Глава 41

E.P.O, VERONICA BRAVO – BURN IT DOWN

Джейк

Как примерный шафер, я дождался момента, когда молодожены разрежут торт. И даже его поел. А потом еще и проводил гостей, чтобы Остин с Оливией смогли спокойно сбежать с собственной свадьбы и хоть какое-то время до отъезда на выездную игру побыть вдвоем. И вот наконец все ушли, и я могу выдохнуть.

На часах уже за полночь. Амелия сидит на плетеном стуле и смотрит на небо, усыпанное звездами. На ее плечах – мой пиджак, а в руках бокал шампанского.

Останавливаюсь недалеко от нее и любуюсь ею. Все эти месяцы я снова и снова прокручивал в голове ее образ. Вспоминал ее вкус, ее запах. И вот она здесь. Не могу поверить, что она здесь. Все еще не могу поверить.

– Ты так и собираешься там стоять? – сделав глоток шампанского, спрашивает она, при этом даже не поворачиваясь в мою сторону.

Я усмехаюсь.

– Вообще, у меня немного другой план на эту ночь.

Она вскидывает бровь, пока мои губы расплываются в улыбке. Сокращаю расстояние между нами, забираю из ее рук бокал, ставлю его на плитку и резко подхватываю Амелию на руки. Вскрикнув, она крепко хватается за меня.

– Что ты делаешь? – Ее смех эхом проносится по пустынной лужайке перед Чатсуорт-хаусом.

Это волшебный звук. Он вызывает у меня дрожь.

– Провожаю тебя до твоего номера.

– Знаешь, какой у меня номер?

– Какой? – спрашиваю я.

– Три, – улыбается она.

Ухмыляюсь:

– Какое прекрасное число.

– Мое любимое.

– Да? – Я театрально вздыхаю. – Не знал.

– Знаешь, когда оно стало любимым?

– И когда же?

– Когда один придурок пролил на меня пиво в баре.

Тяжело сглатываю:

– Точно, на тебе тогда была эксклюзивная футболка.

Амелия широко улыбается. Перевожу на нее взгляд и тону в глазах цвета океана.

– Кстати, ты сексуально говоришь по-английски, – вдруг произносит Амелия, и я начинаю смеяться. – А еще этот костюм на тебе… – Она прикусывает губу.

Я издаю смешок и отвожу взгляд.

– Черт, какой ты сексуальный в нем.

– Сексуальнее, чем без него? – фыркаю я и в ответ получаю тишину. – Ты серьезно? – воплю я, и Амелия смеется. – Не могу поверить.

Заношу Амелию в поместье и опускаю на ноги у номера 3. Она все еще смеется, и в груди теплеет от этого звука. Достав из сумочки ключ-карту, Амелия тянется к считывателю на двери и распахивает ее. Бросив сумку на тумбу при входе и щелкнув выключателем на стене, она поворачивается ко мне, но я не двигаюсь с места.

Ее брови сходятся к переносице.

– Почему ты… – Она пытается подобрать слова. – Ты не хочешь зайти?

– Если я перейду порог этого номера, то больше никогда не отпущу тебя, Принцесса.

– А с чего ты взял, что я захочу, чтобы ты меня отпускал?

– Я серьезно.

– Я тоже. Мой багаж в отеле недалеко от стадиона «Дьяволов», а послезавтра у меня просмотр нескольких квартир в центре Манчестера. Я не собираюсь никуда уезжать, Джейк. Я же сказала, что приехала к тебе.

Молниеносно пересекаю эту долбаную черту. Вхожу в номер и, захлопнув за собой дверь ногой, тут же набрасываюсь на губы Амелии.

Этот поцелуй жадный, до неприличия вкусный и чертовски грубый. Я беру все, чего был лишен несколько месяцев, и отдаю взамен всю свою любовь. Упиваюсь ею, словно изголодавшийся. Чувствую, как сгораю. Касаюсь Амелии руками везде, притягиваю ближе, пока она то и дело постанывает, зарываясь пальцами в мои волосы.

Не разрывая сумасшедшего поцелуя, пытаемся добраться до кровати. Сбиваем стоящий на пути торшер, который с грохотом валится на ковер, и врезаемся в тумбу, но нам обоим наплевать, никто из нас даже не дергается. Каким-то чудом все же добираемся до постели. Сбрасываю с Амелии свой пиджак и тут же тянусь к молнии на платье. Нащупав ее, тяну вниз. Так быстро, словно этот кусок ткани проклят. Платье падает на пол, и лишь тогда я заставляю себя оторваться от ее губ, чтобы полюбоваться тем, о чем так часто фантазировал последние месяцы разлуки.

Мой взгляд скользит по идеальной пышной груди Амелии. Опускаю глаза, засматриваюсь на ее небольшой животик и маленькие бесшовные трусики и едва сдерживаюсь, чтобы не застонать от удовольствия, которое испытываю от одного лишь вида ее тела. Она изумительная.

– Черт, ты идеальна, – сдавленно шепчу. – Ну, теперь-то мой взгляд достаточно томный?

– Очень томный, – смеется она.

И как же я люблю, когда она смеется!

Вновь целую ее губы, отрываю от пола и опускаю на кровать. Светлые волосы Амелии разлетаются по подушке, с раскрасневшихся губ срывается вздох, а глаза становятся стеклянными.

Под пристальным взглядом Амелии я расстегиваю пуговицы на рубашке и бросаю ее на пол. Не тороплюсь избавляться от брюк, ведь у меня адский стояк. Нависаю над Амелией и сразу же льну к ее губам. Жадно целую, крепко сжимая пальцами бедро и буквально вдавливая ее в постель тяжестью своего тела. Она стонет, когда я прикусываю ее нижнюю губу.

О господи. Я еще даже не разделся полностью, а уже понимаю, что долго не протяну.

Нетерпеливо касаюсь ее груди губами, зажимаю зубами твердый сосок, и Амелия награждает меня еще одним стоном. И черт возьми, я вдруг понимаю, что должен быть нежнее. Один раз я уже поддался похоти. Второго подобного раза не будет.

Мне нужно вернуть себе контроль. Сделать все правильно. Подумать прежде всего о ней, а не о собственном удовлетворении.

Ловлю ее губы в сладком поцелуе, рукой касаясь то одной груди, то другой. Наслаждаюсь мурашками, роем рассыпавшимися по ее нежной коже. Провожу кончиками пальцев ниже, веду тропинку к линии трусиков и очерчиваю их контур. Амелия обхватывает меня за шею и притягивает ближе. Она постанывает мне в рот, нетерпеливо ерзая подо мной, но я ни за что на свете не пропущу прелюдию. Только не в этот раз.

Амелия выгибается мне навстречу, едва я касаюсь ее ладонью сквозь ткань трусиков. Надавливаю пальцем сильнее, и она вскрикивает, потягивая пальцами мои волосы. Пользуясь тем, что она разорвала наш поцелуй, я скольжу губами по ее шее, прикусываю ключицу, за что получаю еще один тихий стон. Ее веки трепещут, а грудь тяжело вздымается, пока мои губы путешествуют по ее телу все ниже и ниже.

– Я так скучал, Принцесса, – шепчу я, и по коже на внутренней стороне ее бедра проносится дрожь. – Так чертовски сильно скучал.

– Я тоже скучала, – выдыхает она.

Покрываю ее бедра скользящими поцелуями, проводя кончиками пальцев по ее телу, и опускаюсь на колени, чтобы снять с нее туфли. Расстегиваю застежку на лодыжке, касаясь губами голени, и перехожу ко второй застежке. Амелия покрывается мурашками и тяжело дышит, двигаясь бедрами вперед. Я дерзко улыбаюсь и поднимаюсь губами выше. Отвожу в сторону ткань трусиков и тут же провожу по бархатистой коже языком. Амелия вскрикивает, ухватившись за простыню под нашими телами.

– Сейчас я должен что-то прорычать о том, какая ты влажная для меня? – На моих губах появляется улыбка.

– Прекрати болтать, – командует она, и я коротко смеюсь. – Уверена, ты можешь найти более увлекательное занятие для своего языка.

Тут с ней не поспоришь. Усмехаюсь и вновь льну к ней языком. Ласкаю, кружу и свожу ее с ума чертовски медленными движениями. Не хочу никуда торопиться, ведь я ждал этого момента так долго. Она нетерпеливо ерзает подо мной, двигается мне навстречу.

– Ты такая вкусная, – шепчу я и добавляю палец.

Ее прерывистое дыхание окутывает меня с головой. Поднимаю на нее глаза и вижу, как она прикусывает губу, запрокинув голову. Так чертовски сексуально, господи.

– Ты ведь вот-вот прокричишь мое имя, правда? – ухмыляюсь я.

– О господи, ты можешь просто заткнуться?! – срывается с ее губ недовольный стон, и я фыркаю, но тут же возвращаюсь к тому, от чего оторвался.

На вкус она невероятна. Будь я героем любовного романа, то обязательно бы сказал, что я словно ласкаю персик или еще какую-то хрень, но нет, ничего подобного. Мне просто нравится ее вкус, вот и все. И ничего общего с персиками.

Тело Амелии начинает содрогаться подо мной слишком скоро, и с ее губ срывается самый сладкий крик, который я когда-либо слышал. Дав ей немного отдышаться, оставляю на внутренней стороне бедра поцелуй и медленно поднимаюсь.

Ее сердце колотится как сумасшедшее, и мое, кажется, тоже вот-вот улетит к чертовой матери от осознания того, что она моя. Смотрю на ее раскрасневшиеся щеки и понимаю, что вряд ли смогу удержаться от того, чтобы не повторить то, что только что происходило. Хочу снова довести ее до оргазма языком.

Но у Амелии другие планы. Она притягивает меня к себе и пылко целует в губы. Я прижимаюсь к ней ближе и зажмуриваюсь, стоит ей запустить ладонь мне в боксеры.

Твою мать. Как бы не облажаться и не кончить ей в руку.

– У меня нет презервативов, – выдыхаю я ей в губы.

– Ты приехал на свадьбу, где десятки одиноких девушек, и не взял с собой презервативы? – между поцелуями спрашивает.

– Не думал, что они понадобятся мне в ближайшие пару лет, пока я не завершу карьеру и не вернусь к тебе.

Она вдруг перестает отвечать на мой поцелуй. Я отстраняюсь и смотрю на нее в недоумении. Ее глаза наполнены слезами. Они суетливо бегают туда-сюда в поисках вопросов.

– У тебя… никого?.. – По выражению ее лица понимаю, что именно она хочет спросить.

– Конечно нет. Я ведь сказал, что буду тебя ждать.

– Но… – По ее щеке все же стекает слеза.

– Я тебя люблю, – перебиваю ее. – И не хочу никого, кроме тебя. И никогда не захочу.

– Но…

– И не вздумай сказать что-то вроде «Ты не можешь знать наверняка».

Амелия отводит взгляд, а затем тихо произносит:

– Ты должен кое-что узнать… Я ходила на свидание с Джозефом…

– Ты не обязана передо мной оправдываться. Я ведь сказал, чтобы ты жила дальше…

– Ничего не было. Я ушла через пять минут. Вообще не знаю, зачем пошла. Мне просто… просто было так плохо. По телевизору в баре транслировали вашу игру, и я… Я увидела тебя и…

– Все хорошо. – Я прислоняюсь своим лбом к ее.

– Нет, не хорошо. Совсем не хорошо. Я не должна была ходить. И я вообще не должна была оставаться там без тебя. Я такая дура.

– Ты не дура, – возражаю я.

– Прости меня.

– Все хорошо, – говорю правду я.

– Я люблю тебя, Джейк.

– И я люблю тебя. И больше никогда не отпущу тебя, Принцесса. Ты только моя, – шепчу ей в губы. – Позволишь мне еще раз доставить тебе удовольствие языком?

– Я начала пить таблетки. – Ее рука нетерпеливо стягивает с меня брюки и боксеры. – Так что раздевайся.

Боже, сейчас расплачусь.

Подрываюсь на ноги и избавляюсь от брюк, носков и обуви. Раскидываю все по комнате, не переставая наблюдать за Амелией. Она скользит взглядом по моему телу, и ее глаза становятся чернее ночи за окном.

– В твоей голове уже крутятся фразочки вроде «он такой большой» или «о господи, как же он во мне поместится?»? – спрашиваю я, удобно устраиваясь между ее бедер.

– Ты читаешь мысли, как Эдвард Каллен?

– Я читаю твое порно, – констатирую факт я, и Амелия начинает смеяться.

Я прерываю ее смех. Нахожу ее губы. Целую. Сладко. Медленно. Нежно. Вибрации счастья проносятся по телу. Она такая вкусная, словно мед.

Ее пальцы смыкаются вокруг моей напряженной длины и неторопливо двигаются вверх и вниз, пока мои сжимают ее грудь. От удовольствия немеет тело. Кайф обрушивается как мощная лавина.

Резко обхватываю ее запястья и поднимаю над головой. Она вскрикивает, когда я медленно наполняю ее. Замираю, давая ей время расслабиться, а затем постепенно наращиваю темп. Не перестаю при этом целовать ее. Так упоительно сладко. Ловлю губами ее тихие стоны и едва сдерживаюсь, чтобы не застонать самому.

– Я не уверен, что продержусь три твоих оргазма, как твой любимый Фридрих, – хриплю я, наращивая темп. – Я… черт.

– Скажешь, какая я тугая?

– Твою мать… да, – шепчу я, сдерживаясь из последних сил.

Она целует меня в шею, проводит языком за ухом, вызывая у меня мурашки. Тело горит. Пылает огнем. Я вот-вот начну дымиться.

– Принцесса… – сдавленно произношу я, увеличив скорость. – Мне жаль, но сегодня я не смогу быть идеальным книжным парнем и трахать тебя всю ночь… О господи!

Какого черта мне так приятно?

– Прости, – скулю я. – Черт, прости. Ты и в самом деле такая тугая.

Амелия смеется, но я вновь врываюсь языком меж ее соблазнительными губами. Пылко целую, при этом ускоряясь. И уже через мгновение ее тело начинает дрожать в моих руках. Любуюсь ею, пока она улетает в космос, и отпускаю себя следом за ней.

Мое обмякшее тело валится без сил. Сердце колотится как сумасшедшее. Улыбка озаряет лицо. Спустя мгновение нахожу в себе силы подняться и взглянуть на Амелию. На ее губах тоже сияет лучезарная улыбка, и я чувствую себя самым счастливым человеком на планете, ведь этой ночью исполнится моя мечта: я усну в объятиях обнаженной Амелии.

Это ли не счастье?