Эпилог

FABIENE SE – BELONG TOGETHER (SPEED UP)

Джейк. Еще три месяца спустя

Идет вторая минута добавленного времени из четырех. На табло два – один в нашу пользу, и оба мяча забиты мной, поэтому сейчас я готовлюсь пробить штрафной с широкой улыбкой.

Реф дает свисток, и я разгоняюсь для удара. Мяч попадает к нашему хаву, которого прессингуют сразу два защитника «Мадрида». Он отдает пас по бровке и играет на тоненького, ведь команда противников сделает все для того, чтобы заработать хотя бы одно очко и получить дополнительные таймы для победы.

Остин принимает пас и тут же отдает передачу мне. Набираю скорость под громкий гул трибун и обвожу одного из защитников, который тянет меня за футболку.

Прости, парень, но раздевать меня может только моя девушка.

Но он не сдается и в подкате пытается отобрать у меня мяч. Перепрыгиваю через его косолапые ноги и отдаю пас Седрику. Седрик бьет по воротам, но попадает в перекладину. Мяч отскакивает ко мне, и я решаю подпрыгнуть, чтобы ударить по нему головой.

Не строю иллюзий на то, что из этого выйдет что-то путное. В любом случае, даже если будет аут, удар от ворот соперника поможет нам потянуть время.

Но мяч неожиданно залетает в сетку. От шока сам открываю рот, ведь это, мать вашу, хет-трик! Да еще и в финале Лиги чемпионов!

(О, и не закатывайте глаза, что все так удачно складывается, ведь я идеальный книжный мужчина. Не забываем об этом!)

Стадион взрывается аплодисментами. Болельщики подрываются на своих местах, фанатский сектор шумит, а из динамиков доносится победная музыка. Команда бежит ко мне, чтобы поздравить с отличной игрой, и я чувствую невероятную эйфорию. Черт возьми, как же я люблю все это.

– Это что за машина? – кричит Остин и поднимает меня в воздух.

– Переднеприводная, поэтому поставь меня, пожалуйста, обратно на траву, – фыркаю я, и Остин разражается хохотом.

– Молодчик.

– Хорошо, что я однажды не послушал тебя и не свалил на Бали, правда?

– Хорошо, что однажды все же послушал и теперь у тебя есть девушка, правда?

– Кретин.

Бью его в плечо и получаю удар в ответ.

– Не благодари. Кретин.

Звучит финальный свисток. Золотистые конфетти рассыпаются вокруг нас по газону. Мы радуемся победе всей командой. Благодарим фанатов за невероятную поддержку, все еще до конца не осознавая, что это не сон.

Вокруг меня тут же оказываются несколько журналистов, но у меня немного другие планы. Извиняюсь и прошу подождать, а затем пересекаю расстояние до трибун, откуда уже спускается моя девушка. И сейчас я собираюсь осуществить еще одну свою мечту.

На Амелии моя футболка с номером 3. Ее светлые волосы развевает теплый июньский ветер. Она бежит ко мне навстречу с широкой улыбкой, и я тут же ловлю ее, подхватив под ягодицы. Амелия обхватывает меня ногами и покрывает мое лицо слюнявыми поцелуями, пока я смеюсь. Тело переполняют эндорфины радости.

Замечаю, что следом за ней с трибун спускается мой отец и ее семья: Даниэль со своей девушкой, Хезер с Генри и уже подросшей Анной, Урсула с Мари и даже родители Амелии. От этого в груди становится еще теплее, ведь я хотел, чтобы все они были здесь, когда я осуществлю свою мечту.

Когда издательство выпустило в свет дебютную книгу моей восхитительной девушки, «Эпилог» произвел настоящий фурор. Книга сразу же стала бестселлером и получила уже несколько дополнительных тиражей, а Амелия признана лучшим автором-дебютантом издательской группы «Темплман».

Ради приличия мы решили пригласить ее родителей на вручение награды, и на удивление они оба согласились прилететь из Ротенбурга. Во время церемонии ее отец даже пустил слезу. Честно, думал, такое бывает только в книгах, но, кажется, он все-таки не такой уж и мудак. Но я пока что не уверен на сто процентов, время покажет.

Что касается Норы Касы и ее мании величия (если Амелия узнает о том, что я это сказал, то придушит меня, ведь она все еще считает, что мы не должны на нее злиться), то здесь все глухо. Как раз тот самый случай, когда злодеи трансформируются только в книгах или фильмах. В реальности обиженные жизнью злые люди остаются такими же и жизнь их ничему не учит.

Но Амелия больше не вспоминает о Норе. Ей некогда переживать из-за всякой ерунды, ведь ее вдохновение наконец-то вернулось с Фиджи.

И я горжусь своей девочкой.

– Твой первый хет-трик! – шепчет она мне в губы.

– Первый был немного ранее, – шепчу в ответ и тут же замечаю ее нахмурившееся лицо, поэтому поясняю: – В магазине Остина. На диване.

Амелия утыкается носом мне в шею и заливисто смеется.

– И какой же хет-трик подарил тебе больше эмоций? – поигрывает бровями она, и теперь моя очередь смеяться.

– Ни один хет-трик не сравнится с тем, что я чувствую в твоих объятиях, – произношу я и мягко касаюсь ее губ своими.

Нас окружают наши близкие, и я опускаю Амелию на ноги, чтобы немного перевести дух и поблагодарить всех за поздравления. А затем пожимаю руку своему отцу, который не просто подошел сказать, что гордится мной, а принес мне мой экземпляр «Эпилога», в котором есть один-единственный приклеенный мною стикер.

И он розовый. К сожалению…

Беру книгу из его рук и шумно выдыхаю, прежде чем повернуться к Амелии. Сердце так громко колотится, что заглушает все звуки вокруг нас.

Амелия замечает у меня книгу и тут же сводит брови к переносице.

– Открой стикер, Принцесса, – прошу я, протягивая экземпляр ей.

Наверняка дрожь в моем голосе ощутима. И это Амелия еще не знает, как вспотели от страха мои ладони. Хотя я полностью уверен в том, что произойдет дальше. Ни капли сомнений.

Я люблю ее. Так сильно люблю.

Просто мне почему-то страшно, что я сделаю это не так романтично, как она бы хотела. Не смогу исполнить ее мечту.

Сделав глубокий вдох, Амелия тянет за розовый стикер, которым отмечена сцена с предложением руки и сердца, а затем резко поднимает на меня глаза. Я тяжело сглатываю и опускаюсь перед ней на одно колено, раскрыв бархатную коробочку с кольцом, принадлежавшим моей матери.

– Принцесса… – откашливаюсь, пытаясь унять дрожь. – Я честно выучил наизусть тот монолог, что ты написала в последней главе своей книги, но если я произнесу его, то не смогу тебя удивить. А я хочу удивлять тебя. Не только сегодня, а даже через двадцать лет. Ведь даже тогда я буду восхищаться твоими невероятными небесными глазами.

Амелия подносит руку к губам, наверняка вспоминая собственные слова на свадьбе Оливии и Остина.

– Я клянусь, что до конца наших дней буду читать с тобой любовные романы и смотреть все эти дурацкие мелодрамы. И клянусь, что дочитаю трилогию про Фридриха и Франческу вместе с тобой, как только ее доиздадут.

На этих словах моя любимая девушка смеется, вытирая слезы в уголках глаз, и я продолжаю:

– Я клянусь, что буду удивлять тебя день за днем, лишь бы видеть твою улыбку и знать, что ты счастлива, ведь ты делаешь счастливым меня. До встречи с тобой единственное, что мне казалось невероятным, – это сделать хет-трик. Вот только сейчас я понял, что невероятно то, что я чувствую, когда держу тебя в своих объятиях. Я люблю тебя, Амелия Хайд. И хочу провести с тобой всю свою жизнь. Ты выйдешь за меня?

К концу речи у меня настолько звенит в ушах от волнения, что я не слышу и не замечаю ничего вокруг. Есть только Амелия, по щекам которой струятся слезы. Ее уверенное «да» трогает до глубины души. Оно наполняет мое сердце любовью. Сердце, которое почти год назад я с концами отдал ей.

Я надеваю Амелии на палец кольцо с бриллиантом, вокруг которого переливаются маленькие сапфиры, и тут же поднимаю ее в воздух. Она обхватывает мое лицо ладонями и лучезарно улыбается. Ее лазурные глаза отражают так много чувств. И я понимаю, что готов сделать для нее что угодно, лишь бы она продолжала смотреть на меня так же даже двадцать лет спустя.

Целую ее едва уловимо, нежно и сладко, зная, что теперь и ее сердце принадлежит мне.

– Значит, мои объятия круче хет-трика? – довольно шепчет она между поцелуями.

– Смотря о каком из хет-триков идет речь, – ухмыляюсь я и под звонкий смех моей невесты принимаюсь ее кружить.