Глава 9

Я проснулась среди полного беспорядка. Не помню, как заснула. Но стоило взглянуть на царапины, как в памяти вспылили воспоминания вчерашнего дня. Я опустила ноги на пол, рассматривая обстановку. Горан приказал не покидать комнаты. Как я могу его послушать, если моя сестра в беде?

Стук в дверь отвлек от размышлений.

— Можно войти, это прислуга. — Я поднялась и отворила девушке. — Хозяйка приказала навести у вас порядок.

— Спасибо за беспокойство, но я сама уберу.

Девушка пожала плечами и поставила возле дверей ведро, тряпку и веник.

Мне претило, что в моих вещах кто-то будет рыться. Я всю жизнь проработала горничной и убирала за другими. Ничего постыдного в том, что я сама наведу порядок в своей комнате, не видела.

После утренних процедур сразу же принялась за работу. Вернула на место выдернутые полки из шкафа, расставила по местам мебель, сложила разбросанную одежду. Ничего не пропало из наших вещей. Даже кошелек нашелся.

Намочила половую тряпку и подошла к дальней стене, в которую упиралась кровать. Наклонилась, чтобы вытереть возле ножек, и заметила странные царапины. После исчезновения Майи вся комната была в них, но эти отличались.

Я поднялась и отодвинула кровать от стенки, позволяя солнечному свету окрасить следы. От увиденного по спине побежал холодок. На полу было нацарапано: «Я — Майя».

Кинулась искать другие надписи, но ничего не нашла. Зато обратила внимание на размер царапин, они были нанесены маленькой лапой. Я помнила, как выглядел шрам на груди Анрэя, оставленный медведем. Отметины в моей комнате походили на следы небольшого медвежонка.

Меня как молнией пронзило — изменения цвета глаз сестры, ее странный тон… Почему я сразу не заметила? Майя стала как Анрэй. Зелье обернуло ее в берсека.

А Горан? Он ведь тоже видел следы и будет искать ребенка-оборотня. Надеюсь, он не догадается, что это Майя, ведь видел ее прежде в человеческом обличье.

О боги, дайте нам время выбраться из этой западни!

Я бросила все и опрометью выскочила из трактира. Нужно найти Майю раньше, чем это сделает Горан. Даже думать не хочу, что с ней случится, попади она к нему в руки.

Я стала судорожно соображать, что вчера могло произойти. Возможно, в мое отсутствие она обернулась берсеком. Испугалась и убежала из трактира. В общей суматохе никто не заметил небольшого медвежонка. Значит, нужно искать место, где сестра будет чувствовать себя в безопасности.

Сердце больно кольнуло — я знала, где она может прятаться. Но велик риск, что кто-то из слуг Горана будет за мной следить. Нужно попасть туда незаметно.

Я замедлила шаг и пошла спокойно. Вокруг все утопало в солнечном свете, по улицам гуляли парочки, торговец фруктами зазывал покупателей. Я старалась не думать о Майе и присматривалась к окружающим. Искала подозрительных людей.

Завернула на главную площадь и заметила, что главный храм богов Волчьей лощины украшали белыми флагами и знаменами. У входа стояла арка из белоснежных лилий, переплетенных с ветками ивы — свадебным символом.

С таким размахом празднуют только богачи или лорды. Церковь готовят к свадьбе Горана… От осознания даже стало немного не по себе. Значит, он решил поторопить бракосочетание. Скорее всего, церемония состоится уже завтра, ведь такие букеты быстро вянут.

Горан женится на Иванке. Я не понимала, радовала меня эта мысль или огорчала. Мое отношение к нему было искажено страхом за свою и жизнь сестры. Хотя порой казалось, будь он обычным парнем, а не лордом, а я девушкой без тайн, у нас могло что-то получиться. Но, видимо, боги уготовили для нас совершенно другие роли.

Я прошла мимо пощади, завернула на рынок и миновала городской парк. Незаметно оборачивалась, выискивая преследователя, но никого не было. Окончательно убедившись в безопасности, свернула в маленький проулок, ведущий на окраину города. С содроганием рассматривая развалины домов, в которых когда-то жили наши соседи, знакомые и друзья.

Разрушенные пожаром здания стояли как могильники. Этот квартал обходили жители и даже бродячие собаки.

Пять лет назад здесь все было по-другому: ряд жилых домов, небольшие хозяйства и приветливые люди.

Лето было жарким, и дождей выпало совсем мало. Роковой ночью тучи налетели на Волчью лощину, и началась сильная гроза. Я до сих пор помнила, как грохотало и вспыхивало за окном.

***

— Агнежка, я боюсь, — прошептала Майя с соседней кровати.

— Это всего лишь гроза, — успокаивала сестру. — Ничего страшного.

Яркая молния заставила ее укрыться одеялом с головой.

— Мне страшно. Позови маму… Что это трещит?

Я приподнялась, прислушиваясь к неизвестному звуку. Он доносился из-за нашей двери.

— Может, мыши? — Я опустила босые стопы на пол, замечая странность — пол был теплым. Подошла к двери и надавила на ручку. — Оставайся в комнате, Майя.

В коридоре треск был слышен громче. Превозмогая я страх, я пошла к источнику звука. С каждым шагом он становился сильней, и я уже догадывалась, что меня ждет за следующей дверью. До последнего надеялась, что ошиблась.

Толкнула коридорную дверь, и на меня обрушилась волна горячего воздуха и черного дыма. В носу запекло, и я прикрыла глаза рукой, спасаясь от яркого света.

— Мама, папа!

Крискнула, но никто не отозвался. Нужно было возвращаться за Майей и выбираться из дома. Нашу комнату от родителей отделяла стена огня. Помощи от них не будет.

Я отступала, а огонь шел за мной следом. Грохот раздался над моей головой — перекрытие обвалилось. Меня придавило, но я оставалась в сознании. Глотала дым, что стелился по полу и разъедал мои легкие.

— Помогите! — звала осипшим голосом.

Все утопало в красном цвете. Сознание застилало отравленным воздухом, слова о помощи застывали на губах.

Мужчина, чьего лица я не запомнила, отбросил кусок перекрытия, что прижал меня к полу, и на руках вынес из дома. Балансируя на грани обморока, я прошептала, указывая на пожар:

— Там Майя.

Незнакомец посмотрел на объятое пламенем здание. Осторожно положил меня на лужайку и пошел за сестрой…

***

За считанные минуты пожар захватил весь квартал. Наш дом загорелся первым. Единичные капли, что пролило небо, не смогли угомонить прожорливое пламя. Дома вспыхивали один за другим, и многие даже не успевали выбраться из своих постелей.

Мне удалось отделаться легкими ожогами и парой ссадин. В комнате Майи обвалился потолок, и одна из свай серьезно повредила ей позвоночник. Не знаю, как спасителю удалось вытащить нас из дома, но я безмерно благодарно ему.

Я подошла к развалинам, которые когда-то были нашим домом. От второго этажа не сталось и следа. Лишь несколько обугленных стен и обгорелый хлам остались от счастливого семейного островка.

Поток воздуха подхватил пару засохших листьев. На улице совсем никого. Зря я боялась слежки.

Собрав все свое самообложение, я пошла к ветхому строению. Толкнула то, что осталось от когда-то надежной дубовой двери.

— Майя, выходи. Это я — Агнежка. Тебе не угрожает опасность, — позвала ее.

Мой голос разнесло эхо. Я ходила по останкам прошлой жизни, но никого не могла найти. Отчаявшись, уже собралась уходить, но услышала шорох на том месте, где когда-то стоял сарай.

Ведомая любопытством, я пошла на звук. Отодвинула пару досок от стены и замерла от родного голоса:

— Не трогай ничего, — сказала Майя, — И лучше уходи. Я могу тебе навредить.

Я видела ее сквозь щели.

— Почему? Что с тобой произошло? Ты можешь мне все рассказать, я же твоя сестра. Я люблю тебя… Расскажи мне.

— Я… я… я не знаю, как это произошло. Но в ту ночь, когда тебя забрали в тюрьму, я превратилась в медведя. Я это не контролирую, Агнежка. Оно на меня само находит. Стоит испугаться или разволноваться, и я перестаю быть собой, — сбивчиво тараторил ребенок. — Я знаю, что берсеки наши враги. Меня будут искать, но здесь не найдут. Уходи!

— Майя, не переживай. Я все исправлю. Мы уедем отсюда.

— Из города?

— Нет. Намного дальше. Туда, где нас не достанут волколаки, и мы будем в безопасности.

— И что это за место? — прозвучал за моей спиной грубый бас. Я обернулась — в паре метров от меня стоял Горна и двое его помощников. Не могла поверить своим глазам. Как он меня нашел? — Кто там?

Кивком указал на доски, под которыми спряталась Майя.

— Никого. Всего лишь моя сестра, — постаралась произнести спокойно, но голос предательски дрожал.

— Пусть выйдет, — произнес с нажимом.

Я боковым зрением выискивала, как сбежать отсюда. Периметр был не огорожен. И если Майя изловчится, у нее будет шанс.

— Хорошо. Майя, — сделала тяжелый вдох… и крикнула: — Беги!

Сестра рванула из-за развалин прочь от волколаков. Горан ринулся за ней, но я мертвой хваткой вцепилась в рукав. Ему ничего не стоило оттолкнуть меня, словно дворового щенка на пути исполинского льва, но он не стал это делать. Остановился. Смотрел, как я крепко сжимаю его за руку.

Помощников Горана мне не удалось отвлечь. И через пару минут, громко рыча и извиваясь в руках, один из них вынес медвежонка, держа его за загривок.

— Попалась, — довольно произнес один из них. — Куда ее, лорд Лекант?

— В замок, — ответил Горан.

Прислужники унесли Майю. Я понимала, что решает здесь Горан, и договариваться нужно только с ним. Никто другой ко мне не прислушается.

— Как произошло, что твоя сестра, будучи с рождения человеком, вдруг стала берсеком?

Слова застряли в горле.

— Я не знаю, как это вышло.

— Врешь, — зло прорычал и с силой тряхнул меня за плечи. — Хочешь, чтобы мы ее пытали?

— Нет! Это я виновата… — Горан нахмурил брови и молча слушал мою исповедь. Правда была единственным путем к спасению. Я надеялась, что волколак поймет, что мы с Маей не виноваты. Я рассказала о первой встрече в день равноденствия, о трех зельях и о пикантном предложении Анрэя. Понимала, что в глазах волколака я буду предательницей, которая ради своей выгоды сговорилась с врагом. Больше всего из моего рассказа Горана впечатлили невидимые узоры, что наносил мне Анрэй. Вскользь описала, что за ними последовало. — …Пожалуйста, не трогай Майю. Она ни в чем не виновата. Лучше накажи меня! Я готова понести любое наказание, ведь это я напоила сестру зельем.

В повисшей тишине удары сердца казались раскатами грома.

— Хорошо. Я обещаю не трогать Майю, но за нее расплатишься ты, — с угрозой посмотрел в мои глаза.

В горле пересохло, осипшим голосом я ответила:

— Я согласна.

— Пойдем.

Горан схватил меня за руку и потянул прочь из развалин на улицу, к привязанному коню. Черный скакун мотнул головой и призывно ударил копытом о землю. Я бы ни за что не подошла к этой громадине, но Горан с легкостью подсадил меня верхом и сел позади. Взял поводья и хлестнул животное так, что жеребец помчался с такой скоростью, что я прижалась к Горану, схватив его за запястья.

— Смертница, которая боится умереть раньше казни. Забавно, — ухмыльнулся Горан.

У меня внутри все похолодело. Значит, вот какую расплату он для меня готовит?

Лошадь довезла нас до центральной площади. Горан спрыгнул и помог мне спуститься. Приказал дворовому мальчишке привязать его коня, за что паренек получил несколько монет.

— Зачем мы здесь? Я думала, ты везешь меня… — не стала напоминать про казнь — …в тюрьму.

— А отпустить грехи?

Он взял меня под руку и повел к зданию. В это время здесь никого не было. Длинный коридор, по обе стороны от которого стояли лавки, украшенные ивовыми ветками и лилиями. На стенах изображения богов, в центре — алтарь с тысячью свечей. Свет сквозь цветные витражи окрашивал помещение разноцветными бликами.

— Нам нужен служитель храма! Есть тут кто? — громко спросил Горан, нарушая заведенный порядок.

Из двери подле алтаря нам навстречу вышел монах. Сначала он нахмурился, но увидел лорда, и на его лице тут же засияла улыбка.

— Чем могу помочь, лорд Лекант?

Мы остановились возле алтаря. Я безмолвно следила за диалогом двух мужчин.

— Вы священник? — спросил Горан.

— Да. Служитель волчьих богов, — довольно произнес мужчина в рясе.

— Обвенчайте нас.

— Что?! — воскликнули я с церковником.

— Ваша свадьба назначена на завтра. Мы не можем провести ее сегодня. Мы еще не закончили с оформлением, не готовы все атрибуты…

— Какие атрибуты?

— Вино для обряда, венки для новобрачных, хор не на месте, — хватался за последнюю возможность отговорить Горана священник.

Волколак достал из кармана смятую охапку денег и протянул мужчине:

— Сбегай на площадь, купи вина, — лорд подошел к лавкам, украшенным ивами и лилиями и выдернул несколько веток, связав их в круг. — Это будут венки. А хор… Ты же здесь главный? — уточнил у мужчины в рясе.

— Да.

— Хочешь им оставаться? В твоих интересах сделать так, чтобы через десять минут здесь оказался хор.

Мужчина побелел, что-то неразборчиво пробормотал и, наступая на подол своей одежды, торопливо вышел из храма.

— Ты с ума сошел! — воскликнула, когда мы остались наедине. — У тебя завтра свадьба с Иванкой!

— Я передумал. Или ты против нашего брака? Не прошло и часа, как ты хотела искупить свою вину.

— Я думала… просто… все будет по-другому, — терялась, подбирая слова.

— Предпочитаешь браку со мной висельницу? — напирал Горан. — Только учти, что ты там будешь вместе со своей сестрой.

Горан загнал меня в угол.

— Хорошо, но знай — я тебя не люблю! — выпалила в пылу эмоций.

Уголки губ волколака дрогнули в ироничной улыбке. Он неожиданно схватил меня за подбородок, притягивая к себе.

— Какая разница, кого ты любишь? Ты теперь принадлежишь только мне.

Суматоха у входа в храм остановила Горана. Он отпустил меня и обернулся навстречу монаху. Старец нес бутылку вина, за ним шли четыре женщины. Все были взволнованы и не понимали, что происходит.

Даже я думала, что это розыгрыш. Горан сейчас рассмеется и скажет, что передумал.

— Молодые, вы готовы? — спросил священник и взял с алтаря книгу в кожаном переплете с золотым орнаментом.

Горан вопрошающе посмотрел на меня.

— Готовы, — ответила недовольно.

— Тогда приступим к посвящению в таинство брака…

Священник читал молитвы, женщины из хора стояли позади нас и подпевали ему. Одна из них надела нам на голову венки из ивовых веток. Я сосредоточилась на пламени одной из свечей, с ужасом понимая, что отдаю свою жизнь в лапы нелюбимого зверя.

— Горан, готов ли ты взять в жены Агнежку? Любить и беречь ее до конца своих дней?

— Готов, — сказал волколак, руша мои последние надежды.

— Агнежка, согласна ли ты быть верной женой и любить до конца своих дней Горана?

Подавив порыв отказаться, ответила:

— Согласна.

— Властью служителя волчьих богов нарекаю вас мужем и женой. Испейте же из одной чаши. — Одна из женщин подала служителю медную кружку с вином. Он дал отпить мне, а потом Горану. — Чтобы общее у вас было и горе, и радость. Можете поцеловать невесту.

Я впервые за всю церемонию посмотрела на Горана. Замерла, не в силах податься ему навстречу. Он первый потянулся к губам и кротко поцеловал.

— Поздравляю вас, госпожа Лекант, — с довольной ухмылкой произнес мой супруг.