перестань придумывать мне клички. Терпеть этого не могу.

– Ладно. Ну а как тебя родители называли?

– Скотина, тварь, сука – когда как. Они очень любили придумывать мне клички. Так что, если не хочешь закончить, как они, не веди себя, как они.

Взгляд мальчика потемнел, а руки крепче сжали руль. Да, они оба бежали не от хорошей жизни, но слышать это из ее уст было неожиданно неприятно. Хотелось вернуться обратно на базу и взорвать то, что еще не сгорело. И людей вместе с этим. Но… это вопрос будущих лет. Сейчас главное – безопасность.

– Тогда почему бы тебе самой не выбрать себе имя? – вдруг предложил мальчик.

– Зачем? – удивилась девочка.

– Ну как зачем? Чтобы людям было проще к тебе обращаться.

– Трудности людей меня мало волнуют. Я бы предпочла, чтобы они поменьше ко мне обращались. В идеале вообще держались подальше. Не люблю людей.

– А меня? – в шутку спросил мальчик, обнажив в веселой улыбке ряд белых зубов. Девочка на это только вздохнула и отвернулась, глядя в окно сложным взглядом. Неожиданно, но мальчику действительно захотелось услышать ответ на этот вопрос. Причем он знал, какой ответ хочет услышать. Жаль, что девочка снова отгородилась от него молчанием, но это вдруг показалось ему очень трогательным. Было бы здорово увидеть ее счастливую улыбку и послушать оживленную болтовню. В этот момент мальчик принял для себя решение: – Не бойся. Я больше никому не позволю тебе навредить. Я обязательно защищу тебя.

Девочка посмотрела сквозь ресницы на этого защитника, который едва мог видеть дорогу за рулем, вздохнула и чуть смягчила голос:

– В таком состоянии мы далеко не уедем. Найди неприметный мотель где-нибудь на окраине, нужно выспаться.

Солнце уже село, когда старенький автомобиль остановился в пустынном переулке. У обоих детей урчало в животе, так что общее настроение было весьма мрачным. Хозяин мотеля даже не взглянул на них. Забрав оплату, сразу бросил ключ и вернулся к просмотру вечернего шоу по телевизору и банке пива.

Дети поднялись на этаж выше и зашли в свой номер. Ободранный вонючий мотель мог похвастаться двумя узкими кроватями и парой замызганных тумбочек, а еще рулоном туалетной бумаги в ванной вместо полотенец. Ко всему этому прилагалась яркая брошюра, рекламирующая кабельные каналы для взрослых и предлагающая постояльцу внести данные своей кредитки в систему.

– Я немного отдохну, иди в душ первая, – пробормотал мальчик и мешком свалился на ближайшую постель. Похоже, он банально потерял сознание.

Этот день у обоих выдался не из легких, но девочка совсем не выглядела сонной. Она молча посмотрела на своего избитого подельника и тихо вздохнула. Нельзя так его оставлять.

Сбросив рюкзак, девочка забрала из туалета рулон туалетной бумаги и принесла стакан для щеток, полный теплой воды. Понадобилось время, чтобы отмыть его как можно лучше, но сильнее это сделать было уже просто невозможно.

Присев на постель рядом с мальчиком, она оторвала немного бумаги, намочила и стала осторожно стирать кровь с его лица. Под кровью обнаружились не менее пугающие синяки, но особых ран там не было. Просто разбитый лоб всегда сильно кровоточит.

Дальнейший беглый осмотр подтвердил, что других ран на его теле нет, а вот гематом предостаточно. Но с имеющимися средствами в виде бумаги и стакана воды сомнительной чистоты помочь было сложно.

Укрыв его застиранной простыней с подозрительными пятнами посередине, девочка села у окна и долго с кем-то переписывалась в планшете. Время шло, звезды начали меркнуть, а когда сквозь грязное окно упали первые тусклые лучи рассвета, мальчик постепенно стал приходить в себя.

Тихий стон вырвался из его плотно сжатых губ – после сна болело вообще все, и с этим ничего не поделать. Один глаз все также был заплывшим и ничего не видел, а второй пытался осмотреться вокруг и оценить обстановку.

Обстановка оказалась незнакомой, и потребовалось несколько минут, чтобы мальчик вспомнил события прошлого вечера. Дернувшись, он поспешил сесть и стал искать взглядом свою вчерашнюю подругу.

Однако девочки нигде не было.

Он обошел весь номер, заглянул в туалет, увидел мокрые комки бумаги со следами крови и даже спустился вниз, но девочки так и не нашел. Он вернулся в номер, но при повторном осмотре заметил, что пропали также и ее вещи – рюкзак и планшет.

Она ушла? Разве они не должны были продолжить побег вместе?

Только теперь он заметил на тумбочке вчерашнюю брошюру взрослых каналов с полуголой моделью на развороте. На отфотошопленной коже компактным строгим почерком было написано:

«Здесь мы расстанемся, искать меня не нужно. Бежать из страны – не выход, но я помогу тебе напоследок. В туалетном баке есть пакет для тебя. Прощай.»

Он сходил в туалет, и там действительно был черный пакет, замотанный скотчем для герметизации. Внутри обнаружились фальшивые документы, кредитка и короткое досье на того человека, чьи документы лежали внутри. Человек был полностью вымышленным. Это был сын некоего покойного мистера, у которого есть родственники в Вашингтоне.

Мальчик сжал в руке досье, поднял мрачный взгляд на серую улицу за окном и зловеще улыбнулся:

– Не нужно искать? Кому не нужно? Я обязательно найду тебя. Обещаю, что в этом деле я стану лучшим и непременно найду тебя, где бы ты ни спряталась. Подожди еще немного, и больше ты сбежать не сможешь. А до тех пор… береги себя, Никто.

***

Афганистан, пустыня Дашти Марго.

Наши дни…

В сокрытом под песками бункере Максим Даль сидел перед рабочим экраном. В открытом окне было написано короткое уведомление:

[Загрузка завершена. Запустить программу «Оцифрованная Зима»?]

[Да/Нет]

Дрожащей от предвкушения рукой мужчина нажал: [Да].