ГЛАВА 55. Дуэли

леди Лиллианна

Я шла к себе полутемным коридором. Вдруг услышала звуки. Женские стоны и мужской ритмический вдох:

— Хо! Хо! Хо!

Я встала, как вкопанная. Хегг! Скотина! В коридоре! Спален ему мало в замке, нет терпежу дойти?! Из-за угла мелькнул голубой мундир, сапоги со шпорами и усы. Гвардейский поручик из замковой охраны промчался мимо, поправляя манжеты на щегольской парадной форме. Я чуть не рассмеялась в голос: везде мерещится мне хёггов капитан!

— Кто там? — раздался властный голос наместницы.

Она вышла в коридор. Ночной чепец веет белыми лентами, халат завязан на узел. В руках пучок розог. Наш общий знакомый капитан здесь точно не появлялся.

— Не спишь, Лиля? Зайди. Поговорим.

Лизавета кивнула на дверь в свои комнаты. Там на полу плакала горничная. На шее и руках ее краснели полосы.

— Пошла вот отсюда, дура! Завтра же убирайся к себе в деревню, чтобы глаза мои тебя не видели! — вынесла приговор наместница. Бросила ветки в молчащий камин.

Лиз указала мне на кресло у низкого стола. Тот был накрыт для ужина, но очевидно не состоявшегося. Поверх блюд и тарелок лежала белая крахмальная салфетка. Видимо, надежда на ночной визит еще тлела в герцогской спальне.

— Для чая или кофе уже слишком поздно. Может быть, молоко?

Я кивнула.

— Марина советует мне отправить тебя учиться. Причем в Столичный университет, никак не проще. Что думаешь об этом?

Я не ожидала. Конечно, я мысленно готовила себя к разговору на эту тему с сестрой-мачехой. Но воображала, что раньше поздней осени он не случится. И вот на тебе!

— Я буду счастлива, — я постаралась произнести фразу как можно тверже и уверенней.

— Да? — произнесла наместница и вдруг расцвела улыбкой, — настолько счастлива, что готова отправиться немедленно? Буквально утром?

— Хоть сейчас, — подтвердила я легка обалдело.

Глянула на часы на всякий случай. Четыре утра. Очень похоже, что меня не просто посылают учиться. От меня избавляются со скоростью звука.

— Чудно! — опять заулыбалась сестра-мачеха.

Казалось, еще немного и она запрыгает на месте, и захлопает в ладоши от привалившей радости.

— В семь утра уходит большой поезд от нас в Сердце Столицы и в Университет заодно заглянет. Собирай вещи, Лиллианна, и в путь! Выспишься по дороге, — бодро скомандовала герцогиня-наместница.

Забыв, что отправила горничную в деревенскую ссылку, вызвонила ее серебряным колокольчиком и велела уложить в корзины еду со стола.

— Здесь много вкусного, Лиля. Будет чем полакомиться в грустную минутку. Значит, раньше зимы тебя не ждать, да? Семинары, лекции, не знаю, что еще там бывает.

Я глядела, оторопев, как старшая сестра с увлечением укладывает для меня всякую снедь. Меня выгоняли. Да еще коленкой подталкивали для скорости.

— Не стой столбом, беги собираться. Я дам тебе пару своих платьев, они мне стали маловаты и горничную с собой. Она подгонит их как надо, по фигуре. Необходимо ведь и в университете выглядеть пристойно. И не спорь, дорогая, я лучше знаю.

Я открыла было рот. Потом закрыла. И пошла к себе быстрым шагом. Дилижанс уходит в семь, надо поторапливаться.

Новая жизнь подкралась ко мне без предупреждения. По резкости поворота она напомнила мне морские приключения.

Капитан Хегг

Зина ждал меня у двери в ванную. Я кивнул. Дуэль! Пора пойти и убить этого говнюка-полковника.

Батлер приготовил мне военную форму. Я поморщился:

— Давай гражданку.

Серые рейтузы. Полотняная белая рубаха. Серый камзол без дурацкого шитья. Офицерские сапоги, как я люблю. Сабля. Никогда у меня не было такой. Не новая, но класс говорит за себя. Вынул из ножен. Легла в ладонь, как девочка. Я проверил баланс: идеально, продолжение руки.

— Кто передал?

— Господин министр.

Старина Дуглас. Кто ещё присмотрит за мной? Стало легко на душе. Пора. Я бесшумно, придерживая саблю у бедра, сбежал по широкой лестнице к открытым дверям в сад.

Батлер повел меня пешком в рощу за замком.

Раннее утро пахло недавним дождем, листвой, фруктами. Яблоки поспели. Я сорвал одно. Большое красное. Потёр о рукав, откусил с хрустом. М— м-м! Сладко. Сок тек по подбородку. Надо бы девчонкам моим нарвать. Пусть порадуются.

Нас уже ждали. Я кивнул всем присутствующим. Зина ушёл на проверку оружия.

— Господа. Если желаете примириться, то этот момент настал, — объявил седой ветеран в шикарной форме с гербами наместницы. У всех здесь была военная одежда. Я и Зина смотрелись просто рядом с этими раззолоченными павлинами.

— Я собираюсь убить этого господина, — жестко заявил мой враг.

Я доел яблоко. Метнул огрызок далеко в рощу. Пожал плечами. Ухмыльнулся всем:

— Как пойдёт.

Полковник сразу попер в атаку.

Рубака он был сильный. Я впервые держал в руке саблю. С мечом я кое-чего стоил. К новому оружию следовало приноровиться. Этого полковник не мог мне позволить. Я был выше на голову. Руки длиннее. Моложе лет на десять. Если он не завалит меня в первые пятнадцать минут, то я его тупо загоню в ручей.

Мастерство пока побеждало. Кровь заливала мою рубаху. Полковник достал меня раз десять. Не серьёзно, неприятно. Я не попал пока ни разу. Зато сабля стала слушаться меня.

Поединок затягивался. Мой противник явно выдыхался. Вдруг он вытащил стилет из обшлага рукава и метнул мне в лицо. Я отклонился. Тонкое жало пролетело в секунде от моей правой щеки, лишь слегка оцарапав ухо.

Я понял, что церемониться глупо и бросился под ноги полковнику. Поединок переходил в крайнюю стадию, где все средства годятся. Я, как в уличной драке, мгновенно сбил противника с ног, перерезал сухожилие на правой руке и стукнул рукояткой оружия по лбу. Тот закатил глаза в отключке и затих на зеленой травке.

Его офицеры стояли неподвижно и молча, ожидая, чем я закончу бой.

Надо бы горло перерезать, мелькнула здравая мысль, этот мясник не успокоится пока не закопает меня. Но. Злости настоящей не было во мне. Я переломил саблю полковника об колено и отбросил обломки подальше. Пусть его живёт до следующего раза. Когда научится сражаться левой рукой.

Я встал, сделал шаг и потерял сознание.