Глава 22

MYKEY – RUNAWAY

Амелия

«– Ты такая мокрая, – зарычал Фридрих, протянув ладонь и коснувшись трепещущего бугорка Франчески. Тут же раздался ее громкий крик. – Кто делает тебя такой мокрой?

– Ты… – отчаянно простонала Франческа, чувствуя приближение ярчайшего оргазма. – Только ты. О, Фридрих.

Она кончила так бурно, видя разноцветные мушки перед глазами. Ее колени подкосились, а внутри живота словно разлилась лава.

– Вот так, детка. – Фридрих обхватил ладонью ее шею. – Расскажи мне, как тебе хорошо.

– Мне очень хорошо, Фридрих. – Голос Франчески был едва слышен из-за тяжелого дыхания.

Удары ее сердца оглушали, а рваные вздохи подводили Фридриха к краю. Он резко вышел из нее и тут же развернул к себе лицом.

– Встань передо мной на колени, – приказал он.

Франческа сделала то, чего он желал. И от ее покорности Фридрих ощутил болезненную пульсацию в каменных яйцах. Разряд чистой власти поработил его. Он провел крупной головкой, напоминающей шляпку гриба, по ее губам и издал стон, полный предвкушения.

– Возьми его полностью, – прорычал он. – Дыши носом.

Необузданная сила разорвала в клочья его контроль. Он обхватил ладонью затылок своей возлюбленной и полностью вонзил в ее рот свой величественный фаллос, словно кинжал.

Из глаз Франчески потекли слезы, стоило Фридриху изо всех сил начать вбиваться в ее сладкий рот, вновь и вновь погружаясь в пучину удовольствия. Его стоны эхом проносились по спальне, звуча утробно и дико.

Волна одержимости накрыла его с головой. Он вцепился руками в волосы Франчески и сильно потянул назад, пока она глотала его сперму, вкус которой напоминал ей теплый йогурт».

Шляпка гриба?..

Словно кинжал?..

Теплый йогурт?..

Господи. Какая чушь…

Но отчего-то сейчас я думаю не об этом, а о том, что Джейк любит тянуть девушек во время секса за волосы. Эта информация зачем-то засела у меня в голове.

Закрываю книгу и откидываюсь головой в кресле.

Боже, меня никогда не привлекали самодовольные качки. Тогда почему я вдруг возбудилась от этого воспоминания?

Проблема в моем воздержании. Очевидно.

Не припоминаю, когда я в последний раз пользовалась своим вибратором. Предполагаю, что это было еще в Мюнхене, до моего возвращения сюда. Ведь в доме, где находится орущий младенец, сложно говорить об удовлетворении в принципе. Хоть я и пыталась.

Ладно. Теперь хотя бы понятно, почему я чувствую возбуждение. Просто несколько лет без секса и парочка месяцев без оргазмов равно истерическое состояние, когда, видимо, возбуждает даже обычный воздух.

Фух. Стало немного легче. Ну не то чтобы прям сильно легче, ведь уже вечером вместо запланированного свидания мы с Джейком идем знакомиться с моими родителями.

И это куда серьезнее отсутствия встреч с вибратором.

Сегодня Даниэль празднует день рождения, и раз уж каким-то чудеснейшим образом они с Джейком умудрились поладить и даже вместе думать над тем, как усовершенствовать тот дом, в котором сейчас живет мой фальшивый парень, то у меня не было ни единого шанса не привести Джейка с собой на семейный ужин.

Это означает, что нам придется играть роль возлюбленных на глазах моего отца. Хотя, если быть честной, переживаю я вовсе не из-за этого, ведь играть в парочку у нас выходит очень даже неплохо.

Но мой отец… С ним сложно. И я волнуюсь, как все пройдет.

Не хочу очередных скандалов, а они определенно будут, ведь мы всегда все делаем не так.

В последний раз смотрюсь в зеркало и делаю глубокий вдох. На мне твидовый укороченный жакет оливкового цвета с пуговками-жемчужинами и юбка в складку в тон. Я подобрала к наряду лодочки на небольшом каблуке и забрала распущенные волосы назад широким обручем. Что бы я ни надела, отец все равно скажет, что я недостаточно хороша. Я в семье самого маленького роста, а еще у меня круглая форма лица, а потому он часто говорит, что в свои двадцать четыре я похожа на ребенка.

На консоли вибрирует телефон, и я замечаю на нем имя Джейка. Наношу на губы нюдовый карандаш и в очередной раз делаю глубокий вдох, а затем хватаю телефон и сумочку и выбегаю за дверь.

Небо затянуто темными тучами, которые стремительно несутся по нему из-за сильного ветра. Я перепрыгиваю через лужу, убирая волосы от лица, чтобы добежать до машины Джейка. Увидев меня, он тут же выходит из машины и недовольно смотрит на меня.

– Что? – стуча зубами, задаю вопрос.

Вижу, как он стискивает зубы и делает шаг ко мне. Он снимает с себя пальто и тут же набрасывает его мне на плечи, после чего обходит машину, приобняв меня, и открывает для меня дверь.

– Спасибо, – шепчу, устраиваясь в «Мерседесе».

Джейк занимает водительское сиденье, все еще не произнося ни слова, и выжимает газ. В салоне звучит какая-то джазовая мелодия, пока за окном проносятся домики с горящими огоньками.

Отрываю взгляд от пейзажей вокруг и поворачиваюсь к Джейку. На нем темно-синяя рубашка, верхняя пуговица которой расстегнута, и классические брюки в тон. Его обычно взъерошенные волосы сейчас уложены гелем, а лицо гладко выбрито. Он выглядит как самый настоящий голливудский красавчик.

Мы не виделись два дня, пока он был на выездной игре, но каждую минуту разлуки переписывались и обменивались шутками. Все было хорошо, а потому я не понимаю, почему он вдруг сейчас злится.

– На улице холодно, Амелия, а ты выбегаешь на улицу в одном… – вдруг начинает Джейк. Он окидывает меня взглядом и задерживается чуть дольше положенного на моих голых ногах. – Ты практически раздетая.

– Ты назвал меня Амелией.

Он шумно выдыхает и снова устремляет взгляд на дорогу.

– Принцесса, ты можешь простудиться.

Приоткрываю от удивления рот. Что это с ним?

– Я торопилась к тебе.

– Я что, по-твоему, не подождал бы, пока ты наденешь что-то теплое?

– Так… ты злишься из-за этого?

– Да. Пожалуйста, не ходи больше без одежды… – Он замолкает. – Черт. Не нужно было думать о тебе голой.

Прыскаю со смеху, но тут же беру себя в руки и становлюсь серьезной.

– Не смешно! – сквозь зубы говорит он.

– Смешно. Ну улыбнись. – Я слегка отстраняюсь от спинки кресла и наклоняюсь к нему.

– Ты совсем не думаешь о себе.

Мне некогда. Ведь я думаю о тебе.

– Обещаю, что в следующий раз оденусь потеплее.

– Хорошо, – кивает он. – Ты выглядишь… Ты очень красивая.

Прикусываю губу.

– Но голая ты наверняка еще красивее.

Качаю головой:

– Не вздумай так шутить при моем отце, ладно?

– Он думает, ты девственница? Тебе ведь двадцать четыре.

Чувствую, как начинаю краснеть.

– Джейк…

– Успокойся, Принцесса. Я не собираюсь унижать тебя при твоей семье.

О, унижений там и без него будет достаточно.

– Я спокойна.

– А как же правило не лгать друг другу?

Делаю глубокий вдох:

– Я не боюсь, что ты унизишь меня.

– Тогда в чем проблема? Почему ты так нервничаешь?

Пытаюсь подобрать нужные слова, а затем плюю на это и решаю прямо рассказать обо всем.

– С моим отцом очень сложно. Он постоянно критикует все, что мы делаем. И мне просто не хочется, чтобы ты стал свидетелем очередного семейного скандала.

– Ты не хочешь, чтобы… я был там с тобой? Я могу остаться в машине и подождать тебя, если так тебе будет комфортнее.

Наши взгляды встречаются, и теперь в его глазах читается волнение.

– Нет. Я хочу, чтобы ты был рядом.

– Ладно. – Джейк поджимает губы и отворачивается от меня. – Было бы забавно разыграть его и устроить что-то вроде представления в стиле сцены из фильма «Почему он?». Смотрела?

С губ против воли срывается смешок, едва я представила картину перед глазами.

– «Нет повода для стресса», – фыркаю я, цитируя главного героя.

Джейк смеется:

– А твоя мама бы кричала: «Джин и Пол. Джин и Пол. Джин и Пол», когда увидела бы за окном группу Kiss?

Начинаю хохотать:

– Нет. Боюсь, что если бы ты хоть на капельку был похож на Лэрда Мейхью в исполнении Джеймса Франко и устроил мне подобное предложение на глазах у семьи, то нас бы не пустили даже на порог их дома. И меня с позором бы отправили в церковь изгонять бесов.

– А если бы я сделал твоему отцу дорожку для боулинга и не забыл при этом про дровосека?

Мой смех эхом проносится по салону автомобиля, и мне приходится схватиться за живот.

– Даже тогда.

– Жаль, – фыркает Джейк.

Этот разговор кажется невероятно глупым и неуместным, но на удивление именно он позволяет мне немного расслабиться перед семейными посиделками.

Джейк паркуется у дома моих родителей и первым выходит из машины. Он открывает дверь и подает мне руку, а затем достает что-то с заднего сиденья.

– Westvleteren XII? – В моем голосе слышится удивление, когда я замечаю в его руке упаковку одного из лучших сортов пива мира. – Где ты его достал?

Он усмехается, после чего облизывает губы и наклоняется ко мне.

– Неужели ты думаешь, что я готов раскрыть все свои карты, так и не увидев тебя голой? – шепчет он.

На этот раз я лишь громко цокаю, прекрасно понимая, что он придуривается.

– Веди себя прилично, – прошу я, сцепив руки на его шее.

Чувствую, как Джейк кладет ладонь мне на поясницу и притягивает ближе к себе.

– Влюбленные никогда не ведут себя прилично, а мы должны выглядеть именно такими.

Его голос звучит хрипло, и я ощущаю мурашки, что стремительно разбегаются по телу. Взволнованно смотрю в синеву его глаз, пока сердце норовит пробить в ребрах дыру своим биением.

– Нам нужно стоп-слово.

– Стоп-слово? – Я свожу брови к переносице от недоумения.

– Да. Какое-то слово, которое будет означать, что ты больше не можешь. Тогда я начну вести себя как полный кретин, и твой отец выгонит нас.

Улыбаюсь.

– Спасибо… – С губ срывается короткий вздох.

– Это наше стоп-слово? – фыркает Джейк, вызывая у меня усмешку.

– Нет. Это моя благодарность за то, что ты и в самом деле превращаешься в идеального парня.

– Идеального парня с не менее идеальным членом?

– Джейк, – со смешком выдыхаю я.

Он слегка наклоняет голову и хрипло произносит, глядя мне в глаза:

– Мне нравится заставлять тебя краснеть, Принцесса.

На моих губах вновь появляется едва уловимая улыбка, и Джейк тоже улыбается вместе со мной. Он переплетает пальцы наших рук и уверенным шагом ведет меня к входной двери. Поднявшись по ступенькам, я замираю. Джейк крепче сжимает мою ладонь, а затем мягко касается моего лба губами.

– Джейки! – восклицает мой брат, появившийся на пороге. Он шире распахивает дверь и делает шаг навстречу моему фальшивому парню. – Спасибо, что пришел.

– С днем рождения, владыка моего умного дома. – Джейк похлопывает Даниэля по плечу, пока тот усмехается.

– Скажешь тоже. Еще работать и работать. Но нужно поторопиться. Времени до твоего отъезда осталось не так много.

От этой реплики я замираю, чувствуя, как по венам разливается холод.

Мы с Джейком вместе уже… много времени. И уже ноябрь.

Всего каких-то полтора месяца, и он вернется в Манчестер. Наша сделка будет выполнена. И каждый останется при своем: Джейк снова будет играть за «Манчестерских дьяволов», а я… А я, кажется, буду сильно по нему скучать.

Не думала, что мы заиграемся в пару настолько сильно, что это произойдет, но я слишком привыкла к нашим фальшивым свиданиям и к его образу идеального книжного парня. И самое главное – я привыкла… к нам. Вместе…

– Мили, ты чего такая бледная? – слышу голос брата и вскидываю голову. – Все хорошо?

– Да, да! – натягиваю улыбку и тянусь к нему с объятиями. – С днем рождения, малой.

– И кто из нас еще малой, – фыркает брат и треплет мои волосы на макушке.

Я начинаю смеяться и пытаться выбраться из его рук, и тут раздается голос отца:

– Что вы тут устроили? Как дети малые. Долго вас ждать еще?

Делаю шаг назад, поправляя взъерошенные волосы, после чего нервно перебираю ткань на юбке.

– Пап, это Джейк.

– Я знаю, кто это. Видел тебя по телевизору, – просто произносит отец и возвращается в дом.

– Сама любезность, – тихо говорит Джейк.

Даниэль фыркает:

– Не то слово. У нас весело, сейчас увидишь.

– Постой, – окликает его мой фальшивый парень. – Это тебе.

Он протягивает брату упаковку пива, и глаза Даниэля увеличиваются в размерах.

– Ничего себе! – вопит он. – Как ты достал его?

Джейк смущенно улыбается:

– Пришлось поднапрячься. Надеюсь, угадал с твоим вкусом.

– Еще как! Вау. Спасибо! – Даниэль чуть ли не скачет на месте, пока Джейк смеется. – Я пойду покажу Генри. Он просто охренеет.

– Даниэль! – отчитываю его я.

– Ну… удивится, – исправляется брат и залетает в дом.

– Ты действительно только что отчитала брата за плохое слово? – вскидывает брови Джейк, не пытаясь спрятать улыбку.

– При дамах нельзя сквернословить.

Уголки губ Джейка дергаются в подобии улыбки, и он делает шаг ко мне:

– А в постели?

Его голос звучит хрипло. И сексуального напряжения между нами хватит, чтобы обеспечить зарядом целую станцию.

– Ты подсовываешь мне свои книжки о любви, и я уже понял, что ты тащишься от всей этой романтической ерунды, но что насчет секса? Я хочу узнать, как тебе нравится.

– Зачем тебе это знать? – тихо спрашиваю я, чувствуя возбуждение.

– Потому что я не занимаюсь сексом.

– И где связь?

– Я держу целибат, но ведь никто не мешает мне представлять, как я занимаюсь настоящим сексом со своей ненастоящей девушкой, – хрипло шепчет Джейк мне на ухо, вызывая у меня дрожь, а затем с самодовольной улыбкой берет меня за руку и ведет в мой дом, пока я вся пылаю изнутри.